Save me

Чонвон в семье был единственным ребёнком, именно поэтому он всё детство мечтал о младшем братике или сестрёнке. Он всегда считал, что именно брат был бы для него тем, кто понимал бы его лучше всех, всегда поддерживал и знал, о чём можно поговорить, чтобы комфортно было обоим. Но сколько бы он об этом не думал, всё своё детство Чонвон провёл в компании родителей, которые делали всё для того, чтобы он был счастлив. А когда последняя надежда на приобретение младшего брата или сестры пропала, понятие счастья практически исчезло. Но всё ли так плохо? Порой Чонвон слишком преувеличивал, когда начинал думать о своей жизни и её смысле. Но всё ведь не так плохо. Он хорошо закончил школу и поступил в университет, куда всегда хотел. Учится на факультете искусства, потому что с детства мечтал связать с этим жизнь. Снимает небольшую квартиру, на которую хватает, может обеспечить себя всем необходимым для жизни, при этом не принимая от кого-то помощи, потому как не от кого. Его состояние здоровья не сдвигается с места, не лучше не хуже, но до потери сознания не доходило и то хорошо. Вот начнётся лечение. Ему будет легче находится среди людей, здоровье значительно улучшится, если доверять навыкам доктора Пак Сонхуна. Жизнь налаживается. И ему совсем не хочется думать о плохом. Так проходит два дня. Он совсем не знает, как будет проходить терапия, о чём будет разговор и как он будет себя чувствовать после этого. Он много думал о том, как будет рассказывать свою историю. Этого не избежать, потому что доктор просто не сможет начать лечение без понимания того, что случилось с Чонвоном в детстве. Со временем всё проходит, именно поэтому он сможет рассказать об этом без надоедливых слёз. Возможно, он слишком переживает по этому поводу, ведь имеет дело с опытным психотерапевтом, да и вообще очень понимающим человеком. В такой момент Чонвон думает, что он очень невезучий человек, ведь всё это время его окружали лишь токсичные люди со своими принципами и проблемами, которым было совершенно наплевать на его мнение. Так в какой момент в его жизни вселенная решила дать ему шанс на что-то лучшее? Тогда, когда он пропустил поворот и в итоге оказался напротив клиники? Сверни он тогда или вернись назад, стоял бы он сейчас напротив кабинета человека с добрыми глазами и большим сердцем? Он не может знать наверняка. — Заходить будешь? — раздаётся позади шёпот, который заставляет его подпрыгнуть от неожиданности и повернуться. — Привет, — дружелюбно машет рукой Шим Джеюн, как он запомнил, и ярко улыбается. — Здравствуйте, — неловко поклонившись, тихо приветствует его Чонвон. — Да ладно тебе, чего так официально? Я друг Сонхуна, а ты его друг, значит теперь ты и мой друг тоже, — жестикулируя руками, объясняет Джейк, хлопая глазами. — Шим Джеюн, но для тебя просто Джейк, — протягивая руку, представляется он. — Ян Чонвон, — он пожимает ему руку, закусывая губы. Это... необычно для него. — Приятно познакомится. Ты к Сонхуну, да? Терапия начинается с сегодняшнего дня? — Верно. — О, а его ещё нет на месте, — говорит Шим, взглянув на свои наручные часы. — Опаздывает. Но ты заходи, он совсем скоро появится, — подтолкнув Чонвона к двери, он просто убегает. Не успев сказать и слова, Ян стоит так с открытым ртом ещё секунд десять, а потом наконец заходит в кабинет. Он не думал, что начало чего-то нового окажется таким странным и неловким. Хотя, что тут удивительного? Вся жизнь Чонвона в целом странная, так что это становится её неотъемлемой частью. А пока он сидит в тишине, погружаясь в свои мысли, где-то на улице, совсем недалеко (почти в километре от клиники), опоздавший Сонхун со всех ног бежит на работу. И почему всё пошло