От щенка до волкодава

      Стояло тёплое июньское утро. На реке Быстрый проток, под палящим солнцем, уже как пару часов тихо мирно сидели рыбаки. На правом берегу не было ничего, лишь равнина и несколько кустовых деревьев; на левом же расстилался густой лес. От реки до трассы было чуть больше четырёх с половиной километров, а потому звуков оживлённого шоссе слышно не было.       Вниз по течению, в стороне от берега, на пустыре, хаотично стояли различные машины: от стареньких советских до современных импортных – в общем счёте их уже было около сорока штук. Рядом с ними стояли толпы людей. Некоторые мужчины ходили с собаками на поводках, те же в свою очередь спокойно гуляли рядом, оглядываясь по сторонам, и лишь иногда как быки роя землю с мелкой травой то передними, то задними лапами.       Отсюда до ближайшего населённого пункта было почти три километра и к нему вела одна единственная просёлочная дорога, по которой и сейчас продолжали прибывать автомобили. Из-за холма появился серый внедорожник с прицепом, а за ним ещё два с такими же. Из открытых окон громко играла музыка, кажется, будто от басов содрогалась земля. За рулём серого автомобиля сидел лысый мужчина с густой, ухоженной бородой и усами. Его глаза скрывалиcь за тёмными очками, но даже так можно было почувствовать всю его невозмутимость. Он пальцами барабанил по рулю и покачивал головой в такт музыке, иногда поглядывая в зеркала.       На задних сидениях красовались две среднеазиатские овчарки. Высунув головы наружу, они наслаждались свежим лёгким ветерком, приятно обдувавшим в столь жаркий день.       – Б-али-ин! – беззвучно выругался мужчина и тут же, убавив музыку, набрал на панели автомобиля знакомый номер – последовали гудки.       – Да, Аслан? – раздалось из динамиков.       – Слышь, Дармен, а вы уже на месте?       – Не, мы ещё в городе. А что случилось?       – Да, мужики меня сбили своими железяками, и я про овощи с фруктами забыл. Вы можете заехать купить?       – Да, без проблем.       – Ну всё, давай тогда, – мужчина завершил вызов и вновь включил музыку.       Дармен приехал на место спустя два часа, и с ним же приехал Эдуард. К этому моменту людей и машин стало ещё больше. Кто-то ставил палатки и обустраивал себе место, кто-то просто общался и разглядывал собак, а кто-то и вовсе убежал купаться (в основном это были дети). Дармен подъехал к своим и вышел из автомобиля, после чего, крепко взявшись за поводки, выпустил Гектора и Кали. Поскольку в одиночку удержать двух больших сильных собак было тяжело, на помощь подоспел Эдуард и забрал у друга поводок с Кали. Это уже были не те милые щеночки, которых Дармен забрал из питомника, это были настоящие взрослые бойцовские псы, уверенные в себе и своих силах. Прошёл почти год с тех пор, как Дармен начал выставлять их на городских и областных собачьих боях и зарабатывать небольшие деньги. Теперь же пришло время их дебюта и на Всероссийском чемпионате.       Было всего три вида собачьих боёв: обычный, турнир и Всероссийский чемпионат. Обычные бои проходили раздельно в каждом городе или селе каждую неделю на одном и том же обустроенном месте. Зачастую это было что-то вроде тренировок для собак, на которых они показывали свои боевые навыки в схватках с другими домашними животными, но иногда ставили и собак против друг друга. Судей как таковых не было, а выигрыши за подобные бои были совсем небольшими, до десяти тысяч рублей. Народу обычно собиралось не более тридцати человек, а в деревнях и сёлах и того меньше. Турниры имели масштаб областных соревнований и проходили один раз в три месяца в том месте, которое выбирали организаторы. Здесь уже натренированные собаки дрались друг с другом и получали какие-либо призовые места. Выигрыш турниров был ненамного больше обычных боёв, но мог доходить и до тридцати тысяч. Кроме того, собакам присваивались официальные звания чемпионов, что давало их хозяевам возможность записаться на Всероссийский чемпионат в первую очередь и поставить своих собак против других таких же победителей. Турниры обычно собирали около сотни человек, может, чуть больше. На бои отводилось максимум три дня, за это время все желающие успевали сразиться друг с другом. На то, чтобы показать себя давалась лишь одна попытка. Разумеется, в турнирах были и свои строгие правила, которые участники обязаны были соблюдать, в противном же случае их признавали проигравшими и выгоняли.       