The Fire and the Sun

— До сих пор считаю это плохой идеей. Проворчал себе под нос Ло, раздраженный тем, что его уговорили на это идиотское решение. Он пристально посмотрел на Рэйли и Боа, находившихся с ним в комнате. Устало потерев переносицу, парень вздохнул и, отпустив нос, подошел к Соломенной Шляпе, осматривая все ли с ним в порядке. Состояние было стабильным, за последние пару дней его самочувствие улучшилось. Он больше не выглядел будто находился в шаге от смерти, что безусловно было хорошо. Но он все равно не хотел этого делать. Ло схватил шприц, наполненный лекарством, которое могло временно его разбудить. Если бы существовал способ навсегда вывести кого-то из комы, люди бы уже нашли его. Данный же способ был возможен только благодаря его Дьявольскому Фрукту, но это не было панацеей. Хотя Рэйли нужно было поговорить с ним всего минуту, так что это было приемлемо. Именно это Ло говорил себе. Трафальгар выплюнул следующие слова тихо, но очень серьезно. — Черт побери. Он вставил иглу в подключенную капельницу и надавил на конец. Ло увидел, как жидкость потекла в соединенные трубки, а затем в Мугивару. Он увидел, как она проникла в его тело, и сделал шаг назад. Если это сработает, то они увидят результат очень скоро. Боа же глядела на Соломенную Шляпу непроницаемыми глазами, пока у Рэйли на лице застыло беспристрастное выражение. Ло скрестил руки на груди и прислонился к металлической стене. Мугивара дернул руками, и Ло прищурил глаза. Его веки шевельнулись, но не открылись. Это продолжалось несколько минут, пока раненный парень не приоткрыл глаза. Он моргнул, но Ло мог сказать, что он мало что понимал. — Луффи! Боа подошла к Соломенной Шляпе с отчаянием в голосе. Его взгляд покосился на нее — … Хэн… ок? Боа кивнула со слезами на глазах. Мугивара еще раз моргнул. — А… Эйс…? Боа согласно мотнула головой с грустной улыбкой на лице. — Ты спас его. Сейчас он в безопасности со своей командой. Луффи мягко улыбнулся, его лицо стало еще ярче. — Это… хорошо. И через мгновение Соломенная шляпа начал кашлять, тяжелые вздохи вырывались из него. Ло подошел к нему и дал ему немного воды, которую он налил в стакан. В ней была соломинка, поэтому он положил ее в рот Мугивары. — Пей. Шляпе потребовалось некоторое время, чтобы обдумать слова, а затем втянул воду через соломинку. Прошло несколько секунд, прежде чем он выпил воду, а затем Ло снова отошел к стене. Ему не нужно было разговаривать с пиратом, поэтому он хранил прежнее молчание. — Приятно видеть, что ты проснулся, Луффи. Взгляд парня переместился на Рэйли, который подошел к кровати. Старый пират сел на кровать, стараясь не задеть Соломенную Шляпу. — …Рэйли?… Что? Рэйли слегка улыбнулся мальчику. — Из-за тебя я поседел сильнее, чем уже был. Но я пришел сюда не по этой причине. Он посмотрел на Монки, который также глядел на лицо Рэйли. Старик вздохнул. — Мне нужно о многом поговорить, но у нас нет времени. Перейду сразу к делу. Луффи, все думают, что ты мертв. Раны, которые ты получил, были серьезными, и в газетах всем сообщили, что ты был убит в Маринфорде. Глаза Луффи расширились, по-видимому, поняв, о чем говорит Рэйли. — Эйс… Накама... Рэйли грустно кивнул, похлопывая пирата по руке. — Именно, я хочу послать сообщение, которое поймет только твоя команда. Что ты думаешь о двухлетней паузе в вашем путешествии, чтобы подобное не повторилось? Я могу обучить тебя за это время. Конечно, тебе понадобится часть этих двух лет, чтобы вернуться в боевую форму. Ло молчал, обдумывая предложение Соломенной Шляпы. Честно говоря, за эту