не так именно сегодня? В такой важный день... Забегая в здание, он сталкивается с Джейком, который подозрительно хитро улыбается. — Ты опоздал на... десять минут, — заглядывая на время, оповещает его старший, заходя за ним в ординаторскую. — Без тебя знаю, что проебался. Он пришёл? — снимая с себя пальто, спрашивает Сонхун. — Да, пришёл. Он ждёт в твоём кабинете, — кивает Джейк, когда тот уже направляется в сторону кабинета. — Удачного свидания. Сонхун застывает, а потом вдруг разворачивается, улыбаясь. — Кстати, говоря про свидание, как всё прошло? — упираясь руками в свои бока, интересуется Пак. Улыбка Джеюна должна сползать с лица, как он думал, но тот всё так же улыбается. Только теперь он похож на дурачка. — Что? Что-то изменилось? — Почему? Что могло произойти? Мы просто поужинали. — Ага. А потом он отвёз тебя домой... — Ну да. — ... к себе. — Ну да. Стоп, нет! — размахивая руками, выкрикивает Шим. — Эх, а ты так уверенно это принял. Значит, что-то всё-таки было? — прищуриваясь, Сонхун оглядывает его, словно сканируя. — Ничего не было! — закрывая себя руками, он поворачивается к нему боком, глядя осуждающе. — Ага, скажи ещё, что он тебе не нравится. — Кто, он? Мне? Не нравится он мне. Да даже если он будет полностью соответствовать моему идеалу, я никогда не скажу, что он мне нравится. Мы просто друзья, да. — Ты передо мной оправдываешься или перед собой? — Перед тобой. — Зачем тебе оправдываться, если он тебе не нравится? Твои же слова, — наклоняя голову вбок, Сонхун усмехается, надевая на себя халат. — Ладно, у меня нет времени. Когда определишься, тогда и приходи, поговорим. Сонхун щёлкает застывшего Джейка по носу, выбегая из ординаторской. Старший топает ногой от глупости данной ситуации и садится на диван, полностью поражённый гениальностью лучшего друга. Он так хочет повозмущаться, потому что почему этот мелкий засранец ведёт себя с ним так, будто он его отец? Но он просто тихо вздыхает, размышляя, кем же ему приходится Хисын и что об этом думает его сердце. Сонхун вбегает в кабинет, бегая глазами по помещению. Он тихо ахает, прикрывая рот, когда видит спящего Чонвона на кресле, что напротив его. Тихо подходя к столу, он садится за него, опираясь подбородком в сложенные в замок руки. Восхищённо вздыхая, он наклоняет голову вбок, разглядывая каждую частичку его лица. В его голове появляются мысли по типу: «Какой же он красивый, когда хмурится во сне», «Он так красив, когда полностью расслаблен», «Как можно быть таким недовольным и очаровательным одновременно?», ну и в завершение «Ян Чонвон чертовски красив». Сонхун хмурится только от осознания того, что прямо сейчас нагло разглядывает спящего человека, думая о том, как он красив. Ладно, то, что Чонвон красив — факт. Но он не может вот так просто пялиться на него, когда тот ничего не подозревает. Пак Сонхун, соберись! Это неправильно по отношению к нему, ведь у него есть своё мнение на этот счёт. Он может быть недоволен этим. Тем более, прекрати думать так о своём пациенте. Как ты дальше собираешься работать с этим? — думает про себя Сонхун и звонко ударяет себя по лбу, сам вздрагивая от неожиданности. Чонвон открывает глаза и вопросительно смотрит на доктора, который ошарашенно смотрит на него, с припечатанной ко лбу ладонью. — Прости, я тебя разбудил, — говорит Пак, теперь уже виновато глядя на него. — Нет, это ты прости, я заснул, — зачёсывая рукой волосы назад, Чонвон садится ровно, протирая глаза. — Нет, ты прости. Это я опоздал, а ты, наверное, от скуки задремал, — вспомнив, в каком положении сидит, он резко опускает руку, неловко прокашлявшись. Чонвон тихо хихикает, сразу отводя взгляд в сторону. Старший хмурится. — Что