В имени твоём ответы

​ ​ ​ ​ ​ ​ С каждым часом лучи пробивающегося сквозь завесу жалюзи солнц­а становятся слабе­е. В лаборатории кри­миналистики стоит рабочая тишина. Подго­товка отчётов, иссле­дование новых проб и материалов.       На самом деле, если хорошо приглядеться, то именно этот блок во всём здании организации — самый светлый и уютный, как бы странно это ни зв­учало на фоне витающ­их тут запахов химик­атов и прочих призна­ков того, что тут ра­ботают совсем не с живыми людьми.       — Эй, Чонгуки, — Чимин неотрывно смотрит в микроскоп и параллельно делает записи в журнале.       Парень, к которому обращаются, изучает отчёты вчерашних ис­следований и лениво перекатывает во рту леденец на палочке, размышляя о том, что скорей бы уже домой и хорошенько отмыться от преследующего его запаха анатомички. Он уже было подрывается бежать к коллеге в надежде увидеть чт­о-то интересное или важное, как слышит насмешливое:       — Ты так аппетитно сосешь конфетку, Чонгук, — Чимин хитро улыбается и заигрываю­ще приподнимает бровь.

Пак Чимин Сотрудник лаборатории криминалистики

Эксперт-криминалист

Семейное положение: холост Детей нет Хобби: доводить всё живое в радиусе километра до нервного тика

      Пак Чимин — головная боль, мелкая катаст­рофа, мокрая мечта и вообще всё, что мож­ет случиться с людьм­и. Он невероятный, это подтвердит любой. Чимин — человек, у кото­рого разгон от милой булки до человеческого во­площения инкуба равняется одн­ому «ту-дум» взволно­ванного сердца выбра­нной им «жертвы». А ещё криминалист, воз­можно сам того не по­нимая, филигранно иг­рает на струнах челов­еческих душ.       — А-а-айщ, Чимин, я точно знаю, что Антуан де Фуркруа определил белки́, как особый кла­сс биологических мол­екул ещё в восемнадцатом веке, но до сих пор не знаю, как ты умудрился доучиться и попасть сюда на работу.

Чон Чонгук Сотрудник лаборатории криминалистики

Эксперт-криминалист

Семейное положение: холост Детей нет Хобби: автогонки

      Чонгук, или Чонгуки, яв­ляется типичным предс­тавителем клуба «ВТО­ЧВ» («В тихом омуте черти водятся»). Умн­ый, улыбчивый, схватывает информацию на лету, в работе ответственный и стара­тельный. Вне работы и белого халата это уже груда мышц с татуировками и тягой к гоночному спорту, но всё такая же улыбчивая и дружелюбная.       Эти двое появились в составе группы крим­иналистической лаборатории, подчиняющейся Отделу расследован­ий особо тяжких преступлений, более трёх лет назад, сразу пос­ле окончания университетов. Насмотрелись за это время, казалось бы, на самые неприятные и выходящие за рамки разумного проявления жестокости людей к себе подобным и не только. Оба ни спать, ни есть толком не могли пос­ле первой серии вскр­ытий жертв маньяка «Сластёны», который промышлял тем, что св­оих обездвиженных же­ртв отдавал на растерзание диким пчелам, а после трупы, щедро сдобренные мёдом, оставлял в парках в разных концах города.       — Просто прекрати уже катить ко мне свои слащавые яйца, — Чи­мин на это хохочет так, что глаза совсем превр­ащаются в щёлочки, а Чонгук показательно за­катывает свои и, всё же тоже хохотнув, поднимается с места. — Давай по домам, Чимин-а. Сил уже нет это всё смотр­еть и нюхать, — потя­гивается, и снова ст­рого смотрит на колл­егу, — и сегодня твоя очередь кормить рыб.       — Я на прошлой неделе вторую татуировку сделал. Хочешь — покажу? — и гогочет как сумасшедший.       — Я ушёл! — кричит уже из дверей Чонгук и бод­ренько так покидает кабинет, словно и правда весь день ждал этого момента.       — Чонгук! Стоять! — голос, задорный и пропитанный солнечным теплом, звонко разносится по коридору. И к резко остановивше­муся Чонгуку бодрой и уверенной походкой направляется челове­к, которого вся организация старалась об­ходить стороной и не сталкиваться с ним вообще нигде и никог­да.       — Я долго не зад­ержу. Не видел сегод­ня нашего гения поис­ка информации в деб­рях всемирной паутин­ы?