сделку, когда вас обучал бы сам Сильверс, люди готовы были убить. Также Ло согласился насчет возврата в боевую форму. Мугиваре потребуются месяцы физиотерапии, чтобы вернуться к тому, кем он был. Это было умное решение. — Три… дня. Это… то, что я… обещал своей команде. — Я знаю, но эти три дня уже прошли. Ты согласен с этим планом? Соломенный замолчал, но затем попытался кивнуть. Он поморщился от этого движения, решив высказать свои мысли. — Если это… поможет моим накама… тогда да. Рэйли улыбнулся: — Хорошо. Итак, есть ли у твоей команды что-то, о чем знают только они? Что-то, о чем я не мог бы узнать, если бы ты сам не рассказал? Парень замолчал, напряженно задумавшись. Ло практически мог видеть, как шестеренки в его голове вращаются и перегреваются. А затем он замер и кивнул, хотя, похоже, ему не было больно. — Черный крест… на левой руке… прямо здесь. Он протянул трясущуюся руку, коснувшись руки Рэлея, и перекрестил. Мугивара опустил руку, явно испытывая боль. — Моя команда… поймет… это знают только мои накама. Рэйли кивнул его словам, поняв их смысл. Он встал и схватил шляпу парня. Он показал её Луффи. — Могу я одолжить её? Он нахмурился, но затем кивнул. — Только… не потеряй её. Рэйли улыбнулся, но на лице промелькнуло нечто, что Ло не сумел распознать. — Конечно. Соломенная Шляпа явно боролся со сном, его глаза трепетали, а лицо опускалось. Рэйли снова мягко похлопал по голове. — Ты можешь поспать. Не волнуйтесь, я передам сообщение твоим накама. — Хорошо… Мугивара вновь погрузился в кому. Рэйли же в это время встал и подошел к двери с соломенной шляпой в руке. — Мне нельзя разочаровать мальчика. Я обязательно доставлю сообщение. Ло смотрел, как он выходит за дверь, и вздохнул. По крайней мере, реакция Соломенной Шляпы не была так уж плоха. Боа посмотрела ему в спину и нахмурилась, ей почему-то не понравилось поведение Рэйли. Она снова посмотрела на Луффи, который теперь снова спал. На самом деле он казался ещё более расслабленным. Ло посмотрел на своего пациента и покачал головой.

***

— Эй, что вытворяет Рэйли? Эйс, сидя в столовой, так как Марко снова выгнал его из комнаты, поднял голову. Изо, нахмурившись, смотрел на утреннюю газету. Эйс, перебирая еду на тарелке, пытался хоть немного поесть. В эти дни у него не было особого аппетита. Также он не очень хорошо спал, кровь и улыбка его брата всплывали у него в голове всякий раз, когда он закрывал глаза. Усталость преследовала его на каждом шагу, и ничего не помогало. Эйс видел, как медсестры все больше и больше беспокоились за него, и у него возникло стойкое ощущение, что на днях они накачают его лекарством, чтобы он заснул. Эйс промычал, ожидая объяснений Изо. Изо посмотрел на Эйса, на секунду выглядя растерянным, а затем прочитал статью. — Темный король, Сильверс Рэйли, захватил корабль морского дозора и трижды обогнул Маринфорд, опытные военные уверяют, что это своего рода обряд панихид. Затем он ступил на Маринфорд, когда шла реконструкция острова. Пират оторвался от дозорных, пытавшихся поймать живую легенду. Затем Темный Король бросил цветы в пропасть и положил шляпу на сердце, по-видимому, чтя память мертвых, погибших на войне. Дополнительная информация на четвертой странице. Эйс не знал, как к этому относиться. Затем Изо перелистнул страницу, и Эйс схватил ее, замерев, увидев фотографию. Он увидел старика, в котором Эйс узнал правую руку своего биологического отца, почтительно склонившего голову. Но что заставило его замереть, так это шляпа в его руке. Соломенная шляпа Луффи. Эйс держал газету тисками, а все