roku
2 августа 2025 г., 15:05
Тэцуо нажал на кнопку дверного звонка и замер. Замогильный голос Рю сразу дал понять — случилось что-то серьёзное, если не катастрофическое. Весь путь до квартиры босса он отгонял от себя плохие мысли, но ни радио, ни открытые окна не помогали отвлечься, пальцы то и дело начинали отбивать нервный ритм по рулю. После подобного звонка Рю должен был преданно стоять у двери и ждать своего спасителя, а не заставлять его ждать. Возможно сейчас он как раз лежал где-нибудь на холодном полу ванной комнаты, а его рыдания банально заглушали трель звонка. Хотя здесь Тэцуо явно сгущал краски. Его босс не из тех, кто будет рыдать по любому поводу, тем более при свидетелях. За всё время их знакомства он видел слёзы Рю лишь единожды — когда случился выкидыш.
Наконец, с той стороны послышались приближающиеся шаги. Немного повозившись с замком, Рю открыл дверь, и выглядел он так, словно к нему приходила сама Смерть. Лицо осунулось и посерело, под глазами легли синяки, губы припухли и приобрели алый оттенок — он искусал их. Кума кинул быстрый взгляд на руки омеги — на пальцах тоже остались следы зубов. Случилось что-то дурное, и телохранитель убедился в этом, стоило только переступить порог. Мёртвая тишина перемешалась с запахом прелой листвы и горечью трав, и, казалось, смрад заполнил апартаменты до самого потолка. Словно в аквариум налили воды до самых краёв. Дышать было нечем, откашлявшись, Кума первым делом быстро открыл все окна. Дышать чужим гневом ему не хотелось, хотя одежда уже наверняка пропиталась им так, что поможет только химчистка.
— Воняет, да? — усмехнулся Рю. — А я не чувствую…
Он забрался на диван, поджав под себя длинные ноги, и укутался в плед, отчего теперь походил на нахохлившегося воробья.
— Здесь будто буря прошла, — добавил Кума, глядя на раскиданные распечатки. — Тайфун, не иначе.
— Можешь посмотреть, если хочешь, — разрешил омега, заметив интерес к снимкам.
Не сказать, что Тэцуо прямо-таки хотел. Но то была его работа — защищать и оберегать Рю. Он поклялся ему в верности, а себе в том, что будет рядом до тех пор, пока не отработает долг. Хотя ни о каком долге никогда речи не шло, Рю ничего не требовал, он вообще не был в курсе, что Кума что-то ему должен. Но по-другому Тэцуо не умел, дедушка заложил в него крепкий фундамент: не только помнить добро, но и возвращать его сторицей, быть щитом и жить по справедливости.
Кряхтя, он присел на корточки и принялся собирать разбросанные улики, а после уселся рядом с боссом и погрузился в изучение. Спустя четверть часа и сухие комментарии Рю, Тэцуо был в курсе деталей произошедшей ссоры. Что-то такое он и предполагал, когда краем глаза ухватил тот самый кусочек переписки. Но то, что Арамаки-сан поведёт себя так жёстко по отношению к Рю, было неожиданностью.
— Я не знаю, что делать, — упавшим голосом подытожил Рю. — На ум приходит только один вариант: сейчас же собирать вещи и сваливать из города, а лучше из страны. Но где гарантии, что Тора не последует за мной? И не упечёт в психушку…
— Навряд ли он так поступит, Рю-сан, — засомневался Кума. — Несмотря на всё, он вас любит.
— Как же, любит, — саркастично хохотнул Рю. — По-твоему это любовь? Кувыркаться с малолеткой, пока в наших отношениях творится чёрт знает что.
Омега выхватил из рук телохранителя стопку распечаток и с презрением кинул в сторону.
— Я его не оправдываю, — ровно ответил Тэцуо. — Возможно он высказался сгоряча, потому что вы заговорили о разводе. И уже жалеет об этом.