Всероссийский же чемпионат был похож на турнир, только имел ещё больший масштаб мероприятия и проводился один раз в год. Организаторы каждый год выбирали город, в котором пройдёт чемпионат и созывали туда желающих со всей страны. Всероссийский чемпионат считался самым знаменательным событием в мире собаководов. На него отводилась целая неделя, а развлечения не ограничивались одними собачьими боями: люди заводили новые знакомства, общались, веселились, распевали песни у костров, открывали свои торговые палатки и многое другое, на что только хватало фантазии. В целом, Всероссийский чемпионат можно было назвать массовым отдыхом на природе. Конечно, мало кто из женщин соглашался ехать туда со своим мужчиной, а уж тем более отправлять туда ребёнка, ведь несмотря на всю красочность данного мероприятия, они понимали, что по факту это собачьи бои, в которых в любом случае страдают животные. И всё же, находились и те, кто действительно привозил с собой всю семью.       Аслан увидел только что приехавших друзей в сопровождении собак и восхищённо произнёс:       – Машаллах!       Он подошёл ближе и сел на корточки перед Кали.       – Ну что за очаровательная особа! Безумно рад встречи, Кали!       Мужчина, словно на балу, аккуратно подал руку собаке, та недолго думая положила поверх неё свою лапу. Кали всегда была рада вниманию к своей персоне, а потому, как бы она не старалась скрыть эту радость за маской гордости и высокомерия, хвост всё равно предательски задёргался из стороны в сторону, хотя и едва заметно. Остальные мужчины компании тоже обернулись к только что прибывшим и поздоровались. Дармен не знал этих мужчин лично, но понимал, если они с Асланом, значит им можно доверять.       Гектор тоже не остался без внимания, и хотя руки ему не подали, по голове всё же погладили. Да и самому Гектору было не до приветствий: пёс оглядывался по сторонам и, периодически фыркая, издавал недовольные звуки. Такое большое количество незнакомых людей и собак вызывало у него беспокойство. Однако через пару часов он полностью расслабился и перестал обращать внимание на происходящее вокруг, лежа вместе с Кали в открытом багажнике внедорожника. Отвязывать своих питомцев от машин не стал ни Дармен, ни Аслан, поскольку это было небезопасно. И хотя собаки не кинулись бы тут же друг на друга, создавать лишнее напряжение между ними не хотел никто, а потому хозяева позаботились, чтобы кане-корсо и алабаи не видели друг друга. Дармен познакомился с теми, кого ещё не знал и с радостью выпил с ними за это, а после мужчины начали обустраивать себе место для отдыха, что-то бурно друг с другом обсуждая и смеясь.       Неожиданно к ним подошёл один мальчик, на вид ему было лет четырнадцать, и весело крикнул:       – Внимание! Вас снимает не скрытая камера!       Паренёк держал в руках телефон и записывал происходящее на видео.       – Что ты делаешь? – с подозрением спросил Дармен и двинулся на мальчонку – тот немного попятился.       – Расслабься, Дармен. Это наш местный видеоблогер. Снимает ролики про собачьи бои и выкладывает на ютуб. Разумеется, всё в рамках закона, – вмешался Аслан.       – Так, вы его знаете?       – Мы и ещё восемьдесят три тысячи человек, – тепло ответил Эдуард.       – Ничего себе, подписчики твои? – казах указал головой на Аслана и Эдуарда.       – Да.       – Ну, молодец. Вот тогда тебе, на шоколадку, – Дармен достал из кармана шорт свернутую купюру и протянул парню, после чего потеребил того по голове.       – Спасибо большое! А можно собачек поснимать?       – Да, снимай сколько влезет.       