его тело вмиг напряглось. В последний раз он видел эту шляпу, когда его уносили из Маринфорда на трупе своего брата. Шляпа все еще была покрыта кровью, засохшая алая жидкость прилипла к соломе. Это была та самая шляпа. Эйс не мог не вспомнить, как выглядела шляпа. Он видел шляпу на голове своего брата последние десять лет. Эйс никогда не забудет, как она выглядит. — Откуда у него шляпа Луффи? Голос Эйса был сдавлен, но его было ясно слышно. Изо пожал плечами, все еще выглядя растерянным. — Я не знаю, но мы можем привлечь Харуту. Для него это послужит хорошим вызовом. Эйс посмотрел на фотографию, все его внимание было сконцентрировано на шляпе и ни на чем больше. Если у Рэйли была она, он мог бы знать, где находится тело Луффи. Если он знает где, Эйс сделал бы все, чтобы вернуть его. Эйс, возможно, подвел Луффи при жизни, но он не позволил бы этому случиться и после смерти. Он устроит Луффи достойные похороны, даже если это будет последним, что он сделает.

***

(Мугивары поняли знак — их капитан жив. Они поклялись стать сильнее, чтобы такое никогда больше не повторилось. Что они будут достаточно сильны, чтобы быть рядом с ним, несмотря ни на что.)

***

Сабо открыл глаза, воспоминания сразу же артиллерийским огнем прошлись по его мозгу. Воспоминания, о которых он никогда не думал, что снова всплывут в его голове, как ускоренная лента Дэн-Ден Муши. Сабо вспомнил, каким было его детство, и понял, почему так ненавидел дворян. Он знал чувство любви и утешения своих братьев. Он знал, какую радость он чувствовал, находясь с ними. Сабо вспомнил чувство, когда его забрали от них. Сабо вспомнил жгучую боль на своем лице, пока огонь пытался поглотить его. Он чувствовал воду в легких и беспомощность в груди. Осторожные руки вытащили его из воды, и все потемнело. Затем Сабо вспомнил, почему к нему вообще вернулись воспоминания. Это событие вернуло его воспоминания на место, вернув все туда, где должно было быть. Сабо почувствовал, как слезы текут из его глаз, вспоминая фотографию плачущего Эйса и мертвого Луффи. Его братьев. Эйс ненавидел плакать, поэтому, когда он плакал, значит все было ужасно. Луффи, его драгоценный младший брат, мертв. В последний раз он видел, как Луффи сдерживали наемные пираты, которыми его отец угрожал его братьям, крича Сабо, чтобы тот вернулся. Он плакал, его глаза умоляли его обернуться. Луффи был мальчиком, который улыбался ярче всех, каждый его шаг был переполнен радостью. Он был беспечным и никогда не причинил вреда тому, кто этого не заслужил. Сабо вспомнил, как они с Эйсом спасли своего брата от Порчми, тогда он был покрыт кровью и порезами и избит до чертиков. Его пытали, чтобы узнать, где находится их сокровище, но он им не сказал, иначе он бы им не понравился. Он был идиотом, но он был их милым идиотом. И Сабо не вспомнил о своих братьях, когда они оба были в опасности. Эйс и Луффи участвовали в войне, в которой Сабо участвует раз в две недели, и сражались за свои жизни, друг за друга. Эйсу угрожали казнить за кровь, которая течет в его венах, то, чего Эйс боялся больше всего, а Сабо не помнил. Луффи пришел за своим братом, и ничто его не останавливало, пока Сабо в это время не обращал никакого внимания на эту войну. Его только заботило, что Мировое Правительство не обращает внимания на Армию. Сабо было плевать на своего брата. Дверь приоткрылась, Коала высунула свою голову из проема. Сабо не осознавал, что обхватил голову руками и плакал, пока Коала не села на его кровать. — Все волнуются за тебя. Знаешь, ты потерял сознание три дня назад. Сабо