Надежды и реальность: взрывая индустрию.

Pov: Felix. Тишина. Такое не свойственное моей жизни ощущение спокойствия и умиротворенности, в теле приятная легкость, полный релакс. Как же мне удалось так выспаться? Пытаюсь понять что происходит вокруг, но глаза почему-то не хотят открываться или просто темнота в помещении не дает осознать, что я их уже открыл. Лёгкое головокружение ощущается, когда пытаюсь повернуть голову. Глаза привыкают к темноте и я понимаю, что в комнате не так и темно, как показалось, и похоже это не совсем моя комната. Постепенно приходя в себя пытаюсь сесть и обнаруживаю непонятную скованность в теле, руки ложатся на бока и живот в попытке понять странные ощущения. На мне корсет. Сознание начинает резко возвращаться и подступает паника. Память любезно подкидывает смертельно напуганные глаза Джинни, в которых начинает появляться дымка безумия, на этом воспоминания обрываются. Fuck, я так сильно его напугал, даже не представляю, что он чувствует, мне нужно срочно выбраться отсюда и найти его. Кое-как поднимаюсь и ползу в сторону двери, медленно открываю, в глаза бьёт яркий свет и я непроизвольно жмурюсь. - Так и знал, что как только очухаешься поскачешь на поиски. Бан Кристофер Чан.. Что он тут делает, сейчас отправит меня обратно в палату, я уже отчетливо понимаю, что я в больнице, потому что приоткрыв глаза вижу Чана, сидящего в кресле напротив двери в коридоре со светлыми стенами и, как выясняется приглушённым светом, видимо глаза уже привыкли. - Что произошло? Спрашиваю без особой надежды на подробности, пытаясь понять где остальные, в частности Хёнджин, это все что меня сейчас интересует. Чан будто читает мысли. - В соседней палате твоя принцесса, медикам пришлось вкатать ему хорошую дозу транков, потому что он грозился переломать руки им и собственным стафф, если они попытаются тебя забрать. - Надеюсь, что он не вспомнит кому пришлось его оттаскивать и держать. Мне забот хватает, чтобы ещё его бесëж терпеть хрен знает сколько после этого. Я всех вас люблю как родных, но ваши взаимодействия переходят всё границы. Руки неконтролируемо вцепляются в волосы, что же я натворил!? До чего довел его, что ему пришлось пережить сегодня. Мне срочно нужно к нему. Чан смотрит на меня как на умалишëнного, хотя скорее всего я так сейчас и выгляжу. Если я его не увижу у меня начнется истерика. Видимо лидер тоже это замечает потому что знает нас всех как облупленных. - Палата справа. Я так понимаю, что со своей спиной ты будешь как обычно разбираться чуть позже. Если тебе всё же интересно, то у тебя грыжа межпозвоночного диска и любая физическая активность запрещена до полного восстановления. Утром придет лечащий врач и объяснит подробнее. - Спасибо, Крис. Опускаю глаза в пол. Мне стыдно перед ним и перед остальными мемберами за свое халатное отношение к спине и за сорванную репетицию, за скорее всего сорванный фанмиттинг, за поведение Хëнджина, с которым никак не могу сладить. Реакцию руководства боюсь даже представить. Думаю, что еще сказать, но Чан встаёт и молча уходит. Зависаю на пару минут, реально обдумывая в каком порядке решать проблемы, но быстро понимаю, что всë давно уже решено. Где там у меня это справа? Мне туда. Хëнджин моя первая и единственная забота сейчас, остальное поболит и пройдет, невпервой за годы занятий спортом и танцами. Приоткрываю дверь и вижу своë сокровище. Джинни лежит на кровати, определенно без сознания, бледный и неподвижный, ко всему прочему ещё и с капельницей в руке. Они ему капельницу с успокоительным поставили что бы меня не трогал что-ли, это вообще люди? За что так с ним? Умом я понимаю, что скорее всего у них не было выхода, судя по моим огрызочным воспоминаниям Хван реально вряд ли позволил бы ко мне кому-то подойти, будучи в шоке от