Кукушкин обрыв

— Она видела нас. Когда мы занимались сексом на речке. Они были вдвоём с Кривым.       Что ж, попались. — А она-то что делала там с Кривым? — А ты не понял? Пришли за тем же. Когда ты уехал, она поставила меня перед выбором. Либо свадьба, либо вся деревня узнает про нас. — И ты выбрал её. Вот у кого яйца есть. Только мне не понятно, она же с Кривым трахалась, нахрена ей педик?       Я открыл глаза. На фоне яркого голубого неба Мишкин профиль вычерчивался чётко. Красив, сука. Я понимал Зинку: выбор между Кривым и Масловым был очевиден. Ай да, Зинка, ай да… Сукина дочь? Тоже мне, новый классик. — Ладно, я понял. Не виноватый ты, тебя заставили. Почему мне-то не сказал? Ну мог бы поплакать, так и так. — Издеваешься? — Немного. Ты не думал о том, что я всё равно узнаю? И из чужих уст это будет гораздо больнее. — Я думал, что тебе… Ну, приехал городской мальчик, развлёкся. Смысл?       Вот, значит, как он воспринимал меня. Обидно. Я вспомнил те чувства, которые бурлили во мне тем летом, своё состояние в тот момент, когда услышал от матери про его женитьбу. — Ты просто ищешь себе оправдание. Ты мог просто уехать. — Не мог. Я обещал тебе присмотреть за бабушкой. — Вот как? Я же и виноват? Ну, прости, что я попросил присмотреть за дорогим мне человеком.       Меня аж подкинуло на сиденье, от разморенного состояния не осталось и следа. — Я ж не знал, что так всё выйдет. Что ты окажешься слабаком. Даже не смог найти в себе смелость сказать мне. Зато нашёл смелость переехать в дом к моей бабуле со своей женой и трахаться на моей постели! И каково это? Понравилось? — Мы… Мы не трахались. — А, ну, да. Конечно. Я, прям, поверил тебе. — Да! Мы не трахались! Я… Я не смог… С ней. Только о тебе думал.       Мне стало гадко. Я не мог даже представить, что мой друг, мой Мишка окажется таким куском дерьма. — Как же вы живёте? Нахер такая семья вообще? — А мы и не живём. Развелись. Даже полгода не прожили вместе. — В этом месте я должен расплакаться от счастья? А вот нихуя!       Я слез с мотоцикла и протянул руку. — Ключи. — Лёш, не уезжай. — Почему ты приехал сюда? Видно же, что сюда не ездят. Так почему сегодня? — Я увидел тебя в окно. Сначала решил, что глюк. Выскочил на улицу, а ты уже пропал. Ну, точно глюк. А потом соседка вышла и спросила, чего это, мол, Алексей даже в дом не зашёл? И я рванул. Сначала на кладбище, вижу — краска свежая совсем, букетик под крестом. Тогда я на мотик и сюда. — С чего бы мне сюда ехать? — Но ведь ты здесь. Значит было зачем. Зачем?       Затем. Попрощаться. С первой любовью. — Я решил устроить себе месяц отдыха после института. Устал, как сука. Да и на могиле бабушки нужно было побывать. На дом посмотрел. К тебе хотел зайти, но подумал — нахуя? А потом… — Ты скучал по мне. Поэтому приехал сюда.       Мишка говорил тихо, но я всё равно его услышал. Скучал? Да. По тому времени, когда был влюблён и счастлив. По обнимающим меня рукам, по вишнёвым губам. По запаху земляники.       Мишка потянул меня за руку, а потом обнял и прижал к себе. Мне стало так хорошо от его ладоней на моих лопатках. Так тепло и спокойно. — Прости меня. Я облажался. Я не думал, что так сильно вляпаюсь в тебя. А потом, когда ты звонил… Я ведь понимал, зачем ты звонишь, и не мог. Я трус. А потом ты перестал. Ни одного звонка. И… Я собрался с духом, чтобы всё-таки поговорить с тобой, хотя был готов к тому, что ты просто пошлёшь меня. И увидел, что твой номер в моем телефоне был заблокирован. А когда набрал, то… — Я сменил номер. Когда понял, что ты кинул меня в чёрный список, просто стёр твой и поменял свой. Чтобы даже не ждать. — Я тогда крепко поругался с женой. — Причём тут твоя Зинка? — Это она заблокировала. Не хотела, чтобы мы… Она же видела, что нихера у нас с ней не получается. Как соседи жили. Вот и решила уберечь. — От разлучника? — Типа того.       Мишка обнимал меня всё сильнее, а я уже не понимал себя. Вот такая хуйня случилась. Кто из нас виноват? Я мог обижаться на Мишку, на Зинаиду, но имел ли я право судить их? — У меня были любовники. И не один. И даже не два.       Я чувствовал, как Мишка сжал кулаки на моей спине. — Ты их любил? — Нет. — Тогда зачем? — Забыть тебя. Поверить, что могу двигаться дальше, что я жив. — И как? — Поверил. — Я не о том. Забыл?       Я молчал. Первая любовь прошла вместе с обидой и слезами. Я буквально вытрахал её из себя. Но почему тогда мне не хотелось, чтобы Мишка разжимал объятия? — Я хочу вернуть тебя, Лёш. Скажи, что у меня есть шанс. — Я не знаю. — Ты не простил меня, да? — Простил. Давно уже. Дело не в этом. Я стал другим, понимаешь? Я уже не тот нежный мальчик, который смотрел с обожанием. И не факт, что новый я тебе понравлюсь. — Можно я сам решу? — Решай. А сейчас… Отдай ключи. Мне ещё до посёлка нужно доехать, может успею в столовую. Жрать хочется, сил нет. — Какая столовая? Ко мне поедешь. И переночуешь у меня. — Нет. — Да. Ты где ночевать вздумал? — В машине. Нет, вообще-то я собирался где-нибудь в мотеле на трассе. Я не думал, что так задержусь. Поэтому и пожрать не взял. — Тогда поехали.       На обратном пути Мишка ехал позади меня. Вот глупый, думал сбегу? Но я на самом деле так устал, что реально собирался остановиться где-нибудь в первом подходящем месте и уснуть. Поэтому Мишкино предложение было как нельзя кстати.       Вот только не думал я, что привезёт он меня к бабушкиному дому.