поднял свои красные от плача глаза. Его голос надломился. — Три дня? Коала кивнула, в ее глазах читалось беспокойство. Сабо внутренне усмехнулся. Конечно, она будет волноваться, она понятия не имела, что произошло. Сабо сглотнул камень в горле. — Ко мне вернулись воспоминания. Коала на мгновение просветлела, а затем нахмурилась. — Ты… ты знал Соломенную Шляпу Луффи? Сабо уронил голову на руку, слезы вновь грозились потечь из его век. — Да, да, я знал его. Он был моим младшим братом. Лицо Коалы поникло. — Мне нужно пойти к Драгону. Сабо кивнул. Он увидел в газете, что Луффи был сыном Драгона. И судя по его реакции, это была правда. Когда Сабо был ребенком, у него были вопросы об отце Луффи и по совместительству сыне Гарпа. И теперь, когда он узнал об этом, у него появились несколько догадок, почему Гарп ничего не сказал Луффи. Коала выбежала из комнаты, оставив Сабо с мыслями. Он сжал кулаки, вгрызаясь ногтями в кожу. Воспоминания продолжали потоком вливаться его голову, мешая сосредоточиться на мыслях. Каждый раз, когда он пытался вспомнить своих братьев, всплывали новые воспоминания. Сабо вспомнил, как они съели аллигатора, когда строили домик на дереве. Когда они бежали от Гарпа, обедали и носились из ресторанов. Смех, который испустили его братья, когда разыграли бандитов. Улыбки, которыми дорожил Сабо. Дверь снова открылась, вырвав Сабо из круга, в который он попал. Сабо поднял голову и увидел входящего Драгона, а за ним — Коалу. Сабо оглядел Драгона, волосы у него были более густыми, чем обычно, и кожа более бледная, чем Сабо когда-либо видел. — Коала сказала мне, что ты знал Луффи. Это был не вопрос. Сабо закусил губу и кивнул. — Это будет долгая история. Дракон сел на табуретке возле его кровати, сосредоточив все внимание на парня. Сабо глубоко вздохнул, задержав дыхание на мгновение, пытаясь вернуть себе самообладание. — У меня много времени. Сабо взглянул на своего начальника, его темные глаза напоминали глаза Луффи, и Сабо было больно осознавать эту связь. Сабо снова посмотрел на свою кровать, укрытую белыми простынями. Он разжал руки и пошевелил ртом. — Все началось с одного дня в Сером Терминале…

***

Как только Сабо закончил, Драгон хранил мертвое молчание. В комнате никто не разговаривал, тишина нависла над ними, как гильотина, пока мужчина не нарушил её. — Так вот что произошло. — Ага… Сабо пробормотал это, смахивая слезы с глаз, вспоминая все, что забыл, но эмоции были слишком сильными, чтобы их можно было принять без всепоглощающего горя, охватившего его. Сабо фыркнул, и фотография, которую он увидел и которая потрясла его память, отпечаталась в его мозгу. Хорошие воспоминания были омрачены настоящим, и счастливый день, когда Сабо вернул свои воспоминания, стал ужасным. — Я рад, что его окружали хорошие люди. Сабо поднял голову и увидел грустную улыбку Драгона. В его глазах застыла глубокая печаль, но было и некоторое облегчение. Сабо промолчал, зная, как редко Драгон может проявлять столько эмоций одновременно. В армии Драгона прозвали «Железный Босс», он всегда проявлял лишь кроху эмоций. Он был личностью, руководствующемуся логикой, поэтому данный день был особенный, ведь сегодня он отреагировал довольно эмоционально. Сабо не упомянул об этой мысли. Сейчас Драгон был скорбящим отцом, оплакивающим смерть своего сына. В одной и той же ситуации любой проявил бы эмоции. Драгон оглянулся на дверь, слыша, как каждый занят своим делом. Затем он снова посмотрел на Сабо и о чём-то задумался. — Собирайся. Драгон встал и бросил Сабо пальто вместе с его шляпой. Сабо