произошедшего. Но все же накрывает бешенство, тут-то зачем непонятную дрянь капать? Капельницу нужно убрать, причем срочно, и заклеить место укола. Медики не знают, но знаю я, знаю, что Джинни панически боится крови, а как следствие и уколов, а тут целая капельница с зафиксированной пластырем бабочкой. Подхожу, осторожно и неполностью снимаю пластырь, вынимаю иголку и сразу же заклеиваю ранку. Слава богу, что он не пришел в себя с этим реквизитом. Сколько времени потребуется чтобы он очнулся непонятно, но я подожду, в этот момент нужно быть рядом, иначе опять будет срыв. Ложусь к нему на кровать и прикрываю глаза у него на плече. Спина начинает неприятно поднывать, видимо обезболы перестают работать, но это ерунда, главное, что я рядом с ним. Через некоторое время понимаю, что Хëнджин приходит в себя, потому что его руки обвивают меня и прижимают до хруста, спине тоже слегка достается. Запоздало соображаю, что он может быть слегка неадекватен после лекарств, но я уверен что намеренно он мне не навредит. Осторожно прижимаюсь к его плечу и целую, а он тем временем начинает шарить руками везде где достает, видимо проверяя что не спит и рядом я. Вздрагивает, натыкаясь на корсет, начинает обнимать чуть более осторожно, но совсем из рук не выпускает, всë ещë боится, я это чувствую кожей, ему нужно понимать, что я рядом и по большей части в порядке. - Ликси. - шепчет мне в ухо, повернув голову. - Что случилось, как ты? Протягиваю руку к щеке, глажу осторожно, натыкаясь на мокрую дорожку. Ожидаемо. Ему досталось там на сцене, да еще и непонятные лекарства, вколотые заботливыми медиками. Как мне сейчас его успокоить? Приподнимаюсь, спина уже не поднывает, а полноценно болит, продолжаю гладить и целую в уголок губ. - Всё хорошо, я в порядке, почти. - Чувствуешь? Выдали эксклюзивный аутфит, ощущаю себя почти гладиатором - хихикаю, чтобы разрядить обстановку. Не успеваю понять как положение меняется и я уже лежу ровно посередине кровати(так кстати и спина почти не болит), а Хëнджин нависает надо мной. - Ликси, это не смешно.- голос жесткий и глухой, в глазах напротив бешенство и отчаяние одновременно, страшная смесь, а еще я с опозданием понимаю, что вряд ли он полностью отошёл от лекарств. Если быть точнее, похоже совсем не отошёл. Перестает сверлить меня бешеным взглядом, припадает к шее и шумно водит носом, двигаясь снизу в верх то ли обнюхивая, то ли просто собираясь с мыслями и наконец шипит в ухо о том, как сильно я его напугал, как он смотрел на моё бессознательное тело и закрытые глаза, как меня пытались у него забрать. После этой фразы подрагивающие руки сжимаются вокруг меня, а зубы смыкаются на шее. Больно. Очень. Похоже прокусил кожу, это мне за мои шутки. Тихонько пищу потому что дальнейшая реакция непредсказуема, а оттолкнуть его силой я даже будучи полностью здоровым не смог бы. Не потому что слабее, а потому что просто не хочу. Пусть кусает до крови, сжимает до хруста, ему сейчас это нужно, мне сейчас это нужно, мне нужен он весь, даже с непонятно какими вколотыми в него лекарствами. Чувствую как зубы разжимаются, а место нападения зализывает нежный, теплый язык. Начинаю уплывать от этих манипуляций, но чертова спина напоминает о себе слишком настойчиво, я должен сейчас ее беречь, потому что от моей спины завишу не только я. Надо сбавить обороты, и вообще, я пришел успокаивать, а заняты мы уже чем-то кажется не тем. Выдаю всё сразу и в быстром темпе. Надеюсь выживу. - Джинни, у меня межпозвоночная грыжа и мне запрещена физическая активность. - замолкаю и съëживаюсь в ожидании реакции. Зависает, слегка расслабляет руки, так что теперь не сжимает, а скорее баюкает в кольце рук, поднимает на меня свои полу-безумные глаза и смотрит не мигая, пытаясь до конца осознать то, что я на него