А прикинь… Или второе имя Батона Шампуня

      Итак, что можно сказать? Арсений — идеален. Голубые глаза, чёрные волосы, спортивная фигура и высокий рост. А его лицо? Работа какого-нибудь известного скульптора — это точно. Арсений — красивый. Безусловно, помимо генетики он много занимался и следил за питанием. В отличии от его друга Серёжи — тот был ощутимо ниже Арсения, менее изящным, но не менее привлекательным. Хотя ему так не казалось…

***

      — Серёжа, я понимаю твоё стремление и всячески поддерживаю. Но ты не можешь не есть вообще, — Попов ходил взад и вперёд возле друга, который сидел с непреклонным видом. Они сидели в парке, когда Матвиенко заявил о своих мыслях по поводу еды — зачем ему есть, если он хочет похудеть? Ну, питаться можно лишь для поддержания жизни, когда будешь очень голод. Арсений же негодовал на этот счёт — ну бред полнейший!       — Арс, я решил. И это не обсуждается, — армянин встал с лавочки, на которой сидел последние минут пятнадцать, выслушивая нотации. — Я не виноват, что ты от природы красивый. — Серж, как бы банально это сейчас не прозвучало, но прими себя таким, какой ты есть. — брюнет смотрел серьёзно, с мольбой в глазах, — Иначе мне придётся кормить тебя силой. — Ты едешь к маме уже завтра, так что не напугал, — Сергей хмыкнул, глядя на недовольное лицо друга. Аргумент, на который нет ответа — что может быть лучше? Арсений был раздосадован таким решением друга. Конечно, он понимал, что тот не выдержит и начнёт жрать в первый же день, но всё равно было обидно. К тому же друг знал, что Попов уезжает. Вообще это воскресенье планировалось немного не так. Было решено пойти в бар или клуб и напиться там, натанцеваться — перед спокойным отдыхом у родителей. Но данная новость вышла на первый план, заглушая всё остальное.       Завибрировал телефон. Попов достал его на автомате, сразу читая уведомление. 18:56 Батон Шастун: Здарова, как дела? Слушай

Вы:

Привет, помоги. Как убедить Серёжу, что он красивый, харизматичный и что не жрать вообще — плохая идея?

      Арсений не дал дописать юноше свою мысль. Перебил, так сказать, озадачив своей проблемой. Умеем, знаем, практикуем — обращайтесь. Батон: Воу, неожиданно. Он хочет умереть что ли?

Вы:

Да походу да. Я лично других причин для такого не вижу

Батон: Блин, а прикинь, ты приедешь назад, а он похож на скелетик Арс, отговори его Хахахахах Прикинь, если бы за работу платили едой Серёжа тогда больше всех получает, выходит XD

Вы:

Ага, так ему и скажу — он ведь обидится

И если он и правда скелетом станет — я повешусь с горя

Не будет у меня больше мягкого живота и тёплой жопы под рукой одинокими ночами

Батон: Мда, не очень тебе будет Хотя странно, что вы с ним вместе спите… Но если ты гей, то я всё пойму Хпхапхахпх       — Арс, вылезай из телефона. Последний день видимся, — Матвиенко подошёл и забрал у друга телефон, блокируя экран и игнорируя возмущения. Ещё немного и он начнёт ревновать Попова к «Батону»… — Пока ты не сел в поезд — ты мой, сладкий, — Серёжа подмигнул, делая игривый взгляд. На улице начинало темнеть, а драгоценное время терять не хотелось…

