Sääli on sairautta

Иногда очень хорошо быть винтиком. Простой крохотной частью системы, которая ничего не решает, но существует в своем крохотном замкнутом цикле. Когда в жизни Светланы случился развод, она буквально спряталась в работе. Дома на нее смотрели огромные вопрошающие глаза детей, которые не понимали, как случилось так, что в мгновение ока весь привычный им мир рухнул. А у Локтевой, увы, не было ни единого ответа - ни правильного, ни неправильного. Она не знала, чем успокоить детей, чем подбодрить себя, а еще она понятия не имела, как заткнуть свою мать, которая как заведенная повторяла, что Светлана просто обязана была стать “разведенкой”. Следовало признать, что мать твердила Свете это с первого дня брака с Локтевым… но, какая разница? Как итог, Светлана отчаянно пряталась в работе, скрываясь от детей, матери и себя самой. Она подглядела этот способ жизни у Пушкаревой. Вот уж кто буквально ЖИЛ работой, или… точнее на работе. Локтева даже решила сблизиться с Катериной, ведь до этого она не воспринимала девчонку со всей серьезностью - молодая, замкнутая, укрытая слоями безвкусной “бронированной” одежды, невидимая для других мышка, мечтавшая стать чем-то значительным и сильным. А еще явно грезившая о любви. Светлана никогда не осуждала Катерину - она была на ее месте - глупая, юная, неопытная, мечтающая о принце… Правда, в ее сказке этот самый принц стал лягушкой, когда иссякло их долго и счастливо, но это не важно. У нее было и счастливо, и даже, по возможности, долго. А еще было несколько лет, когда она буквально ощущала себя принцессой… ровно до рождения первого ребенка - но все же… Именно поэтому Светлана могла понять Катерину, а еще она заметила ее первые робкие взгляды в сторону Жданова. Это была фатальная ошибка Пушкаревой, о которой Локтева хотела бы сообщить, но не могла. Да, Андрей Павлович был не плохим человеком, по крайней мере сама Светлана верила в это ровно до того момента, как Захар… дал ей отставку. Потом она стала коситься на Жданова с чуть большим осуждением, понимая, как мучится Кира каждый раз страдая от последствий измен, но… это было, пожалуй, его единственным минусом. Все в ЗимаЛетто знали вкусы Андрея, и даже Мария отчаялась оказаться с ним в одной койке, хотя пару раз и пыталась. Так что у Кати на это не было ни единого шанса. А потом Светлана стала замечать, что Катерина… изменилась. Она все еще смотрела на Жданова своими огромными влюбленными глазами, но на этот раз в них появилась… надежда, и это почему-то напрягало Локтеву. Она решила, что, возможно, Катя просто замечталась, а она сама нашла в созерцании этих перемен с Пушкаревой выход, чтобы спрятаться от собственных чувств. Так что, в какой-то момент она могла бы назвать себя буквально знатоком “нетаковостей” Катерины Валерьевны Пушкаревой. И та, которая сперва казалась ей простой и безынтересной захватила ее целиком. Даже Амура заметила, что Света поглядывает на Катю с повышенным интересом. - А когда ты показания будешь заносить в свой дневник наблюдений? - выгнула она брови, когда Катя вышла поговорить по телефону. - Какие наблюдения? Ты о чем? - захлопала ресницами Светлана, но, увы, она была просто не способна притворяться дурой. Ни с мужем, ни с подругами… вот только мать в ней видела клиническую идиотку, но так было всегда. - Ты за Катей нашей следишь уже какое-то время, - Буйо говорила полушепотом, словно делясь чем-то не слишком важным но личным, - вот мне интересно, ведешь ли ты для этих данных какой-то дневник. - Ничего я не веду, - разговор аппетит Локтевой не уменьшил, так что она положила себе на тарелку немного салата и тонко нарезанную ветчину, - просто… Катя в последнее время ведет себя немного… непривычно. - Катя? Непривычно? Да она вся состоит из всего непонятного и непривычного, - хмыкнула Амура, - я на нее тут расклад на досуге сделать пыталась. Ты же видишь, как она скрытничает в последнее время? Так вот, у меня что-то такая белиберда получилась! - она покачала головой, - так что даже ТАРО не хотят говорить о ней однозначно, а то мы - простые грешные люди. - Знаешь, - Света не была против карт и гаданий, и даже сама пришла к Амуре в отчаяние, когда от