вывалил. Внезапно отмирает и выдает широкую улыбку. Я конечно ожидал чего угодно, истерики, крика, крушения мебели и даже побега, но никак не того, что сейчас наблюдаю. К улыбке Джокера добавляются хаотично жмакающие мою многострадальную тушку руки. - А кто сказал что от тебя требуется активность? Никаких лишних движений, господин Ли. Впадаю в ступор. Своим строгим голосом сейчас он смахивает на доктора, но если рассматривать образ в целом, то только если на доктора Франкенштейна. В глазах хищный блеск, на лице всё еще безумная ухмылка, наклоняет на бок голову и осматривает меня как объект исследований явно не научного характера. Возбуждает до дрожи. Пока я с отвисшей челюстью и уже полу-вставшим от его вида, взгляда и тона членом пытаюсь собрать пошлые мысли в кучу, оказываюсь без пижамных больничных штанов. В шоке смотрю на то как Хëнджин плотоядно облизывается, залипая на моём стояке, и кажется наконец вдупляю, что он задумал. - Хëнни, на надо, это всë лека. . Договорить не успеваю, он насаживается на мой член сразу на всю длину, поднимает на меня всё ещё безумный взгляд, уже слегка влажный от дискомфорта в горле, ухмыляется прямо с членом во рту и продолжает насаживаться до упора, не разрывая зрительного контакта. Мол, я ведь сказал. Никогда не думал, что мне посчастливится увидеть такую картину. Честно говоря я уже сильно сомневаюсь что проснулся, а не сплю под препаратами в соседней палате. Это за гранью моей реальности. Каждым своим движением он вынимает из меня какие-то нечеловеческие звуки, а руки сами по себе тянутся запутаться в волосах и потрогать втягивающиеся на подъеме щеки. Минет я разрешаю себе получать от него крайне редко потому что на выходе можно получить эмо мод от того, что он взял в рот всяку бяку, и потом неделю ходить вокруг него нацыпочках, а то что он в принципе умеет делать то, что делает сейчас, я себе даже в самых смелых фантазиях не представлял. Это, мать его, полноценный deep throat, сам не так давно смог до конца освоить. Меня размазывает так, что я понимаю, - не прошло минуты, а я уже на грани. Пытаюсь снять Хвана с члена, но получаю только стальную хватку на бëдрах и тихое порыкивание с членом глубоко в глотке, которое бьёт по всем итак перегруженным нервным окончаниям, низ живота сводит спазмом и я с криком кончаю, ощущая что мой член всë еще у него во рту и Хван все глотает, опускаю на него глаза и вижу как облизывается. Всё, меня, кажется, можно уже перемещать в морг, я умер и попал в рай, ха-ха. Сам Хëнджин от своих же манипуляций тоже кончил, и теперь с нечитаемым лицом рассматривает последствия, может врачи перепутали препараты? В коридоре слышатся шаги и тихий стук в дверь возвращает меня в реальность. Джинни всё ещё сидит на кровати у меня между ног, смотрит на свои пострадавшие штаны и подвисает. Будет здорово, если он из-за лекарств утром не вспомнит, что вытворял и не будет ковыряться в себе лишний раз. Я-то уж точно сохраню в памяти каждую секунду его сегодняшнего представления на всю оставшуюся жизнь. Тихий, но настойчивый стук повторяется, встаю, натягиваю штаны и иду открывать. На этот раз на пороге Джисон, внимательно всматривается, оценивает, никак не комментирует мой потрепанный и затраханный вид. - Как твоя спина? - спрашивает, а я лишь слегка киваю, норма, восстановлюсь. Джисон так же коротко кивает, в его глазах сочувствие, понимание и тихая поддержка. В отличие от остальных он знает, что это не в первый раз, и в тот первый раз, год назад именно благодаря ему всë удалось скрыть. - Иди к себе, через полчаса приедет менеджер и иже с ним. Киваю, заглянув в палату, вижу, что Хëнджин отрубился, прикрываю дверь и поворачиваюсь к Джи. Слова не нужны, кивает в сторону моей палаты. Он присмотрит за Джинни, а я надеюсь переживу пришествие руководства.