Sääli on sairautta

Друзья Александра. Это было чем-то новым, странным, необычным и пугающим. Еще более пугающим, чем то, с какой осторожностью относился к ней Воропаев даже после того, как они стали друг другу столь близки. Он буквально трясся над ней, чего в начале их… общения не было. Теперь он придирчиво осматривал ее одежду - ей должно было быть тепло и удобно. Обувь… у нее появилось три новых пары ботинок и сапоги. Катя вздохнула, вспоминая, как они эту самую обувь выбирали… Ей тогда подумалось, что продавщицу так не доставали ни разу. Еда… Александр постоянно проверял срок годности продуктов и фрукты выбирал лично, покупая все настолько дорогое, что Катя не выдержала, и заметила, что дорого, это не всегда значит качественно. Воропаев кивнул, но, как и следовало предполагать, он ее послушал, но… не услышал. Все это немного попахивало деспотизмом, ведь право выбора Александр железно оставлял за собой. Но… Катерина понимала, что это… забота, и что он проявляет ее единственным возможным для него способом, но все же… А тут еще и это знакомство с Николаем… Увы, на тех выходных поездка к Барсукову сорвалась. Он позвонил Александру, чтобы извиниться и пообещал, что как только уладит свои проблемы… Воропаев тут же заявил, что с проблемами Николая он просто обязан помочь - для чего же еще нужны друзья? Но Барсуков мягко отказал ему, намекнув, что лучшее, что Александр может сделать сейчас, это провести время со своей невестой. Ну… по крайней мере, Воропаев передал этот разговор именно так. Катя, признаться, обрадовалась, у нее выдалась возможность провести с Александром все выходные, и она готова была молиться только об одном, чтобы у него не образовались срочные дела. И ей повезло! Два дня они были только вдвоем! Просто проводили вместе время, держались за руки… хотя это Воропаев делал скорее для того, чтобы она ненароком не полетела носом вниз. И даже готовили вместе ужин. Как оказалось, Александр умел вкусно готовить и знал много невероятных блюд. Катю к плите он не подпустил, но на кухне с ним остаться позволил, время от времени предлагая ей попробовать то соус, то мясо.… И радовался каждый раз, когда она уверяла его, что это божественно вкусно. И Катя готова была повторять это снова и снова. Во-первых, это было, правда, очень вкусно, а во-вторых, ей так нравилось смотреть на его улыбку… Так что, эти выходные она могла бы назвать лучшими в своей жизни. Определенно, лучшими. И вот теперь у нее появилась возможность увидеться с Барсуковым, который пригласил их на ужин. Да, встреча обещала быть короткой, ведь посреди недели было невозможно позволить себе задерживаться слишком надолго, но Николай настаивал, и Катерина поняла, что интерес к ее персоне был крайне высок. С чего бы… Это ее напрягало и волновало просто неимоверно. Но Александр успокаивал ее тем, что Николай будет вести себя прилично, что бояться нечего, что с ним она в полной безопасности. В последнем Катя не сомневалась, так что на встречу с Барсуковым шла бесстрашно. Ну… почти. - Какая красавица! - начало знакомства с Николаем было довольно… неожиданным. Он обратился с комплиментом к Катерине вместо приветствия, а потом двумя руками обхватил ее протянутую руку, - нет, просто восхитительно! А какие пальцы! - он принялся разглядывать сперва одну ее руку, а потом вторую. Барсуков вдруг нахмурился и покосился на Воропаева, - а где же… - Ты нас долго будешь держать на улице? - Александр перебил друга и решительно притянул Катерину к себе, - потом повосторгаешься. - Где мои манеры, - закивал Барсуков, - проходите-проходите! Вася! - гаркнул Николай, заставляя Катю подпрыгнуть на месте, - гости приехали! - Ну что ты орешь? - возмущенно поинтересовался Александр, - зачем пугать людей? - Простите, - Барсуков прижал руку к груди, - я это… по