Танцуй, словно завтра никогда не случится

— Риндо, а давай составим этой милой даме компанию в столь прекрасный вечер, — Косичка сел напротив и по-змеиному улыбнулся. Его товарищ забрал угощение и кофе и сел рядом с Юки, впился хищными зубами в эклер, из которого жалобно так потек розовый крем. Словно густая кровища. Бррр… — Где ты милую даму умудрился лицезреть, Косичка? В отражение в зеркале посмотрел? — мальчик и в самом деле выглядел миловидно. Точеная фигура, красивые черты лица, лавандовые глаза и спокойная улыбка. Когда сидит спокойно и не отсвечивает — вполне себе барышня на выдание. Юки решила, что запросто загнала б такую на даче рублев за сто: грядки полоть, да дурь крапивкой выгонять. — Бойкая да борзая, японский хорошо знаешь… откуда? — Полукровка. Японка и русская. — А будто японского ничего и нет… а русские, я слышал, те еще красавицы. Правду говорят, — Юки было даже приятно. Совсем немного. — Ты что, ко мне подкатываешь? — Я? Да не в жизнь, — засмеялся парень, — Я — Ран. Это Риндо, — кивнул он на товарища, — Мой брат обожает этот чертов Старбакс с его слащавыми эклерами и не более слащавой публикой. Что же здесь забыла такая перчинка как ты? — Гуляю, никогда в Роппонги не была. По правде говоря, вообще почти нигде в Японии не была, недавно приехала. — Ох, вот как. То-то я смотрю у тебя проблемы с инстинктом самосохранения, — всплеснул ручками парень, — Совсем нас не боишься? — А что, должна трепетать как осиновый листик при виде вас, о светлоликие, почтившие своими святыми пятами нашу бренную землю? — дерзко улыбнулась Юки. — Вот представь, она бы не нас презрением тут обливала, а Горро? — тихо вопросил Риндо, и оба пацана рассмеялись. — И в чем фишка? — Да он вообще долбанутый и шуток не понимает, от тебя бы и мокрого места не осталось, — Юки тяжело вздохнула. Как же задолбала ее эта вся гопническая канитель. — Я учусь в школе, где меня окружают одни гопники, так что у меня уже прививка от бешенства и запугиваний. — И что, ведешь себя также? — Я везде остаюсь самой собой, — пожала девочка плечиками и отхлебнула кофе. — А че за школа? — Тридцатая восточная. — Аааа, — разочарованно махнул рукой Ран, — Там же Майки заправляет, девок бить запрещено, даже вот таких наглых, — от звука знакомого имени Юки вздрогнула, и вдруг стало как-то хорошо и тепло. — Будто вы их бьете, — беспечно махнула рукой девушка. — И действительно, не бьем. О, а ты лучше расскажи, что за заварушка вчера была? В курсе? — Ну Мебиус теперь все. Окончательно все. Осанай с Ханмой заехали в больничку, месяца через два выйдут, — кратко поведала Юки, ей очень хотелось позвонить Манджи, но она боялась, что помешает ему учиться. — Слушай, а правда, что Ханму сначала девчонка отпиздила? — А что, он типа такой крутой? — Считается, что да. — Да по яицам зарядила просто и все. Больше с перепугу.       Завибрировал телефон, высветив на дисплее любимое имя. Юки немного покраснела, показав мальчикам знак, чтобы не мешались. Те послушно заткнулись. — Привет, — улыбнулась Юки. — Я закончил на сегодня! — Скажи уж, что Кенчик задрался с тобой возиться, и теперь прячется от тебя в кладовке наедине с учебником математики. — Не, он в ванной с учебником биологии напару. Отмокает. Юки… ты еще в Роппонги? Я заеду за тобой. Где ты конкретно? — У станции, в Старбаксе. — Хорошо, — радостно сказал Майки, — Тебе Вакаса не звонил? — Нет, а что? — Я с ним договорился, что пока его не будет — поживешь у нас. — А меня забыли спросить… — Я сначала его разрешения хотел получить. Малыш, ты пока еще слишком… Я боюсь оставлять тебя одну, — и Юки его понимала, она сама себя боялась