нее ушел Захар, но… - карты не могут заглянуть в душу человека. Может они и расскажут, что происходит вокруг нее, но никак не о том, что ее мучит. - Ты думаешь, что Катю что-то мучит? - Амура постучала зубцами вилки по нижней губе, глядя на дверь, в которую упорхнула Пушкарева. - Я говорила о душе, - вздохнула Светлана, но это совершенно не смутило Буйо. - Но, о Катиной же душе? Локтева не была уверена, говорила она о себе или о Катерине, так что выбрала просто промолчать, притворяясь полностью поглощенной едой. Если что-то в Кате и было странным, то это ее личное дело. Ведь так? Но такое восприятие дел у нее продлилось недолго… И Катерина снова привлекла ее внимание своей задумчивостью и даже мечтательностью. Светлана задумалась о том, что сейчас Пушкарева сильнее всего была похожа на женщину влюбленную. Она менялась - привычка носить волосы, стянутые в пучок, сменилась на слегка распущенную косу, новые очки сейчас красили ее как никогда, а новое пальто стало причиной зависти, ведь Маша тут же узнала его цену и принялась расспрашивать Катерину, где она такое купила - может, волшебные скидки? Перемены в женщине очень часто связаны именно с влюбленностью, страстью, желанием… нравиться. И все было бы логично, все бы укладывалось в голове Локтевой стройным рядом, вот только… Катя стала от Жданова держаться подозрительно… подальше. А вот это совершенно не сходилось со всем, что происходило в жизни Пушкаревой. И это могло значить только одно - Катерина была влюблена, но объектом ее воздыхания был не Андрей Павлович. Но, тогда кто? Других претендентов на эту роль Светлана попросту не видела. Да, таким человеком мог оказаться Малиновский - приятная наружность, ласковые речи, хорошее, правда, не всегда, чувство юмора. Но от Романа Дмитриевича Катя в коридорах компании и вообще шарахалась… Ну не в Потапкина же она влюбилась, право слово. Так, ломая голову над судьбой другого человека, чтобы не ломать ее над своей, Локтева стала свидетелем крайне любопытного диалога между Воропаевыми. Светлана как раз направлялась делать копии документов, когда заметила в коридоре Александра и Киру. Воропаев пристально наблюдал за тем, как его сестра набирала воду из кулера в картонный стаканчик, и Локтева подумала, что если бы кто-то так же пристально смотрел на ее руки, то она неминуемо пролила бы воду на пол. Но Кира справлялась отлично. Пока. - Ну и что дальше? - спросила Воропаева, вздыхая, - я просто не понимаю, чего ты добиваешься своим поведением, - она повернулась к брату, делая глоток из стакана, - ты собираешься устроить пышную свадьбу или тихую церемонию - не важно. Никто не поверит в благородность твоих намерений или вечную любовь, если ты не покажешь свою… избранницу миру. - Откуда ты знаешь, что я собираюсь или не собираюсь делать? - выгнул бровь Александр, - у меня все продумано, не переживай. В этом случае меня ДЕЙСТВИТЕЛЬНО волнует реакция большинства. Но если ты собираешься дать мне несколько советов, то я с радостью их приму. - “Не жениться” не подходит? - вздохнула Кира, снова делая глоток из стакана, - ну что тебе эта ситуация так дорогу переехала? Ты думаешь, что мало у нас в стране, да и в мире в целом женщин, которые сами… - Я прекрасно осведомлен о подобной статистике, - перебил сестру Александр, - но я не понимаю, почему я должен становиться частью этой статистики? Точнее, почему я должен становиться причиной подобного. - О! Да ради Бога, - Кира отшвырнула стаканчик в сторону, попадая точно в урну, - ты же элементарно не приспособлен к тому, чтобы с кем-то жить! Даже Кристина говорила, что у тебя задатки… отцовские. Локтева заметила, как дернулся левый уголок губ Воропаева. Казалось, что он собирался ответить сестре что-то резкое, но сдержался в последний момент. - Я тебя разочарую, но эти задатки есть понемногу у всех нас, но при этом ты стремишься к отношениям с Андреем, - говорил Александр довольно мягко, но глаза его оставались холодными, и словно неживыми. - Ну, ты сравнил, - взмахнула руками Кира, а потом взяла брата под руку, уводя его в сторону своего кабинета, - я - маленькая хрупкая женщина, которая не может причинить вреда, и ты… Что дальше говорила