***

      Мужчины вышли из такси и, рассчитавшись, зашли в клуб. В помещении было душно и громко, а на танцполе куча людей пыталась дёргаться в ритм долбящей музыки. Подойдя к бару, Серёжа заказал какие-то коктейли и обернулся на друга. Попов сидел и молча качал головой в такт битам, смотря на пьяных танцоров.       — Арс, расслабься. Выпей и развейся, — Серёжа, широко улыбаясь, пододвинул бокал к Арсению. — Ага, щас. А потом мне тебя пьяного до дома тащить? — Арсений хмыкнул, отпивая напиток. Сахар заглушал горечь алкоголя, а по телу расходилось тепло, которое через пару бокалов станет чувство лёгкости. — Что это за сладкая дрянь? — Я решил, что тебе надо начать пить что-то кроме вина и виски. Сидишь один, как граф, у себя на кухне и никакого кайфа, — Матвиенко разом допил содержимое бокала, кашлянув пару раз. Не стоило этого делать. Попросив у бармена что-то менее сладкое, Арсений уставился на друга. — Чего?       На самом деле, у Матвиенко был план. Нет, он не хотел спивать Арсения и, украв все его деньги, выкинуть где-нибудь в подворотне. Серёжа хотел поговорить о Батоне уже давно, но случая всё никак не предоставлялось. И все ведь знают, что пьяный человек — самый правдивый. На это мужчина и надеялся. Что, может, хотя бы под действием алкоголя, Арсений даст волю чувствам и сможет понять — любит или нет. Для армянина это было очень важно. Для Арсения это было очень важно. — Вообще-то, меня всё устраивало. И сидеть дома тоже очень даже интересно, — проговорил брюнет, отхлебныв от нового стакана с чем-то крепким и приятным. Ему не хотелось сейчас ни о чём думать. У него будет время в поезде. Слишком много времени — в поезде. Мужчина встал и расправил на себе футболку. Алкоголь начал действовать и мужчина немного пошатнулся. В пару глотков осушив оставшуюся часть жидкости, он кивнул своим каким-то мыслям и взглянул на Серёжу серьёзно и трезво. Трезво.       — Скажи мне, почему ты до сих пор один? — Арсений говорил чётко и решительно, полностью всё осознавая. Он прекрасно знал ответ на этот вопрос. Он прекрасно знал, что сейчас творилось в голове друга. Он прекрасно знал, что его друг думал на самом деле. Думал, но не признавал. Попов вздохнул и положил свою руку на плечо растерявшегося армянина, привлекая на себя внимание. — Серёг, я знаю… Знаю, что как бы ты хотел себе близкого человека. Найди себе девушку. Хватит печься обо мне. Попов достал деньги, расплачиваясь за алкоголь и, убирая их назад, пошёл на танцпол. Матвиенко усмехнулся ему вслед. Возможно, он и прав. Стоило немного отвлечься и расслабиться. Он уже слишком долго оберегает Арсения, забывая про себя. Забывая и не замечая того, как тот менялся. Мальчик повзрослел.       Музыка приятно бьёт по ушам. Перед глазами мелькает куча тел, дёргаясь в такт музыке. Быстрые вспышки света только придают ощущение спокойствия. Арсений ни о чём не думает и просто танцует. Он не пьян, нет. Он навеселе. Выпитое не влияло на память или мыслительный процесс, оно только обеспечивало лёгкость и пустую голову. Арсений чувствовал себя прекрасно, прыгая вместе со всеми и тряся своими конечностями. Изредка к нему подходили (скорее уж грациозно наваливались, пытаясь танцевать) разные девушки. Когда это происходило, брюнет улыбался им и смотрел на сидящего неподалёку Серёжу, который время от времени показывал палец вверх, тем самым выказывая своё мнение по поводу девушек. Арсений просто развлекался, чувствуя себя привлекательным. Он делал так изредка — проверял свою привлекательность и утверждал самооценку.       — Эй, красавчик, как насчёт жаркой ночки? — какая-то молоденькая особа подплыла к Попову, широко улыбаясь. На вид лет девятнадцать-двадцать — не больше. — Для тебя, сладкий, сделаю всё что захочешь… Девушка уже вплотную подошла к мужчине и последнюю фразу шептала прямо в ухо. Уверенная барышня, ничего не скажешь. Арсений, заметив Серёжин взгляд убью-тебя-тварь-отойди-от-неё оскалился в сторону девушки. — Найди кого помладше, я тебе не по зубам, — брюнет сказал это прямо в лицо недовольной особе, которой оставалось лишь фыркнуть и удалиться за новой жертвой. Арсений добился всего, что хотел — он по прежнему красавчик, по прежнему хорошо танцует и по прежнему не хочет получать от лучшего друга подзатыльники за необдуманность. Ещё он хочет бабочку, феску и… очень не хочет обижать Батона.       Интересно, что было бы, если бы Попов не отказал той девушке. Что было бы, если бы Батон узнал об этом. Ему было бы всё равно? Или он бы ревновал..?