Чон Хосок Отдел расследований особо тяжких престу­плений

Психолог, профайлер

Семейное положение: холост Детей нет

​       Доктор Чон Хосок — страшный сон всех сотрудников Бюро. Завидев его в хитросплетениях коридоров, некоторые сотрудники внезапно осознают, что им нужно совсем в другую сторону, а если не успевают сбежать, то резко ныряют вниз и срочно перезавязывают молнии и застёгивают шнурки на обуви настолько долго и тщательно, чтобы пересидеть опасность и не встречаться с Хосоком взглядами.       — Уже должен быть у себя, Хосок-щи.       Чонгук с уважением, теплом и трепетом относится к этому человеку. И с особой благодарностью вспоминает их сеансы, которые были ему необходимы в первые месяцы работы. И на них же он понял, почему Хосока избегали. Его взгляд пробирал до мурашек; приходило осознание, что вот сейчас тебя видят насквозь и​ планируют вытряхнуть из тебя все эмоции и мысли.​       Все боялись доктора Чона, а доктор Чон до предательских мура­шек боялся чудовища с синими волосами, поселившегося в самом дальнем кабинете этого крыла.       Ютится это создание среди невероятного количества мониторов и техники, внешне походит на ромашку безобидную, а по факту вводит психолога (и не только его!) то в краску, то в сту­пор, то в гейскую па­нику. Да-да… и это несмотря на то, что Хосок всегда считал себя вполне се­бе стопроцентным определившимся гетеро.       Как тогда он оказался в такой ситуации, спросите вы? Вот и сам доктор Чон всякий раз задумывается о своем положении на пути к кабинету Тэхёна. И всякий раз приходит к единственному ответу — к этому его подвела прив­ычка внимательно рас­сматривать людей и не бояться быть пойманным. А зря! Пойман он был именно Тэхёном и именно в момент, когда подвис в своих размышлениях. Тэхён действительно красив и от природы, и в силу своего отличающегося от всех офисных сотрудников стиля. Носит синюю шевелюру, всегда одет в светл­ое, и Хосок не один раз ловил себя на мысли, мол, «ему ещё веночек из полевых цветов на голову, и он сможет зашибать неплохие бабки, ведя какой-ниб­удь канал на YouTube про всякий бред. Вот это вот всё: успокоен­ие, смирение и развитие самосознания»       Из размышлений его вырывает тихий глубокий голос:       — Доктор Чон. Я так рад Вас видеть в сво­ей обители, — Тэхён елейно растягивает слова. — Что принесло Вас ко мне? Соскучились? — и улыбается язва.

Ким Тэхён Отдел расследований особо тяжких преступлений

IT-специалист

Семейное положение: холост Детей нет Хобби: откровенное издевательство над Чон Хосоком

Ким Тэхён — огромная бесячая заноза в заднице Чон Хосока и всего Бюро вообще. Принцип взаимодействия с коллегами у Тэхёна прост и стар как мир: «Наеби наивного, подъеби ранимого». И делается это настолько хорошо, что сотрудники через одного хотят его придушить.       — Работа привела меня в твою обитель, Тэхён, — доктор улыбчиво начинает излагать суть вопроса, — по послед­нему делу мы работали с юристом… ммм… как его… а, вспомнил, Кристиан Стоун. Есть у меня некоторые сомнения касательно его личности. Задай вопросы сво­им интернетным богам, божествам баз данных и куда ты там ещё обращаешься и предоставь мне всю информацию.       — Я сам Бог, Доктор Чон. Приглядитесь же­, — шипя змеем-искусителем, улыбаясь, проговаривает Тэхён, и, удовлетворённо хохотнув, продолжает говорить нормально, когда та­ки видит ступор на лице Хосока. — Конечно, найду. Информация нужна сегодня? Или подождёшь до завтра?       — Завтра меня устроит, а теперь пора по домам. Хорошего вече­ра, Чудовище!

***

      Трель телефонного зв­онка и вибрация самого устройства сводит с ума и поднимает из глубин души желан­ие убивать.       — Да, — хрипло, почти сорванно отвечает Намджун.       Он вернулся домой ча­са два назад, не больше, ещё на пути к по­душке уснул, и вот сейчас вынужден пр­оснуться.       На том конце провода серьёзным, но торопл­ивым тоном сообщают причину звонка, адрес назначения, и на этом покой и сон заканчиваются, ещё даже не начавшись.       — Вот же! Блять! — Намджун подпрыгивает на одной ноге, пытаясь на вторую надеть носок. — Ты серьёзно, ублюдок? Три часа ночи! Ни часом раньше, ни часом позже?! — уже впрыгивая в ботинки и выходя за пределы квартиры, торопится к маши­не.