возился с предметами одежды с недоверием на лице. Он встал и надел их, не задавая вопросов лидеру, которого уважал. Сабо не любил подчиняться приказам, но ради Драгона был готов пожертвовать своей жизнью. Драгон был единственным мужчиной, которого он видел как фигуру псевдоотца, а с возвращением воспоминаний это было совершенно другое чувство, на которого он когда-либо мог равняться. Сабо поправил одежду, движения исходили из мышечной памяти. Он был сбит с толку переменой обстановки. Он понятия не имел, что задумал Драгон. — Куда мы идем? Драгон снова посмотрел на Сабо, его лицо, как обычно, нахмурилось. — Есть один человек, который скорбит так же, как и ты. Лицо Сабо вытянулось, вспомнив Эйса. Сейчас он, наверное, ненавидит себя и, вероятно, чувствует себя одиноким. Сабо с новой решимостью надел ботинки. Он завязал шнурки и встал. Глубоко внутри он до сих пор рыдал, и все казалось застывшим, но теперь он знал, что ему нужно делать. Ему нужно было увидеть своего брата впервые за более чем десять лет.

***

Рэйли сидел у кровати Луффи, все время вслушиваясь звуковой сигнал сердечного монитора. Он вернулся из Маринфорда день назад, отправив сообщение команде мальчика. Пират в отставке сидел со стаканом спиртного в руках и думал о том, как он оказался в данной ситуации. Если бы все пошло по-другому, Рэйли, вероятно, выпивал бы в баре Сякки, откладывая поиски работы по нанесению покрытия для пиратов, которые не продержатся и трех дней в Новом Свете. Рэйли не хотел брать деньги у мертвецов, одержимыми стремлениями и мечтами, не заботясь о риске, на который они шли, отправляясь в Новый Мир. Некоторые экипажи преуспели в Новом Мире, но шансы на то, что они пересекут Ред Лайн, составляли около пяти процентов. Рэйли потягивал свой напиток, взглянув на новичка, который, как он знал, возьмет мир штурмом, а также на Монки Ди «Соломенную Шляпу» Луффи, который словно ураган заявил о себе миру. Он сражался и победил шичибукая, когда впервые вошел на Грандлайн, затем дошел до Энис Лобби и ушел без единой жертвы, пока остров правосудия остался в руинах. Луффи и его команда победили весь состав CP-9 и спасли своего захваченного накаму. CP-9, возможно, и не самая сильная секретная оперативная группа Мирового Правительства, но они были сильны, по крайней мере, в Раю. Победа над ними для команды новичков была провалом в глазах Мирового Правительства. Это рассмешило Рэйли. Давно команда новичков не приводила его в такой восторг. Рэйли наблюдал за командами, прибывающими на Сабаоди, распределяя их по отдельным категориям. 1. Команды, которые умрут еще до того, как поймут, что они мертвы. 2. Команды, у которых было завышенное чувство гордости, из-за чего их убивали более сильные команды в Новом Мире, так как навлекли на себя их гнев. 3. Команды, которым едва удалось бы выжить, постоянно находясь начеку, потому что, если бы они этого не сделали, они были бы убиты угрозами Нового Света. 4. Команды, которые будут сражаться, а затем станут еще более могущественными, закаленные испытаниями Нового Мира (Этих парней, как правило, набирали Четыре Йонку. Эти ребята всегда хотят, чтобы у них в запасе было больше людей. Ничего против Шанкса, просто так и происходит в Новом Мире.) 5. Команды, которые спокойно справятся с трудностями и поднимутся на вершину. Ребята из худшего поколения были из четвертой категории. Они, конечно, были сильны для Рая, но даже им придется бороться в начале Нового Мира, по крайней мере, пока они не овладеют Хаки. Рэйли нашел удивительным, что такая группа новичков случайно появилась