***

      Матвиенко стоит возле вагона и кутается в куртку от утренней прохлады. Арсений стоит рядом и просто улыбается. Он честно не знает, почему выбрал именно поезд. Может, хотелось отправиться в маленькое путешествие, а может просто попробовать что-то без интернета. А может, ему просто часто снились поезда, которые он любил. До Омска ехать полтора дня. Армянин негодовал из-за этого выбора, а Арсений смеялся. Мужчины пришли заранее, так что до отправки поезда было ещё минут тридцать. — Так, что б когда я вернулся, ты уже рассказывал мне, какую красотку подцепил, — Арсений подмигнул Серёже, — Только не вздумай с ней спать! Матвиенко хохотнул. Да, были неудачные случаи, но это ведь не значит, что все остальные тоже будут красть деньги и документы, убегая с ключами от машины, как только мужчина уснёт. И точно не значит, что двое друзей будут всю оставшуюся ночь бегать за воровкой, желая вернуть хотя бы тачку… Точно нет.       — Арсений Сергеевич Попов, подойдите, пожалуйста, к стойке регистрации. — девушка, по громкой связи, на весь вокзал дважды объявила о просьбе подойти.       Арсений осмотрелся по сторонам. Он непонимающе взглянул на Серёжу, который тоже что-то обдумывал. Попов испытывал странное чувство дежавю. Будто он уже слышал где-то эту фразу… До отправки времени было ещё вагон и маленькая тележка (ага, на вокзале, ха!). Посмотрев ещё раз на друга и получив от него одобрение, Арсений развернулся и пошёл искать ту стойку.       Эта мысль не давала покоя. Брюнет отчаянно пытался вспомнить, где же это всё происходило. Когда он подошёл к концу платформы, к ней уже стали сходиться люди. Проходя в сам вокзал и смотря на собирающуюся там толпу Арсений заметил странного старичка — худого, не очень высокого и со странным портфельчиком из СССР. Попова осенило. Во сне. Во сне его тоже вызвали, потому что его кто-то ждал. Во сне тоже была толпа. Во сне этот мужичок его ругал. Во сне он не успел… Осознав это, Арсений резко замер посередине зала. Глазами он начал в спешке искать нужное направление. Увидев табличку с направлением, мужчина кинулся по указанному пути, пробиваясь через толпу людей, которая увеличивалась. Он должен успеть. Куда успеть?       Попов завернул за угол и увидел нужно ему место. Рядом стояло человек десять. Арсений остановился метрах в семи от стойки и рассматривал людей. Несколько женщин с детьми и чемоданами, несколько мужчин в пиджаках и парочка бабушек и дедушек. Никого, похожего на того парня из сна. А на кого он был похож? Был ли он вообще? Арсений разочарованно вздохнул. Сам себе придумал, сам дал себе надежду и сам же и разочаровался. Ещё раз взглянув по сторонам, мужчина решил подойти к стойке. Хоть его тут, похоже, никто и не ждал, но его для чего-то позвали. Ещё раз вздохнув, Попов сделал пару шагов вперёд, смотря на улыбающуюся девушку, которая оформляла кому-то билет. Не пройдя и двух метров, Арсений почувствовал удар по всему телу. Затем второй, но уже с другой стороны.       — Ой, извинитепожалуйстапроститенехотел, — быстро проговорил молодой голос какого-то парнишки. Арсений полулежал на полу вокзала и пытался вернуть ориентацию в пространстве. Сверху, расположившись на нём, пытался встать какой-то парень, лет двадцати. Перед глазами мелькнула русая макушка. — Ничего, просто в следующий раз смотри по сторонам, — брюнет, с которого уже слезли, не сердился. Он просто ушиб бок и бедро, которые теперь неприятно тянуло. Обернувшись, он увидел уже убегающего парня, который его сбил. — Ещё раз простите! — крикнул тот обернувшись и продолжил убегать вперёд, так и не дав толком себя рассмотреть. В память врезались зелёные глаза — яркие и насыщенные. Мотнув головой, Арсений подумал о том, какя же молодёжь сейчас не собранная и невнимательная. А если бы на его месте была одна из тех бабушек? Странный парнишка, сумбурный какой-то. Арсений подошёл к девушке у стойки и назвал свои имя и фамилию, растягиваясь в улыбке и уже забывая про того странного спешащего пацана.       — Ой, это вы, — девушка очаровательно улыбнулась, доставая что-то из-под стойки, — Вы как? Я видела на вас тот молодой человек налетел, не сильно ушиблись? Арсений отрицательно помотал головой, про себя думая, что бедро всё же побаливает сильнее, чем он думал. Не смертельно, но неприятно и дискомфортно. — Вот, держите, вы их видимо потеряли, — девушка протянула билет на поезд и проездной, ещё раз улыбнувшись. — Будьте аккуратней. Попов поблагодарил сотрудницу и пошёл обратно к поезду. До отправки минут десять. Как он умудрился потерять билет? Почему не проверил, когда подошёл к вагону? Ладно, было и было. В следующий раз будет внимательнее.