привычке, - он взглянул на Катерину, - я больше не буду кричать, красавица, обещаю. Меня не нужно бояться, я очень хороший. - Врет, - тут же вставил Воропаев, прижимая Пушкареву еще ближе, - но бояться тебе его и правда не стоит, он может лаять, но тебя не укусит. - Ты меня что, только что собакой обозвал? - Барсуков сплел руки на груди, - ну, знаешь, - он недовольно пошевелил усами. - Ты и сам отлично справился, - пожал плечами Александр, а потом добавил, - ты что, усы привел в порядок? - Сашка, - грозно повернулся к Воропаеву Николай, - вот я тебе сейчас… Эта фраза Катерине не понравилась, и она встала так, чтобы Александр оказался у нее за спиной. Конечно, она не собиралась ничего говорить Барсукову, но, ей казалось, что это было важно… ну, вот… вот так… Смешно, она отлично знала, что Воропаев явно не нуждался в защите, но ей очень хотелось его защищать. Ее движение заметил не только Александр, но и Барсуков. Они оба немного удивленно уставились на нее с совершенно одинаковым выражением на лицах. - Катюш, ты чего? - Воропаев развернул ее к себе так, чтобы заглянуть ей в глаза, - Николай шутит, он просто шутит. Ну что ты молчишь, - на этот раз он обратился к Барсукову, - скажи ей, что ты ничего плохого ей не хотел. - Так, а она не за себя переживала, - развел руками Николай, а потом обратился к Катерине, - это просто выражение такое. Я бы Александру никогда никакого вреда не причинил. Со мной, можешь поверить, он в полной безопасности. - Катя? - теперь Воропаев выглядел еще более растерянным, ему, скорее всего, показалось, что она просто прижалась к нему ближе, но никак не закрывала собой, - ты что, за меня испугалась? - он выгнул бровь, и Катерине захотелось просто провалиться сквозь землю. Она и так знала, что затея была глупой, но теперь… - Ничего я не испугалась, - покачала головой Пушкарева, но на Барсукова покосилась с подозрением, - просто… просто не сразу поняла шутку. Так мы идем? Или наше знакомство будет проходить тут? - Какая прелесть, - звук, который издал Николай, был похож на писк умиления, и Катя смутилась от этого еще больше. Она что, котенок, за которым они наблюдают? - милая и хищная, просто невероятно. Ну все, пойдемте, пойдемте, я и слова не пророню, пока мы не окажемся в доме. - Хорошо бы, - к ним подошла невысокая стройная девушка, заправляя за ухо короткую пшеничную прядь, что тут же выбилась снова, - а то мне показалось, что гостей теперь принято не только встречать у порога, но еще там же держать. - Я… Катя, - представилась Пушкарева, уставившись на этот контраст. Девушка, что вышла из дома могла бы быть дочерью Николая, но Саша сказал, что у него нет детей. И жены нет. Никого нет. Но как же… - А я - Вася, - девушка сверкнула ровными и… какими-то слишком белыми зубами, - временная хозяйка этой юдоли скорби, - она махнула рукой в сторону входной двери, - прошу, уж мое приглашение вы точно не проигнорируете, правда? - Конечно, нет, - Александр отпустил Катины плечи, - иди, Вася очень славная девушка. Тебе понравится. - А ты? - Катя не собиралась делать и шагу, не будучи уверенной, что Воропаев войдет в дом вместе с ней. - А я покурю минутку, и перекинусь с Николаем парой слов, - он поднес ее пальцы к губам, осторожно целуя, - иди, это всего лишь пара минут. - Пара минут, - послушно повторила Катерина, - если что, - она покосилась на Барсукова, - я выйду, чтобы… - Пара минут, не волнуйся, - Воропаев снова поцеловал ее руку, на этот раз в центр ладони, - я не задержусь слишком надолго. Кате этого было не достаточно, но она вздохнула и послушалась, отправляясь в дом следом за активной прыгучей Васей, которая принялась журчать: - Когда Николай Максимович сказал мне, что вы должны приехать то я очень обрадовалась. Он тут затворничает в своем доме временами, как Бармалей, честное