в тот момент истории, когда должен был появиться один из правителей. Рэйли посмотрел на Луффи. Возможно, это не так уж и удивительно. Рэйли всегда с нетерпением ждал встречи с мальчиком, которому Шанкс подарил свою шляпу и руку. Когда Шанкс поведал, что Луффи сказал то же самое, что говорил Роджер, Рэйли вспомнил. Когда его капитан и друзья ушли, Рэйли дрейфовал, совершенно не заботясь о мире. Рэйли пришлось пережить приключение, и ему оставалось только дождаться предсказанного времени. Рэйли покрывал корабли и пил, его жизнь становилась однообразной, и ничто не могло его удивить или привлечь его внимание более чем на три дня. Когда Луффи появился в новостях, Рэйли снова воодушевился. Через некоторое время мир стал скучным, и он не замечал этого, пока мальчик не появился в газетах. Рэйли стал более энергичным и снова начал смотреть в будущее. И когда Рэйли встретил мальчика, он понял, хотя и не думал, что Шанкс говорит неправду, что Луффи действительно напомнил Рэйли Роджера. То, как он вел жизнь, как он заботился о своей команде и их мечтах. Луффи так сильно напоминал ему Роджера, что это причиняло боль. Возможно, именно поэтому Рэйли решил помочь ему, когда Луффи не мог помочь себе. Можно также сказать, что Рэйли мальчик нравился тем, что он был полон волнения и радости повидать все на свете. Подросток искрился любопытством и светом, поэтому его трудно было не любить. Прямо как Роджер. Рэйли улыбнулся, глядя в свой напиток. Он посмотрел на неподвижную фигуру Луффи, на дыхательные аппараты, прикрепленные к его лицу. Он был в плохой форме, но Рэйли был рад, что он не умер. Когда он увидел бумаги, он испугался худшего. Мальчик, которого хотел встретить Роджер, был мертв и не сумел добраться до Рафтеля. Рэйли никогда не был так счастлив, увидев забинтованного мальчика. Рэйли знал, что Луффи потребуется немало времени, чтобы вернуться в боевую форму, но Рэйли был готов помочь. Ему больше нечего было делать, и он будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь, если он не поможет мальчику, когда тот в этом нуждается больше всего. Предложение об обучении возникло из идеи, которая пришла Рэйли в ту минуту, когда он встретил мальчика. Луффи был силен, достаточно силен, чтобы взять штурмом Рай, но он все еще находился в категории номер четыре. Ему нужно было время, чтобы стать могущественным человеком в Новом Мире, и Рэйли знал, как решить эту проблему. Он заметил, что у Луффи есть потенциал. Потенциал стать сильнейшим в Грандлайне, но для его реализации нужно было лишь больше опыта. У него была естественная сила, позволяющая доминировать над большинством бойцов, но его сдерживали только боевые приемы и опыт. Рэйли нашел это немного несправедливым, но что ему было говорить о несправедливости? Рэйли знал, что он один из сильнейших в мире, поэтому слышал много умных комментариев о том, что «он был наделен талантом, поэтому ему не нужно было много работать». Роджер, скорее всего, разозлился бы на эти заявления и поколотил бы извиняющихся пиратов. Рэйли вспомнил, что сказал об этом Роджер позже, когда спросил, почему он так разозлился. Он сказал: — Талант поможет достичь определенного результата. По-настоящему впечатляющие личности в этом мире должны были работать ради своей силы. Слова о том, что талант является причиной успеха людей, — это всего лишь опора для людей, когда они утешают себя за то, что не лучше других. Говорят, что если у тебя нет таланта, ты не сможешь добиться высот. Это всего лишь оправдание для людей, которые не хотят сами работать над этим. Это запомнилось