Часть 10
6 октября 2023 г., 20:55
Ранним утром графиня Воронцова уже была в доме, где обитало все семейство. Ноги бы ее там не было, если бы не звонок Жана. Дешам едва смог пробормотать, что у них беда, и Ольга сразу отправилась к своему обратившему. Мало ли, в какие неприятности опять вляпался. Пропадет в какой-нибудь кутузке, а кто будет Барановского лечить?
Но стоило переступить порог квартиры с отделкой из прошлого века и увидеть траурные лица Аннушки, Кривича и Жана, как стало понятно, что беда произошла с Дятловым.
Вот же недотыкомка… Прав был дед. Пустая голова была у парнишки. Зря только на него Кривич свою древнюю кровь потратил.
А может попросить Святослава Вернидубовича обратить Серёжу? Нет, только не его. Ещё одного Жана Ольга не вынесет. У Кривича какой-то особый талант превращать своих обращённых в жалких шутов, которые выполняют все его прихоти. Хватит с деда и Аннушки с Жан-Клодом.
— Скажите, а вы когда топор заносили, у вас не промелькнула мысль, ну хотя бы на секунду — развернуться и этим топором… закон поменять? — спросила графиня у главы семьи.
— Скажите мне, кто-нибудь за эти сто с лишним лет понял, что у этой бабы в голове? — проворчал Кривич, уходя от ответа.
— Ну а в чем проблема-то? — Ольга не понимала, что ее здесь держит среди абсолютно чужих и ненавистных упырей, –Убийцу нашли? Нашли. Виноват Женёк, не виноват — это уж пусть хранители разбираются или полиция. На нас какие-то ещё обвинения есть? Тогда всем хорошего мерзкого февральского денечка.
Ольга резко встала и чуть не упала. Комната попыла куда-то, инстинктивно графиня выдвинула руку и оперлась о стол.
— Да что с тобой такое?
Жан был гораздо проворнее. Он уже хотел поддержать Ольгу под руку, но Воронцова отказалась от помощи. Нельзя показывать свою уязвимость, особенно здесь.
Ольга услышала, как хлопнула входная дверь. Черт, а ведь это она приходила последней. И Жан забыл закрыть замок. Ну что за бесполезный человек…
Ворчание Кривича не было чём-то неожиданным. Ольга хотела уйти, но тут в гостиную вошёл Иван и обдал графиню запахом свежей крови. Ах, как хочется выпить хоть немного тёплой, прямо из вены. Ольга задрожала от охватившего её приступа голода. Впрочем, тут же на смену пришла тошнота.
Дед засуетился, разыгрывая нелепую комедию с чаепитием. Только бы не вздумали нести какую-нибудь еду. В этом холодильнике, кроме крови, нет ничего путного. А кровь они с Жаном выпили вчера.
О небо! Если опять достанут засохшую пиццу и вонючие объедки, оставшиеся после Дятлова, её точно стошнит.
Ольга Анваровна скрестила руки на груди и закатила глаза, вспоминая монолог из греческой трагедии. Она это вытерпит, и не такое терпела.
— Спасибо, я пока на водичке, — отказался от чая Жалинский.
— Дедуль, а ты не суетись, он все знает, — заявила Аннушка, не меняя выражения лица.
Железная леди. Смелости не занимать. А может не смелости, а безрассудства? Или… неосведомленности?
— А шо он знает? — удивился Кривич.
Мерзкий паяц. Всего лишь пожал плечами. Неужели вот так просто…
Иван достал фотографию Шумилина и приступил к допросу.
А чего ещё ждать от милиции?
В прежние времена к графине Воронцовой этот сыскарь и близко бы не подошёл. И, казалось бы, после обращения в вампиры Ольгу должны были защищать хранители от разных любителей покопаться в чужом белье. Но, увы, эти горазды только стращать и забирать Дешама в свой подвал по поводу и без. Абсолютно бесполезная организация.
— Вы его когда-нибудь кусали, доктор? — спросил Иван.
— Нет, — отверг обвинения Дешам.
Капитан обратился к Кривичу.
— Я? Я? Нет, я вообще… Кто вам рассказал? — поинтересовался дед.