Воропаева, Локтева не слышала, а что ответил Кире брат и подавно, но позволила себе немного зависнуть на важном моменте, который она вынесла из этого кусочка разговора - у Александра Юрьевича появилась невеста, которая, как оказалось, не слишком устраивает Киру Юрьевну. Наверное, очень сложно быть… такими. Тут просто по любви сойтись не выйдет, нужно чтобы избранницу все одобрили, приняли… жуть какая! Размышляя, что социальное неравенство исчезло, но не до конца, и что проблема в головах самих людей, кто в это верит Светлана сделала нужные копии и вернулась к себе. По пути она столкнулась с Амурой, которая мчалась во весь опор к Ольге Вячеславовне с какими-то образцами. Буйо затормозила, каблуки издали противный писк, проехавшись по плитке. Локтева поежилась и спросила: - Ты что, передумала спешить куда бежала? - Почти, - Амура сузила глаза, - я просто тебя увидела. - Как интересно, - хмыкнула Светлана, - и это заставило тебя остановиться? - она потерла лоб, удерживая документы одной рукой, - на мне что, что-то написано? - У тебя просто выражение лица такое, словно ты познала всю скорбь мира в одну секунду. Мне стало интересно, - призналась Амура, - ты крайне редко бываешь такой… задумчивой. - Как сказать, что я идиотка, но при этом идиоткой меня не назвать, - рассмеялась Светлана, заставляя Буйо нахмуриться. - Ну, я же не о том! Ты это прекрасно знаешь, - Амура вздохнула, - ладно, может, я ошибаюсь, и ты просто думала… - Ты случайно не знаешь, у Александра Юрьевича, который Воропаев, есть невеста? - Локтева только потом осознала, как криво и странно звучал ее вопрос. - Что? - брови Буйо подскочили вверх, - а это тут при чем? - Да не при чем, - пожала плечами Светлана, - я просто подумала… Кира Юрьевна с Андреем Павловичем - тут все понятно… пусть и не стабильно. Роман Дмитриевич с половиной ЗимаЛетто - тут все стабильно, пусть и не понятно. А вот Александр Юрьевич… он не выглядит как человек, который в отношениях, да? - Тебе что, Воропаев понравился? - логика Амуры была ясна, в конце концов, просто так в их разговорах мужчины не появлялись, - должна тебя разочаровать, он точно не семейный тип, - она вздохнула, - я на него делала расклад… - Зачем? - Буйо могла вещать о своих раскладах часами, а сейчас, увы, и у нее самой, и у Светланы времени было не слишком много, - тебе стало интересно? - Как зачем? - Амура улыбнулась, - он высокий, привлекательный, такой… загадочный. Да, - она отмахнулась, когда Локтева нахмурилась, - я знаю что он грубый и резкий, но одно другому не мешает, как говорится, - она лукаво улыбнулась, - я думала, что могу ему понравиться. Но мои попытки поговорить с ним в коридорах закончились ничем… - Ты говорила с ним? - на этот раз Светлана была шокирована по-настоящему, - а почему ты не рассказывала об этом? - Так не о чем было рассказывать, - пожала плечами Буйо, - да и стыдно немного, - она замялась, и Локтева решила, что это вполне логично. У Амуры с Марией был некий негласный спор об их привлекательности, и если бы у Буйо не получилось… Тропинкина не была плохим человеком, но вредность ее иногда не знала границ. - Нет ничего постыдного, если тебе понравился человек, и ты решила сообщить ему об этом, - Светлане хотелось, чтобы Амура чувствовала себя комфортно. Но Буйо просто покачала головой. - Да не нравился он мне, вот чтобы так, - призналась она, - он просто соответствовал кое-каким параметрам, которые вписаны в мой идеал и все. Но я это к чему - у меня не вышло с общением… в особенности после того, как я застала его в таком неловком положении с нашей Катюшей, я решила кинуть на картах… - С кем ты застала Воропаева? - Светлану очень заинтересовал этот момент, ведь странное поведение Кати могло быть связано и с Александром Юрьевичем, разве нет? Только дурак не замечал, что Пушкарева и Воропаев притягивались друг к другу в стенах компании как магниты, но… кто бы мог подумать, что между этими двумя может быть что-то кроме язвительности и сарказма Александра и тотального невезения Катерины? Амура закатила глаза. - Да, Господи, ничего особенного там не произошло, - вздохнула Буйо, - все как обычно, Катерина его сбила и они… - Амура! - впервые в жизни