слово, а так, - она обернулась и подмигнула,- приятно видеть тут чью-то милую улыбку. Конечно, улыбка Александра Юрьевича тоже очень хороша, но теперь я понимаю, почему было столько разговоров о вас. - Я… даже не знала, что обо мне может быть хоть сколько-то разговоров, - призналась Катерина, и тут же добавила, - и я была бы не против, если бы мы общались на “ты”, если это, конечно, возможно. - В этих стенах, возможно все, можете мне поверить, - улыбнулась Василиса, - и если вы хотите, то мы можем и на “ты”, но вы должны понимать, Катя, что я тут… довольно необычный персонаж, если уж на то пошло. Я работаю на Николая Максимовича, живу тут, и слухов, о наших с ним отношениях полно. Подумайте еще раз, хотите ли вы перейти со мной на "ты", зная подобную неопределенность. - Я не понимаю, неопределенность в чем, - Катерина действительно не понимала, что не так. Она не знала ни Николая, ни Василисы, и ей было решительно все равно, какие отношения их связывали. - Я не думаю, что я вправе о чем-то кого-то расспрашивать, и точно не могу никого ни в чем упрекнуть. - Ну, раз так, - казалось, что Вася была очень довольна, - тогда можно и на “ты”, но если что, я предупреждала. - Договорились, - кивнула Катерина, а потом оглянулась, - какой большой дом. - Дом и правда огромный, - заверила ее Василиса, - а еще жутко мрачный. Этот несносный человек сделал половину лестниц деревянными, и они по ночам иногда скрипят. Боже… вот так захочешь на кухню прокрасться, ну, за сладким, например, и можно инсульт схлопотать. Направо, - Вася круто повернула по коридору, - ужин мне было велено накрыть в столовой, а для этого ее пришлось убирать почти два часа. - А почему? - Катя нахмурилась, - комната была такой грязной? - Она была такой закрытой и такой пыльной, - вздохнула Василиса, - но, это так, мелочи, - отмахнулась она, - просто обычно мы едим на кухне. А гости, как я уже сказала - огромная редкость. - А почему? - Катерина чуть было не столкнулась со… статуей, что была практически с нее ростом, - о Боже… - А, да, - Василиса вернулась, чтобы взять Катю под руку, - к слову, это таки бог - Дионис, если точно. У Николая Максимовича подобного тут полно. - А ты так и называешь его по имени-отчеству? - Катерина провела пальцем по руке статуи, хорошо, что она ее не уронила, а то стыдно было бы… ужас. - Все зависит от того когда, - пожала плечами Василиса, - иногда по имени и на “ты”, но, всему свое время, - ответ был довольно уклончивым и… странным, но уточнять Катя не решилась. Копаться в чужих отношениях было не в ее правилах. Тем более что она все еще разбиралась со своими. - Слушай, дом действительно огромный, - Пушкарева понимала, что они так и продолжали идти по коридору, а той самой столовой все еще не было, - как вы тут не теряетесь? Просто не понимаю… - С огромным трудом, - призналась Василиса, - но, мы уже пришли, - она открыла дверь комнаты, и Катерина поняла, что если бы умела свистеть, то присвистнула бы обязательно, - огромный зал, подсвеченный торшерами и настоящими свечами смотрелся… внушительно, волшебно и немного пугающе, - эй, ты чего? - Вася чуть потянула Катю за руку, когда поняла, что та замерла в дверях, - пойдем, если Александр Юрьевич решил покурить, значит, скорее всего, он будет рассказывать Николаю Максимовичу, как тот должен себя с тобой вести. - Мне показалось, что это у Николая… - называть Барсукова по имени давалось с трудом, - как-то больше прав… поучать, разве нет? - А дело не в поучениях, - Василиса проводила Катю к дивану, игнорируя накрытый стол, - иногда Александр Юрьевич приходит выслушивать, как он глуп, иногда, приходит рассказывать о том, как глуп Николай Максимович, это у них… обмен такой. Всех все устраивает. - Они друзья? - Катерина села на диван, наблюдая за Васей, когда та подошла к