A Sun in Retrograde

      Позже Алину растолкал один из солдат.       — Нам нужно идти. Собрание скоро начнется.       Алексей выглядел одновременно сочувствующим и немного удивленным собственной дерзостью, когда схватил ее за плечи и помог ей сесть. Алина застонала. В отличие от предыдущего дня она не испытывала растерянности, помня где и когда она была. Сон не притупил ее чувства, о чем она даже жалела, потому что это значило бы возможность отдохнуть чуть дольше, вместо того чтобы натягивать старые сапоги с порванными шнурками и спотыкаясь, бежать сквозь тьму и холод вместе со своими товарищами в сторону шатра командования.       Поразительно, насколько она могла положиться на мышечную память. Прошли годы с тех пор как она была в этом месте, с этими людьми, и все же имена, лица и порядок действий всплывали в ее разуме, словно этого времени и не существовало. Кивнув остальным картографам, Алина бочком пробралась вдоль края шатра туда где стояли следопыты и встала рядом с Малом. Он осмотрел ее с обеспокоенной улыбкой.       — Значит, Спящая Красавица проснулась, — подразнил он ее, скользя по ней глазами в поисках признаков того, что ее нужно силой заставить вернуться в постель отдыхать. С этим взглядом Алина, которая всю свою жизнь была болезненной, была хорошо знакома.       Их командир забрался на ящик и закричал в толпу:       — Все, хватит! Я знаю, что некоторые из вас были в пути целую неделю, так что буду краток. Большинство из вас отправятся дальше к северу на передовую с Фьордой или к югу на границу с Шуханом. Однако у Второй Армии есть блестящее решение для нашей проблемы с продовольствием и завтра оно отплывает в Новокрибирск.       У Алины кровь застыла в жилах. Она была так увлечена, совершая рутинные действия, удивляясь этому миру и людям, что даже не задумалась о том, когда именно она была.       Переправа через Каньон.       Оставшаяся часть речи для нее потонула в панике и Алина едва отреагировала, когда прозвучало имя Мала и он обернулся к ней чтобы успокоить. Остаток вечера прошел как в тумане, ее разум метался в тысяче разных направлений, пытаясь решить что ей делать дальше.       Первой мыслью было забрать Мала и бежать. Алина верила, что даже сейчас, до всего что с ними было, он послушал бы и последовал за ней, если бы она дала понять что уйдет с ним или без него. Увести его подальше от Каньона, от Дарклинга, ото всех, кто мог им навредить. Они могли бы снова отправиться в Новый Зем, найти работу и начать все сначала. Избежать участия в гражданской войне, которая пришла бы в Равку в любом случае, в результате интриг Дарклинга, или сепаратизма Златана, или напряжение между отказниками и гришами наконец привело бы к взрыву. В Равке не было мира на протяжении поколений, но вскоре должно было стать еще хуже и ей не хотелось находиться рядом когда это случится.       Но.       Действительно ли она могла бросить свою страну? Страну где она жила и за которую умирала, где жили все люди которых она знала и любила? Она подумала обо всех солдатах, которые умрут завтра при пересечении Каньона если ее там не будет, обо всех людях, которым она помогла за свою долгую жизнь, обо всех, кто потеряет свои жизни в Каньоне если она его не уничтожит. И если честно, Алина уже давно не испытывала удовлетворения, прячась от ужасных вещей, когда она могла встретиться с ними лицом к лицу.       Итак...допустим, она останется и позволит событиям развиваться своим чередом. Она бы сожгла карты, ее отряд назначили бы на скиф, она бы спасла Мала, ее бы привели к Александру, ее силы были бы обнаружены и началась бы жизнь, в которой на нее снова охотились. Алина не думала, что сможет стоять с ним лицом к лицу и изображать идиотку, она слишком хорошо его знала, а он был слишком хорош в чтении людей. Как бы она сейчас ни выглядела, Алина не была одинокой и потерянной семнадцатилетней девочкой и он бы сразу это заметил. Возможно, она сможет обманывать его пока они не достигнут Малого Дворца, но что потом? Сможет ли она стоять в стороне, зная, что делает с Женей король? Сможет ли смотреть в глаза Марии - такой юной и живой, и не вспоминать, как она умерла за Алину? Сможет ли предстать перед Ланцовыми, зная сколько жестокости и продажности принесло их правление и НЕ сжечь их дотла на их собственных тронах?       