оставлять одну. — Хорошо… я тут на втором этаже. Рядом — два стремных типа, вроде гопники. — И что они делают рядом? — Ну мы немножко перегавкиваемся, но вроде они нормальные. — Имена? — напряженно спросил Майки. — Ран и Риндо вроде… — у Майки сразу отлегло от сердца. Хайтани в Роппонги самые опасные — но зато это свое зло, почти что родное. — Юки-тян, передай трубочку Рану. — Только не говори, что запугивать начнешь, — протянула Юки, они мне ничего не сделали. Так, на мозг покапали. — Ран это умеет… — О, так вы знакомы? — Давай передавай и я скоро приеду, — Юки послушно передала трубку Рану, тот трубку перехватил и почти сразу его лицо расплылось в улыбке. — О, Майки, так это рыжее твое? А я-то думал, че такая борзая. — Ты с Майки знакома? — мигом заинтересовался Риндо. — Ну типа того. Вы друзья? — Не сказал бы… но он нам, считай, жизнь спас. — Я понял, Майки. Будем беречь твою девчоночку как зеницу ока. И еще момент… надо будет серьезно поговорить. И мы переместимся в мак, а то тут одни эклеры и хрен пойми что, а жрать хочется. Он в соседнем здании. — Ваааа! Чизбургер хочу! И картошечку, — улыбнулась Юки. — Я тоже. — Ты же штук десять эклеров поглотил! И как влезает… Хотя что я спрашиваю, Майки такой же проглот. — Что, правда? — Еще какой. Способен сожрать свой обед, спиздить несколько чужих и заточить целую булкой с Нутеллой сверху. — Юки? Юки нормально. Тебя с Риндо обсуждают. Ладно, ждем, — Ран протянул Юки телефон. — Надо же, я думал, все девчонки сильных ребят сразу хвалятся своими отношениями при встрече с неприятностями. — Глупости какие! — развела Юки руками, — Я сама свои проблемы решаю. — Понимаю, меня такие девки бесят. Но нам лучше бы сразу сказала, тем более разговор к Майки имеется. — Забиться хочешь? — Я не самоубийца держать у себя на территории его девчонку и при этом забиваться. Тем более наши отношения с Майки довольно неплохие, — покачал головой Ран. — У себя на территории? — не поняла девушка. — Нас называют королями Роппонги, мы тут правим балом. — Странно, Майки сказал, что в Роппонги опасно… — Для тебя опасно. Ты хоть знаешь, что такое Роппонги? Это квартал с клубами, здесь наркота и алкоголь льются рекой, полно проституток, а зазывалы притащат тебя в заведение, где накачают дерьмом, обворуют и убьют. Я не говорю про мелких сошек, которые не в курсах, чья ты девчонка. Так что давай, если соберешься в Роппонги вечером — лучше позвони. — Все, чтобы не нарываться на конфликт с Майки? — Нет, мы с братом его уважаем, поэтому… — Ну что за бредовый бред. Еще один указывает, где мне ходить! — тяжело выдохнула Юки, — Задрали. Где хочу — там и буду ходить. И в какое угодно время! — сложила девочка руки на груди, — Не вижу смысла себя ограничивать. — И в итоге подставишь и себя и Майки… — протянул Риндо, — Ты совсем не умеешь себя вести. В Японии за такой взгляд на якудзу тебя могу и пристрелить. — Если что — то даже на якудзу так посмотрю, если они будут мне мешать отдыхать и портить аппетит. Мне решительно непонятно это подобострастие перед якобы сильными. Обычно там ведь гонор и ничего кроме гонора. И я сама могу справляться со своими проблемами. Взрослая же девочка.       