Bloody armor

      ...страшной тучей рiнулись онi на тотъ край съ востока, мнаго знатныхъ людѣй въ бояхъ пѣрѣбивъ, а сѣлѣнiя их прiдавъ огню. И прiшли къ нiмъ простые люди, и встали подъ их знамѣна, ибо гнѣвъ их былъ страшнѣя отрядовъ помѣстныхъ господъ, а войско въ числѣ их прѣвышало.

(сказания монаха Ованеса о великом разорении Большой Долины)

***

      Тихий треск поленьев заполнял собой тишину одинокого дома, стоявшего посреди бескрайних снежных просторов. Уже не первые сутки погода в этих местах неладилась, а метель за окнами лишь нарастала. Сугробы росли с каждым днём, и немногочисленная прислуга, нанятая здесь для Хвостолома, еле справлялась со своими обязанностями. Теневой рыцарь изнемогал от скуки и уныния, стоявших посреди бесконечного снега. Всё, чем был занят бывший правитель, это бесконечное ожидание вестей, поступавших иногда с большой земли. Письменные грамоты, скопившиеся за годы изгнания, полностью завалили ветхий стол рядом с его спальным местом. Он писал много и часто, но получал такие небольшие ответы, что его злость с каждым новым письмом всё больше выходила наружу.       Его истерзанные шрамами руки жаждали мести, и рыцарь с большим упорством искал себе соратников для совершения оной. Но больше всего, он ждал вестей от нужного человека. И как назло таких приходило ему гораздо меньше, чем любезностей от горе-наёмников, ещё не знавших, что к ним обращался всеми забытый рыцарь без гроша в кармане. Хвостолома даже передёрнуло только от одной мысли о том, что его могут окончательно забыть. Для него, оказаться на обочине больших планов союзников, было хуже смерти... Нет, они не могли этого сделать. Он знал, что ещё был им нужен, а значит у него имелся шанс с триумфом вернуться в разыгранную чужими руками игру.       Последнее письмо, которое он получил из долины, пришло больше двух месяцев назад. И если в то время Хвостолом радовался, что главарь наёмников, силы которого лучше всех показали себя на поле боя два года назад, прибудет в его убежище для обсуждения предстоящих планов, то сейчас он чувствовал переполнявшие его волнение и ужас. «Не забыли... Они не могли забыть... Я им ещё нужен!», – лихорадочно прокручивал он в своей голове одни и те же слова. Стоит ему только получить новую поддержку, как все, кто смотрел тогда на его изгнание свысока, заткнут свои пасти и падут пред его ногами. Так проводил свои дни дважды проклятый в родном доме правитель, лишь временами отрывавший свой уставший взгляд от бумаги и смотревший на холодную чужбину за своим окном. Когда мужчина отложил в сторону ещё несколько пергаментов, исписанных им сразу с нескольких сторон, то краем глаза заметил, как что-то промелькнуло в снежной пурге.       Сначала ему показалось, что это дикий зверь заплутал в такую непогоду, но чем ближе силуэт становился, тем больше он походил на человеческую фигуру. Он бросился из-за стола, всем телом прижавшись к холодному окну. Сердце Хвостолома билось как сумасшедшее, отмеряя каждую секунду с которой тот приближался. Столько месяцев ожидания, и вот, наконец-то они до него дошли!       Но чем ближе силуэт подходил, тем сильнее теневой правитель чувствовал в нём что-то неладное. Сначала он не придал этому большого значения, но с каждой новой минут замечал в нём всё больше странностей. Человек, шедший к нему, был выше чем тот, о котором говорили в письмах. Одет он был явно не по погоде. Тяжёлая броня, которую на таком морозе могла покалечить даже пастушья палка, и никакого намёка на утеплённые стёганки, которые обычно надевали воины в зимние дни. Но что поразило его ещё больше, так тот факт, что всякий снег проходил через него, словно на улице никого и не было.       Человек шёл вперёд совсем не оставляя на снегу следов, которые обычно ещё виднеются, даже в самую большую непогоду. На тёмных побитых доспехах виднелся знак полной луны. Бородатое, покрытое шрамами лицо неизвестного было устремлено в его сторону, и взгляд его был совсем не добрым. Хвостолом не верил своим глазам. В его сторону шёл Клок Кометы. Отступив на несколько шагов, он не заметил, как упёрся в свой собственный стол.       Фигура отца неотвратимо приближалась, и теперь Хвостолом мог рассмотреть её более детально. В нём не было ничего ужасного. Голова не менялась на животную, лицо не искажалось от жутких гримас, которыми духи пугали заплутавших путников. Он выглядел вполне обыкновенным, таким, каким теневой правитель запомнил его перед гибелью. Это пугало мужчину гораздо больше. Бывший правитель почувствовал, как из его ног пропала былая сила, что окончательно исчезла в момент, когда холодная рука Клока Кометы коснулась наружной стороны окна. Могучий воин рухнул наземь, не отрывая своего взгляда от того места, где стояла фигура бывшего правителя Клана Теней.       