Колдофото с сюрпризом

       — Я нашёл отправителя, сэр, — доложил Гарри.       Он выдержал ещё пару дней после разговора с отцом, а затем сомнения толкнули его к тому, что у него получалось лучше всего: действовать. Стоило самому прощупать почву и понять, что к чему.       Волдеморт, облачённый в удивительно шедшую ему зелёную мантию, пошитую серебряной нитью, на чём Гарри остановился взглядом в течение пары мгновений, вопросительно приподнял брови.       — Отправителя писем, — пояснил Гарри.       Если отец был прав, то Риддл всё это время играл с ним — притворялся смущённым происходящим мракобесием с колдографиями, кричал о возможном вреде своей репутации и требовал того, что было у него перед носом: виновника. Возможно, притворство зашло ещё дальше.       — И почему ты не привёл виновника сюда? А ещё лучше — в карцер аврората? — раздался недовольный вопрос.       — Подобная рассылка — не преступление, — уточнил Гарри.       — Неужели? — хмыкнул Волдеморт, дёрнув плечом. — Что ж, пусть Визенгамот рассудит нас.       — Вы собираетесь подавать в суд? — нахмурился он.       — Конечно собираюсь, — кивнул Риддл. — Чтобы неповадно было.       Гарри переставал понимать, игра это или же нет. А что, если действительно подаст?       Он уже представлял эту тяжбу:       — Сэр, вы признаёте, что отправляли Тому Риддлу колдографии «порнографического характера»?       — Нет, — вякнул бы Гарри.       — Вы под присягой, и тем не менее лжёте суду?       — Да… То есть нет! Это не моё! Не мой!       — Что ж, в качестве доказательства Томом Риддлом были предоставлены два слепка…       Фантазия застопорилась, и Гарри отмахнулся от неё с мысленным вздохом. Он не понимал, ошибался ли отец или же был прав, и Риддл тянул за ниточки, проверяя, насколько далеко зайдёт Гарри.       — Имя, Поттер-младший, — заставил его вздрогнуть чужой голос.       — К сожалению, — медленно начал Гарри продуманную заранее ложь, — след привёл нас с Пушком к почтовой станции. Письма были отправлены именно оттуда. Сову не запомнили.       Совиные станции принимали почту извне со всех уголков страны и отправляли служебными совами внутрь Министерства — того требовали правила, чтобы избежать хаоса корреспонденции.       Риддл уставился на него с непонятным выражением лица.       — Ты сказал, что нашёл отправителя, — напомнил он внезапно и встал, упираясь ладонями в свой стол.       — Верно. Вам теперь нужно будет дождаться совы на той станции, — пояснил Гарри не без сарказма. — И поймать лиходея прямо за руку: он-то не знает, что станция раскрыта — снова туда пожалует.       А Гарри мог снова послать колдфото — с другой станции — и тоже разыграть дурачка. Если Волдеморту это надоест, он сделает новый шаг. А сейчас был черёд Гарри делать ход.       — Хм… Тогда, как ты выразился, поймай его за руку и приведи сюда сам, — потребовал Риддл.       — У меня нет времени протирать штаны на почте.       Красноречивый взгляд Риддла был яснее слов.       — Ты думаешь, что у меня оно есть? Это вы, авроры, часами можете сидеть в засаде — у меня же дел невпроворот.       Гарри шагнул к нему, улыбнувшись самой вежливой своей улыбкой:       — Наслышан о ваших делах. Вы собираетесь воспользоваться магловским метро, если я не ошибаюсь?        Волдеморт никак не прокомментировал этот слух.       — Чтобы встретиться с министром маглов: он хотел показать вам прелести такого передвижения, — продолжил Гарри.       — Какая осведомлённость, Поттер-младший, — наконец хмыкнул Риддл. — Только не понимаю, каким боком тебя касаются мои дела.       — Официальных лиц в подобных ситуациях должен сопровождать сотрудник аврората, сэр, — произнёс Гарри. — Ради безопасности обеих сторон. Я вызвался сам — мою кандидатуру одобрили. Вам не сообщили? — достал он заявку и мановением палочки развернул пергамент перед чужим лицом.       Риддл нахмурился.       — Если ты что-нибудь вынюхиваешь, — начал было он. — То это бессмысленно. Визит — лишь формальность. Проект туннелей для волшебников одобрен твоим отцом и представителем гоблинов.       — Я знаю, — невинно улыбнулся Гарри. — И в политику вообще не лезу. Моё дело — маленькое. Безопасность волшебников. Маглов… Всех.       — Мне охрана не нужна.       — Увы, сэр, таковы правила.       