Сборник Джонадамов

      Адам, поправляет свою сумку через плечо, выправляет половину серой футболки из джинс, которые были разорваны в парочке мест, хватает со стола ключи и выпрыгивает в окно своей комнаты. Благо, первый этаж, не так много падать, да и его ловят сильные руки Джоны, который названивал тому каждые пять минут, жалуюсь о том, что он устал ждать другого под окнами.       Маршалл позволяет блондину упасть прямо на руки, как какая-то диснеевская принцесса. Он ухмыляется, зажевывает сигарету между зубов и успевает увернуться от шлепка в лицо.       — Опять я тебя долго ждал, — бубнит крашенный блондин и смотрит вдаль, затягивая сигарету и выдыхая сизый дым в черное небо. Ночь, звездочки сияют ярче, чем когда-либо почему-то именно сегодня, но он не жалуется, — Че, родаки не спят?       — Блядские три ночи, — шипит Мюррей, показушно отряхивает колени и выпрямляется, — Конечно же, почему бы им и не спать? Спали они. Ты лучше скажи че тебе понадобилось от меня в три ночи.       Джона кладет указательный палец к губам, цыкает на того, мол, потише, и кидает никотиновую палочку на траву, сразу туша ее подошвой обуви. Маршалл придвигается к блондину, ухмыляется, словно хитрый лис и целует: невесомо, просто соприкасается горячими губами к холодным напротив. Обдает их жаром и тут же смеется, когда ему отвешивают подзатыльник.       Адам сразу отступает, хватается ладошкой за лицо и не выдерживает:       — Ты идиот?! А если бы кто-то увидел? Мои родители?!       — Ты сейчас орешь, в курсе? Шанс того, что сейчас нас застукают — выше, чем то, что я тебя засосал на твоем же заднем дворе.       — В любом случае, — другой краснеет и теребит черно-красные браслеты на руке, — Чего вытащил меня ночью?       — Я гитару спиздил, хех, — крашенный блондин достает с кустов запрятанную гитару с стикерами, где красуются какие-то аниме девчонки в юбках. Брынчит по струнам пару нот и ухмыляется, — Сыграть тебе что-нибудь?       Удивляться здесь было нечему. Хорошо, что хоть все состояние Илона Маска не украл. Ограничился на гитаре — и слава Богу.       Про наклейки он тактично молчит и они молча направляются к метро, заходят в подземку, сразу же Маршалл кидает свою кепку с головы на пол и, словно Голливудская звезда, пафосно перехватывает гитару и, удивляя пару прохожих, играет первые ноты песни.       Играть на гитаре у Джоны получалось весьма не дурно. Мозолистые смуглые пальцы ловко перебирают струны, песня льется рекой и крашенный блондин даже решает добавить свой голос.       — А мой милый ушел к блондину! — он смеется, качается из стороны в сторону и поддевает рядышком сидящего и дымящего сигаретой Адама, заставляя того выгнуть бровь, — С каким-то модельером укатил в Париж! А мой мужчина, мне изменил с блондином.       Мюррей, узнавая песню и точно зная дальнейшие строчки, вскакивает с корточек и машет руками перед Джоной, смотря на то, как тому в кепку летят пару долларов и монетки — центы. Парень с гитарой давит смешки, продолжая петь под заинтересованные взгляды прохожих.       — Только попробуй продолжить! — а продолжить и поддеть блондина тот больше и не смог, с другой стороны подземного метро слышит оклик двух полицейских и парни, прихватывая кепку с деньгами и собирая ноги в руки, дают деру. Забыли, что после двенадцати играть запрещено.       Им вслед слышаться положительные выкрики зевак и Маршалл посылает поцелуи направо и налево, выкрикивая какие-то пафосные речи. Только Мюррей серьезно хватает того за шиворот толстовки и тащит за собой.       — Хей, осторожно! — Джона роняет деньги из головного убора и печально смотрит им вслед. Целых десять долларов канули в забвенье!       Мюррей легко огибает перила — просто перепрыгивает через них и выпускает крашенного блондина из рук, чего другой не ожидал. Он падает, спотыкаясь, прямо на гитару, слышится треск и стон боли от Маршалла. Адам оглядывается, закатывает глаза и дергает парня с переломанной надвое гитары на ноги, срываясь снова на бег, слушая смазливые причитания другого под ухо.       Отдохнуть получилось только за поворотом цветочного магазина, где продавались и розы, и лилии, и Бог знает что еще.       — А вот если бы деньги не проебали, то я бы тебе купил розочку! Да и гитару жалко-о-о…! — хнычет тот.       — Заткнись, — блондин шипит и еле-еле сдерживает себя от желания надавать тому тумаков по идиотской башке.       Они переводят дух под хриплые смешки Маршалла и вместе смотрят в небо, улыбаясь и держась за руки.       Тут Адама родители точно не увидят.