В последний год бегства

      Удобней устроившись на узкой койке, Злата взяла с прикроватной тумбочки принесённый ей вчера роман и стала бездумно листать страницы. Электронные девайсы, из которых можно было выйти в интернет, ожидаемо держали как можно дальше от неё, поэтому Хьюз оставалось довольствоваться запойным чтением, к которому у неё был безграничный доступ. Крайне редко она находила принесённое ей чтиво стоящим внимания, отчего одинокие дни становились ещё длиннее и нестерпимее. Однако выбирать не приходилось.       Так было и в этот раз. Обнаружив с угрюмым видом, что массивные абзацы книги являлись сплошным и унылым размышлением английского писателя о высокой морали и религиозной нравственности, девушка скорчила гримасу и бросила сборник праведных мыслей себе на колени.       Если Злата не ошиблась в своих подсчётах, то сейчас шёл уже десятый день её заточения. Двадцать седьмой, если брать в расчёт те дни, когда она находилась в бреду и не могла ясно мыслить. И к этому моменту список достижений Хьюз был гораздо больше, чем она от себя того ожидала.       Сначала Злата сумела выяснить своё, быть может, не точное, но примерное местонахождение. Из обрывков подслушанных разговоров ей удалось выяснить, что дом, в подвале которого её держали, находился в спальном районе города Чикаго. Также она знала, что в доме обитало трое: выхаживающая её Лаура, её дочь Элисон и Кайл, с которым ей всё ещё ни разу не довелось встретиться лицом к лицу.       А что же касается более значимых событий… Злата провела тонкими пальцами по скрытому пластырем порезу на её левой ладони, и довольная ухмылка расплылась по её лицу.       Ровно четыре дня назад Хьюз сделала первый решительный шаг в подготовке своего побега. Она раздобыла себе оружие. Поскольку выбор у неё был весьма скудным, а действовать нужно было чрезвычайно осторожно, она довольно долго размышляла над каждым своим действием и словом. И благодаря неустанному обдумыванию, когда решающий день настал, всё сработало как слаженный механизм.       Обычно вся посуда и столовые приборы, с которых она ела, были сделаны из пластика. Злата не знала, то ли они не хотели, чтобы она пользовалась их тарелками, то ли так они пытались держать остро-колющие предметы подальше от неё. Но это было совсем неважно, так как горячие напитки ей всегда приносили в обычных керамических кружках. И тот день не был исключением.       Тогда Лаура с непринуждённым разговором о чрезвычайно пасмурном дне зашла в её комнату, а за ней хвостиком бежал её жизнерадостный щенок. Оставив поднос с завтраком на тумбочке у койки, женщина быстро осмотрела её рану на животе, после чего, сославшись на важные дела, спешно ушла наверх. Зная, что время шло на секунды, Злата дождалась, когда шаги за дверью стихнут, и сразу же вскочила с места. Бросив весь поднос со страшной силой на пол, девушка тут же опустилась на колени и стала искать самый острый и большой осколок разбившейся кружки. Когда таковой обнаружился в горячей луже кофе, она судорожно спрятала его под матрасом в ногах и следом приступила к самой неприятной части плана. Взяв в руки ещё один осколок, Хьюз, стиснув зубы, полоснула им себя по руке, а затем сразу же бросила обратно на пол.       Когда прибежавшая на шум Лаура оказалась в комнате, всё выглядело так, будто взявшая в руки поднос Злата споткнулась о бегающего у её ног щенка и рухнула со всем содержимым на пол, сильно порезав руку. Поскольку встревоженной женщине нужно было позаботиться о глубокой ране на ладони Хьюз, убрать весь беспорядок и приготовить новую порцию еды, для мысли, что один из осколков кружки магическим образом исчез, у неё просто не осталось ни времени, ни места.       — Доброе утро, — раздался девичий голос, и очнувшаяся от раздумий Злата подняла самую малость удивлённый взгляд на стоявшую в дверях Элисон.       — Лаура отправила тебя ко мне с завтраком? Какая неожиданность.       — Да, мама приболела, поэтому я убедила её остаться в постели и отправить меня вместо неё, — она неловко пожала плечами, остановившись в паре метров от больничной койки. — У меня не так много свободного времени перед школой, так что я приготовила для тебя яичницу и положила на тарелку пару ломтиков авокадо. Надеюсь, тебе понравится.       — Я не кусаюсь, Элисон. Можешь подойти ближе, — Злата по-доброму улыбнулась, наблюдая за девушкой, которая недолго помявшись на месте, подошла к ней и протянула увесистый поднос. — Спасибо.       — Как… как твоя рука? Я слышала от мамы, что ты поранилась.       — Уже намного лучше. Спасибо, — с напускным спокойствием ответила Злата, взявшись за вилку. — Я заметила, что ты пришла без Тоф.       — Ах да, точно! Тоф! Я совсем забыла, что её нужно выгулять перед моим уходом. Обычно ведь мама всем этим занимается. Ничего, если я приведу её к тебе после школы, да? Ну или мама почувствует себя лучше и сама спустится к тебе вместе с ней, — возбуждённо затараторила девушка. — В любом случае, приятного аппетита, а я побежала. Не хочу опоздать на автобус.       — Хорошего тебе дня, Элисон, — Хьюз ей мило пожелала успехов в школе, при этом не кривя душой. Уж больно очаровательной была девчушка, чтобы не проникнуться к ней мгновенной симпатией. И затем взялась за приготовленную ей яичницу, которая оказалась весьма неплохой на вкус.       Оставив опустевший от еды поднос на тумбочке, Злата поднялась с постели, чтобы немного размяться. Лаура часто настаивала на том, чтобы она периодически упражнялась в течение дня взамен того, чтобы неподвижно лежать на койке и маяться от бесконечной скуки. И поскольку в ближайшие несколько часов ей было абсолютно нечем себя занять, она решила последовать совету своего лечащего врача.       Только когда на теле появилась неприятная липкость от пота, а в области живота слегка заныло, Хьюз остановилась и, приняв долгий горячий душ, подошла к старому комоду. Поскольку на смену больничной рубашке пришла заимствованная у Элисон одежда, девушка надела свободную белую футболку и бежевые спортивные штаны, которые оказались ей сильно малы в области бёдер. Сложив в аккуратную стопку ношеную одежду, Злата неспешно подошла к двери, чтобы оставить её у порога, как она обычно это делала.       Но когда она, наклонившись, бросила мимолётный взгляд на дверную ручку, от увиденного внутри неё всё заколотилось, а горячая кровь забурлила в венах.       — Она забыла замкнуть дверь на ключ, — одними губами прошептала Злата, когда смотрела на замок и не могла поверить своей удачи.       Не желая тратить драгоценные секунды, девушка бросилась к койке, чтобы достать спрятанный под матрасом осколок, и бесшумно вышла в тёмный узкий коридор. С правой стороны от неё находилась бетонная лестница, и Злата со всех ног помчалась наверх, стараясь не создавать много шума. Оказавшись в небольшой кладовой, где хранились крупы, консервы, бутылки с маслом и многое другое, Злата, притаившись, беззвучно приоткрыла ведущую на кухню дверь.       На первый взгляд на первом этаже царила тишина.       Возбуждение от подаренной Элисон возможности бежать всё ещё клокотало внутри, и благодаря резкому выбросу адреналина Злате было совсем не страшно сделать первый шаг и выйти из тени кладовой навстречу утреннему свету, который пробивался из высокого окна. Стараясь не наступать на скрипучие половицы дубового паркета, Хьюз направилась на поиск своего щенка, которого она меньше чем через минуту заметила спящим в гостиной у камина.       С каждым неспешным и осторожным шагом в сторону сопящей на персидском ковре Тоф сердце Златы колотилось всё сильнее. Если даже её щенок не почуял неладное и продолжал мирно спать, то отдыхавшая наверху Лаура точно была в неведении о её блуждании по дому, и это придавало ей всё больше ослепляющей надежды.       Хьюз уже представляла себе, как схватит свою любимицу на руки и помчится вместе с ней прочь из этого проклятого дома. В голове мелькнула будоражащая мысль о том, что всего несколько метров разделяло её от долгожданной свободы, как вдруг за её спиной раздалось показательное покашливание, и такой знакомый раздражающе елейный голос произнёс:       — Золотце, ты случаем не заблудилась?       Поначалу Злата замерла от осознания, кто именно только что с ней заговорил. Всё её тело окаменело и обострилось, остро реагируя на любое движение стоявшего позади парня. Но затем она медленно обернулась, и её налитые кровью стеклянные глаза остановились на насмехающемся Дориане, вальяжно облокотившимся плечом о дверную арку.       Парень, казалось, ни на йоту не был обеспокоен тем, что Хьюз удалось высвободиться из подвала и так близко подобраться к своей свободе. Даже осколок угрожающего вида в её руке его не смутил. Он смотрел на неё с насмешливым снисхождением, будто сама идея, что ей когда-нибудь удастся отсюда выбраться живой, была невозможна и просто смехотворна. И это стало спусковым механизмом для Златы, которая с силой бросилась на Де Бурга, желая превратить его ухмылку в гримасу боли.       В движениях девушки не было ни координации, ни контроля, когда она замахнулась на парня. Рациональная часть её мозга полностью отключилась, передав бразды правления слепой ненависти и гневу, и поэтому Дориану так просто удалось уклониться от удара и намертво прижать её спиной к своей груди.       — Неужто ты так соскучилась, что прямо мчишься в мои объятия? — он интимно прошептал, заламывая руки вырывающейся и шипящей от бешенства Хьюз. — Прости, что не навещал тебе там внизу. Был сильно занят. То по солнечному парку нужно было прогуляться, то ножки в местом озере помочить. Ну ты знаешь, сплошные хлопоты жизни свободного человека.       