такое? Чонвон показывает пальцем на свой лоб, прикрывая рукой очередной смешок. Пак хватает зеркало со стола, удивлённо разглядывая красную отметину от ладони на своём лбу. — Вот же ж... — под нос говорит себе он, недовольно потирая лоб свободной рукой. В следующий раз ты будешь в такой ситуации башкой об стену биться, да? — думает про себя Сонхун и ставит зеркало обратно на стол. Завидев Чонвона, прикрывающего едва заметные ямочки на щеках и улыбку, но чётко заметные улыбающиеся и светящиеся глаза, он сам невольно улыбается. Неужели тебя так легко заставить улыбаться? Да нет, просто ты — прирождённый клоун, Пак Сонхун! — Привет, — наконец говорит Пак, достав из ящика стола бумаги. — А, да, привет, — почесав нос, отвечает Чонвон. — Смотри, вот это готовые документы, подтверждающие то, что ты являешься моим пациентом, ну и этой клиники в целом. Тебе нужно расписаться... вот здесь, — указывая на окошечко для подписи пациента, он разворачивает документ к нему, подавая ручку. Их пальцы на секунду соприкасаются, и Сонхун с досадой отмечает, какие у того холодные руки. — Это всё? — А? — Говорю, это всё? — указывая взглядом на бумаги, переспрашивает Ян. — А, да, всё, — он кивает, забирая обратно документ. Ещё раз просмотрев все данные, он откладывает их в сторону. — Теперь ты официально мой, — уверенно и с улыбкой заявляет Сонхун. — Твой? — удивлённо вскидывает брови младший. — О-о-ой, извини. Я имел ввиду мой пациент. Теперь ты мой пациент, вот, — тараторит он, размахивая руками. — Прости, я такой идиот, — снова хлопнув себя по лбу, но уже не так сильно, как в первый раз. Со стороны слышится смешок. — Нет, всё нормально, правда. Но ты со всеми пациентами себя так ведёшь? — спрашивает Чонвон только для того, чтобы убедиться в том, что доктор сосредоточится на своей работе. — Я знал, что выгляжу как идиот. Но нет, обычно я нормально веду себя с пациентами, да и вообще с людьми. Но ты прости, я очень хочу помочь тебе и поэтому волнуюсь, что могу сделать что-то не так и ты просто развернёшься и уйдёшь. Но я обложался в первый же день, так что у тебя есть причина уйти. Чонвон расплывается в очередной улыбке, уже не в состоянии сдерживать этот порыв радости. Неужели меня так легко заставить улыбаться? — спрашивает сам себя он, складывая руки в замок и придвигаясь ближе к столу. — Нет, всё в порядке. Мы же друзья, — неожиданно даже для самого себя, говорит младший. Сонхун удивлённо раскрывает рот, бегая по лицу напротив в попытке найти подвох. — Ты сам это сказал. Это... Вау. Извини, я слишком впечатлительный, — зарываясь пальцами в волосы, он оттягивает их, закрывая глаза. — Господи, соберись, придурок. Ты профессиональный врач, что с тобой не так? — Чонвон снова усмехается, глядя в расширенные глаза напротив. — Я в слух это сказал, прекрасно. Наверняка твоё впечатление обо мне становится хуже с каждым моим словом и действием, не так ли? — Совсем наоборот. Ты смешной, — мотает головой Ян, показывая ямочки на щеках. Ну всё, теперь мне точно пиздец. Это же моя слабость, как я собираюсь выполнять работу? Это начинает раздражать. Господи, только не улыбайся как придурок, Пак Сонхун. Просто игнорируй это очаровательное создание и бешенный стук своего сердца, в чём сложность? Похоже, я и правда попал... — мысленно отчитывает себя Сонхун, вытирая вспотевшие ладони о свои джинсы. — Хочешь чай? — наконец спрашивает Пак, глубоко вздыхая и обещая себе больше не думать о чем-то, что касается всей этой красоты и очаровательности Ян Чонвона. — Не откажусь, — отвечает младший, кивая головой. Пока Сонхун отходит за чаем, он бъёт себя по лбу, тихо цыкая. Придурок, как ты можешь так разговаривать со взрослым человеком, тем