Закулисье

Говорят, вниз головой лучше думается. Сейчас, уцепившись ногами за шею Мэттью, Калия осознаёт справедливость этого высказывания. — Тебе точно удобно? — интересуется он. — Если хочешь, можем лечь. — Не хочу. Калии неудобно, однако сдастся сейчас, и больше не сможет смотреть Мэттью в глаза. Идея-то ее, танцевальная подготовка — тоже. На репетициях Калия разве что в узел не завязывалась, что ей какое-то объятие стоя… вниз головой, вися на чужой шее? — Вставай, — шепчет, не давая себе шанса передумать. И Мэттью медленно встает с кровати. Калия обвивает его руками и ногами — чем больше он выпрямляется, тем сложнее держаться. Именно так она хотела: отдать контроль, наслаждаться своей беспомощностью. Мэттью обнимает за талию с мягкой силой, которую Калия любит в нём, и сомнение отступает. Она справится, они справятся вместе. Калия скользит носом по черным волоскам, вдыхая запах Мэттью, который каждый день ищет в наволочках, рубашках — и не может надышаться. Облизывает головку, вбирая в рот всё глубже, пока его язык размашисто ее ласкает. Теперь они не просто близки — сливаются в едином ритме, но Калии и этого мало. Она опускает руку, чтобы сделать ему еще приятнее — и теряет равновесие. Судорожно балансирует, выставляет ладонь, цепляясь за Мэттью другой, и вместе они падают: он на колени, она на руку. — Больно? — охает Мэттью. Калия мотает головой: не разбила ее, и хорошо. Рекламный щёголь ухмыляется с соседней крыши, красуясь часами на мощном запястье. Калия потирает свое и думает: им с Мэттью тоже не помешает подкачаться. — Прости, — вздыхает она и поднимает на него глаза. Эрекции, конечно же, как не бывало. Честера бы подобное завело: сам бы подал идею, сам руководил, и всё бы получилось. Как получалось всегда, пока он не предложил пригласить третью. — Ничего, — улыбается Мэттью, опускаясь рядом. — Зато мы открыли еще один способ покалечиться со вкусом. Калия смеется. В чём он точно превзошел Честера, так это в умении сглаживать неловкости. Поддержать. Видеть в ней человека, а не вагину на ножках. Где-то внизу расцветает и увядает закат, проносятся машины и старые тревоги. Паркет скрипит — это Мэттью отстраняется со словами: — Я кофе заварю. — Ага, — отзывается она, дуя на больную кисть. — И принеси что-нибудь холодное. Прикосновение замороженного горошка успокаивает. Калия кладет голову на колени Мэттью и под бульканье кофеварки бормочет: — Если снова захочу повторить что-нибудь из твоего порно, дай в глаз. Тот смеется: — И ты мне, если соглашусь. — Договорились, — дает ему пять здоровой рукой. — Глаз за глаз. Щёголь на крыше скрывается в сумерках. Заканчивается четвертый день медового месяца, но Калия знает: у них всё впереди. Завтра они придумают еще 69 способов покалечиться со вкусом.