столу и принялась укладывать на тарелку закуски. - Я не знаю, - честно ответила Василиса, - у них очень странные отношения, но… это тот случай, когда возраст не делает Николая Максимовича… выше. А положение… думаю, они примерно равны, - она подала Кате тарелку, - они долго будут болтать, - и села рядом, - перекуси. - А ты? - Катерина была рада угощениям, в последнее время ей хотелось есть больше обычного, хотя она никогда не замечала за собой прожорливости. - Пока я что-то готовила, а что-то расставляла я так напробовалась, что максимум, что мне светит, это вино… ну, сыр еще, - Вася утащила с тарелки Кати кусочек бри, - вкуснотища, - она взмахнула ним в воздухе. - А сколько Николаю Максимовичу лет? - решилась спросить Катерина, делая перерыв между крохотными бутербродами, - он выглядит… - Старым? - рассмеялась Василиса, - а я говорила ему, что не следует носить эти дурацкие усы, с ними он похож на моржа. - Так… а возраст? - Катя склонила голову к правому плечу, - или это тайна? - Ну, - протянула Вася, - я не помню, чтобы он что-то скрывал. Ему в этом году будет пятьдесят один, - она улыбнулась, - прошлый день рождения он натурально затворничал, страдал, мол, полжизни прошло и все такое. Но, я смогла его утешить. - А… как? - Катя не могла себе представить, чтобы такой человек как Барсуков страдал из-за возраста. Василиса хитро улыбнулась. - Я сказала, что он большой оптимист, если собирается дожить до ста. Нынче и семьдесят пять это предел мечтаний, - она рассмеялась, заметив, как расширились Катины глаза, - ну а что я должна была ему говорить? Хандрой делу не поможешь. А он живет работой, никаких интересов и развлечений. Ну… разве что кроме стрельбы. Александр Юрьевич был точно таким же, - она стащила еще кусочек сыра, - работа, работа, работа… пару раз заснул в библиотеке… Вы же познакомились не в библиотеке? - Нет, - Катя почесала нос, - в ЗимаЛетто, это компания… - Да-да, я знаю, - закивала Василиса, - это компания, которая в равных долях принадлежит Воропаевым и Ждановым, если я не ошибаюсь, сейчас ею заправляет сын старшего Жданова, да? - Да, - подтвердила Катерина, - Андрей Павлович. - А вот имени его я не знала, - пожала плечами Василиса, - Александр Юрьевич называет его Павлином, а Николай Максимович использует куда более непечатные выражения. Так что лучше я не буду цитировать, просто поверь. - Верю, - Катя только чудом не сказала, что она не только верит, но еще и соглашается с любыми подобными утверждениями. Стыд-то какой! - Андрей Павлович иногда способен кого угодно довести до белого каления. - Только иногда? - Василиса покачала головой, - что-то ты подозрительно добра к этому человеку, которого ни Воропаев, ни Барсуков не жалуют. - Я не уверена, что такие люди как Александр в целом кого-то жалуют, - Катя улыбнулась, и вздрогнула, когда услышала за спиной голос Воропаева. - И кого я уже не жалую, не скажешь? - он подошел к дивану вплотную, и Катерина ощутила запах табака - крепкий, пряный, немного сладкий. Это были какие-то новые сигареты, которые в последние дни курил Александр. - Жданова, - Вася тут же ответила на вопрос, поднимаясь со своего места, - мы обсуждали, что ни вы, ни Николай Максимович его не жалуете. Так бывает. - Бывает, - Воропаев забрал у Кати из рук тарелку, а потом протянул руку, помогая ей встать, - иногда люди могут быть до жути раздражающими. - Иногда? - Барсуков уже занял свое место во главе стола, поправляя пиджак, - да тебе постоянно кто-то не нравится. - И, конечно же, дело во мне, - Воропаев улыбался, так что Катя стала привыкать к их способу общения. - А в ком еще, - развел руками Николай, - давайте за стол, а то я тут один… как дурак. - А почему как? - выгнул брови Александр и тут же увернулся от полетевшей в него салфетки, - а убирать кто будет? - Убирает