более с врачём, тем более с ним? Вы друзья, но это ещё ничего не значит, он старше тебя. Вы ничего не знаете друг о друге. Блин, а вдруг я раздражаю его? Наверняка он теперь думает о том, какой я глупый. У него есть все основания ненавидеть тебя, поздравляю! Господи, Ян Чонвон, просто следи за словами, в чём сложность? Похоже, я и правда попал... — Держи, — его мысли прерывает Сонхун, поставивший перед ним чашку чая. Тот садится обратно, пристально наблюдая за тем, как он делает первый глоток. Теперь он следит за каждым моим движением. Ему и правда не зашло? Ну да, если бы мне такое сказали, я бы тоже так отреагировал. А ведь он так вздохнул, будто показывая, что я безнадёжен. Ты и правда безнадёжен, — быстро проносится в его голове, пока он отпивает чай и ставит чашку на стол. — Сколько ты спал сегодня? — внезапно спрашивает доктор. Чонвон, неожидавший такого вопроса, вздрагивает. — Обычно на сон у меня уходит не больше трёх - четырёх часов, бывает, но редко — около шести. — Почему ты так мало спишь? — удивлённо спросил Сонхун. — Ну, я не считаю, что это мало для меня, учитывая то, что я студент и человек с психологическим расстройством. У меня полно свободного времени, которое я трачу на учёбу, что сказывается на моей отличной успеваемости. Когда я не могу заснуть из-за своего внутреннего состояния, то просто начинаю заниматься. Бывает, я вообще не сплю всю ночь. Я привык к этому, да так, что не могу спать больше пяти часов. Но не стоит так удивляться, мне вполне хватает этого времени, чтобы восстановить силы. — Тогда почему ты такой уставший? — записывая что-то в блокнот, спрашивает старший, поднимая на него серьёзный взгляд. Он буквально видит, как его голова вжимается в плечи, а глаза начинают бегать. — Прости, я напугал тебя? Прости-прости, я не хотел, — виновато улыбается он, складывая руки перед собой и наклоняя голову. — Нет, всё в порядке. Вечно я всего пугаюсь, — Чонвон нервно усмехается, протирая лицо руками. — Правда? Но нет, тебя можно понять. Я упустил то, что у меня бывает слишком ледяной и пугающий взгляд. Из-за этого меня боится даже мой брат. Но это не удивительно, он всего боится, — он усмехается, отмечая то, что Чонвон теперь тоже улыбается. — У тебя есть брат? — Да, есть, к сожалению. — Разве можно так говорить про своего брата? Вот я, например, всегда хотел брата, — он печально вздыхает, раскачивая ноги под столом, в надежде услышать что-нибудь о том, каково это — иметь брата. — Да нет, на самом деле я люблю его, мы просто так шутим. Мы живём вместе, потому что не находим причины жить порознь. Ну, его работа тоже недалеко. — Какой он, твой брат? — Тебе правда интересно поговорить о нём? — Да, а что? — Напомни, почему мы здесь? — Но мы не можем просто поговорить об этом? — Не проще просто увидеться с ним лично? — Сонхун хитро улыбается, прищуривая глаза. Чонвону было интересно узнать, каково это — иметь родного брата. Порой он считал это недостатком — то, что слишком любопытный и упёртый. С Сонхуном комфортно общаться, он почти на все сто процентов завоевал его доверие. Но сейчас он не совсем уверен в том, что готов расширить свой круг общения. — А это возможно? — всё же спросил Ян, но уже чуть более тише и не так уверенно, как до этого. — Конечно. Если ты хочешь, то я приглашаю тебя к себе в гости сразу после этого. Ну, примерно через час. Мой брат сегодня дома, — недолго думая, говорит Сонхун. Он не знает, откуда такая уверенность, в том, что тот согласится, но Чонвон же сам хочет узнать всё о его брате. Ему даже становится обидно, что он так заинтересован в совершенно незнакомом ему человеке, а не в нём. — Если честно, я очень хочу познакомиться с ним, — на