К таким вспышкам недовольства Тэцуо имел иммунитет. Стоило отдать должное, у Рю они случались крайне редко.
— А что мне надо было говорить?
— Не знаю, — честно признался альфа. — Да и толку сейчас рассуждать. Дело сделано, слова сказаны, надо думать, как из этого выбираться.
— Самое очевидное, это уехать… Но я не могу! Не успел тебе рассказать, Казу вчера сделал невообразимое! Он выиграл у Гато-сана того омежку, представляешь? Теперь его надо как-то забрать…
— Рю-сан. Вам сейчас меньше всего стоит беспокоиться о каком-то альфе и его братце, — грубо перебил его Тэцуо.
— Не вариант. Я столько сил и времени вложил в это мероприятие, что не готов отступить за шаг до финиша, — отрезал Рю. — Плюс я дал слово, значит, должен выполнить его. Конечно, будет обидно, если этот альфа не отблагодарит меня как следует, бескорыстная филантропия всё же не моё…
Кума недовольно поджал губы, но смолчал. Он поднялся с дивана и прошёл на кухню, чтобы заварить чай, а затем вернулся с двумя кружками. Одну протянул Рю, вторую поставил на подлокотник и аккуратно опустился на своё место.
— Я думаю, стоит обратиться за помощью. Например, к вашему отцу.
Рю выгнул бровь и облизнул нижнюю губу, неуклюже ловя каплю чая, готовую сорваться вниз. Он пытался понять по выражению лица телохранителя, шутит он или предлагает это всерьёз. Но Кума буравил его тяжёлым взглядом и, кажется, не был настроен шутить.
— Ты предлагаешь мне позвонить ему и… Наябедничать? «Папочка, меня обижает муж, убей его!», так?
— Нет, не так, — Кума опустил голову, чтобы спрятать улыбку. — Признаться честно, что ситуация вышла из-под контроля, что брак трещит по швам, и вы не хотите его спасать. Что для вас самое оптимальное — это развестись и прекратить друг друга мучить…
— Мне кажется, он не поймёт. И, наверное, разочаруется во мне. Хорошим сыном стать не смог, ребёнка потерял, брак развалил. Одно сплошное разочарование. Ты бы на его месте стал мне помогать?
— Вы почему-то смотрите на Сайто-сана очень однобоко. И в упор не замечаете, что на деле окружены любовью. Стоит только попросить, как к вашим ногам положат всё, что пожелаете. Но вы не просите или же просите не так, как следовало бы.
— А как следует просить, Кума? — заинтересовался Рю. — Объясни.
— Мягко и от сердца. Он не ваш начальник или покровитель, поймите. Попробуйте не юлить, а прямо сказать, что вам нужна его помощь и поддержка. Уверен, Сайто-сан не откажет.
— Что ж, давай проверим, — после недолгой паузы согласился Рю. — Сейчас уже поздно, заедем к нему завтра, я заодно приведу мысли в порядок.
— Мне забрать вас утром или?