Ран понял, что бороться здесь бессмысленно. Юки невозможно объяснить элементарных вещей вроде, почему в Роппонги опасно. Ну и пусть Майки с ней нянчится. Его геморрой. — Отстань от нее, Ран. Юки действительно взрослый человек. Тем более… не знаю как ты, но бить я ее не хотел. Так, попугать немного. — А как вы с Майки подружились? — Подружились — слишком громкое слово, — начал Риндо, — мы скорее… хмм… просто хорошо общаемся, особенно, если нужно. — По сути, Майки четыре года назад нам жизнь спас, — развел руками Ран, — Мы с Риндо забились с бандой бывшего короля Роппонги. С бандой справились, но с Сазаме осечка вышла. Он взбесил нас так, что мы его чуть не убили. В последний момент нас за руки поймал Майки, — Юки внутри себя улыбнулась, Манджи не позволил ребятам стать убийцами. — И отпиздил до полусмерти, — закончил Риндо, — чтобы неповадно было. — Давай угадаю, вам еще наверняка лекции Такемучи читал попутно, — засмеялась Юки, обычно у них такая рабочая комбинация. — Трещала трещетка, я его быстро угомонил, — улыбнулся Ран, — Тем не менее королями мы стали, но Майки отомстить хотели. А банды для этого собирали и прочее. Но против Майки эт все без толку. Захочет — размажет по стенке за минуту. — И как же вы дошли до уважения к нему? — А парня одного исколошматили, нас менты замели — и полгода в колонии. Убили б Сазаме, прошлого короля, провели б лет пять в этом аду. А Майки не позволил этому случится. А Майки с Дракеном тогда ходили, навещали в колонии. Больше никто не ходил, да больше и некому. — И что, перестали хотеть ему отомстить? — Да не за что. Вроде как наоборот благодарить должны, что мозги на место пытался поставить. Только вот Сазаме… явно не оценил помощи, — тяжело вздохнул Риндо. — А? Бывший король? — Угу. Об этом и будет идти речь сегодня. Частично, — выдохнул Ран, — жрать хочу. Айда в Мак!

***

      Юки сидела напротив братьев и откровенно скучала. Ребята, казалось, пребывали в напряжении, Ран высматривал кого-то в окно… а Юки продолжала грызть мысль о неких готовящихся неприятностях. Это даже меркло перед тем, что дядя переселил ее в дом Сано, пусть и на время учебы. Больше всего бесило то, что ее поставили перед фактом. — Ну так… серьезные проблемы намечаются? — обеспокоенно спросила Юки. — Это как посмотреть… в основном в Майки метят, как мы поняли. До его прихода скажу одно: приятного там будет мало. Твоему парню многие хотят отомстить. Вот только вчера в копилочку Мебиус прилетел. — Но они вроде и до этого лелеяли идею… — но договорить Юки не успела, теплая рука приобняла ее за плечи, улыбка против воли расцвела на лице. Девушка повернула вправо и практически нос к носу столкнулась с Манджиро. Она и не подозревала, насколько скучала. — Ран, Риндо, — кивнул парень ребятам, — Спасибо, что приглядели за Юки. Она относительно недавно в Японии, и плохо понимает что к чему. — Ну это мы уже заметили, — буркнул Риндо. Юки, нисколько не смущаясь, положила голову на плечо Майки, тот улыбнулся и запустил пальцы в ее волосы. Ран легонько улыбнулся. Манджиро выглядел на редкость умиротворенным, и разрушать это его настроение совсем не хотелось, но придется. — Майки, нас тут вчера ночью пригласили на занятное сборище… — Мне казалось, это занятное сборище без Ханмы не проходит, а у него, как понимаешь, несколько другие заботы, — хмыкнул Майки. — Значит, что-то ты знаешь… — Сборище обиженок, которые нам просрали — Не недооценивай их, Майки, — выдохнул Риндо, — Они нацелились не только на Тосву, но на тебя лично. Говорят, что и главного у них нет, «Ангел без головы», «Вальхалла», — Майки передернуло так, что Юки подняла голову и недоуменно посмотрела на парня. Тот на секунду закрыл глаза и взял руку девушки в свою, сжимая ее до боли. — Говорите, что знаете. — Оууу… вот это уже хороший настрой. Надеюсь, Сазаме помнишь? Он с ними, походу дела не может смириться с тем, что ты не дал нам его прикончить. Настолько, что позвал нас в команду. Мы, естественно, отказались. — Сколько их? — Уже около двухсот. Но есть подозрение, что после излечения Ханмы к ним еще