***

      Арсений лежит на полке в купе. Поезд уже отправился и он знакомился со своим соседом «на пару дней». Тот был ровесником Попова и тоже ехал в Омск по своим каким-то делам. Хоть они и знакомы всего минут десять, Стас казался очень смешным и ответственным. Когда Арсений заходил в вагон, прощаясь с Серёжей, он волновался по поводу предстоящей компании. Провести день среди незнакомцев хоть и казалось интересным, но никогда ведь не знаешь, кто там может оказаться. Там оказался Стас. Другие две полки были пока свободны и мужчины предположили, что к ним, видимо, позже присоединится ещё кто-то. От диалога отвлекла вибрация телефона Арсения. Извинившись перед собеседником, он разблокировал телефон, переходя по уведомлению. 9:47 Батон Шампунь: Здарова) А прикинь если бы люди могли становиться призраками! Становиться невидимыми или сквозь них можно было бы проходить при желании. Тогда бы людей меньше сбивали на дорогах Ну скажи, что прикольно было бы!       Арсений хмыкнул, вспоминая про ушибленное бедро, которое заныло. Будто почувствовало, что его вспомнили.

Вы:

Да, было бы здорово

Люди бы тогда вообще почти не травмировались. Разве что лишь в тех случаях, где они подворачивают ногу или забывают применить эту шикарную способность

Но преступников было бы сложнее удерживать в тюрьмах или ловить — они бы просто проходили через стены и сбрасывали наручники.

Батон: Хм, и правда Об этом я как-то не подумал А может люди бы придумали, как глушить эту способность специально для таких целей Как у иксменов, когда Дэдпула в тюрьму посадили. Ему ведь ошейник на шею надели, который блокировал его регенерацию) Если бы такой придумали, мы бы ездили отдыхать не на дачи, а на луну

Вы:

Хахах, да. Это точно

Кстати о поездках) Я уже выехал, так что связь может отвалиться в любой момент

Батон: Эх ( Ну ничего, я буду писать кому-нибудь другому, а тебе специально заспамлю котиками, чтобы когда связь появилась, твоим телефоном можно было человека будить вместо мелодии будильника       Арсений рассмеялся, чем привлёк внимание Стаса, который тоже кому-то писал. Если Батон и правда так сделает, Арсений скорее всего выкинет телефон в окно спросонья.

Вы:

Ты, блин, злой

И жестокий

Ты знал это?