— О, нет. Здесь я точно не останусь, поэтому куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
***
Холостяцкую берлогу Сайто-старшего можно было смело отнести к категории роскошных домов. Элитный район, статусные соседи, сам же дом представлял из себя двухэтажное строение в старом японском стиле. Дизайнеры отлично постарались, даже спустя годы сад и внутренний интерьер смотрелись дорого. Так называемая тихая роскошь. Наверняка многие, когда проезжали или прогуливались возле резиденции семьи Сайто, хотя бы на секунду представляли, каково это жить в подобном месте. Один прудик с водопадами чего стоил! Посередине водной глади раскинулась маленькая беседка, которую плотно обвивал дикий плющ, сохраняя приятную прохладу в жаркие летние дни, пока вокруг всё сплошь и рядом усыпали крупные розовые лотосы и девственно белые кувшинки. Душа так и просила заглянуть в островок безмятежности и насладиться прекрасным видом. Но несмотря на все прелести данного места, Рю так и не смог назвать его домом. Чего-то не хватало. Может, того самого уюта, как в мамином домике на Окинаве? Пресловутой «души», которая обретается за счёт общих воспоминаний? День обещался быть насыщенным. Рю всегда предпочитал начинать с неприятного, будь то обед или же серьёзный разговор, поэтому первым в списке значился визит к отцу. Но как бы Рю не уговаривал себя, как бы не собирал в кулак, всё равно не мог решиться открыть дверь авто. Кума уже докуривал третью сигарету, а омега не торопился покидать своё пристанище. Казалось, ароматизатор пропитал не только в одежду, но и волосы. Табак и ваниль теперь будут преследовать его вплоть до вечернего принятия душа, не иначе. Кума постучал в стекло, а затем варварски открыл пассажирскую дверь. Рю смерил его презрительным взглядом, но всё же медленно вылез из укрытия. — И шанса не оставляешь мне, жестокий, — процедил омега, продолжая осыпать охранника своим раздражением словно лепестками роз. — С вами нельзя по-хорошему, Рю-сан, — без тени сожаления парировал Тэцуо. — Альфы вконец избаловали вас. Настолько, что теперь не могут найти управу. Извините. На добродушном круглом лице Кумы заиграла обезоруживающая улыбка, Рю не смог противиться и улыбнулся в ответ. «Ну что за увалень» — пронеслось в мыслях Рю. Преодолев входную дверь ворот, пройдя по саду, что медленно просыпался после зимней спячки, они оказались у дом. Кума нажал на кнопку звонка, через минуту дверь отворилась. На пороге их встретил старый дворецкий, который поприветствовал юного господина и сопроводил его в столовую, где уже ожидал отец. Облачённый в домашнее кимоно, он увлечённо читал газету. Очки съехали на кончик носа, того и гляди, соскочат вниз. Рю невольно залюбовался. — Что интересного пишут? Райден встрепенулся, разулыбался, сложил газету и поднялся навстречу сыну, чтобы обнять. Тогда он впервые заметил, что отец стал выглядеть старше и дело не только в очках: заметно прибавилось морщин, а прежде чёрные как смоль брови и щетина разбавились седыми волосами. Осознание того, что время течёт бесконтрольно, обожгло Рю. Как так вышло, что обычно пышущий энергией Райден сейчас излучал несвойственный ему покой и уют, и почему Рю раньше не замечал этого? Или же подобные изменения случились совсем недавно, а он из-за зацикленности на себе попросту не видел ничего вокруг? Или не хотел замечать? — Да как обычно, — отмахнулся отец. — Из интересного, храм Готокудзи закрыли на реконструкцию. — Это который с котами? — уточнил Рю, садясь за обеденный стол. — Он самый. Надо потом будет съездить, посмотреть, как облагородили. — Хорошая идея. Я тоже хочу присоединиться. — Правда? — оживился отец и с улыбкой посмотрел на отпрыска. — Тогда нам стоит запланировать поездку на следующее