удивление самому себе произносит младший, не понимая, почему так говорит. Что случилось? Буквально всю жизнь ты не можешь доверять людям, а сейчас так уверенно соглашаешься пойти в гости к человеку, с которым знаком меньше месяца. Плюсом ты так стремишься познакомиться с каким-то человеком, просто зная, что он является братом твоего лечащего врача. Серьёзно? Не боишься стать слишком навязчивым? Вдруг ты привяжешься к нему? Что будет потом? Не пожалеешь об этом? Он задавал самому себе столько вопросов. Разум словно не давал ему раскрыться полностью, закрываясь в страхе и собственных сомнениях. То самое недоверие к людям мешает ему нормально жить. Наверное, Чонвон в жизни уже встречал множество добрых и реально хороших людей, которые готовы были ему помочь, которым было на него не всё равно. Может, в те моменты срабатывало то самое недоверие, которое отталкивало от него хороших людей. Те быстро сдавались, не желая иметь дело с глупым парнем, у которого слишком много проблем. Наверное, он сам виноват в том, что сейчас в его жизни есть только один человек, который на самом деле смотрит на него без той неприязни в глазах. Да, Сонхун действительно не поддаётся. Сколько бы Чонвон не отталкивал его, сколько бы недоверия и сомнения в его глазах не было, тот всё равно остаётся рядом, не желая уходить. По-видимому, он не собирается сдаваться. — Правда? — для большей убедительности спрашивает Пак. Это неожиданно. Он не думал, что у него есть шанс на положительный ответ. Видимо, он ещё слишком мало знает о жизни Чонвона. Чонвон кивает, закусывая губу, чтобы не улыбаться слишком сильно, когда Сонхун в шоке прикрывает рот ладонью, в то время как вторая протирает глаза. Он знает, что это удивительно и что такого от него тот точно не ожидал. Но, простите, мимика и реакции Пак Сонхуна действительно кажутся ему милыми. — Тогда нам стоит поскорее начать, чтобы поскорее закончить, — он снова протирает лицо руками и садится прямо, складывая руки перед собой в замок. — Первоначально я хочу узнать твою историю. Я не настаиваю, ты можешь рассказать мне то, что хочешь. Если есть вещи, которые никому не стоит знать, можешь не говорить. У Чонвона длинная история. Если начать по порядку с детства и до реального времени, то вся эта история может стать целым сюжетом для фильма, но этого будет даже много. Пересматривая в голове всё, что произошло с ним, он понимает, что есть много вещей, которые могут вызвать жалость у других людей. Но Сонхун же психотерапевт, он просто должен выслушать и проанализировать моральное состояние пациента. Поэтому он просто расскажет всё, что помнит. Даже если будет больно возвращаться к воспоминаниям о детстве.

•••

Сегодня он сделает шаг навстречу. Чонвон точно не пожалеет. Он понимает это, когда они заканчивают разговор о его прошлом и перспективах на будущее, направляясь домой к Сонхуну. Он знает, что они не достаточно близки для этого, но все мы знаем, что ситуации бывают разные и их много. Он просто идёт в гости к своему другу, в надежде познакомиться с его братом. Вряд ли бы кто-то понял такое сильное желание Чонвона узнать, каково жить с братом и вообще являться им, но Сонхун, видимо, понимает. Или просто он на столько сильно хочет сблизиться с ним. Чонвон точно не пожалеет. Он понимает это во второй раз, когда они стоят напротив двери в квартиру сто сорок три в ожидании, когда им откроют. Открывший им дверь парень удивлённо смотрит сначала на него, потом на Сонхуна, быстро моргая. Спустя мгновение Сонхун наконец говорит: — Знакомься, это мой пациент — Ян Чонвон, — указывает он на него, слегка улыбаясь. — Да, тот самый, — увидев хитрый прищур, озвучивает Пак. — А это мой брат — Пак Чонсон.