Моя пленница

      Яркие солнечные лучи пробивались через тонкую незакрытую шторами полоску окна, наполняя комнату тёплым утренним светом. Пробудившись, Гермиона повернулась набок, ненамеренно устремляя взгляд на беззаботно спящего в нескольких метрах от неё парня. Его грудь высоко вздымалась от равномерного дыхания, глаза были плотно закрыты, а светлые волосы слегка спадали на лицо. Сама не зная почему, Гермиона как заворожённая исследовала его тонкие черты лица и худое жилистое тело, проглядывающее сквозь плотно прилегающую ткань легкого шелкового одеяла.       Раньше она никогда не рассматривала его так пристально. Как бы она ни пыталась себя убедить, сыворотка правды не позволила ей вчера ошибиться. Гермиона в самом деле находила Малфоя достаточно привлекательным молодым человеком, хоть никогда и не признавалась себе в этом.       Ворочаясь, Драко скинул с себя одеяло, открывая Гермионе вид на нижние кубики пресса, чуть выглядывающие из-под слегка задранной футболки, и на еле заметную полоску темных волос, уходящую вниз под резинку пижамных штанов. Девушка с интересом разглядывала тело парня, совершенно не обращая внимания на пару уже несколько минут следивших за ней едва приоткрытых глаз. — Тебя в детстве не учили, что пялиться некрасиво, а, Грейнджер? — спросил Драко сонным голосом. — Или мечтаешь запрыгнуть ко мне в постель?       Сначала Гермиона испугалась и просто опешила от такого наглого предположения, но очень быстро взяла себя в руки. — С удовольствием поменяюсь с тобой местами, как только развяжешь меня. Предполагаю, что твоя кровать намного мягче и комфортнее, — она приподняла брови, ожидая его ответа.       Задумчивость парня длилась буквально несколько секунд. Достав из-под подушки палочку, Драко взмахнул ею, и веревка исчезла с ног девушки. — Ну же, Грейнджер, прошу. Оцени по достоинству мою кровать, — он похлопал по матрацу рядом с собой, приглашая ее прилечь.       Гермиона понимала, что он издевается над ней, но не собиралась сдаваться. Девушка решительно встала с кровати и также быстро упала на пол, позабыв о больном колене. Раздробленная чашечка — это довольно серьёзная проблема, но в руках опытного целителя могла быть полностью вылечена за какие-то несколько дней. Но Малфои — не целители, а семейка избалованных, жаждущих власти аристократов, в перечень текущих интересов которых однозначно не входит способность их пленницей нормально передвигаться. Возможно, для них так будет даже проще на случай, если она надумает бежать. — Ну как, мягче? Оценила по достоинству? — спросил Малфой, насмехаясь над ней, — А Уизли ревновать не будет? — Драко подошёл к Гермионе и за подмышки поднял ту с пола. — Не будет, — зло отрезала она, покраснев от гнева и унижения, — а вот что скажет Пэнси Паркинсон, узнав, что ты живёшь в одной комнате со мной?       Он вновь крепко обхватил гриффиндорку за талию и повёл в сторону ванной комнаты. — Мне плевать на Пэнс. Трахается она конечно неплохо, а остальное ей знать не обязательно, — он достал из верхней полки выдвижного ящика новую зубную щётку и протянул ее девушке. — Ты просто отвратителен! — вырвав из его рук щётку, Гермиона наградила Драко презрительным взглядом. — Спасибо, Грейнджер. Ты тоже. Позови, когда закончишь, — довольный собой он вальяжно вышел из ванной комнаты.       Гермиона ещё несколько секунд смотрела на закрывшуюся дверь, прежде чем заняться утренними процедурами. Очевидно ему доставляет удовольствие доводить ее. Нельзя поддаваться на его провокации! Гермиона задалась целью вычислить, что Малфой задумал и во что бы то ни стало переиграть его.       Когда она закончила, завтрак уже стоял на ее кровати. Пышный омлет и стопка блинчиков, политых кленовым сиропом. Кто бы это ни готовил, получилось у него просто великолепно.       