лето. — Договорились. А пока несут кофе, расскажи, как твои дела? Рю слушал внимательно. Не сказать, что ему были интересны дела клана или сколько денег отец проиграл Арамаки-старшему в прошлую пятницу за игрой в Го. Но впервые в жизни он ощутил острую нужду смотреть на мир глазами отца, узнать его получше. Хотя бы попытаться. Ведь если так рассудить, у них накопилось не так много общих воспоминаний. Пока Рю учился, ему было не до отца, потом появился Тора и он с головой ушёл в семейную жизнь, ну а детство он провёл с матерью вдали от отчего дома. Внезапно может случиться так, что в один прекрасный день Рю останется совсем один и кроме нескольких снимков нечего будет вспомнить… — А ты чем порадуешь, сын? Омега немного помолчал, делая вид, что доедает остатки каши, затем промокнул губы салфеткой. — Особо нечем… Мне нужна твоя помощь. Выслушай до конца, пожалуйста. Он поведал о текущем положении дел, стараясь не вдаваться в излишние подробности, не примешивать эмоции и не обливать Тору грязью. Да, дерьмо случается. Да, его крепкий брак практически развалился, и Рю не видел иного выхода, кроме как разойтись. Райден мрачнел на глазах, безмятежное лицо становилось напряжённым и задумчивым: каждый факт, озвученный Рю, дополнял и без того не радужную картину и раскрывал детали, о которых он даже не догадывался. Со стороны казалось, что сын счастлив. Был. До той беды, что обрушилась на них с Торой. — Плохо дело, — вздохнул Райден. — Тут надо пораскинуть мозгами. Тора, как и Сатори, не любит проигрывать. И если эти альфы хотят что-то иметь, то попросту берут это. — Я понимаю. Просто боюсь, что помимо очевидного, меня попытаются упечь в какой-нибудь рехаб или увезти подальше. Так, что никто не сможет прийти на помощь. — Не бойся, — Райден накрыл руку Рю своей ладонью. — Я не дам тебя в обиду. Главное, сразу же звоните, если что-то пойдёт не так, ты или Тэцуо, неважно. Конечно, мне очень жаль, что в итоге вы пришли к такому финалу. Прекрасная семья…. Но иной раз лучше расстаться, и кто знает, может, потом ваши дороги вновь встретятся. — Может, — не стал отрицать Рю. Он и сам не знал, что будет дальше, что делать со своей жизнью. — Спасибо, что ты на моей стороне. Он сжал пальцы отца и облегчённо улыбнулся. Его тёплая сухая ладонь будто обещала Рю, что всё будет хорошо. Он не должен проходить через трудности один, не должен испытывать стыд за то, что поделился о происходящем в своей жизни и попросил помощи. Возможно, Кума был прав. Рю попросту не позволял отцу пройти дальше порога, а стоило бы… После завтрака они немного прогулялись, и незаметно для Рю оказались возле калитки. — Пока не будем ничего предпринимать, чтобы не усугублять, — напоследок сказал отец. — Пусть Тора думает, что я не в курсе. — Хорошо. Я позвоню тебе в следующие выходные. Рю крепко обнял отца и сел в машину. Кума завёл двигатель, тот мерно заурчал. Райден продолжал стоять у ворот до тех пор, пока они не свернули в ближайший проулок. — Как прошло? — нарушил молчание Кума. — Лучше, чем ожидалось, — радостно поделился Рю. — Он обещал, что поможет и будет на моей стороне. — Вот видите, босс. Сайто-сан за вас порвёт кого угодно, уж поверьте. — Верю. И очень рад тому, что ошибался на его счёт.***
