Сделка с дьяволом

Когда идиотка Канзаки стремительно удалялась в сторону метро, Йокоя внимательно смотрел ей вслед. Реакция девицы была понятна. Признаться, именно к этому он и готовился. Глупо ожидать, что она станет прыгать от счастья, услышав его предложение о женитьбе. Канзаки нужно время, чтобы переварить эту информацию, и принять решение. Главное, чтобы она осознала, что сорвала джекпот. Потому что он действительно собирался оплатить лечение её отца. Да, пусть и ценой её жизни, но это всё мелочи. Ведь Йокоя был уверен, что для блаженной Канзаки нет ничего радостнее, чем пожертвовать собой во имя другого человека. Он презрительно фыркнул при мысли об этом. Как же он ненавидел её дурацкие идеалы. Признаться, хоть Йокоя и предвидел отказ, он всё равно расстроился, осознав, что теперь придется потратить уйму времени и денег. “Может следовало действовать хитрее и быть мягче?” размышлял он. Потому что прямое давление всегда вызывает сопротивление. В конечном итоге, план с молниеносной скоростью стал складываться в его голове. Он был поразительно прост, прекрасен в своей ясности и легок в реализации. Отец когда-то учил его выбирать именно такие стратегии: те, что кажутся скорее искусством, чем хитроумием, и реализуются так же естественно, как солнце встает на востоке. Он начнет с того, что покроет её отцу небольшие расходы. Сначала – медицинские процедуры, анализы, и лекарства. В общем, потихоньку вольется в жизнь семьи Канзаки и станет благодетелем. Покажет себя с самой лучшей стороны. А потом они уже и не смогут представить свое существование без Йокои. Правильно, ведь человек быстро привыкает к хорошему. – Босс, вы видели, как эта дурёха нас испугалась? – Эдо улыбался во все зубы. Он был в широкополом козырьке и солнцезащитных очках, что делало его похожим на таинственного агента. Остальные парни, стоявшие за спиной Эдо, тоже довольно усмехались. Сегодня, впервые за долгое время, они вышли на открытую охоту и загнали жертву в угол. И это им очень нравилось. – Босс, – неуверенно протянул здоровяк, его гнусавый голос вызывал у Йокои раздражение, – вы, верно, пошутили про женитьбу, да? – Да конечно он пошутил. Ты думаешь он жениться на этой? Не уродина, но и до красавицы ей как до луны, – усмехнулся Йошинори, один из его приближенных. – Тем не менее, она дала боссу от ворот поворот, – сказал здоровяк прежде, чем подумал. Но когда он всё же осознал сказанное, то испуганно уставился на Йокою. В воздухе повисло напряжение, как перед бурей. С каждой секундой молчания, атмосфера казалась всё более заряженной, предвещая беду. Губы проныры растянулись в хитрой улыбке. Он был похож на кошку, которая вот-вот поймает свою добычу. – Ты идиот, раз не понял очевидного. Придёт время, и эта дура Канзаки будет ползать передо мной на коленях и молить, чтобы я спас её. Вот увидишь. И да, минус пять баллов тебе за тупость, – сказал Йокоя. Лицо здоровяка вмиг стало расстроенным и проныре показалось, что он вот-вот заплачет. – Тупица ты, Мамору. Думай прежде, чем ляпнуть что-то, – Йошинори ударил его кулаком по лицу. Но тот, вместо того, чтобы дать сдачи, просто смиренно стоял, виновато опустив глаза в пол. Как ребенок, ожидающий наказания. Остальные парни, словно волки, накинулись на здоровяка. Иерархия в их банде была жесткой и каждое понижение статуса открывало врата для насилия. Здоровяк же теперь был беззащитен; без покровительства босса его место было чуть ли не в самом низу. Йокоя, как темный властелин, отошел в сторонку. Лучи проклятого солнца, которое он так ненавидел, слепили глаза. Поэтому мужчина прикрылся от них в тени здания. Тем временем идиоты продолжали драться. Их удары разносились по улице гулким эхом, смешиваясь со стонами и проклятьями. Наблюдая за этой жалкой схваткой, Йокоя испытывал лишь холодное равнодушие. И ещё немного презрения. Он вдруг вспомнил себя в средних классах. Такой же жалкий и слабый, прекрасная груша для битья. Поэтому сверстники и били его. И так продолжалось до тех пор, пока отец не подсказал ему, как прекратить эти мучения. Наконец, подустав от развернувшегося представления, Йокоя подошел к здоровяку, который рыдал, свернувшись калачиком на асфальте, и бесчувственно перешагнул через него. — Итак, — сказал он. Его голос был спокоен, но каждое слово ударяло с силой заклинания, моментально привлекая к себе внимание, — у меня есть план. Я знаю, как сделать так, чтобы тупица Канзаки прибежала сама. Кучка идиотов, как он называл их мысленно, замерла в ожидании продолжения. Они знали, что он редко делится своими планами без веской причины. То, что он сейчас готов рассказать им о своих намерениях, показывало, насколько он ценит их. – Эдо, ты должен будешь обеспечить доставку свежих цветов и фруктов в госпиталь к её папаше. Пусть к каждому букету прилагается открытка “Скорейшего выздоровления” и прочая тривиальная мишура. На счёт надписей советуйся с флористом, а то ты можешь накосячить даже в такой мелочи. Эдо, слушавший его указания с серьезным видом, заметно помрачнел от последних слов, но всё же решительно кивнул. Так, словно готов хоть горы свернуть, лишь бы босс остался доволен. — Йошинори, — продолжил Йокоя, — твоя задача не меняется. Продолжай следить за Канзаки. Но помимо этого узнай, с кем она общается и чем увлекается. Думаю, эта информация нам не помешает. Йошинори, который до этого насмехался над девицей, теперь выглядел сосредоточенным и готовым к исполнению приказа. — А остальные... Вы можете понадобиться мне в любой момент. Будьте на связи. Слушайтесь указаний Эдо и Йошинори. И помните, — закончил Йокоя, — каждый ваш шаг должен быть осторожным и продуманным. Ещё немного посовещавшись о деталях, группа мужчин разошлась. Йокоя же какое-то время стоял у дома Канзаки, наблюдая за тем, как солнце отражается от капотов автомобилей. Иронично, что они встретились в такой знойный день. Ведь Йокоя ненавидел солнце так же, как и Канзаки. Хотя... Если поразмыслить, последняя раздражала его больше. Её добродетель он попросту считал лицемерием. Всего лишь уловка и притворство для манипулирования окружающими. С этими мыслями он направился к черному мерседесу, припаркованному неподалеку. Увидев его приближение, водитель мгновенно выскочил ему навстречу. С перегнувшейся спиной и чрезмерной угодливостью, он распахнул перед Йокоей дверь автомобиля, словно предлагая вход в королевский тронный зал. Его внимание казалось преувеличенным и граничило с пресмыкательством. Но раздражения у Йокои не вызывало. Он привык к такому. Ведь всю свою жизнь Норихико стремился к власти и контролю, и видя, как люди стараются ему угодить, он лишь убеждался в своем превосходстве. Когда мерседес плавно выехал на залитую солнцем улицу, Йокоя удобно устроился в прохладном сидении. Вдыхая запах нового автомобиля, смешанный с ароматом лета, он понимал: игра только начинается, и впереди его ждет много интересного. И если бы стекла машины не были затонированы, то прохожие несомненно увидели хитрую улыбку, что играла на уголках его губ. Это была улыбка человека, который знает, что ему принадлежит весь мир.