Рэйли, и он никогда этого не забудет. Примером этого был сам Соломенная Шляпа Луффи. Возможно, он родился с неукротимой силой, но ему пришлось работать, чтобы ее можно было использовать. Если бы человек внезапно обрел силу мальчика, он бы не знал, что с ней делать или как двигать своим телом, чтобы максимизировать урон и скорость. Луффи научился сражаться и доминировать над своими противниками с помощью чистой силы и техники. У Луффи был талант, большой, на самом деле, но он заставил этот талант работать на себя и связал его со своим упорным трудом. Это заставило Рэйли полюбить его еще больше. Луффи понадобятся всего несколько лет изучения хаки, чтобы быть готовым к Новому Миру, и Рэйли хочет быть тем, кто его научит. Рэйли знал Луффи всего несколько недель, но даже он чувствовал себя обязанным помочь ему всем, что у него было. Рэйли хотел дать Луффи лучшее обучение, которое он мог получить в этом мире, и лучшим учителем был сам Рэйли. Он был экспертом в своем ремесле, не то, чтобы он кичился об этом на каждом углу, но это была правда. Луффи не смог бы найти лучшего учителя, даже если бы захотел. Луффи согласился на его предложение, когда проснулся на эти две минуты, о чем у него, возможно, будет больше мыслей, когда он полностью проснется, но Рэйли был готов поговорить об этом. Даже он знал, что недавно проснувшийся человек не был самым сознательным, особенно пациент, находящийся в коме. Рэйли объяснит больше, когда проснется, но до этого он был готов подождать. Рэйли откинулся на спинку стула с книгой в руке. Он будет ждать, пока Луффи выйдет из комы. В любом случае ему больше нечего было делать, и он мог с тем же успехом наблюдать за приближающейся новой эпохой. Рэйли усмехнулся, наслаждаясь напитком. Он знал, что Роджер хотел бы встретиться с одним из правителей, познакомиться с Джойбоем, но ему придется еще немного подождать. Луффи было не время присоединяться к нему у жемчужных ворот. Рэйли позаботится об этом.

***

Эйс был в ярости. Прилив мотивации вытащил его из спада, но не излечил от печали в душе. Осознание того, что у Темного Короля Сильверса Рэйли была шляпа Луффи, вторглось во весь его мыслительный процесс. Эйс не успокоится, пока не получит ответы. Наличие у Рэйли шляпы Луффи означало, что он что-то знал о пропавшем теле Луффи, и Эйсу нужна эта информация. Луффи заслужил, чтобы его похоронили в именной могиле. Дошло до того, что Марко пришлось вытаскивать его из комнаты, где хранилась вся разведывательная информация с их территорий. Эйс отчаянно нуждался в чем-то, что могло бы указать ему на текущее местонахождение Рэйли. Эйс не спал и только искал ответы. Единственное, чего достиг Эйс, — это узнал, что Луффи сделал на Сабаоди, что заставило его так гордиться и хотелось заставить его биться головой о стену. Ударить Тэнрюбито было в стиле Луффи, из-за чего печаль вновь затянула его в яму, из которой он только что выбрался. Эйс отложил это, потому что ему все еще нужно было больше ответов. Эйс может снова погрузиться в траур, когда у него будет тело брата. Он не допустил бы, чтобы Луффи постигла та же участь, что и Сабо: пустая могила, на которой осталось только надгробие, напоминающее о нем. Эйс изучил инцидент с Сабаоди и обнаружил, что, когда Кизару буйствовал, Рэйли спас Луффи и его команду, а затем их разделил Кума. Эйс потер виски, раздражение и беспокойство овладели его мозгом. Затем он вспомнил, что Луффи мёртв, и ему снова стало больно. Луффи и его команда, судя по словам прохожего, были знакомы с этим человеком, поэтому Эйс попытался выяснить, откуда