Почистив зубы, Драко тоже приступил к трапезе. Попивая горячий чай, он развернул утренний выпуск «Ежедневного пророка» и увлечённо просматривал новостные колонки, пока не заметил внимательно следивших за ним глаз девушки. — Нет, Грейнджер. Про твоих придурковатых друзей ничего не было, — заметив, как она облегченно выдохнула, он продолжил: — А как ты думаешь, что за предмет может быть спрятан в хранилище моей тё… Беллатрисы? — Я не знаю. Часть уничтоженных крестражей была связана с его предками: фамильное кольцо и медальон Слизерина. Гарри говорил, что он выбирал редкие магические предметы с богатой историей, но вот змея и дневник…       Они оба задумались. Гермиона не знала, почему Малфой интересуется этими вопросами, но что-то ей подсказывало, что за этим стоит не просто любопытство.       Допив последние капли чая, Малфой встал, и, достав маленькую стеклянную баночку, подошёл к ней. — Ладно, самое время сменить бинты. Раздевайся. — Что? — его просьба прозвучала настолько дико и невообразимо, что Гермионе показалось, что ей просто-напросто послышалось. Чертов Драко Малфой просит ее раздеться? Да быть такого не может! — Ну или я могу раздеть тебя сам, как и во все предыдущие дни, — он вновь вопросительно приподнял брови, глядя в округлившиеся глаза девушки.       Не послышалось. Гермиону бросило в холодный пот. К такому повороту она абсолютно точно не была готова. Она знала, что Драко вместе с Нарциссой лечил ее, пока она находилась без сознания, но все равно ни на секунду не допускала мысли, что он видел ее полностью обнаженной. — Видимо придётся самому, — прибавил Малфой, не дождавшись ответа, после чего достал из кармана палочку и одним взмахом лишил Гермиону всей находящейся на ней одежды в придачу к старым бинтам.       Она успела лишь ошарашенно ахнуть и попытаться прикрыть себя руками. — Переворачивайся, начнём со спины, — совершенно спокойно объявил он, игриво улыбаясь. — МАЛФОЙ, ЧТО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ?! — изо всех сил заорала она, неловко пытаясь прикрыться одеялом. — Лечу тебя, — ответил он как можно более равнодушно, но все ещё продолжая елейно лыбиться. — Сама перевернёшься или мне помочь? — Да пошёл ты! — яростно зарычала она, прежде чем Драко взмахнул своей палочкой. — Империо. У тебя был выбор. А теперь лежи смирно! Перевернись на живот и перестань орать.       Он одним движением смахнул с ее тела простыню, как только она послушно выполнила его приказ. Сгораемая от стыда и невозможности хоть как-то защититься, Гермиона принялась тихо плакать.       Не обращая на всхлипы девушки никакого внимания, Драко сел на кровать и стал аккуратно наносить лечебную мазь на незажившие раны. — Всё уже не так плохо, Грейнджер. За последние три дня большинство крупных порезов затянулось. Тебе бы стоило побольше есть, а то похожа на скелет. — Пошёл ты, — вновь огрызнулась она сквозь стиснутые зубы. — Не сказать, что я удивлен. Конечно, я понимаю, что от грязнокровки не стоит ожидать поведения чистокровной аристократки, но всё же твои манеры оставляют желать лучшего. Позволь дать тебе маленький совет. Когда тебя кто-то лечит, Грейнджер, стоит проявить чуть больше благодарности. А теперь повернись. — Пошёл ты, — с ещё большим гневом повторила она, ловя его глумливый взгляд.       Он не стесняясь рассматривал ее тело, аккуратно нанося лекарство. Гермиона нервно дёрнулась, когда он стал нежными движениями втирать мазь в плохо зажившие рубцы на ее груди. — Чем спокойнее ты будешь лежать, тем быстрее я закончу.       Она уставилась в потолок, пытаясь сосредоточиться на незатейливых узорах, украшающих потолочный плинтус и абстрагироваться от происходящего. «Не думай об этом. Драко Малфой прямо сейчас трогает твою обнаженную грудь. Не думай!» Она бы вполне могла справиться самостоятельно, для чего он все это устроил? Очевидно, чтобы в очередной раз унизить ее! Но раньше его передергивало от одной мысли прикоснуться к ней, в школе он брезгливо морщился, когда она просто находилась рядом, а сейчас досконально изучает ее тело, обрабатывает каждый шрамик и порез, появившийся на ней за последние десять дней. — Вот и всё. Незачем было так истерить, — он отложил оставшиеся бинты в сторону и подошёл к комоду.       