Батон: Конечно) Я само зло три! Хпхпхпх. Прикинь, если я как Сатана выгляжу — с рогами, кольцами в носу и копытами. Вот был бы номер)

Вы:

Мдааа, и как я только в это ввязался?

Ладно, тут связь уже плохо проходит, я еле-еле смог эти сообщения отправить

Так что до связи)

Батон: Хорошо, только… Помнишь моего «сумасшедшего», который про битвы разные рассказывал?       Арсений нахмурился. Вот по-любому сейчас скажет что-то, о чём мужчина потом будет думать, пока не сможет расспросить. А сможет он только тогда, когда приедет в город. Или придётся специально ловить и не проспать другие остановки, которые будут на пути. Батон: Так вот Возможно я просто чокнулся, но… Мне кажется, что он меня преследует)       — Что?! — мужчина не заметил, как подскочил, стукнувшись головой о верхнюю полку и пошатнул стол возле окна. Стас подозрительно на него посмотрел и осведомился, всё ли у него хорошо. Арсений ответил положительно и извинился за столь резкий скачок. Услышав в ответ что-то вроде «Ладно, с кем не бывает», Арсений выдохнул.

Вы:

Что?

С чего ты решил?

Батон: Я его недавно видел прямо возле своего дома

Вы:

ЧТО?!

*Сообщение не доставлено*

Ты серьёзно сейчас?!

*Сообщение не доставлено*

БАТОН!

*Сообщение не доставлено*

Ты не мог раньше мне это сказать??!

      Арсений откинулся на стенку позади себя и уставился в окно. Связь пропала. Зачем так делать? Он же теперь будет сидеть и изводить себя разными «Что, если» и «А вдруг» на счёт того, что там случилось с парнишкой. Его парнишкой. Хоть он пока и не хотел признавать этот факт, но где-то в подсознании мужчина считал мальчугана своим. — Арс, всё хорошо? — сидящий напротив Стас тоже уже убрал телефон в карман и теперь пытался что-то достать из своего рюкзака. Арсений и правда выглядел взволнованно — удары ног о пол, беспокойный вид и растерянный взгляд в окно. Попов вздохнул и выпрямился. Стас поставил на стол бутылку без этикетки и пару пластиковых стаканов (где он их взял?). — Говорят, незнакомцам легче всё рассказывать. А тебе судя по всему надо это дело с кем-то обсудить, — Попов невесело усмехнулся, вызывая улыбку на лице собеседника и пододвинулся ближе к столу. — К тому же, нас ждёт долгий путь, у меня есть выпивка. И с ней легче высказаться. Стас улыбнулся, разливая напиток по стаканчикам. Арсений достал из-под полки рюкзак, начиная копаться в вещах. Через секунд тридцать он довольно улыбнулся и положил на стол что-то в целлофановом пакете. — А у меня есть колбаса, — Попов расправил пакет, чтобы оттуда было удобнее доставать нарезанные кусочки, и выпил первый стакан чего-то крепкого, быстро закусывая его…