Локтева решила, что Уютова НЕ ВОВРЕМЯ, - я тебя уже заждалась, - она улыбнулась Светлане и снова повернулась к Амуре, - мне… точнее, Милко, очень нужны эти образцы, а ты пропала. - Да вот, мы со Светой немного… бегу, - Буйо подмигнула Локтевой, - я к тебе потом зайду, хорошо? - Хорошо, - Света была бы очень рада, если бы ей удалось поговорить с Амурой, а то в ее голове роилось больше вопросов, чем ответов, - мне тоже нужно поработать, - она приподняла документы, которые прижимала к себе, - простите, я не думала, что мы задержимся так надолго, - она повернулась к Уютовой, но та только рукой махнула. - По мне, то можно было бы подождать еще немного, - ответила Ольга, - но Милко, - она вздохнула, - ты же знаешь… Пойдем, - она кивнула Амуре, - и будь готова, наш Гений сегодня очень любит покричать. Буйо таким было не удивить. Да что там, подобным НИКОГО в ЗимаЛетто нельзя было удивить! Так что Амура вместе с Ольгой скрылась в коридоре, чтобы не злить Милко больше чем нужно. Иногда Локтева хотела посоветовать Уютовой просто взять в руки ремень - ведь Вуканович вел себя просто как великовозрастный ребенок, не иначе! Но подобные вспышки были более чем мимолетны, в конце концов, она никогда не поднимала руку на своих детей, хотя, Бог свидетель, иногда они доводили ее до белого каления. Да и к тому же, как бы себя не вел Милко с остальными, с Ольгой он всегда был бережным, понимающим… Скорее всего, он видел в ней фигуру матери. Локтева потерла нос еще теплыми, после копирования, страницами и невольно задумалась о том, где же были родители Милко. О них она никогда не слышала. Может… стоило расспросить Уютову? Хотя… ну куда ей еще новые секреты? Ей вон и Пушкаревой достаточно. Она в ней одной разобраться не может. А тут еще и Воропаев, и Милко… Вот что значит “эффект подмены” - решать чужие проблемы, если не в силах решить свои. Нет, с этим нужно было завязывать - никаких больше Пушкаревых и всех прочих, она будет заниматься собой. Ей это сейчас очень нужно. Вон… сделает маски себе, сходит на педикюр - давно собиралась, но все откладывала, ведь деньги всегда были нужнее для детей… Да, она определенно займется собой! Как итог, обещания, данные самим себе, бывают не так уж надежны. Педикюра не случилось, как и маски, которая лежала теперь вместе с аптечкой в шкафу в ванной. Но загадка Катерины Пушкаревой осталась, и даже приумножились. Особенно в тот день, когда она явилась на работу в новом строгом закрытом платье-футляре глубокого зеленого цвета… Конечно, это шокировало не только Локтеву, но и всех остальных ЖенСоветчиц, но Светлана оказалась в чуть более выигрышном положении! Ведь она видела, КАК добралась до работы Катерина в тот день. Точнее, КТО ее на эту самую работу подвозил. И Локтева буквально изнывала от того, чтобы расспросить Катерину и в то же самое время просто заткнуться и… ждать. Сама же Пушкарева на все вопросы о своем новом наряде отмалчивалась, или говорила, что пришло время попробовать что-то новое. Было заметно, что в этом платье ей было не слишком комфортно, и еще она постоянно теребила косу, в которую вплела ленту в тон платью. Словно нервничала просто потому, что ей задавали слишком много вопросов, а еще буквально пряталась по коридорам от Киры… Вопросов становилось все больше, а настроение у Локтевой все хуже. Так что она просто дождалась, когда Катерина окажется в своем кабинете одна и… постучала. - Входите! - голос Кати был напряженным, да, она совершенно точно не ожидала посетителя. Светлана повернула ручку, входя в кабинет, - Света? - брови Пушкаревой подскочили вверх, - тебе что-то нужно? - Если честно, то да, - Локтева заперла у себя за спиной дверь, жутко ощущая себя идиоткой, - но я не уверена, что имею на это право. - Ты о чем? - нахмурилась Катерина, - я не понимаю… - Я хочу тебя спросить кое о чем, - Света сжала руки в замок за спиной. Боже, еще немного и она просто сбежит, отговорившись… какой-то глупостью. - Конечно, - с готовностью кивнула Пушкарева, явно не ожидая подвоха, - если я могу тебе чем-то помочь… - Да… можешь, точнее, - Локтева выдохнула, если не спросит сейчас - не спросит никогда, - что у тебя с Воропаевым? И Катя… улыбнулась!