Положив рядом с Гермионой стопку чистых вещей, Драко устроился в своё любимое кресло и снял с неё наложенное им ранее заклятие.       Резко подняв тело, Гермиона судорожно стала надевать предложенную ей одежду, выкрикивая вслух проклятия, которыми мечтала его наградить. — Не стоит благодарности, — ухмыльнулся Драко, откупоривая бутылку любимого горячительного напитка. — И всё же тебе не мешало бы потолстеть. На тебя смотреть страшно. Уизли совсем тебя не кормил? — ПОШЁЛ ТЫ! — в очередной раз проревела она, не в силах сдерживать гнев. — Я бы с удовольствием отсюда ушёл, но ты же знаешь, что не могу. Мы тут застряли с тобой вдвоём, по крайне мере пока великий герой Поттер не явится за тобой или не сдохнет. — Ты мерзкий, поганый… — А ты такая сексуальная, когда злишься, — он сделал небольшой глоток, наслаждаясь очередным приступом замешательства своей жертвы. — Не провоцируй меня, Грейнджер, а то могу и накинуться.       Соберись, Гермиона, он просто играет с тобой. Он ни за что не захочет тебя. Это же Малфой! — А что скажут твои родители, узнав, что их чистокровный примерный мальчик спит с грязной поттеровской подружкой? О, а как к этому отнесётся твой хозяин? — Твои мысли его больше не интересуют, а свои я хорошо умею скрывать, — Малфой несколько раз ударил пальцами по стакану, ожидая ответа. — То есть, ты готов нарушить свои пресловутые чистокровные идеалы ради минутного наслаждения? — Минутного? Ты меня за Уизли держишь? Конечно, я бы предпочёл чистокровную длинноногую блондинку с отличной задницей, но трехнедельное отсутствие секса немного сбавило мои запросы, — он сделал очередной глоток. — Сильно сбавило. Очень. Тебе, конечно, больше повезло, — он самовлюбленно провёл по своим светлым волосам рукой, зачесывая их назад. — Не хочу тебя расстраивать, Малфой, но ты совершенно не в моем вкусе. Я бы предпочла гоблина или горного тролля, чем спать с тобой! Уверена, что даже смогу сбросить с себя империо, если ты попытаешься этим воспользоваться. — Хочешь проверить? — его глаза заблестели, и он игриво облизнул нижнюю губу. — Нет, — слишком быстро ответила Гермиона, вызывая у парня очередной смешок. — Так я и думал.       В дверь неожиданно постучались, к счастью Гермионы, прерывая одну из самых неприятных бесед в ее жизни. На пороге появилась хозяйка поместья с какими-то вещами в руках. — Доброе утро, Драко, — она кивнула сыну, после чего обратилась к Гермионе. — Здравствуйте, мисс Грейнджер. Рада, что вы пришли в сознание, — ее дружелюбная улыбка выглядела неестественно фальшиво. Разумеется, Гермионе здесь никто не был рад, но к чему столько притворства? — Я принесла вам некоторые вещи. Думаю, здесь найдется всё необходимое, — она протянула стопку самой разнообразной одежды и некоторых предметов гигиены, — но если вам ещё что-то понадобится, дайте знать.       Какого Мерлина все так любезны к ней, пусть даже и наигранно? Эта семейка никогда не делает что-то просто так, не заботясь о собственной выгоде. — Спасибо, миссис Малфой, — смущенно поблагодарила Гермиона женщину, а после торопливо добавила: — мне бы очень пригодилась пара костылей, если это возможно.       Нарцисса сморщила нос, будто бы учуяла редкостное зловоние, доносившееся от Гермионы, и, до невозможности приторно улыбнувшись, обнадеживающе ответила: — Постараемся найти.       После чего, одарив Драко поучительным взглядом, попросила у него свою палочку и спешно удалилась, оставляя ребят вновь наедине. — Чего тебе ещё хочется, Грейнджер? Может, и я смогу тебе помочь, — нарочито ласковым тоном поинтересовался Драко, намеренно закусывая нижнюю губу.       