тот, кто разбрасывает, - Василиса села по правую руку от Николая, встряхивая салфеткой, чтобы прикрыть колени, - разве не так? - выгнула бровь Краснова, поглядывая на Барсукова. - Завтра вызовем клининговую службу, так и быть, - буркнул Николай, - садитесь, ну садитесь уже. - А кто обычно убирает? - Катерина села на стул, который отодвинул для нее Александр, оказавшись по левую руку от Барсукова. - Я, - хором ответили Василиса и Николай, и переглянулись. Катя позволила короткий смешок, прикрывая рот рукой. - Он врет, если что, - оскалился Александр, - Николай Максимович может убирать, только если его к этому принудить. - Я не могу представить, что его кто-то к чему-то может принудить, - призналась Катерина, поворачиваясь к Барсукову, - неужели кто-то имеет над вами власть? - Она, - Николай совершенно не стесняясь указал на Василису, что гордо приподняла подбородок, - сейчас только у нее есть право мной командовать. - Правда, - Катя улыбнулась Васе, - как интересно. - Что тебе интересно? - Александр провел по ее плечу указательным пальцем, - как командовать вот таким противным мужчиной? - Я думаю, она это знает, - хмыкнул Николай, - тобой же вертит. - Нет, - почему-то это заявление задело Катерину сильнее, чем должно было, - я никем не верчу, и вертеть не собираюсь. - Я обидел? - да, Барсуков был крайне внимательным, - прошу прощения, - он прижал руку к груди, - и в мыслях не было, - он обратился к Александру, - у тебя очень кусачая невеста. Чтобы я при ней хоть раз пошутил в твою сторону, да никогда! - Вот и не нужно так делать, - покачала головой Катерина, - мне подобные шутки не слишком приятны, - я… - она собиралась сказать, что такие разговоры создают ненужное напряжение, и это было бы правдой, но ее руки коснулись пальцы Александра, принимаясь поглаживать. Пушкарева поняла, что это намек… она покосилась на Воропаева, но тот продолжал смотреть на Барсукова, довольно скалясь, словно сытая акула. - Хищная, но милая, - Николай принялся наполнять свою тарелку закусками, - одобряю, - он указал вилкой на стол, - ешьте, это все готовилось и заказывалось специально для вас. - На самом деле, это все готовилось и заказывалось, чтобы кто-то, - Василиса кивнула на Барсукова, - мог поесть запрещенных продуктов. - Не начинай, - грозно обратился к Васе Николай, но та и ухом не повела в его сторону, только чуть поджав губы, - от одного вечера мне ничего не будет. - Я не сказала, что будет, - Краснова покосилась на Барсукова, - я сказала, что кто-то в первую очередь думает о собственном желудке. - Так, ну все, хватит, не позорь меня перед друзьями, - отмахнулся Николай, снова переключаясь на Воропаева, - почему у вас до сих пор пустые тарелки? - Да вот, - пожал плечами Александр, - не хотели мешать вам лаяться. - Это выглядит так мило, - Катерина решила немного смягчить заявление Воропаева. Как-то оно показалось ей немного резким. Но Барсуков только довольно улыбнулся. - Слышал, Воропаев, я милый, - он выгнул брови, - еще немного, и твоя Катя задумается, не выбрать ли ей меня вместо тебя. - Думаю, это звучит заманчиво, - согласился Александр, - поменять социопата, на социофоба - идеально, да? - Ну ты и засранец, - протянул Николай, а потом удовлетворенно кивнул, когда Воропаев принялся накладывать закуски на Катину тарелку, - Катенька, не думайте, что я такой уж затворник, пожалуйста. Ваш жених все врет. - Я ничего подобного не думаю, - Катя погладила пальцы Александра, намекая, что еды на ее тарелке более чем достаточно, - я предпочитаю сперва изучить человека сама, если, конечно, мне позволяют это сделать. - Да у вас чистый карт-бланш, моя дорогая! - хлопнул в ладоши Николай, - вы, главное, хорошо ешьте, а все остальное я вам с удовольствием расскажу. Катерина улыбнулась. Вечер обещал быть все интереснее.