Марта, чёрт тебя дери!

Милош вбежал в столовую посреди обеда — отвратительно бодрый, краснощёкий, запыхавшийся. — Где тебя носит? — недовольно спросил Вацлав. — Марта, не корми его, пусть научится не опаздывать. — Ещё чего, ваша светлость, — отозвалась Марта и налила Милошу восхитительного янтарного бульона с тугими клёцками. — Ладно, так и быть, корми, — смилостивился Вацлав. — А то опять окажется, что есть какой-нибудь дурацкий закон, обязывающий кормить детей. — Такой закон есть, ваша светлость. — Ну вот, я же говорил! Отвратительно. Бесчеловечно. Кто только придумывает эту ересь? — Вы лично поддержали этот законопроект, ваша светлость. Вы ещё сказали, что детям нужно хорошо питаться, а родители могут перебиться объедками, если не в состоянии достаточно зарабатывать. — Ты омерзительно злопамятна, Марта. — Благодарю вас, ваша светлость. За время этого разговора Милош успел выхлебать целую миску бульона и теперь с надеждой посматривал на десерт, к которому как раз приступил Вацлав. — И не думай! — Вацлав пододвинул тарелку поближе, чтобы Милош ничего с неё не цапнул. — Вот именно, — сказала Марта. Вацлав просиял от неожиданной поддержки и торжествующе посмотрел на Милоша. — Сначала будь добр съесть жаркое, пюре из брюквы и картофель, — строго сказала Марта, и Вацлав поник. — А детям точно полагается жаркое? — на всякий случай спросил он. — Может быть, с них хватит бульона? — Обходиться бульоном было бы полезно тем, кто страдает запорами, ваша светлость, — бесцеремонно напомнила Марта. — А впрочем, клистир в вашем случае намного эффективнее. — Ну Марта! Я же ем! — Вы всегда едите, ваша светлость. — Вот и не говори о клистире никогда. — Как скажете, ваша светлость. Вацлав сердито дёрнул усами и снова воззрился на Милоша. — А скажи-ка, бес…ценное моё приобретение, чем ты занимался весь день? — Ой, ваша светлость! — затараторил Милош. — Мы с овцами сначала играли, потом я их отправил пастись, натаскал воды, выгреб навоз, поменял солому, перекрыл дыру на крыше, а потом пришли соседские мальчики и попросились посмотреть руины, ну, я и отвёл их. — Ты слышала, Марта?! — вскричал Вацлав. — Он уже водит сюда гостей! — Ну и что же, ваша светлость? Это теперь и его дом тоже. Вацлав безмолвно всплеснул руками, уронив с десертной вилки кусок бланманже. Его дом! Какова наглость! — Это не гости, ваша светлость, — сказал Милош. — Это посетители. — Какая разница? — простонал Вацлав. Живот у него снова заболел от переживаний. — Гости не платят за вход, ваша светлость, — ответил Милош и ссыпал на стол пригоршню монет. — По полкроны с носа, ваша светлость.