Она так не думала.       ... Она могла бы кому-то рассказать. Багра, скорее всего, поверила бы ей - Алина знала достаточно секретов старой женщины, о которых не знал даже Александр. Но она не была уверена в том, что Багра сделает с этой информацией. Как бы она ни помогала Алине, заклинательница теней никогда на самом деле не сражалась против сына, которого все еще любила. Ее истинной целью всегда было спасти его от него самого.       Спасти Александра. Алина не была уверена что это возможно. Однажды, давным-давно, она думала, что сможет это сделать. Думала что вместе они могут быть чем-то большим. Она представляла будущее с ним, в котором они сражались бы плечом к плечу чтобы сделать мир лучше, тьма и свет в идеальном балансе. Но он растоптал эти мечты, сомкнув ошейник вокруг ее шеи, убив ее друзей, отказавшись прислушаться к ней. Тогда он наконец стал в ее глазах монстром каким был по словам окружающим.       Был ли он?       Когда чудовище не является чудовищем?       Алина старалась не думать об ответе на этот вопрос.       Она могла бы попытаться сражаться с ним, хотя все что она смогла до сих пор, это вызвать легкое свечение на кончиках пальцев по пути в уборную. Ее сила подчинялась медленно и неохотно, сопротивляясь телу, которое так долго ее подавляло. У Алины не было ее усилителей и не было столетий практики что были у Александра, и даже если бы она могла победить его один на один, у нее не было ни последователей, ни армии, которая бы за нее сражалась. Он бы победил за счет одной только численности войск и своего влияния, в то время как она была всего лишь сиротой-картографом, а не легендарной Заклинательницей Солнца и Санктой, в которой все видели свою спасительницу.       Если Алина хотела власти и влияния чтобы изменять ход событий, ей нужно было каким-то образом дать обнаружить свою силу.       Возможно, она могла бы самостоятельно отправиться в Ос Альту, продемонстрировать свою силу королю и как можно дольше избегать Дарклинга?       Сомнительно. Алина знала, что он так долго ждал ее, что в тот же момент когда он узнает о ее существовании, то бросит все чтобы поспешить ей навстречу. Он никогда не скрывал что сосредоточен исключительно на ней.              Она продолжала и продолжала рассуждать по кругу. Большая часть ее мыслей сводилась к двум выборам: она могла спрятаться от него и позволить Равке гореть в огне. Или она могла пойти к нему, сражаться с ним и попытаться предотвратить вред, который он мог причинить.       Показателем того, насколько противоречивыми были ее чувства к Александру, было ее желание немедленно поговорить с ним, потянуть за их связь и спросить его мнения о том, что ей делать. После его смерти Алина часто воображала разговоры с ним, представляя что он сказал и сделал бы в случаях, когда ей предстоял трудный жизненный выбор. Конечно это был всего лишь защитный механизм в ее разуме, о котором она никогда не говорила своему мужу и друзьям. Алина пыталась оправдаться тем что ей нужны были годы его опыта, его ум и интуиция, но она знала, что это было ложью. Чего она на самом деле хотела, так это того, чтобы кто-то ее понимал.       И вот она здесь, окруженная давно умершими друзьями и одинокая как никогда.       После того как ее выгнали из шатра где ужинали солдаты, Алина выскользнула из лагеря и отправилась к краю Каньона. Постояв пару минут, она шлепнулась на песок и подтянула колени к груди, носки ее сапог почти касались тьмы. Закрыв глаза, Алина попыталась притвориться, что она снова в Керамзине, в безопасности и ей совершенно не о чем беспокоиться кроме счетов, учебных планов и того, что двое из ее воспитанников ненавидят друг друга.       Когда это не сработало, Алина вздохнула и открыла глаза. К добру или к худу, она застряла здесь пока не решит что ей делать дальше. Она рассеянно протянула руку и провела ею сквозь тени, глядя, как они вьются вокруг ее пальцев.       Тени все еще ощущались как он. Алина ожидала что без оленя, насильно соединившего их, она будет чувствовать Каньон как нечто странное и чуждое, как это было когда-то, но нет. Тени были прохладными и знакомыми, любопытно скользя вдоль ее кожи, касаясь почти игриво. Без волькр, подумала она, Каньон был бы не таким уж ужасным местом. Одна из теней пощекотала ее запястье и Алина хихикнула, отогнав ее щелчком пальцев, когда ее прервали.       — Что ты делаешь? — раздался холодный повелительный голос, от которого она подскочила и развернулась кругом прямо на коленях.       — Александр! — воскликнула она, не подумав, и прижала руку к груди, где быстро забилось сердце, — Ты напугал меня! — И тут Алина осознала что за слова вырвались из ее рта и замерла, глядя снизу вверх на генерала, чье настоящее имя она абсолютно, определенно не должна была знать.       Он стоял неподвижно, со спокойным и собранным выражением лица, но она слишком хорошо его знала. То как его глаза слегка расширились, руки сжались в кулаки по бокам, а его тень, лежащая на песке рядом с ней, немного увеличилась в размере, выдало его шок и беспокойство.       — Я прощу прощения... я подумала что это кто-то другой? — прошептала Алина голосом, который, как она знала, был гораздо более виноватым, чем убедительным.       — Где ты услышала это имя? — требовательно спросил он, стиснув зубы.       Алина встала, стряхнула песок со штанов и посмотрела на лагерь в отдалении, просчитывая, сможет ли до него добежать. Ее намерение наверняка отразилось на лице, потому что Александр шагнул вперед и схватил ее за руку.       — Где ты...       Его пальцы задели ее запястье и их связь ожила на мгновение прежде чем она вырвала ладонь и сунула руки в карманы. Он застыл с протянутой рукой.       — Я же сказала, я подумала, что это кое-кто другой, — ее пульс участился, а мысли путались из-за его присутствия. Она бы нашла выход из этой ситуации, если бы только могла думать       — Ты гриш, — взгляд Александра стал опасным, он снова шагнул ближе и ее щеки покраснели.       — Нет, — настойчиво сказала Алина, выпрямляясь и встречаясь с ним лицом к лицу, — Меня проверяли когда я была ребенком, — Правда, — Они ничего не нашли, — Тоже правда, — Я просто картограф, — Ложь.       Блеск в его глазах не стал менее опасным.       — Как ты избежала проверки?       — Я же сказала, я не... — возразила она.       — Ты солгала. Или сумела как-то их обмануть.       — Как можно обмануть гриша? — огрызнулась Алина, надеясь что звучит невежественной.       Он снова ее проигнорировал и потянулся схватить за руку. Она попыталась увернуться, но Александр был слишком быстр и силен и уже скоро держал ее мертвой хваткой.       Алина не хотела этого. Она не успела решить что делать, не построила планов, не подготовилась к тому чтобы лгать ему в лицо. Паника овладевала ей, пальцы покалывало, ее сила просилась наружу чтобы встретиться с его силой и Алина безжалостно ее подавила.       — Почему ты так близко к Каньону? Почему ты не боишься? Какой силой ты обладаешь? Откуда ты знаешь мое имя? — с каждым сыпавшимся вопросом Александр дергал ее на себя и в конце концов Алина уткнулась ему в грудь, уперевшись ладонью напротив его сердца и подняла глаза, пытаясь придумать что ей сказать чтобы выбраться.       Он поднял руку и обхватил ее лицо чтобы поднять его и заставить смотреть на себя, и от соприкосновения их кожи все вокруг остановилось.       Ее страх. Ее сомнение. Ее разбитое сердце. Все померкло перед этим чувством уверенности, определенности, принадлежности, которое наполнило каждую ее клеточку и Алина вздохнула, глядя в темные глаза по которым так скучала. Он смотрел на нее сверху вниз, шок, страх... и надежда написаны на его лице. Алина взглянула на свою руку, лежавшую поверх его сердца и застонала от того что увидела.       Она сияла.       Cдаваясь неизбежному, Алина позволила себе качнуться вперед, упираясь лбом в его грудь. Ну что ж, этот секрет был раскрыт.       Его руки, прежде оковами стискивающие ее плечи, стали нежнее и когда Алина придвинулась к нему, медленно обвились вокруг нее. Она чувствовала себя в безопасности и целой, впервые за долгие годы. Ее глаза увлажнились. Она так сильно старалась убедить себя что не скучала по нему, что не была одинока без него, что была счастлива. Но она не могла продолжать это делать, когда его руки были вокруг нее, когда его сила наполняла ее, а прерывистое дыхание щекотало волосы когда Александр вдыхал ее запах.       — Заклинательница Солнца, — прошептал он в ее макушку, дрожа в ее объятиях, — Я так долго ждал тебя.       Алина крепко зажмурилась и еще сильнее прижалась к нему. Что бы ни произошло в будущем, она снова была целой.