— Давайте сначала с этим закончим, — смутился Жалинский.
— Нет, — ответила Аннушка, не дожидаясь вопроса от Ивана.
И так посмотрела, что даже показалось, что и Остроумова может испытывать чувства.
Ольга, наконец, решила сесть за стол. Жан заботливо отодвинул стул. Дать бы ему пощечину, да не хочется скандалить при посторонних.
— Не мой типаж, — снисходительно ответила графиня.
Малолетка совсем этот ваш Шумилин. У Серёжи хотя бы голос мужской и борода есть. Неопрятный, конечно, но все можно исправить со временем.
— Ольга Анваровна, я напоминаю, что это парень, который ездил с вами в Ярославль. Который хотел убить Сергея Барановского, — продолжал демонстрировать фото мальчишки капитан.
— Я в курсе, кто это, — процедила графиня.
— Так вот. Шумилин — человек, который просто играет в вампира. Не знаю, это навязчивая идея или психическое расстройство, но! У него такой же укус, — капитан отодвинул воротник, демонстрируя свою шею.
Ольга отчётливо увидела на шее Ивана две яркие точки. Следы от укуса. Такие же есть и у Барановского, только не на шее, а в других, менее заметных местах. Какая же всё-таки Аннушка ещё девчонка. Совсем не умеет заметать следы. А пить живую кровь хочется. С этим не совладать. Чем старше становишься, тем сильнее понимаешь различие во вкусе.
Вот и Остроумова сорвалась. Один раз не удержалась, вкусила крови живого человека. Нет, ну я понимаю, почему ты не торопишься с обращением капитана. От живого гораздо больше толка. Кровь вкусная, молодая.
Только не надо теперь говорить мне о соблюдении договора. О том, что мы должны довольствоваться донорскими консервами. У всех здесь рыльце в пушку.
— …другой вампир, который живёт не по вашим правилам. И Шумилин либо его покрывает, либо действительно убивал сам, а слитую кровь отдавал этому вампиру. Короче... В любом случае у вас проблемы, — рассуждал вслух капитан.
Вампиры молчали, обдумывая сложившееся положение.
— Доктор, а у вашего биологического вида, ну, вообще, большая популяция? — обратился к Дешаму Иван.
Жан несколько замялся, и глянул на деда.
— Мне казалось, мы эндемики, — ответил Дешам.
Как это вульгарно. Мы не подопытные крысы. Биологический вид. Ну да, сейчас мы не совсем люди, но когда-то были людьми. И родились от людей. Так что не надо спешить приклеивать ярлыки.
— Да… Ну хорошо, — Кривич встал из-за стола и подошёл к Жалинскому, чтобы поскорее выпроводить постороннего.
И правда, уходи, Иван, по добру — по здорову, пока жив.
Присушила его к себе, что ли, Остроумова? Тоже, та ещё тихоня, но красивых мужиков мимо не пропускает. Как ей тогда удалось Жана увести? Или он сам решил проверить новую упырицу? Да быстро сбежал, поджавши хвост. Или не сбежал. Что я вообще знаю? Они тут живут вдвоем. Пока дед в гробу спит, вся квартира в их распоряжении.
— Мы здесь не одни? — встревожилась Аннушка.
— Ой, доченька, — заохал Кривич, — Правда — это то, во что ты веришь.
Доченька! Она нас всех сдала первому встречному москвичу. Аллё, мумия, ты вообще понял, что наша тайна уже раскрыта? И что теперь будет? Сюда начнут водить экскурсии? Устроят музей новых биологических видов? Пускай… Я с удовольствием попробую свежую кровь.
— До позапрошлой ночи я в вас не верил, — заявил Жалинский.
— И правильно делал, — согласился дед Слава, — Нас тут нет. После того, как я договор подписал, тут живёт только наша семья. А кто в законе жить не захотел — ушли.
Это возможно? Я так и знала! Жан просто не хотел уходить со мной. Это были нелепые отговорки, что ему нельзя покидать Смоленск. Что мы должны жить там, где нас обратили. Эндемики, выдумал тоже.
— Ну как ушли, так и вернуться могли. Вы же с ними не друзьями расстались? — напрямую спросила Ольга Анваровна у деда.