***

      — Да я говорю тебе, я не и-из этих! Что, е-если его там приреж-жут! — Арсений стоял, пошатываясь в такт движениям поезда и активно жестикулировал, пытаясь донести мысль до Стаса. За окном уже темнело. Нет, не подумайте, что они алкаши, которые весь день пили, вовсе нет. Сначала Арсений выпил пару стаканов, после чего Стас, увидев потенциал попутчика, временно убрал бутылку, аргументируя это тем, что «Сейчас ещё рано, чтобы напиваться, а такими темпами на вечер ничего не останется». Попов с этим согласился и они просто продолжили разговор за чаем, купленным у проводницы, и бутербродами. Стас рассказывал о себе, спрашивал об Арсении и обсуждал вообще не относящиеся ни к чему темы, не трогая пока то, что так взволновало его новоиспечённого друга. Затем Арс, в силу того, что не спал ночью, стал засыпать.       Проснувшись около пяти, он поел и пошёл искать Стаса, которого не оказалось в купе. Поезд совершил остановку и мужчина был найден курящим на улице. Связь так и не появилась. А минут через двадцать после отправки, Шеминов (Арс выяснил фамилию Стаса случайно) решил, что уже можно напиваться. После трёх стаканчиков, они решили пробежать по вагону и постучать в двери других купе. Это было весело до тех пор, пока они не успели убежать и их не схватил какой-то бугай. Только после слов: «Ещё хоть звук и я вас выкину с этого поезда к чёртовой матери», мужчины успокоились и отправились к себе. Решив больше не выходить из своей «крепости» (в которую, кстати, так никто и не подселился), начинающие алкаши продолжили разговор, на этот раз обсуждая уже более личные вещи и насущные проблемы. Если точнее — Батона.       — Арсюх, я конечно всего не знаю, — Стас сделал паузу и сунул в рот кусок огурца, найденного в рюкзаке, — Но судя по тому, что ты рассказал, ты в него втюрился. А Арсений рассказал всё. От момента их с Батоном знакомства, до своих снов и утренних сообщений. И сейчас он не понимал, почему вместо того, чтобы дать совет по тому, как ему помочь Шампуню, говорит про любовь. Там его парнишку какой-то мудак хочет побить. Но это не точно, он же не говорил.       — Арс, я натурал, но не гомофоб. Это точно. — Стас облокотился на стол и посмотрел в глаза Арсению, который уже сел назад и внимательно слушал, — Может в гейской теме я и не разбираюсь, но любовь — она одна. Ты хочешь быть с ним, — мужчина сделал акцент на слове, стараясь правильно донести смысл своих слов. — В том или ином виде. Но ты хочешь. — Вот имен-но, что в том или и-ином виде! Мы друз-зья! — Арсений снова подскочил, вызывая у Стаса обречённый выдох. В отличие от Арсения, мужчина остановился на третьем или четвёртом стакане и сейчас вполне осознанно мог обдумать эту ситуацию. Попов же яро всё отрицал, хотя по нему было видно, что во все эти слова он уже не очень-то и верит. Шеминов решил предпринять последнюю попытку. — Арс, смотри. Я сейчас буду спрашивать, а ты просто кивай головой, понял? — Арсений кивнул. — Молодец. Теперь слушай. Ты говорил, что Батон тебе дорог, это так? — Арсений кивнул, обдумывая, где здесь может храниться подвох. — Хорошо, дальше. Ты за него переживаешь? — кивок. — Ты его не видел, но думаешь, что он тебе сниться, так? — Арсений закатил глаза, но всё же кивнул. — И в этих снах ты был счастлив, не так ли?       — Полноценно я его видел только один раз. И то это только мы думаем, что это он был. — возразил Арсений гордо, считая этот аргумент вполне себе достойным. Шеминов нахмурился. — Мы, кажется, договорились, что я задаю вопрос, а ты киваешь или мотаешь головой, — голубоглазый съёжился из-за стальных ноток в голосе собеседника. Извинившись, Арсений кивнул, признавая, что он и правда счастлив с Батоном — не только во сне, но и когда переписывается. — Молодец. И контр-вопрос: ты бы хотел быть с ним рядом? Арсений насупился, в душе уже признавая свой проигрыш. Он безумно дорожил Батоном, очень сильно беспокоился с ним, был бесконечно счастлив, общаясь с Шампунем и ждал снов, где хотя бы что-то будет с ним, как божий дар. Он хотел быть с ним всегда, независимо ни от чего. Разговаривать, трогать, обнимать. Целовать.       И он надеялся, что Батон был бы не против хотя бы объятий. Пусть даже и дружеских.       — Хотел бы. Очень хотел бы, Стас. Но не факт, что хочет он… Мужчина взглянул попутчику другу в лицо. Стаса пробрало от холода и грусти в голубых глазах напротив. Арсений и правда не знал, что делать. Говорят, глаза — зеркало души человека. Глаза Арсения говорили, что он потерян и не знает, где сможет найти себя обратно. Он только что, пожалуй, признал и осознал этот факт. Он действительно влюбился в этого парня.