И снова его удостоили красноречивым взглядом, гласящим, насколько глубоко плевать Риддлу на все эти правила.       — Ты убить меня решил? — внезапно спросил тот.       — Что?       — Сопровождать собрался, когда мы рядом стоять не можем без того, чтобы я не задохнулся, — скривился он.       Правда или притворство?       — Вы уже стояли рядом, — напомнил Гарри вновь с вежливой улыбкой. — И живы. Не надо преувеличивать.       Единственное, что Риддлу грозило, — опьянеть перед встречей с представителем маглов. Что было бы даже забавно. Однако у Гарри были другие планы. Да и всё же сомневался он в том, что мог иметь подобный эффект на Волдеморта.       — Я буду держаться в стороне, — добавил он, заметив явный скепсис на чужом лице. — Сомневаюсь, что вы сможете разобрать, где мой запах, а где — всех прочих. В вагонах много маглов. Много альф.       — Я знаю, — раздражённо отмахнулся Волдеморт и опустился в кресло.       — Тогда в чём проблема? Или хотите сказать, что узнаете мой запах из тысячи, сэр? — поинтересовался Гарри с всё той же непринужденной улыбкой.       — У меня дела. Если тебе нечего больше сказать, ты свободен, — махнул Риддл рукой.       Гарри постоял ещё с несколько секунд и мысленно хмыкнул, прежде чем покинуть кабинет Волдеморта. Однако, едва переступив порог, он всё же успел услышать предупреждение:       — И не опаздывай, Поттер-младший: ждать я тебя не нанимался.       Ради такого, Гарри собирался прийти хоть за полчаса до назначенного времени.       Он сдержал улыбку перед внимательным взглядом Розье — не стоило давать новых поводов для слухов.              

***

             — Отодвинься, — процедил Волдеморт.       — Здесь так много м… людей, — выдохнул Гарри с улыбкой. — Я всё-таки на службе, а вы — моя ответственность, сэр.       Чужое лицо, отразившееся в стекле вагона, превратилось в зверскую гримасу.       Гарри это не испугало. Во-первых, они среди маглов, а во-вторых — каким бы он был аврором, если бы испугался чьей-то убийственной ауры?       — Поттер-мл… — Риддл оборвался себя на полуслове, когда Гарри прильнул к нему со спины, положив ладонь на стекло.       — Какие эти штуки неудобные, сэр, — прошелестел Гарри ему на ухо, — качает туда-сюда. Вы уверены насчёт этого проекта?       Послышался скрип — скрип чужих зубов. В этом у него была тотальная уверенность.       — Кем ты меня считаешь? — резко обернулся Риддл, отчего они оказались лицом друг к другу.       — Не понимаю вашего вопроса, сэр.       Это кем его считает Волдеморт?       Мысли о том, что всё это какая-то игра, не покидали его ни на секунду.       Он пытался забыть о происходящем и каждый раз возвращался к этой ситуации, силясь понять, что ему с ней делать. Действовать открыто, например, вручить очередную колдографию лично, мол, проведите меня в карцер, сэр, и желательно останьтесь там со мной. Или же просто соскочить, как и планировал. Сделать вид, что это всё ничего не значит, фотографии ничего общего с ним не имеют, а тот секс был своего рода интрижкой. Из любопытства. Каждый получил своё, и на этом всё.       Или же продолжить провоцировать Риддла?       — За кого ты меня принимаешь, Поттер-младший? — одними губами переспросил Волдеморт, сузив глаза так, будто собирался ими применить какое-нибудь страшное проклятие.       Вагон снова качнуло, и Гарри едва не ткнулся губами в чужой висок — Риддл вовремя повернул голову. И тут же со свистом выпустил воздух между губ.       — А вы?       — Что я?       — Мой запах теряется среди всех остальных? — спросил Гарри, заметив выступившие на шее пупырышки мурашек. — Я бы хотел, чтобы вы снова опьянели…       Ответом ему стал ещё более злющий взгляд.       — Нарываешься на проклятие, Поттер, — и ему в пах что-то упёрлось.       Палочка…       — Мне слова не нужны, — на чужом лице расплылся плотоядный и довольный оскал. — Выйдешь из вагона импотентом, — приблизил Волдеморт лицо, — и я сам выбираю когда и с кем могу опуститься до… домогательств. Это ясно?       — На месяц? — уточнил Гарри, задержав дыхание.       — Что на месяц?       — Импотентом выйду, сэр, — пояснил он, не сдержав улыбку.       Риддл откинул голову, дёрнув подбородком, и не моргая уставился на него.       — Ты слишком отчаянный, — спустя пару мгновений тряски и оповещения о прибытии на станцию заметил он.       