Источник

О случившемся договорились никому не рассказывать. Ребята явно были в шоке от того, что Стефан сделал с тремя взрослыми магами, но выпытывать подробности не стали. За это Стефан был им искренне благодарен. Марийка, которую парни довели до самых дверей дома, долго рыдала Стефану в плечо, но в конце концов успокоилась и даже с усмешкой сказала, что День Гармонии имел «эпичное» завершение. Тод был скорее зол, чем напуган, — и на пьяных мужиков, которые позволили себе подобное, и на себя из-за того, что не смог дать им отпор. Конечно, когда Стефан добрался наконец до дома, отец был в панике. Стефан задержался всего на пару часов, но он, кажется, уже готов был переворачивать весь Анвар в поисках сына. Стефан честно рассказал, что произошло, — до момента с применением бесконтрольной силы, конечно. Он сказал, что мужчин спугнула большая компания и они отстали. Отец кричал. Злился, упрекал сына в безалаберности и эгоизме, обещал запереть дома до скончания веков. Стефан виновато смотрел в пол, стоя посреди коридора и выслушивая отцовскую ругань. Но внутри ему было очень спокойно. Он понимал, что отец так злится не на него самого, а на ситуацию. Он понимал, что отец ужасно за него испугался. А ещё понимал, что, как бы он ни кричал — он никогда не поднимет на Стефана руку. — Вот что, молодой человек! Ты наказан. Никаких гулянок с друзьями. Неделю сидишь дома. А потом посмотрим на твоё поведение. Стефан еле сдержал улыбку. Вот это, конечно, суровое наказание. — Прости, пап. Пожалуйста. — Слова легко слетели с языка. — Это больше не повторится, я обещаю. — Марш спать, — строго отрезал отец. Стефан даже рад был надолго зависнуть у себя в комнате над листом бумаги. То и дело он выныривал из транса и записывал. «Меня обучал маг хаоса. У него был ещё один ученик. Он спас меня от каменного». На смену сухим фактам неизбежно приходили размышления и вопросы. «Мы с ним встречались? Почему я не остался? Зачем мне стёрли память? Что я хотел сделать?» Нужно было больше узнать о магах хаоса. Об их магии, о том, как она работает. Потому что теперь Стефана пугала не только потеря памяти. Его лишили воспоминаний, но не забрали кое-что другое. Нечто, чем Стефан совершенно не мог управлять. Опасное, разрушительное. На третий день заточения Стефан перелопатил всю отцовскую библиотеку в поисках книг о магах хаоса. Но ничего не нашёл. После обеда отец вернулся из аптеки, куда отвозил порцию свежих эликсиров, и Стефан с самым невинным видом поинтересовался: — Пап, можно я сгоняю в училище, пожалуйста? Мне надо увидеться с господином Димитаром. Ну, насчёт восстановления на учёбе. Отец глянул внимательно и как-то горько. Будто знал, что сын лжёт, но не хотел в это верить. — Только туда и обратно, сын. Ты наказан. — Я помню, пап. Но очень надо. — Надо так надо. Жду к ужину. — Спасибо! Стефан слегка сжал отцовское плечо — этот жест был у них вместо объятий, — схватил сумку и выскочил из дома. Он действительно направился в училище. Только не к господину Димитару. И не насчёт учёбы. *** Господин Пламен задумчиво выслушал сбивчивый рассказ Стефана о снах и разрушенном замке из песка. Про День Гармонии Стефан умолчал. В студенческой библиотеке не было книг о магах хаоса — Стефан даже и не пытался искать. А вот в учительской точно были. Господин Пламен напряжённо потёр глаза и заговорил, стараясь звучать как можно мягче: — Стефан, пожалуйста, услышь меня. Оставь это. Пей отцовские лекарства и думай об учёбе. Выкинь магов хаоса из головы. — Господин Пламен, вы не понимаете. Я могу быть опасен. — Стефан напряжённо сжал кулаки. — То, что ты забыл, — может быть ещё опаснее, Стеф. Оставь это. Стефан упрямо смотрел в упор на преподавателя. Господин Пламен тяжело вздохнул. — Магия хаоса — экстрим, хождение по краю, баланс над бездной. В тебе остались её отголоски, энергия хаоса. Но это пройдёт. Магия земли, энергия земли займут своё место, и эти приступы, которые тебя так пугают, закончатся. Практикуйся со своей магией почаще, и всё уляжется. Господин Пламен звучал убедительно, Стефан очень хотел ему поверить. — А если нет? — Тогда рано или поздно они тебя заберут. — Маги хаоса? — Да. С этой магией не рождаются, Стефан. Обычно к ним либо приходят сами — те, кому становится мало своей природной магии, — либо они к себе… приглашают. Но я не знаю случаев, чтобы они трогали детей. Чаще они выбирают сильных молодых магов, не обременённых семьями, но обременённых амбициями. У магов хаоса свои законы. Стефан нахмурился. Он понимал, что под «детьми» господин Пламен понимал всех, кому не исполнилось двадцати — несовершеннолетних. И у него была догадка, почему маг хаоса взялся за его обучение, несмотря на «свои законы». Его