Было наивно полагать, что Гато-сан по первому же требованию добровольно отдаст своего драгоценного омежку. Сначала он ссылался на невероятную занятость, затем и вовсе перестал отвечать на сообщения. Но Рю не собирался так просто сдаваться, затягивать передачу выигрыша было не в его интересах, а учитывая, что неделя, которую ему обозначил Тора приближалась к концу, времени оставалось в обрез. Вполне могло случиться так, что Рю придётся спасать собственную шкуру, наплевав на Фокса, его брата и все данные ранее обещания. А этого не хотелось. Поэтому они с Кумой приехали к дому, где жил Гато Джураи, чтобы дожать его лично. Конечно же, альфа при деньгах не мог жить абы где. Он являлся гордым обладателем пентхауса на последнем этаже Бриз Тауэр. Рю, как человек опытный и бывавший в гостях у Гато-сана много раз, уже примелькался консьержу. В дополнение к обаятельной улыбке, он приложил конверт с кругленькой суммой, чтобы ему сообщили, когда Гато-сан появится дома, а также беспрепятственно пропустили на последний этаж. Омега нажал на звонок и затаился. Дверь распахнулась, его встречал Гато-сан собственной персоной. Шёлковые штаны съехали вниз, открывая низ живота, халат распахнулся, обнажая рельефную грудь и тёмные горошины сосков. В руке он держал бокал, по виду виски со льдом, и в целом выглядел крайне расслабленно. Одним словом, Гато-сан явно прекрасно проводил время вместо той самой усердной работы, о которой он пел Рю все эти дни. Видимо альфа не посмотрел в камеру, потому что своим появлением явно застиг его врасплох. Ждал кого-то другого? — Вижу, вы очень заняты, Гато-сан, — язвительно подметил Рю, беспардонно пялясь на обнажённый торс альфы. — Надолго вас не задержу. — Рю-кун, надо было заранее сообщить, что приедешь, — попытался скрыть недовольство и отыграться Джураи. — Как же мне сообщить, если вы игнорируете мои звонки? — парировал Рю, протискиваясь в прихожую, быстро снимая обувь. — Не будем затягивать, где мой выигрыш? — О, ну… — протянул Джураи. — Нужно время, чтобы его подготовить к передаче, понимаешь. Да и я кое-кого жду… — К сожалению, у меня нет этого времени, — отрезал Рю, направляясь в гостиную. — Я бы не нагрянул без предупреждения, если бы сроки не поджимали. — К чему такая спешка? — вальяжно поинтересовался альфа, следуя за Рю. — Присядь, выпей. Может, хочешь поужинать? — Спасибо, откажусь, — улыбнулся Рю, демонстративно смотря на наручные часы, которые показывали без четверти полночь. — Так где же прячется ваш омежка? Жду не дождусь нашей встречи. Пентхаус Гато-сана был предсказуемо огромен. При первом визите Джураи не проводил Рю подробную экскурсию, лишь вскользь обозначил, где расположены уборные, кухня, бассейн, спортзал и другие помещения. К слову свою спальню, он с удовольствием продемонстрировал. Такой толстый намёк не понял бы только круглый идиот, Гато-сан чуть ли не прямым текстом заявлял, что Рю через секунду может оказаться на шёлковых простынях, стоит ему только дать согласие. Но хитрый омега упорно делал вид, что не понимает, к чему Джураи клонит. Самостоятельно искать здесь свой приз было бы грубостью, Рю и так вломился без приглашения. Но Гато-сан сам его спровоцировал, если проиграл, нужно и честь знать. — Ты ужасен, Рю-кун, — усмехнулся альфа. — Вцепился в меня смертельной хваткой крокодила, не отвертеться. — Вы вынуждаете меня идти на крайние меры, Гато-сан. Стал бы я идти напролом, если бы вы держали слово? — елейно пропел Рю. — Какая наглость, — наигранно возмутился хозяин дома. — Явился без приглашения, да ещё смеешь меня упрекать? — Но что же мне делать, Гато-сан? Ведь теперь в вашем сердце не осталось места для Рю-куна. Кажется, там поселился кто-то другой. Не отнимайте последнюю радость подразнить вас напоследок, — опустил глаза омега. — Ох, какая же ты лисица, — довольно произнёс Джураи. — Если бы не все эти побочные обстоятельства, то… — Да, всё могло бы сложиться иначе, — подтвердил Рю. Джураи молча любовался им несколько мгновений, Рю же открыто смотрел на него в ответ. Слова не требовались. Он мог попросить его помощи здесь и сейчас. Мог лечь под него и получить такую защиту, что ни Тора, ни его отец не добрались бы до него никогда. Но теперь между ними стоял даже не бывший