К этому моменту по кругу, оставив в центре поля свободное место, уже открылись торговые палатки, и компания направилась к ним. В основном продавали еду и напитки, но были и те, кто выставлял на продажу самодельные украшения и статуэтки, какие-то необходимые вещи для собак: в основном это были прочные шлейки для больших собак, расписные кожаные ошейники, вязаные шарфики – на некоторых из них даже были вышиты клички чемпионов или географические названия тех мест, из которых товар был привезён. Кто-то даже не упустил шанса прорекламировать свой кинологический клуб, выкладывая на прилавок атрибутику с его названием и эмблемой. В центре всего этого рынка организаторы занимались установкой необходимой аппаратуры, сцены и самого загона для боёв. Вечером должно было пройти открытие чемпионата, и многие люди из близлежащих деревень и сёл приезжали, чтобы на него посмотреть. Некоторые из них потом ещё несколько дней возвращались, чтобы посмотреть и сами бои, испытывая свою удачу на ставках.       Пока Аслан отвлекался на принадлежности для собак, Дармен тем временем заметил палатку с вяленым домашним мясом и не смог пройти мимо. Прикупив себе пару палок вяленой конины, он вернулся к машине, где остались присматривать за собаками Эдуард и ещё парочка знакомых мужчин. Вернувшись, Дармен тут же отрезал пару приличных кусочков мяса и угостил Гектора с Кали, после чего отрезал ещё пару таких же кусочков и подошёл к Теймуру и Айле.       – Тс-с, берите, пока Аслан не видит.       Дармен протянул собакам угощение – те с радостью его приняли, аккуратно взяв его из рук.       – Я всё вижу!       Неожиданно вернулся Аслан. В руках он нёс только что купленные широкие ошейники. Они были украшены неострыми серебряными шипами, а в центре красовались металлические эмблемы с выжженным рисунком алабая и кличкой собаки на английском языке.       – Глядите, что нашёл, – Аслан показал новенькие ошейники. – Там и с твоими есть, – он обратился к Дармену.       – Это откуда такая красота?       – Местный мужик сам делает. Сделал шесть штук со своими любимчиками.       – Так, ты приведи его к нам. Пообщаемся.       Вечером же, когда уже все желающие добрались до места сбора, организаторы наконец-то могли начать открытие чемпионата. Из больших колонок заиграла музыка, привлекая внимание отдыхающих к небольшой сцене, освещённой прожекторами. На неё вышел заводной мужчина средних лет, пританцовывая под музыку. Позади него стояла невзрачная постройка в виде собачьей головы. Все палатки и машины были расставлены полукругом, на достаточном расстоянии от центра, и потому каждый присутствующий мог посмотреть на сцену и не переживать, что кто-нибудь ему загородит обзор. Мальчишка, который подходил к компании Дармена тут же достал свой телефон и вновь начал вести съёмку, ему хотелось запечатлеть всё до мелочей, и он ужасно боялся упустить что-нибудь важное и интересное.       – Дамы и господа, я рад приветствовать всех вас в городе Волгоград! – начал ведущий – люди зааплодировали. – Вернее, не совсем в городе, а, скорее, в его окрестностях. Все мы сегодня собрались здесь для того, чтобы незабываемо провести следующие семь дней и стать свидетелями появления новых Всероссийских чемпионов по собачьим боям. Сегодня вы можете есть, пить, гулять и развлекаться, но завтра… Завтра начнётся тяжёлая рабочая неделя: шестнадцать собак на протяжении пяти дней будут драться друг с другом за звание чемпиона России, а мы с вами должны будем на это посмотреть. С расписанием боёв вы всегда можете ознакомиться у стенда, – ведущий указал в сторону от сцены. – В первый и второй день у нас дерутся по одной паре собак, в последующие три – по две. Напоминаю, что начало в десять. Теперь же, я более не смею отнимать у вас драгоценное время на свои разглагольства. Наслаждайтесь нашей чудесной атмосферой, а я объявляю Всероссийский чемпионат по собачьим боям открытым!       Ведущий сделал пару быстрых шагов назад и, незаметно зажёгши спичку, поднёс её к невзрачной постройке. Металлический каркас моментально загорелся как бенгальские огни, и только теперь во всей красе можно было увидеть голову добермана, яростно раскрывшего пасть. Следом полетели разноцветные фейерверки. И хотя на ещё более-менее светлом небе они выглядели не так красочно, как хотелось бы, толпа всё равно радостно зааплодировала, выкрикивая одобрения, музыка заиграла ещё громче, и началось полное веселье.       