— Явно, — не стал отпираться Кривич.
Старик добром никого не отпустит. Наверняка порвал изрядно, отвел душу. Но сам шанс стоит того, чтобы попытаться.
— Где-то у меня тут векопись была, — принялся искать свои талмуды Вернидубович.
Бежать. Бежать из этого проклятого городка. Вместе с Серёжей. А там обратить его. И никакие хранители ничего не узнают. Жаль, конечно, что придется делать все самой. Но я и не рассчитывала на вечную любовь. Создадим свою семью. Я старший вампир, Барановский мой обращённый. Для начала один. И Кривич когда-то был один, а потом обратил остальных.
— Ничего особенного, да? Просто летающий дед, — недоумевал Жалинский, когда Святослав Вернидубович взмыл под потолок и снял со шкафа толстую книгу.
Аннушка и Жан переглянулись.
Это ты ещё его с крыльями не видел, Ванечка. И вообще, держись подальше. Был бы поумнее, обратил бы внимание и задумался, почему Остроумова с Жаном совсем не улыбаются. Им эти дедовы фокусы давно надоели. Он же только для чужих добрый и чуткий дедуля, а со своими церемонии не разводит. А ты, кажется, в этой семье почти свой. Опасное состояние. Могут и забыть обратить, так и останешься воспоминанием. Сколько их было, я давно считать перестала. Разве что книгу завести, как у Кривича.
Ну надо же, совсем старик из ума выжил, пыль сдул прямо Жану в лицо. А тот и не поморщился. Все вы в ногах готовы у вурдалака этого лежать. Меня не сломаете, и не надейтесь. Графиня Воронцова пресмыкаться не станет.
Жан перехватил книгу и стал расспрашивать о судьбе тех вампиров, которых дед решил пропустить.
— А эти жить по закону не захотели, вот и не живут больше, — недовольно ответил дед.
Ну так и сказали бы, Святослав Вернидубович, что вы их убили. Своими когтями голову оторвали. Или перед Иваном неудобно? Странно, на потолке вам спать как раз по силам. А вот правда не по зубам.
— Хорошо, может быть, это кто-то не из книги. Те, кто ушли, могли и других обратить, — предположил Жан
— Ой, Жанчик, сейчас такое время! — заохал Святослав Вернидубович, — Все, что угодно может быть!
Уехать, обратить Серёжу, а потом, возможно, я встречу кого-нибудь из наших. Получше, чем Жан. Постарше, не такого трусливого и запуганного. Того, кто сможет обеспечить мне достойное существование. А не это вот всё. Пыльная гостиная, равнодушный бывший, старик со своей любимицей и фамильяр, который ещё не понял, какая судьба ему уготована.
— Как этот неизвестный вампир связан с Никитой? — продолжил задавать вопросы Иван.
— Я думаю, Никита ему служит, — предположил Жан с кислой миной.
Да также он связан с Никитой, как и ты с Аннушкой. Этот вампир пьет из Никиты кровь. А Шумилин рад стараться.
— Зачем? — все ещё не мог догадаться о причинах добровольного рабства Жалинский.
— В надежде на вечную жизнь, — не выдержала Ольга Анваровна.
Вампиризм — единственное средство спасения от смерти. И если бы Остроумова действительно любила, то давно бы упросила Кривича тебя, глупыш, обратить.
— В общем, нужно раскручивать Никиту, — принял решение Жалинский, — Пока что он единственный человек, который может помочь нам выйти на вампира.
— А тебя разве не отстранили? — огрызнулась Аннушка из коридора, торопясь убежать на работу.
— А ты разве не продолжаешь работать? — парировал Иван, устремляясь вдогонку за своей ненаглядной.
Вот и поговорили. Уже похожи на старую супружескую пару. Кажется, вы забыли добавить воздушный поцелуй. И было бы в самый раз. В следующий раз спросите совета у Жана. В семейных ссорах мы достигли совершенства. И, кстати, Ванечка, не стесняйтесь обращаться ко мне. Я научу вас, как добиться обращения. У вас же есть служебный пистолет? Значит, проблем не будет.