Луффи знал Темного Короля. Эйс закусил губу и продолжил, пытаясь найти сообщения о появлениях этого человека после этого. Рэйли слонялся по Сабаоди, но через неделю или около того простудился. Следующий раз он появился в Маринфорде, что Эйс считал бредом. Эйс пригласил Харуту на охоту, тот был рад помочь, и сказал: «Это был вызов, который он был готов принять». Эйс чувствовал благодарность за помощь братьев, что-то в его душе радовалось, что он не совсем один. Это чувство быстро исчезло, когда он нашел папку Луффи в комнате для записей. Когда Марко выгнал его из комнаты записи и разведки Мини Моби (записи были заранее перенесены из Моби Дика), Эйс украдкой забрал папку Луффи, отчаянно пытаясь найти что-нибудь, что он пропустил, когда был в Импел Дауне. Когда Эйс наконец получил информацию о Тиче, у него не было времени обращать внимание на новости, и он сосредоточился на том, чтобы наконец выследить предателя и прикончить его. Эйс пропустил новости о вторжении Луффи в Энис Лобби, чертов Энис Лобби, чтобы спасти Нико «Дитя Дьявола» Робин, очевидно, накаму Луффи. Луффи эффектно вернул ее, уничтожив Энис Лобби, пока он был там. Хотя газеты и не сообщили об этом, информационная сеть Белоуса установила, что Луффи получил новый корабль и двух новых членов экипажа, прежде чем он добрался до Сабаоди. Ходили также слухи, что он сражался с Морией и выиграл битву во Флорианском треугольнике. Затем он добрался до Сабаоди, и тогда произошло все, что узнал Эйс. Эйс знал все после того, как Кума отправил Луффи с острова. Трудно было не сделать этого, когда Эйс пережил это. Но Луффи этого не сделал. Эйс читал отчеты на своей кровати, свернувшись калачиком в одеяле. Бумаги были разбросаны по его кровати, и он видел лицо своего младшего брата на первой странице всех, улыбающееся и не проявляющее никаких тревог. Эйс, возможно, и начал выяснять, где находится Рэйли, но потом узнал, что произошло, когда Эйса не было рядом, запертый в Импел Дауне. Эйс вспомнил, каким беспомощным ощущал себя, когда Боа Хэнкок сказала ему, что Луффи находится в тюрьме и пытается спуститься на шестой уровень, чтобы вызволить его. Это было так глупо, но Луффи сделал бы это, сделал бы, не задумываясь. Судя по сообщениям газет после Маринфорда, Луффи действительно добрался до шестого уровня. Эйс решил, что Джимбэя не было бы там, если бы Луффи не освободил его. До этого момента Эйс не осознавал, что ему больше нечего читать. Папка была пуста, в ее содержимом больше ничего не было. Он потряс ее, пытаясь проверить, есть ли в папке еще что-нибудь. Он посмотрел на разрозненные отчеты, сморщив лицо в задумчивости. Должно быть больше. Должно быть больше вещей, о которых не сообщалось. Эйс знал, что это не все приключения Луффи. Было неправильно, что отчетов было так мало. Были множество дыр, о которых ничего нельзя было найти, и Эйс знал, что это было очень неправильно, касаясь Луффи. Он был ураганом хаоса, и вокруг него всегда что-то происходило. Что-то должно было быть. Эйс трясущимися руками взял плакаты Луффи с наградами, все до одного. Их было три, и у всех была одна и та же фотография. Первая награда — тридцать миллионов, вторая — сто миллионов, третья — триста миллионов. Уважительные награды для новичка, заставившие Эйса гордо улыбнуться, но улыбка осталась той же. Живой или мертвый. Награды применялись только тогда, когда человек был жив и на свободе. Эйс прижал бумаги к груди, создавая дерьмовую замену братским объятиям. Он скучал по своему брату, и Эйс заснул со слезами на глазах, обнимая фотографии Луффи.