К его удивлению, в ответ Гермиона одарила его широкой безмятежной улыбкой. — Да, кое-чего бы мне сейчас очень хотелось, и без твоей помощи я точно не справлюсь, — пролепетала она играючи и также прикусила губу, отзеркаливая действия парня. — Уверена, что ты поможешь мне расправиться с моим маленьким скромным желанием… Ты бы доставил мне массу удовольствия, если бы помог мне в его осуществлении… — сглотнув, Драко подался вперёд, а Гермиона продолжала: — Так вот, я видела у тебя в шкафу есть несколько книг. В общем, я не отказалась бы чего-нибудь почитать. Не мог бы ты подать мне парочку, пожалуйста? — Гермиона невинно захлопала ресницами, победоносно ухмыляясь. — Я не буду возражать, если ты выберешь на свой вкус. — Смотри, Грейнджер, ты ходишь по очень тонкому краю, — к удивлению Гермионы, ее просьба его нисколько не разозлила, а только позабавила, хоть в его голосе и были слышны ощутимые нотки разочарования.       Взяв с полки книгу, он поднёс ее Гермионе. Когда та протянула за ней руку, Драко резко одернул свою и с усмешкой сообщил: — Грейнджер, ну что ты как маленькая. Услуга за услугу. Так что ты готова мне предложить в обмен на эту прекрасную наиинтереснейшую книжечку? — он вновь замурлыкал словно мартовский кот, с шумом перелистывая пожелтевшие от времени страницы прямо под носом у девушки.       Гермиона возмущённо цокнула и закатила глаза. — Дай-ка подумать… Мм… Взамен на эту прелестнейшую интереснейшую по твоему мнению книжечку я никому не расскажу, что ты храпишь по ночам, хоть и обвиняешь в этом всех окружающих. Идёт? — пока Драко потерял бдительность, пытаясь понять лжёт ли она, Гермиона одним ловким движением вырвала из его рук книгу.       В этот раз она обыграла его. — Считай это подарком, — процедил Драко, возвращаясь в своё бархатное кресло.       На удивление выбранная Малфоем книга оказалась невероятно интересной. В ней рассказывалось о героических приключениях одного незнакомого ей ранее волшебника, объехавшего все страны мира в поисках утерянного его прадедом волшебного предмета. Тот чародей не знал, что ему предстоит найти, но не сомневался, что узнает этот предмет, как только увидит его. На пути волшебника к заветному сокровищу встречалось множество преград и невообразимых препятствий, и все из них он стойко преодолевал, полагаясь лишь на свой острый ум и невероятное везение…       Гермиону так увлёк этот рассказ, что она не могла оторваться от него до самого вечера. Девушка была готова отказаться даже от обеда, но угрозы Малфоя заставили ее наспех уплести целую тарелку ризотто, лишь бы скорее продолжить чтение. Драко переодически пытался привлечь ее внимание, то и дело бросая двусмысленные фразочки и язвительные замечания в ее адрес, но Гермиона всячески игнорировала слизеринца. И за ужином он не выдержал. — Если ты продолжишь в том же духе, то я сойду с ума от этих чертовых четырёх стен, в которых застрял по твоей, между прочим, вине! — уголок ее губ чуть заметно дёрнулся, но Гермиона продолжила сидеть неподвижно, так и не удостоив его ни улыбкой, ни взглядом. — Грейнджер, поговори со мной! Сейчас же! Гермиона!       Девушка в изумлении оторвалась от книжки и с нахальной слащавой улыбкой уставилась на Драко.       Малфой впервые в жизни назвал ее по имени. И ей всего лишь требовалось пол дня его игнорировать. Она общение с ней было просто необходимо парню, а значит она запросто может обязана этим воспользоваться. — Услуга за услугу, Малфой? — передразнила Гермиона. — Нет, Грейнджер, я просто сейчас заберу у тебя эту чёртову книгу! — несмотря на то, что эта фраза должна была прозвучать как угроза, его голос стал заметно мягче. — Но у тебя даже палочки нет! — справедливости ради уточнила она. — Я отберу ее силой! — с жаром воскликнул Малфой, вскакивая с кресла. — Тогда я вообще перестану с тобой разговаривать. А ты уж поверь, я могу очень-очень долго молчать, — Гермиона уставилась на него своими широко распахнутыми карими глазами, понимая, что теперь ее время диктовать условия. — Итак, я бы хотела помыть голову, — увидев в его взгляде неодобрение, она сразу же уточнила: — только голову. Раны останутся сухими. И ещё я… — Ладно, я помогу тебе с этим, но сначала ты сыграешь со мной, — пробормотал Драко, недослушав. — Но я не договорила… — А я уже согласился.       