one kiss is all it takes.

Руслан считал себя способным учеником судьбы-затейницы. С ранних лет он схватывал на лету все законы жестокого мира. Самый первый он не забудет никогда: каждый человек мечтает о своём месте под солнцем. Так же быстро, как он усвоил это простое правило, Руслан понял: оно относится к кому угодно, но не к нему. В его душе зияла темная дыра, и она жадно поглощала любой свет, до которого только могла дотянуться. Сколько бы благ он ни получал, всегда чувствовал, что это слишком мало. Купаясь в лучах славы, он все еще чувствовал прохладу. Эти лучи не грели, лишь настойчиво ослепляли глаза, побуждая спрятаться. И он спрятался: натянул шлем и умчался на байке, куда глаза глядят. Посреди своих гастролей, начхав на многомиллионный контракт и столь ненавистных ему фанатов. Телефон на беззвучный, ладонь на рукоять газа. Руслан делает остановку где-то в Челябинской области. Он не уверен: не особо следил за указателями. Да и какая разница, что это за место? Он везде чувствовал себя как дома. Будучи знаменитостью, Руслан привык, что его знают всем, кому не лень. На это он и рассчитывает, идя к местной кофейне. Самодовольно представляет будущие заголовки: «Пропавший без вести Руслан Енисейский был замечен в Челябинске». Скандалы он любил. Они озаряли скучное существование взрывами эмоций, его собственных и чужих. А взрывы, как известно, выделяют большое количество энергии. Внутренняя черная дыра поглощала эти порции, радостно причмокивая и на время преумеряя свой аппетит. Грохот и недовольное бурчание. — Блять, да кого там принесло… «Восходящую звезду отечественной эстрады», — с гордостью думает Руслан. Он даже не сомневается, что гнев сменится на милость, стоит только баристе выйти на кассу. И смотрит выжидающе, когда перед ним появляется обладатель бейджика «Юрий». Усмешка медленно спадает с лица по мере того, как Руслан все яснее понимает, что заискивать перед ним никто не собирается. — Вы будете делать заказ? — нахмурившись, уточняет Юра. Возникшая догадка бьет самолюбие Руслана прямо под дых и пробуждает неугомонную чёрную дыру. — Ты правда не знаешь, кто я? — Гандон, который пришел за четыре минуты до закрытия? — не церемонится Юра, явно не впечатленный таким раскладом событий. Вполне возможно, что у него были свои планы на окончание смены. Ключевое слово — «были». Им не суждено исполниться, потому что Руслан чувствует себя уязвленным и, что в сто раз хуже, заинтригованным. Он чётко намерен сделать это знакомство незабываемым. — Из какой же пещеры ты вылез, Юрочка? — лелейным голосом тянет Руслан. — Слушай, мне насрать, — честно признается Юра, — или делай заказ, или проваливай. Черная дыра довольно урчит. Ей нравится, как живо Юра реагирует на любые провокации. Но это не всё, что Руслан припас для неё. Со вздохом он приближается к стойке, делает вид, будто ищет деньги в своих карманах. И вдруг сжимает ткань чужой рубашки, притягивая Юру к себе. Руслан не надеется на что-то серьёзнее невинного соприкосновения губ. Но почему бы не попробовать углубить импровизированный поцелуй, раз терять все равно нечего? И что странно, Юра совсем не сопротивляется первые несколько секунд. Уже позже, конечно, отталкивает, да так сильно , что Руслан чуть не влетает в один из столиков. — Ты че творишь, педик? Строит из себя недотрогу. «Как тривиально», — закатывает глаза Руслан. — Посмотри в Интернете, кто такой Руслан Енисейский, просветись хоть, пещерный человек. Руслан выходит из кофейни, с наслаждением слушая матерную оду, посвященную своей персоне. На экране телефона фотография, на которой он тайком запечатлел случившийся поцелуй. Идеальна без всяких фильтров. Не теряя ни секунды, Руслан жмет на «опубликовать». Не стал бы он просто так благословлять латентную душу Юрки прикосновением своих прекрасных губ, не будь это необходимо для красочных заголовков. Прислонившись к стене, Руслан начинает мысленный отсчёт до нового взрыва. Как раз замирает на десяти, когда дверь кофейни отворяется и оттуда вылетает разъяренная фигура. Юра выглядит очень смешно, беспомощно махает руками, прежде чем воскликнуть: — Какого хуя по всему Интернету написано, что я твой парень-гей?! «Ничего личного», — так и хочет сорваться с губ. Руслан осекает себя: пустые оправдания, в которых нет нужды. Они существуют, чтобы снизить нагрузку, даваемую на плечи чувством вины. Ему же оно было неведомо. Этот мир нанес ему слишком много урона, чтобы Руслан всерьёз мог сопереживать его обитателям. Он не хотел ничего отдавать, лишь брать все, до чего только дотянутся руки. Его черная дыра была обыкновенной детской обидой. на медведя И пусть мир заплатит за нее сполна. — Не переживай, дорогой, скажу журналистам, чтобы называли тебя моим парнем-натуралом, — в открытую насмехаясь, обещает Руслан.