супруг, а Накамура Казу. И ни Гато-сан, ни Рю не готовы были переступить запретную черту. — Идём, — Джураи наконец прервал молчание и поманил гостя за собой. — Я покажу тебе дивный сад. Сад и правда оказался волшебным, если не райским. Рю даже не подозревал, что в обители Гато-сана имеется огромная стеклянная оранжерея, в которой в прямом смысле раскинулись тропики. Здесь цвели орхидеи и жасмин, в отдельных кадках росли амариллисы и оранжевые стрелиции, которые напоминали маленьких колибри, а с потолка свисали белые цветы плюмерии. Здесь не водилось птиц, зато летали бабочки всех мастей и было так влажно, что загривок Рю под плотной копной волос тут же взмок. — Невероятно, Гато-сан, — восхитился Рю. — Как же вы ухаживаете за подобным Эдемом? — Мои сотрудники занимаются этим, я лишь созерцатель, — ответил альфа, не оборачиваясь, уводя незваного гостя всё дальше. Омега был настолько удивлён и поражён, что даже позабыл об истинной причине визита. Однако стоило им достичь противоположной стороны, как его взору открылось воистину невероятное зрелище. С потолка помимо лиан свисали отдельные лампочки, под которыми стояла невероятных размеров птичья клетка. Золотые прутья тянулись чуть ли не до самого потолка, внутри поместилось внушительное подвесное кресло и гамак, в котором спал юноша. В жёлтом отблеске ламп его кожа и длинные волосы, казалось, были покрыты золотом. Джураи первым вошёл в клетку и склонился над юношей, а затем погладил по мягкой копне светлых волос. — Винсент… Рю услышал столько нежности в голосе, что поначалу не поверил своим ушам. Гато-сан может так звучать? Неужели в нём скрыто столько любви и нежности, которую даже Рю при всей своей проницательности не смог разглядеть? Парнишка заворочался, приоткрыл глаза, чуть улыбнулся и пробормотал что-то вроде «я сплю». Рю осторожно приблизился, заглянул через плечо альфы и только тогда смог хорошенько рассмотреть свой выигрыш. Мальчишка был одет подобно восточной наложнице, одалиске. На худеньких бёдрах едва были различимы полупрозрачные шаровары, нижнее бельё отсутствовало полностью, вместо топа служила причудливая цепочка, которая абсолютно не скрывала грудь и торс. Наоборот, блеск металла лишь подчёркивал розовые ореолы маленьких сосков. Он выглядел столь юным, что поверить в его совершеннолетие было сложно. — Воистину райская пташка, — тихо произнёс Рю, обращаясь к Гато-сану. — Или же сокровище? Винсента можно было сравнить с дивом. Он являл собой существо из мифов или легенд, детских сказок, что рассказывала мама на ночь Рю. Омега был словно соткан из нежнейшей паутины и золотой нити самими богами, а после помещён сюда будто в святилище. Рю не мог описать словами то, что испытывал в тот момент. Благоговейный трепет и низменное смятение крепко держали Сайто-младшего в своих объятиях. Какая-то его часть понимала Гато-сана: иметь подобную диковинку в своей власти, наслаждаться его покорностью и красотой, мочь всецело обладать им — невыносимо сладко. Но то, как мальчишка попал сюда, что именно с ним происходило и через что пришлось пройти — ужасало. Джураи кончиками пальцев коснулся щеки Винсента, что напоминала розовый персик, провёл по контуру пунцовых губ, погладил шею, словно наслаждался им в последний раз, прощался, старался запомнить. После чего взял омегу за подбородок и склонился, чтобы поцеловать. Рю не вмешивался. Часть его понимала и даже разделяла чувства Гато-сана. Мальчишка явно был не просто игрушкой для утех, Джураи воспринимал его иначе и относился по-особому. Даже удивительно, что он решился сделать подобную ставку на гонках. Сам Рю никогда бы… — Он очень плохо спит последние месяцы, поэтому даю сильное снотворное, — поделился альфа. — Не проснётся до завтрашнего