Взгляд ледяных глаз потрошил его изнутри. Хвостолому хотелось вскочить и унестись из этого места прочь, бросить всё, но хоть на мгновение скрыться от этого взгляда. Но как бы рыцарь не старался, ноги предательски сковывал страх. На мгновение рыцарь закрыл свои глаза, а когда открыл, то заметил, что образ исчез. На мгновение он успокоился, тихо ругая себя и весь мир за «всякую жуть», что лезет в голову от не кончающейся скуки. Стоило ему только чуть приподняться с грязного пола, как что-то со всей силы забарабанило в дверь.       Удары были такими мощными, что казалось, ещё чуть-чуть и последняя и вовсе слетит с петель. Хвостолом хотел было вскричать от ужаса, но из глотки вырывался лишь сдавленный стон. Он лишь с ужасом наблюдал как его единственная защита от того, что находилось снаружи, потихоньку сдавала назад. Когда до ушей рыцаря донёсся громкий хлопок, а лицо обдул свежий морозный воздух, он лишь закрыл своё лицо руками, готовясь к самому худшему.       — Ублюдочное место тебе подобрали для сохранения, — донёсся до него незнакомый голос. — Эй, ты что там, спишь что-ли?!       Не успел теневой рыцарь и слова сказать, как почувствовал, что незваный гость нисколько не церемонясь, ударил его прямо в район солнечного сплетения. Потерянные ранее силы живо вернулись назад. Тихо что-то промычав, Хвостолом, опираясь о стол, осторожно уселся на край деревянного стула, стоявшего рядом. За неизвестным уже закрыли дверь, и рыцарь мог лишь убедиться, что это был один из тех людей, которых он так долго ждал.       — Так-то лучше! — сказал ему наёмник и гнусаво рассмеялся.       — Почему вы шли так долго? — только и смог спросить Хвостолом. — Я...       — Сколько нужно, столько и шли, — спокойно ответил ему тот. — У Босса появились важные дела, он стал их решать.       — А я не важное дело?! — возмутился Хвостолом.       — А я вижу ты за время нашего отсутствия корону-то отрастил, — с этими словами, наёмник вдруг схватил рыцаря за бороду и со всей силы потянул того на себя. — Запомни, неженка, в этих краях командуем мы. Если не хочешь сдохнуть от голода и получать жалование, сиди на заднице и слушай, что тебе говорят. Свои «права» будешь доказывать на Родине, усёк?!       Хвостолом коротко кивнул, и лишь тогда наёмник отпустил его и позволил вернуться в прежнее положение.       — Босс скоро придёт, — только и произнёс наёмник, покинув пределы дома также быстро и неожиданно, как и вошёл.       Хвостолом прибывал в одиночестве недолго. Уже через несколько минут дверь вновь отворилась. В помещение вошёл невысокий человек, чья голова была покрыта чёрным балахоном, заметённым свежим снегом. Когда он снял его, то Хвостолом увидел перед собой молодого человека лет двадцати, с худым бритым лицом и усталыми голубыми глазами. Рыцарь ещё не встречал его лично от чего и ожидания, которыми он жил так долго, оказались обманчивы. Впрочем, чувствовалось в этом человеке что-то опасное, чего ему ещё не приходилось чувствовать даже в бою с самыми опасными рыцарями долины.       — Оставьте нас! — крикнул он своим прислугам, и те живо принялись выполнять его приказание.       Дождавшись, когда помещение опустеет, глава наёмников начал их разговор.       — Вижу, что Костяк уже успел расставить точки там, где это больше всего нужно, — спокойно произнёс молодой человек, усевшись на ближайший свободный стул. — Не придавай значение его раздражительности, мы только с дороги. Компания прошла слегка не по плану, пришлось срочно корректировать свои планы.       — Спасибо и на этом, Бич. Так ведь тебя кличат? — сказал Хвостолом, стараясь сразу перейти к делу.       — Да, — кивнул ему тот. — Твой друг стал писать реже обычного. Если бы не его последнее письмо, я бы крепко задумался о том, на что вообще уходят деньги, которые мы тратим на эту хижину.       — Он залёг на дно после всего, что произошло два года назад. Даже лишняя писанина может привлечь чужое внимание. Поэтому наш план было поручено излагать мне, и если бы ты пришёл бы в те сроки, которые указывал...       — Я прихожу тогда, когда считаю нужным, — бесцеремонно перебил его Бич. — Вы обещали мне маленькую победоносную компанию, а заставили влезть в кровавую бойню из которой мои люди извлекли минимум. И я говорю не только о твоей войне. Хотите, чтобы я продолжал вам помогать, то ждите, когда мои люди восполнят издержки.       — Тогда зачем ты вообще продолжаешь во всём этом участвовать?! — воскликнул бывший правитель.       — Это не твоё дело. Да и скажи мне, Хвостолом, если сейчас я выпущу тебе кишки, как быстро твой товарищ найдёт тебе замену? — спросил его в ответ Бич.       — Я нужен ему! — заявил вдруг рыцарь, почувствовав невероятную уверенность в собственных словах.       — Действительно, — издевательски улыбнулся ему наёмник. — На расстоянии от тебя гораздо больше пользы.       Хвостолом ничего ему не ответил.       — Что вы решили? — продолжил Бич.       — Мы собираем людей для новой компании. При всём мирном благополучии он ожидает нового витка напряжённости меж кланами в ближайшее время, а значит у нас будет возможность сыграть на общей усталости. В этот момент и появимся мы, но на сей раз, удар должен нанестись по всем кланам единовременно!       — Хочешь сказать, что вы хотите повторить прошлый опыт, но в больших масштабах? — спросил наёмник и тяжело вздохнув, добавив. — С какими же...       — В тот раз удар наносился только по степнякам, самим сбродом мы отвлекали грозовых рыцарей, — возразил ему Хвостолом. — Этим же сбродом мы отвлечём их и в этот раз. Твои же отряды показали лучший результат и именно они должны будут нанести основной удар. До меня уже доходили весьма правдивые слухи о вашей деятельности за пределаии Долины Лесов! Стоит тебе только прийти туда с основными силами, все наши враги будут сокрушены!       — Говорить о вводе основных пока рано, — отрицательно закачал головой он. — Многие мои командиры ещё не вернулись из тех регионов, в которые я отправил их ранее. Общий сбор займёт весьма продолжительное время. Да и так сразу класть своих людей в новых битвах без понимания силы врага... Предпочту ограничиться разведкой боем, на первое время я вышлю лишь ограниченное число бойцов.       — Пусть так... — скрепя зубами, произнёс теневой рыцарь. — Мы выступаем...       — Я дам знать, когда вернусь назад, — вновь перебил его глава наёмников, встав со своего места и направившись к выходу.       — Но...       — В южных землях сейчас неспокойно, местные крестьяне подняли большую войну против своих хозяев. Земли там богатые, а зимы приходят редко, мои ребята не прочь перезимовать там. Хочу пополнить ряды за счёт местных и восполнить потраченные ресурсы. Если вам что-то не нравится – найдите для себя другое войско.       — И когда ты вернёшься? — спросил у него Хвостолом.       На мгновение наёмник задумался. Несколько секунд он лишь молчаливо смотрел в одну точку что-то серьёзно обдумывая, после чего вдруг обернулся и произнёс.       — Ждите меня весной...

***

      Мягкие снежные хлопья привычно падали с неба, медленно опускаясь на землю. Белое покрывало продолжало расти на глазах, иногда мешая сделать даже самый простой шаг, но она продолжала идти. Хотя иногда её замёрзшие ноги по колено проваливались в здешние сугробы, живая ноша, укутанная во всё, что только было под рукой. Дитя вздрагивало от стоявшего на улице холода, и это прибавляло ей решимости. Всё говорило том, что из-за шедшего всю ночь снегопада они окончательно сбились с нужной дороги и теперь петляли неизвестно где.       Девушка ещё раз беспомощно огляделась. Хотя снегопад ещё не закутал собой горизонт, разглядеть хоть что-то вдалеке было непросто. Сердце надеялось увидеть хотя бы лёгкий, небольшой огонь, что мог исходить от человеческого жилья. Они прошли слишком большой и тяжёлый путь, чтобы просто так сгинуть среди чужих заснеженных земель. Сердце говорило о том, что стоит только пройти через эти места, как начнутся земли в которых прошли первые годы её детства, а за ним родное селение... Может быть и человек, что ждал её там все эти шесть долгих лет. Нужно было лишь перетерпеть и все труды, все переживания и страхи вынесенные этой дорогой окупятся в полной мере.       — Ещё немного, сыночек, — прошептала она, закутанному в тряпьё, ребёнку. — Нужно только чуть потерпеть...       Все эти годы она жила мыслями о родном крае. Каждый день в иноземных краях в её голове оживали те образы, что заставляли её продолжать жить. Зелёные луга, могучие леса, неширокая, но быстрая река и дома, в которых велась обыденная жизнь. Может быть и не самая богатая, да, простая, но та, что была близка её юному сердцу. Сколько раз говорили ей, что вряд-ли всё это могло восстановиться. Слишком много было подобных мест, что предались мечу и более никогда не восстанавливались в прежнем виде. Но она верила, мысленно возвращаясь в свой родной дом, валясь на землю после очередного дня тяжёлых работ.       