Поезд начал замедляться, а некоторые из маглов — вставать. Места стало ещё меньше.       — Просто пытаюсь понять, стоит ли игра свеч, — склонил Гарри голову.       — Не флиртуй, Поттер-младший: у тебя это отвратно получается.       — А если я скажу, сэр, что вы мне нравитесь?       — Скажи, — просто ответил Риддл, и палочка, вместо того чтобы отодвинуться, прижалась сильнее.       Казалось, ещё чуть-чуть — и ею его проткнут.       — Чтобы остаться без... без? — уточнил Гарри, сквозь зубы.       Дверцы открылись, часть маглов хлынула наружу, часть — внутрь. И эти части были явно непропорциональны.       Гарри затошнило от ярко выраженного цветочного аромата какого-то омеги, что оказался поблизости — тот весело болтал, приложив ладонь к уху.       — Вы приятно пахнете, сэр, — прошептал Гарри, вернувшись взглядом к Волдеморту.       — Чего не могу сказать о тебе.       — Вы со всеми альфами ведёте себя так?       — Я веду себя так со всеми, — поправил его Риддл. — И плевать: альфа, бета, омега это или домовой эльф.       — Вас не учили манерам?       Гарри прикусил язык, понимая, что лучше не дерзить тому, кто держит палочку у твоих яиц.       — А тебя? — чужие брови приподнялись.       — А что я, сэр? Я с первого дня вёл себя с вами самым почтительным образом, — опознал возмущение в собственном голосе Гарри. — Это вы меня терроризировали, унижали...       — Кто учил тебя так флиртовать, Поттер-младший? — перебил его Волдеморт.       — Я с вами не флиртовал, — нахмурился он. — Не тогда, то есть.       — Меня задаривали отвратными вениками, слали всякую пушистую и бесполезную живность в коробках, дарили блестящие побрякушки, будто я сорока, зачитывали бездарные четверостишия, хм… Пытались напоить, приглашая на ужин, вызывали на дуэль в надежде уложить на лопатки, звали полетать на метле, когда мне, чтобы летать, метла не нужна, а значит, это совершенно бестолковое времяпрепровождение…       У Гарри появилось кислое послевкусие во рту, пульс ускорился, а ладони вспотели, когда он нервно провёл свободной рукой по пальто.       Ему чудилось, тот сейчас заявит: «…Но вот слать мне порнографию — до такого ещё никто не додумался».       — …но вот совсем ничего не делать — это новшество, Поттер-младший, — тем не менее заключил Риддл совершенно спокойно.       Гарри даже на секунду опешил.       — Как это совсем ничего?       — А ты что-нибудь делал? — невозмутимо уточнил Волдеморт, убирая палочку.       Заключался ли намёк в этих словах теперь?       Чтобы Гарри признался… Пусть Гарри и ляпнул тогда про попытки привлечения внимания, но вряд ли колдофото можно считать своеобразным флиртом. Он ведь показывал товар лицом, как ни посмотри. А не намекал… И даже уже позволил испробовать его в действии.       — Мы… катаемся на метро, — сдержал он захватившего его заику, и вторая часть фразы прозвучала даже сурово.       — Мы? Ты увязался за мной в метро, — снова поправил его Риддл.       — А вы бы приняли приглашение, сэр?       — Покататься на поезде? Нет.       — Вообще. Любое… Какое-нибудь?       — Не мямли, Поттер-младший. Любое, какое-нибудь, какое — любое?       Гарри как назло в голову полезла идея отца с ужином.       — Сходить в клуб? — ляпнул он прежде, чем предыдущая мысль была бы озвучена.       На чужом лбу появились складки.       — Ты приглашаешь меня в клуб? — переспросил Риддл, подчёркивая местоимение.       Лучше бы Гарри про Рождество сказанул. В качестве шутки.       Картина о Волдеморте — бывшем-будущем Министре магии — в каком-нибудь «Рояле» вместе с ним — сыном нынешнего-будущего Министра — превращалась в карикатуру.       — Нет... — качнул Гарри головой и тут же выдохнул: — То есть да!       Что он несёт?..       — Не в клуб, — добавил он.       — Можешь пригласить меня к себе домой, Поттер-младший, — будто бы снизошли до него. — Я подумаю, принимать ли приглашение или нет.       — К родителям? — прошелестел Гарри, удивлённо уставившись на Риддла.       — Ты что, с родителями живёшь?       — Н-нет…       — Тогда зачем нам трахаться в доме Джеймса? — с раздражением спросил Волдеморт и цокнул языком, словно поставив точку в этом разговоре.       Безусловно, самом нелепом из тех, что у них были.       Минутку…       Гарри осоловело моргнул.       Трахаться?