и Мебиус присоединиться. Будет еще сотка, если еще кого не позовут. — Значит, около месяца… — Да, не думаю, что без Ханмы они сильно высовываться будут. Но они хотят официальный бой с судьями и наблюдателями. Уже их ищут. — Будто без нас они могут кого-то утвердить в качестве судей. — Мы пока застолбили места наблюдателей. Но на твоем месте, я бы и до боя не ослаблял бдительности. Сазаме склонен устраивать подставы. — Да. Я это помню, — лица парней были донельзя серьезны, и Юки пробрала дрожь. Какие наблюдатели? Какие судьи? Что вообще происходит? — Манджи? Что это все за хрень такая? Что за официальный бой? И почему опять Ханма? Разве оно не побито уже? — Они хотят отомстить Тосве и Майки. Вот и собрались вместе на «пир», — пояснил Ран. Юки от этого яснее не стало. — Ладно, — внезапно встал с места Майки, все еще держа девушку за ручку, — Спасибо, что приглядели за Юки. И благодарю за информацию. — Если что — мы с тобой свяжемся. Юки, или с тобой. — Спасибо! — крикнула девушка напоследок.

***

      Не проронив и слова они дошли до парковки, Майки крепко обнял ее, прижимая к себе. Видно, что парень пытался сохранить спокойствие, но руки его дрожали. Юки не знала, чего он так боится, поэтому попыталась пошутить: — Забавное они себе имечко взяли, Вальха… — Юки почувствовала, как Манджиро снова вздрогнул и осеклась на полуслове, — Манджиро, что такое? Ты же вроде уже много банд побеждал. — Не обращая внимания. Слишком много учился сегодня — вот и устал. — Врешь, — пробубнила девушка, садясь на мотоцикл и хватаясь за парня, но он ее не слышал. Но перед тем, как тронуться, Юки дотянулась до его уха и тихо прошептала. — Все будет хорошо, Манджи. Я люблю тебя, — он поймал ее руку своею и поднес к губам, целуя.       На самом деле, Юки было страшно. Она впервые видела Манджиро настолько неуверенным в себе и потерянным. Они провели вместе весь вечер, но почти не разговаривали. Майки молча уставился в стену, и реагировал только, когда Юки начинала ластиться к нему. Юки чувствовала, что ему нужна поддержка, но не понимала, как ее дать, когда она даже и не знает, что случилось. И почему-то ей было больно. Больно на него смотреть и, оставляя его одного на ночь в комнате, ей казалось будто она его предает.

***

      Юки спала на одной кровати с Эммой. Хотя «спала» — слишком громкое слово, она и заснуть то не смогла, все думала о Манджиро. Сердце болело… но она честно пыталась заснуть, убедив себя, что у него просто настроение такое, и переживать не надо. Но оно все равно переживалось, рвалось откуда-то изнутри и плакало, предчувствуя беду. Или она уже случилась? Эта беда? Юки не знала…       Юки слышала спокойное дыхание Эммы, девушка обнимала ее словно плюшевого мишку, и от ее объятий становилось чуточку спокойнее. Нет, тревога за Манджи перебивала все вокруг: Юки вспоминала, как он был молчалив, как напряжен, вся его поза, даже его дыхание говорило о том, что что-то не так. Юки высвободилась от объятий подруги, накрыла ее одеялом и улыбнулась. Настолько умиротворенной девушка казалась ей, наверняка снятся хорошие сны.       Выскользнула из комнаты, пробежала коридор и открыла дверь. И только тут поняла, что она босиком. Плюнула на все и быстрой тенью пронеслась по двору, повисла на ручке двери и тихо открыла ее. Сердце колотилось как сумасшедшее, стремясь пробить грудную клетку. Почему-то так страшно, словно она без предупреждения, без разрешения собирается притронуться к чужой душе, и Юки боялась, что увидит там, где заканчивается светлая часть Манджиро, и начинается его боль и страхи. Хотелось помолится — но она скользнула в проем двери и застыла на входе.       