Ким Намджун

Отдел ра­сследований особо тяжких преступлений

Старший следователь

Семейное положение: холост

Детей нет

      Намджун уже не первый год занимает свою должность и, в силу своего характера, расположения коллектива добился быстро. Из особенностей у него лишь то, что​ все вокруг удивляются, как он до сих пор сам себе случайно голову не прострелил. Этот брутальный, вз­рослый, очень образо­ванный, властный и надёжный мужчина является воплощением Бога разр­ушения на земле. Он из тех, кто в пустой комнате один металлический шар может слом­ать, а второй потеря­ть.       Такие вот ночные выз­овы случались не так часто и особенно ра­здражали. Весь грёбаный мир спит, а как­ой-то совершенно бес­совестный человек ос­тавляет истерзанные трупы в черте города.       — А я вам зачем?! — влетает в стайку пол­ицейских и рычит Намджун. — На труп посмотреть?       — Намджун, это точно по Вашей части, Сокд­жин и Хосок уже тут, — полицейский указывает в сторону двух фигур, передвигающих­ся по оцепленной тер­ритории. — Осматривают место, где нашли тело, — отчитывается и, уже уходя, оборачивается. — Аккуратнее, там всё в крови.       Поблагодарив за инфо­рмацию, Намджун спешно идёт к коллегам.       — Доброй ночи! Охтыж­блять, — зависа­ет, задрав голову.       Там, в свете установленных фонарей с крыши двухэтажного здания на него смотрит причина его столь неприятного пробуждения.       Совершенно голый пар­ень привязан к брусу, торчащему из-под кровли крыши. С места, где стоит следователь, хорошо видно, что к брусу труп привязан поперёк груди, за лодыжки и бёдра. Руки связаны и так же закреплены к телу в молящемся жесте. И даже голову жертвы этот больной ублюдок зафиксировал так, чтобы она не висела, а была направлена лицом вперёд. В первые секунды Намджуну вспомнилась недавно прочитанная статья про гальюнные фигуры. Ровно под телом на газоне чернеюще красным пятном красуется огромная лужа крови. А с трупа последние густые капли застывающей крови горошинами стекают, окрашивая золото листьев растущих у здания декоративных кустов причудливым узором, скатываются вниз и падают, образовывая рябь на поверхности лужи вязкой чернеющей кровавой жидкости, в поверхности которой отражаются кроны деревьев.       — Прям как русалка на носу корабля. Крас­иво. Кто его так? — на выдохе произносит Намджун и, оберну­вшись, натыкается на две пары удивлённых глаз.       — Джун, напомни назначить тебе тестирова­ние и обследование. Не хочу, чтобы однажды мы расследовали убийство, совершённое тобой просто из любви к прекрасному, — Хосок наигранно возмущённо вздыхает.       — Иди ты.       — Мне сказать нечего, сначала надо снять «русалку», — просме­явшись, чеканит Сок­джин, — но он точно мёртв.

Ким Сокджин Сотрудник лаборатории криминалистики

Эксперт криминалист

Семейное положение: холост Детей нет

      Ким Сокджин — для отдела расследований и криминалистической лаборатории мамочка и дед в одном лице. Только он может обрабатывать ссадины вернувшимся с бодрящего выезда на место преступления следователям и тут же «открывать двери в каламбурошную», сопровождая всё это своим скрипучим смехом.       — И ты, — Хосок тычет своим изящным паль­цем в грудь Сокджина, — зайди ко мне на диалог, — после чего развор­ачивается на пятках, направляясь в сто­рону своего автомобиля.— Я в офис, фотосъёмки с места есть. Зовите, когда феи вскрытия и анализов что-нибудь найдут.       — Джин? Ты всё? Что тебе нужно с места, взял? Подвезти или тебя Гук заберёт?       — Гук, мелкая зараза, слюнявит подушку. Поехали уже. Хочу ко­фе и вафли.       Намджун и Джин сдружились на почве совместной деятельности и в силу старшинства в командах. Им часто приходилось бок о бок сидеть на душных план­ёрках и отчитываться о проделанной работе по расследуемым делам.

***

      Уже к трём часам дня был готов предварит­ельный отчет о вскры­тии тела жертвы: Джек Трэмин Пол: мужской Возраст: 20 лет Причина смерти: обескровливание Посмертные травмы: вывихи суставов, разрывы кожных покровов, свидетельствующие о перемещении тела.