утра. — Возможно оно и к лучшему. Не придётся объяснять и смотреть, как он радуется или же огорчается такому исходу. — Ты наверное думаешь, что я… — Не думаю, — перебил его Рю. — И никогда не подумаю плохо о Гато-сане, если он не даст повода. Винсенту с братом нужно вернуться домой, а вам… Возможно стоит быть с тем, кто будет вас понимать. — И кто же для этого подойдёт? — усмехнулся Джураи, оглядываясь на Рю. — Вы уже знаете ответ. Казу стоит тысячи омег. — Говоришь так, словно любишь его. — Разве его невозможно не любить, Гато-сан? Я не смог противостоять, думаете, вы сумеете? — Попробую. Джураи принёс плед, чтобы потеплее укутать омегу. Никакой одежды или ценных вещей не осталось от прошлой жизни Винса. Только паспорт, который Рю пролистал и сразу же убрал в нагрудный карман. Пентхаус он покидал с Винсентом на руках подобно победителю. Он ярко представлял, как Фокс будет рыдать от счастья и целовать его руки в благодарность. Каждый шаг лишь распалял растущее предвкушение, отчего Рю едва держал себя в руках, чтобы не перейти на бег. И он мог бы, Винсент практически ничего не весил, словно пушинка. Внизу преданно ждал Кума. Завидев Рю, он засуетился и открыл заднюю дверь, готовый помочь. Прежде, чем положить Винсента на сидение, Рю гордо продемонстрировал омегу Тэцуо. — Вживую ещё красивее, — отметил он, разглядывая сокровище Гато-сана. — Да, глаз не отвести. Ты бы поразился в каких условиях он содержался, — воодушевлённо ответил Рю. — Даже я такого никогда прежде не встречал…***
Воспоминания о брате всё ещё выбивали его из привычной рутины. Каким бы самодостаточным и уверенным в собственных силах не выглядел Рю, Фокс с самого начала не питал особых надежд на его попытки найти Винса. Если таковые и были, ведь Рю перед ним не отчитывался. Фотокарточка брата напоминала ему только об одном — он приехал сюда не плясать под дудку каких-то богатых японцев. Он должен искать брата, и никто кроме него этого не сделает. Да и не будет пытаться. Появления Рю в доме становились все реже и реже, и для Фокса это означало одно — интерес потерян, и скоро его снова выставят на торги. К нему все еще регулярно заезжал Тэцуо, его большая мягкая жёнушка. Фокс не подавал вида, что отсутствие «хозяина» его как-то беспокоит, но в один из ужинов Тэцуо с чего-то спросил: — Уже решил, что будешь делать после того, как Рю-сан найдёт твоего омегу? «Твой омега» прозвучало для Фокса так, что его передёрнуло. Обычно подобное говорят про возлюбленных, но никак не про братьев. — Если найдет, — скептически произнёс Фокс, затем помедлил и качнул головой, мол «проехали». — Зря так думаешь, он очень напористый, — отметил Кума и отправил сашими из лосося в рот. «Такой преданный медведь, только посмотрите на него!» — мысленно усмехнулся Фокс. — Не сомневаюсь в нём, — не без нотки сарказма парировал Фокс. — И правильно делаешь, — стрела сарказма даже не долетела до Тэцуо. — Звучишь так, будто боготворишь его! — Я уважаю его. И тебе следовало бы, идиот, — серьёзно ответил Тэцуо. — Непременно, — довольно зажмурил глаза Фокс. — Так когда там следующий бой? Нет, о ринге он не грезил. Мэтт продолжал усердно тренироваться, ходил на спарринги и вообще вел себя как послушный мальчик». Между тем в его голове медленно созревал план побега. За общее время заключения у всяких извращенцев он уже не раз пытался сбежать, но теперь ситуация другая. Следят за ним меньше, хотя оповещения о передвижениях по дому приходят тут же Куме на телефон. У него есть дорога до зала со спаррингами. Бдительность Тэцуо постепенно ослабевала. Фокс давал себе больше времени на подготовку, потому что на этот раз нельзя было облажаться, да и такое удачное стечение обстоятельств было бы просто глупо упустить. Главное