Манджиро даже ее не заметил, он стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. Стоял прямо, и даже, казалось, не дышал. Просторная белая рубашка, свободные бежевые штаны, колечки волос вокруг щек и какой-то отстраненный взгляд вдаль — Юки сразу вспомнила маленького принца и его розу, и даже немножко приревновала… Но все же, Майки вел себя необычно.       Она подошла настолько тихо, что Манджиро вздрогнул от неожиданности, когда ее маленькие ручки сомкнулись у него на животе, выводя из состояния ступора. Он внезапно будто потерялся, лихорадочно пытаясь сообразить, что делать. Но ее зеленые глаза возвращали к реальности, позволяя вновь ощутить, как пахнет весенняя ночь. — Юки, — прошептал он. — Я побуду с тобой. Хочешь ты того или нет, — упрямо вздернула девушка носик и еще крепче обняла его. Чтоб не убежал. Манджиро улыбнулся, но смерть Баджи снова стояла перед глазами, и его бешенство когда… он убивал Казутору. Отвратительное наваждение… казалось бы они с Такемучи полностью избавились от малейшей возможности повторения прошлого. Но нет, прошлое продолжало преследовать. Прошлое давало под дых… и сейчас, казалось, все катилось в тартарары. Снова. — Юки… я… — девушка нахмурилась и села на диван. Похлопала по бедрам. — Ложись ко мне на коленки, — мягко предложила она. И Манджи послушался. Ее кожа пахла любимым мылом Эммы. Манджиро с вожделением вдохнул аромат. Юки наклонилась, и волосы укутали его словно стебли ивы. В лунном свете они переливались серебряным, а сама Юки с ее зелеными волосами казалось доброй ведьмой из сказки для малышей. — Красиво, — прошептал он, улыбаясь. Юки мечтала наконец увидеть его улыбку, вот эту вот его улыбку: мягкую, нежную и от кончика до кончика только ее. Только для нее. Она по ней скучала. Юки вплела пальчики в его волосы, нежно поглаживая кожу головы. — Сегодня… ммм… нет, уже вчера, — тихо говорила она, — я впервые рассказала, что случилось тогда. Когда погибла моя семья. — Было трудно? — Очень. Но мне стало легче. Я избавилась от части своих проблем, знаешь, будто из оков освободилась. Мне до сих пор очень страшно и очень больно, но у меня больше сил и понимая к тому, чтобы двигаться дальше. Страх — все еще часть меня, но я чувствую, что могу лучше им управлять. Я к тому, что если хочешь — я тебя выслушаю, если нет — просто посидим вот так, — Юки склонилась и поцеловала парня в лоб, и словно от ее поцелуя сразу стало как-то легче. Манджиро взял ее руку в свою и повернулся к ней спиной, задумавшись. Немного кайфуя от ее легких прикосновений. — Я не знаю, как все это объяснить, — неожиданно проговорил он. — Мммм… может просто начнешь, а слова сами выстроятся рядами? — Майки определенно не хотел рассказывать ей все, но впервые в жизни чувствовал потребность рассказать. Именно ей. — Лет с восьми я чувствую, нет, мне снится… будто я прожил несколько вариантов своей жизни. Я помню их, свои жизни, до мельчайших деталей, хоть они и были всего лишь сном, — немного лукавил он и улыбнулся, — пожалуй, я расскажу тебе про Вальхаллу.       Манджиро рассказывал спокойно, словно отстраненно, Юки не перебивала. Она сама не знала, что об этом всем думать. Поэтому просто слушала, гладила Манджи по волосам и чуть не плакала. Ведь для Майки вся эта история была точно не просто сном, а чем-то сродни реальности: настолько болезненной и страшной, что Юки даже не могла ее вообразить. А Манджиро все говорил и говорил. И только он думал, как начать — а сейчас не мог остановится… Он слишком долго держал это все в себе, и только сейчас начал понимать, насколько от этого ему было плохо.