От последней насмешки едко шептавшего ей на ухо парня Злата особенно рассвирепела. Ведь именно по его вине миновал целый месяц с того дня, как прямые лучи солнца в последний раз касались её бледной кожи.       — Убери. От меня. Свои поганые. Руки! — она с расстановкой прошипела, пока проснувшаяся Тоф весело лаяла, считая, что Дориан и Злата просто играли.       — Иначе что? Испепелишь меня взглядом, и я пеплом рухну на пол? — Де Бург продолжил издеваться, внимательно следя за её руками, которые она истерически пыталась вырвать из захвата.       — Нет, ублюдок, я просто выпущу тебе все кишки! — она истошно закричала и внезапно стукнула его затылком по носу, который от силы удара подозрительно хрустнул.       Неожидавший подобного выпада Де Бург инстинктивно отшатнулся, всего на мгновение ослабив хватку. Но этого хватило, чтобы Злата высвободила руку и несколько раз вонзила заострённый конец осколка в его бедро. Дориан поморщился от резкой боли, чувствуя, как правая штанина пропиталась горячей кровью за считанные секунды.       По-прежнему пребывая в состоянии аффекта, Злата извернулась в руках её мучителя и повторно замахнулась, целясь в область печени, чтобы отплатить ему за свой простреленный живот. Но к её неудаче, Де Бург за считанные секунды до удара ловко сжал её запястье и с силой дёрнул на себя. Он рассчитывал, что ему удастся схватить её и обездвижить. И ему почти это удалось, если бы только девушка не поскользнулась на растекавшейся по полу крови и не завалилась спиной назад, при этом потянув парня следом за собой. Также не устоявший на ногах Дориан непроизвольно навалился всем весом на Злату, которая вскрикнула от острой боли в животе, и отныне паркет был залит уже их общей кровью.       — Чтоб ты сдох, двинутый ублюдок! — она свирепо прокричала, прижимая ладонь к открывшемуся на животе шву.       — Психованная тварь! — Дориан бранился в ответ и отшвырнул отобранный осколок в дальний угол комнаты, где он разлетелся на множество кусочков. — Будь уверена, ты отработаешь каждую каплю моей крови, что ты сегодня пролила.       — Пожри говна, Дориан! Пожри. Говна, — Злата ответила на его угрозу без каких-либо изяществ.       — Прошло восемь лет, а ты так и не научилась держать свой поганый язык за зубами. Наверное, мне всё-таки придётся его тебе укоротить, как я тебе это однажды обещал.       — Только попробуй, и из твоего рта повылетают все чёртовы зубы. Уяснил, Де Бург?       В таком положении их и застали прибежавшие на шум Лаура и Кайл. Они с ужасом смотрели на отползшую друг от друга пару, которая была измазана бурой кровью, и просто не знали, что сказать и делать. Картина открывалась до того тошнотворной и ужасной, что на секунду им показалось, будто Дориан и Злата вот-вот испустят последний вздох. Но, к счастью, молодые люди продолжили вполне живо оскорблять и проклинать друг друга, что значило — их жизненные силы явно были не на исходе.       — Кайл, пристрели к чертям эту припадочную! — орал Де Бург, пока сжимал кровоточащее бедро, и всего на мгновение в глазах Златы промелькнул испуг. — Иначе, клянусь, я начну рвать её на куски голыми руками.       — Успокойся, — мужчина прикрикнул на Дориана, когда встал между ним и девушкой. — Лаура, займись его ногой, а я пока спущу её обратно в подвал.       Как только мысль, что её вновь посадят под замок в комнате, где так мало воздуха, а стены давят со всех сторон, обожгла её изнутри, Хьюз резко вскочила на ноги и, подхватив Тоф, бросилась к входной двери. Уж лучше ей пустят пулю в спину, пока она будет мчаться со всех ног навстречу к своей свободе, чем будет безропотно сидеть, ожидая своей участи, ещё хотя бы день. Однако крепкие руки Кайла окольцевали её талию всего мгновение спустя, и она тут же оказалась оторванной от земли. Мужчина, игнорируя громкий лай вырвавшегося щенка, силой потащил девушку в сторону подвала, при этом стараясь не задевать рану на животе.       — Перестань сопротивляться, пока твои швы ещё сильнее не открылись, — Кайл просил её, испытывая отвращение к самому себе за то, как грубо нёс её по лестнице вниз, а она кричала и упиралась. — Пожалуйста, перестань!       Злата продолжила вырываться, впав в самую настоящую истерику. Она брыкалась, кусалась, царапалась и пиналась. Делала всё, что угодно, лишь бы снова не оказаться замкнутой в неволе, где её ожидала сводящая с ума тишина. Но всё было тщетно, поскольку Кайл был слишком силён. Ему не стоило особого труда игнорировать её нападки и запросто затолкать внутрь комнаты. Но даже когда раздался щелчок замка, Хьюз не сдалась и продолжила неистово стучаться в дверь, которая, казалось, была готова вот-вот сойти с петель. Кайл недолго простоял в темноте подвала, после чего, не вынеся её истошных криков, ушёл с тяжёлым сердцем.