успеть до того, как Рю вздумает отправить его на перепродажу. Поэтому он и спросил про бой. — Что-то говорили про следующую неделю. Тогда времени не так уж и много. Телефон на первое время Фокс украл в раздевалке. Там же устроил ставки на бои и таким образом обзавелся небольшим количеством налички. Приятно осознавать, что заработок на ставках универсален что в американской армии, что в японском додзё, всех альф легко развести на азарт. «Только Куме не слова, парни» — зоговорщически подмигивал Мэтт. У него в арсенале имелось две попытки побега: по дороге с тренировки или глубокой ночью. Первая провалилась, потому что на тренировку завалился Кума, чтобы отвезти «домой». Фокс по привычке называл место своего содержания домом. Оставался вариант глубокой ночью. В четыре утра даже Куме потребуется чуть больше времени, чтобы проснуться от оповещения об открытии входной двери, которого он точно не ждёт. Сегодня ночью Мэттью Фокс собирался вернуть себе свободу. И именно сегодня как назло его решил посетить Рю. Фокс ненароком подумал, что омега прочёл его мысли и планы. Приехал попрощаться? В окно Фокс наблюдал, как за машиной закрылись ворота. Рю вышел с пассажирского сидения и открыл заднюю дверь, чтобы достать что-то ещё. Человека? Фокс раздражённо фыркнул. А он ведь почти поверил, что Рю умнее тех альф, которые пытались его воспитать. Но нет, тоже похоже подумал использовать тактику «задобри альфу течной омежкой». Мерзость. Сделав пару вдохов, Фокс напомнил себе, что выходить из роли хорошего питомца пока рано, так что не следует отпускать в сторону омеги никаких комментариев или хоть как-то позволить усомниться в своей готовности жить под его крылом и «сражаться под его знаменем». Натягивая вежливую улыбку, Фокс вышел в прихожую, чтобы встретить своего хозяина. — Добрый ве… Запах обрывает дыхание. Один вдох — и никаких сомнений. Аромат свежескошенной травы бьёт ему в солнечное сплетение. У Фокса резко закружилась голова и потемнело в глазах. Нереальность происходящего больше напоминала дурной сон. Сейчас он резко проснётся, как только захочет посмотреть в лицо брату, но стоит ему сделать хоть один шаг — макушка цвета пшеницы растворится, а в руках Рю окажется шарнирная кукла. Но запах… Не обманывает. Ноги Мэттью предательски подкосились, заставляя обессилено опуститься огромного альфу на колени. Он только и мог, что смотреть, как Рю неторопливо приближается к нему гибкой пантерой, наклоняется и бережно вручает свёрток, в котором подобно новорождённому лежит Винсент. Фокс смотрел на брата и не верил. Это был не сон и не игры разума, не галлюцинация воспалённого сознания. Мэтт зарылся носом в мягкие пряди и вдохнул полной грудью, чувствуя, как по телу бежит смесь потрясения, ликования и умиротворения. Весь кошмар, который он переживал долгие месяцы, теперь подошёл к концу. Здесь и сейчас, в одно мгновение. — Спасибо, — выдохнул Мэтт и заставил себя поднять голову, чтобы взглянуть на Рю. — Не знаю, как… Омега с интересом изучал его, даже неким восторгом, ловя каждое движение, каждый вдох Фокса. Кума стоял чуть поодаль, также наблюдая за сценой воссоединения, но Рю… — Не знаешь, как благодарить? — голос Рю звучал по-королевски надменно. Он сделал шаг вперёд и по-хозяйски заключил лицо Мэтта в свои ладони, проникая своим тёмным властным взглядом прямиком в душу. — Ты разве забыл наш уговор? Теперь ты мой, Фокс. И будешь делать всё, что я прикажу. Мэтт тогда впервые осознал, как сильно ошибался. Он недооценил Рю и переоценил себя, за что мог бы дорого заплатить сегодня. Рю сдержал слово, нашёл и привёз потерю, вручив брата прямиком в руки Фокса, тем самым доказав, что его слово имеет вес. Что же теперь остаётся? Только подчиниться. — Да, Рю-сан.