Открыв створку нижней полки книжного шкафа, Малфой достал оттуда шахматную доску. — Волшебные или обычные? — не подумав, выпалила Гермиона, внимательно следя за каждым движением своего соперника. — А сама как думаешь? — с издевкой бросил в ответ Драко и, окинув девушку оценивающим взглядом, положил игру на кофейный столик рядом со своим креслом, после чего помог Гермионе занять место напротив. — Значит, варварская игра, — она фыркнула. — На что играем? — поинтересовался Малфой, приподнимая брови. — На десерт, — после недолгой паузы предложила Гермиона.       Драко оглянулся на аппетитную тарталетку из песочного теста с фисташково-малиновой начинкой, лежащую на краю его подноса. Это его любимый десерт. Парень намеревался съесть его, запивая чашечкой ароматного кофе и наслаждаясь каждым откусываемым кусочком, но в случае проигрыша он будет должен отдать его Грейнджер. Зато возможный выигрыш помимо вчерашнего миндального круассана, одиноко лежащего на тарелке девушки, принесёт ему массу ни с чем несравнимого удовольствия. — По рукам…       Партия длилась достаточно долго. Каждый из игроков прилагал все возможные усилия, пытаясь переломить ход игры на свою сторону. Но, конечно, беря в расчёт нелюбовь Гермионы к волшебным шахматам и неприсущую ей слизеринскую хитрость, ее шансы на победу оставались невелики. — Шах и мат, Грейнджер, — злорадно объявил Малфой, опьяненный собственной победой.       Драко схватил с блюдца свой любимый десерт и с наслаждением стал уплетать его за обе щеки, причмокивая и закатывая глаза от удовольствия. Он еле удержался от того, чтобы облизать кончики пальцев, испачкавшиеся в фисташковом креме, но его превосходное аристократическое воспитание не позволило ему этого. Вдоволь насладившись потрясающим вкусом и недовольным лицом своего противника, слизеринец поднял с кровати Гермионы тарелку с миндальным круассаном. — Тебе повезло. Сегодня я добрый, — он отломил крошечный кусочек и протянул его девушке с широкой глумливой улыбкой.       Он наслаждался своей победой в полной мере, заставляя Гермиону злиться и чувствовать себя проигравшей. Драко мечтал обойти ее все школьные годы, и вот сегодня он был лучшим, пусть даже просто в какой-то дурацкой игре.       К его удивлению девушка согласилась сыграть с ним ещё несколько партий, во время которых они стали перекидываться совершенно нормальными человеческими фразами, делавшими их общение похожими на обычный диалог двух людей, а не на перебранку давних врагов. Если бы кто-нибудь застукал их в этот момент, то скорее всего подумал, что они просто друзья, играющие в настольную игру. — То есть маглы тоже играют в шахматы? — Да, но фигурки у них сами по себе не двигаются и тем более не разрубают друг друга. Маглы переставляют их руками и также убирают с поля. — Может, они ещё в квиддич и в плюй-камни играют? — он хмыкнул. — Вообще-то шахматы — это магловская игра, — удивила его Гермиона. — Вместо квиддича у них футбол и баскетбол, в плюй-камни они не играют, но зато есть множество других интересных игр: прятки, карты, монополия, морской бой, твистер… — заметив недоумение на лице парня, девушка прекратила перечислять совершенно не понятные для того слова. — Морской бой? Только не говори, что они устраивают бои в морях и называют это игрой?       Закатив глаза, девушка терпеливо ответила: — Если найдешь два свитка и пару перьев, я тебе всё объясню…       Весь оставшийся вечер Гермиона учила Малфоя различным магловским играм. Он, к её изумлению, налету схватывал правила и, похоже, искренне наслаждался их совместным времяпрепровождением. Ей тоже жаловаться было не на что. Парень вёл себя удивительно дружелюбно. Казалось, даже слишком. Они не ругались, лишь иногда взаимно делились колкостями. Гермиона никогда не могла себе представить, что будет с удовольствием проводить время с Малфоем, но сегодняшний вечер выдался поистине приятным для них обоих. Ребята так увлеклись, что легли спать лишь во втором часу ночи.