попросили. — А они могут, ну, заставить кого-то стать магом хаоса? Господин Пламен слегка наклонил голову и взглянул на Стефана с сочувствием. — Маловероятно, Стефан. Скорее всего, ты остался с ними, потому что захотел этого — если твой вопрос об этом. Стефан слабо кивнул. Что же взбрело ему в голову год назад? — Может, всё-таки дадите пропуск в библиотеку? Пожалуйста. Господин Пламен улыбнулся. — Нет, Стеф, прости. Не дам. *** На тумбочке у кровати стоял приготовленный отцом эликсир от снов. Стефан задумчиво покрутил его в руках, откупорил пузырёк. Эликсиры отлично помогали, почти неделю ему не снились ни хлысты, ни люди без лиц, ни разговоры загадками — вообще ничего. Он отлично высыпался и по утрам не чувствовал себя так, словно всю ночь улепётывал от каменных. Но загадочные маги хаоса и распластанные по улице маги воздуха всё равно не шли у него из головы. — Всё уляжется. — Стефан повторил слова господина Пламена и опрокинул в себя эликсир. Оставшиеся дни домашнего ареста Стефан помогал отцу с эликсирами для аптеки. Он даже попросил о паре уроков ботанической магии, и отец с удовольствием продемонстрировал ему чудеса выращивания волшебных растений. Потом Стефан вплотную занялся восстановлением в училище — Тод и Марийка ему в этом помогли — и успешно сдал экзамены, чтобы перейти на следующий курс. Учёба давалась непросто, но тем меньше сил и времени у него оставалось на воспоминания. Господин Пламен оказался прав: чем больше он практиковал магию земли, тем меньше ощущал где-то в глубине этот жуткий комок энергии. Чем больше он занимался делами сегодняшними, тем меньше его беспокоило прошлое. Всё действительно улеглось. А потом они отправились всем курсом на экскурсию в горы недалеко от Анвара. Высеченный в горной породе, там возвышался древнейший храм Земли. Среди каменных колонн, буквально внутри горы, Стефан так сильно ощущал мощь своей магии, что захватывало дух. После посещения храма они остановились на пикник у небольшого горного озера. Тод присел у самой кромки воды, выбрал круглый гладкий камушек и, совершенно не используя магию, запустил его по поверхности озера. Камень прыгал по воде, оставляя круги. В детстве они называли это «запускать утят». Марийка тоже запустила свой камушек, хоть у неё и не получилось так же ловко, как у Тода. — Твоя очередь, Стеф. Стефан почему-то не хотел этого делать. Сам себе не мог объяснить почему — раньше он любил эту игру. Не хотел, но сделал. Камень долго скакал по гладкой поверхности воды, настолько долго, что друзья заподозрили Стефана в использовании магии. Но нет, он не жульничал. «Ты оскверняешь Источник», — прозвучал в голове знакомый мягкий голос. Стефан тряхнул головой и отошёл от воды. Тод и Марийка продолжили «запускать утят», пытаясь побить рекорд Стефана. Они летели домой на небольшом самолёте, который, несмотря на название, конечно, летел не сам, а управлялся парой опытных и сильных магов воздуха. От впечатлений, от горного воздуха, от плавного и размеренного полёта Стефана укачало. Он не успел даже подумать об эликсире против снов. *** Камень легко скользил по тёмной, почти чёрной, поверхности воды, едва касаясь и один за одним запуская круги. В небольшом озерце отражались горы, небо и старая ветвистая ива. Наверное, та самая ива. — Ну всё, Стеф, достаточно. — Чужая рука мягко легла на плечо, потянула прочь от воды. — Если он заметит, будешь неделю спать на животе. —А что я делаю-то? — фыркнул Стефан, дёрнул плечом, вырываясь из-под руки. — Ты оскверняешь Источник, — спокойно ответили ему. Стефан поднял с земли ещё один тёмный гладкий камень, повертел в ладонях, ощущая приятную шершавую поверхность. Улыбнулся. — Это же просто галька. — Стефан, прошу тебя. Я не готов смотреть, как ты страдаешь из-за такой ерунды. Давай лучше потренируемся черпать энергию. Стефан взглянул на юношу без лица через плечо. Он сцепил руки у груди, будто сам себя удерживал, чтобы оттащить Стефана от озера силой. Во всей его фигуре, такой статной и изящной, чувствовалось напряжение. Он был так серьёзен, что Стефан не удержался и запустил-таки камушек по воде. Камень почти сразу утонул, но круги расходились всё дальше, всё больше. Ровная гладь озера исказилась, заволновалась, вспенилась. Стефан вскочил, попятился. Среди пены и крупных пузырей показалась голова каменного монстра. Один, другой, третий — они вылетали из пучины совершенно сухими и взмывали вверх. — Уходим. Быстро, — дёрнул его юноша без лица. — Это… это я? — сбиваясь с дыхания, на бегу спросил Стефан. — Было бы поучительно сказать, что да, — ровно ответил юноша. — Но нет, ты здесь ни при чём. Давай-ка быстрее. Юноша протянул Стефану руку, и они вместе побежали прочь от Источника.