Ждал ли их там хоть кто-то? Этого она не знала. Мать с младшими погибли. Отец пропал. Но в день, когда их дом сгинул в огне налётчиков, она видела гибель не каждого члена своей семьи. Какое-то время они с младшим братом вместе находились в плену, но судьба быстро их разделила, а где находился старший мог знать только Бог. Ей хотелось верить, что ему удалось уйти, переплыть реку и благополучно осесть где-то вдалеке от всего этого ужаса, но каждый раз, когда в их бараки приводили новых работников, она с ужасом вглядывалась в лица каждого новоприбывшего, боясь увидеть в них знакомые черты.       Так она шла ещё некоторое время. Иногда девушка останавливалась, внимательно оглядывая снежные просторы. Наконец, что-то невидимое услышало её внутренние мольбы. Где-то вдалеке показался яркий свет, пробивавшийся сквозь хлопья снега. Ускорив свой шаг, она побежала вперёд. Не обращая внимание на сугробы и усталость, она шла на этот манящий свет, что мог вдохнуть в них новую жизнь. Огонь, горевший среди снегов, оказался костром. Это заставило её ускориться, но стоило девушке только до него добраться, как совсем рядом послышался противный голос.       — Девушка, вы куды в такую непогоду?       Она вдруг остановилась. Тепло, исходившее от костра, вдруг испарилось, когда на её глаза попалась оборванная мужская фигура, державшая в руках кистень.       — Я... я... — не находила слов она.       — Заблудились? Не мудрено, здесь нынче непогода, — улыбнулся ей мужчина, обнажив ряд противных жёлтых зубов.       Девушка попыталась отступить, но по бокам уже замелькали новые фигуры.       — А что такая красавица делает здесь посреди снегов?       — Я просто заблудилась... — испуганно пролепетала она.       — Не холодно ли тебе девица?! Не холодно ли тебе красная?! — издевательски произнёс один из бандитов.       — Нам вот без вашего внимания, жуть, как холодно! — поддержал его второй.       Поляна разразилась жутким смехом, от которого внутри неё всё упало.       — Позвольте мне уйти, — понадеялась она на милость этих людей, но, судя по всему, это только сильнее их рассмешило.       — Как же мы вас отпустим в такую непогоду? В такой снегопад даже плохой хозяин собаку не отпустит! Оставайтесь с нами, погрейтесь, позвольте вами...       В голове мигом всплыли жуткие образы. Тёмная ночь. Барский дом и пьяный в стельку хозяин.       — Нет! — вскричала она, резко рванув в сторону.       Судя по всему разбойники не ожидали от неё такой прыти. Несколько секунд они глуповато глядели ей вслед. Громко крича, они ринулись в погоню. Она спотыкалась о снег, падала наземь, но продолжала бежать. Мысли о доме придавали ей новые силы. Всё не могло повториться... Не могло закончиться таким образом.       Но как бы она не старалась. С каждым новым шагом её преследователи становились ближе. В какой-то момент она почувствовала, как чья-то тяжёлая рука ухватила её за одежду, заставив вновь упасть в снег. Когда голоса стали ближе, она уже приготовилась к самому худшему, прижав сына поближе к своей груди. «Прости... прости... я так тебя подвела...», – мысленно произнесла она.       Громкий топот лошадиных копыт врезался в шум этих голосов. Издевательский смех бандитов сменился на удары мечом. Девушка не поднимала своей головы из снега, лишь слушая, как рядом шёл бой. Судя по всему разбойники пытались отбиваться, но их вялые попытки отбиться быстро прерывались предсмертными криками. Через несколько минут всё было кончено, но она боялась поднять своей головы. Страх сковал её тело. Она так и пролежала бы в снегу, боясь сделать хоть какое-то движение, пока рядом не послышался другой голос.       — Вы в безопасности, эти люди больше не принесут вам зла.       Слегка приподняв свою голову, она увидела перед собой молодого человека, примерно её возраста. Его одеяния сильно отличались от тех, которые она видела за шесть лет жизни в чужих краях. Под красным кожаным доспехом с яркой эмблемой молнией виднелась утеплённая рубаха. Его голова не была закрыта шлемом, взгляд зелёных глаз был серьёзен, но в той же мере, удивительно тёплым. Что-то в его лице показалось девушке знакомым. Будто бы она уже видела его, однако, не сразу могла вспомнить где. Особенно били по её памяти короткие непослушные рыжие волосы.       — Прошу, поднимитесь, — также спокойно сказал он, протянув ей свою руку.       — Спасибо вам... — сказала она, приняв его руку и вновь поднявшись на ноги. — Вы спасли нас...       — Не стоит благодарности, — сказал ей воин. — Это мой долг, как рыцаря Грозового Клана!