Дармен подошёл к стенду и взял одну из брошюр, после чего вернулся к товарищам. Они сидели вокруг мангала на складных тканевых стульях и, выпивая, рассказывали друг другу постыдные истории. Тут же стоял металлический складной столик, заполненный различными тарелками с едой и ёмкостями с соусами. Аслан, как настоящий кавказский мужчина, взял на себя всю ответственность за приготовление шашлыка и старался никого к нему не подпускать. Он заранее замариновал баранину дома, планируя при встрече угостить друзей своим фирменным сочным шашлыком. Собаки лежали на траве, недалеко от мангала, и скучающе смотрели на происходящее, лишь иногда жадно облизываясь или поворачивая уши на какие-либо звуки, доносившиеся со стороны других отдалённых компаний.       Дармен затолкал в рот пару чесночных сухарей и, сев рядом с Эдуардом, стал читать расписание.       – Что интересного пишут? – спросил Аслан.       – Пишут, что мои дерутся в первый и третий дни.       – Неплохо. Дай-ка посмотреть.       Аслан забрал у друга брошюру и, внимательно её изучив, сказал:       – Так-так… О! А мои – во второй и четвёртый, – Аслан немного помолчал, а затем добавил. – Странно. Почему только шестнадцать собак? Заявок же было восемнадцать, если я не ошибаюсь.       – Было, – ответил Эдуард. – Миша, который из Казани, ещё должен был приехать, но у его соперника собаку украли. Такой мощный аргентинский дог был! Пока не нашли, насколько мне известно. Думаю, что уже и не найдут, времени много прошло.       – Сколько? – спросил один из мужчин.       – Месяца два точно. Её либо продали давно, либо где-то подпольно на неё ставки делают.       – Надо было чипировать собаку, и проблем бы не было, – сказал другой мужчина.       – Толку от этих чипов? Они ж не показывают геолокацию собаки, – ответил Аслан.       – А что Миша говорит? Как собак-то украли? – спросил Дармен.       Эдуард пожал плечами и ответил:       – Говорит, что на трассе поджидали. Остановили и по голове ударили. А дальше он очнулся, а собак нет.       – Шакалы! – выругался Аслан.       Остаток вечера прошёл за увлечёнными разговорами. Основную музыку организаторы выключили в одиннадцать часов, и больше половины костров тут же погасла – люди начали расходиться по палаткам; примерно через час горящих костров стало ещё меньше; и лишь несколько тусклых огоньков продолжали гореть до самого рассвета.

***

      Утро началось сумбурно. Отдыхающим не терпелось увидеть поединок первых двух чемпионов, однако прежде, чем его начать, судьям и организаторам нужно было убедиться, что все правила участниками соблюдены. Противником Гектора оказался более-менее опытный боец, ротвейлер по кличке Задира, принимающий участие во Всероссийском чемпионате уже второй раз. Обе собаки стояли на весах, под присмотром своих хозяев, после чего обеим измерили рост.       Вокруг бегал тот самый парнишка с телефоном, рассказывая на видео важную информацию об участниках. Какую-то её часть он узнал ещё вчера, расспрашивая хозяев собак об интересующих его фактах.       – Мы находимся недалеко от города Волгоград, на Всероссийском чемпионате по собачьим боям. День первый. Сегодня дерётся Гектор. Это его первое участие в чемпионате. Посмотрите, какой красавец! Шестьдесят девять сантиметров в холке, – парень снимал кане-корсо со всех сторон, стараясь не мешать подготовке. – Весы показывают… пятьдесят килограммов. Мне рассказали, что его отец – Викинг. Сам я его не знаю, но, может, кто-нибудь из вас о таком слышал. Говорят, он был хорош.       – Ну-ка, пропусти! – торопливо сказал один из проверяющих.       Мальчик сделал несколько шагов в сторону, пропуская мужчину с ведром воды, и продолжил:       – Вторым участником сегодня будет Задира. Он вон там, – парень повернул телефон куда-то в сторону. Собак сейчас будут мыть. Постараюсь подойти поближе. Мальчонка стал протискиваться сквозь толпу, подбираясь ближе к Задире и его хозяину. Когда же измерение роста и веса собак закончилось, Дармена и Виталия попросили обменяться друг с другом собаками. Во-первых, это было нужно для того, чтобы проверить животных на самообладание: если бы какая-либо из собак проявила агрессию по отношению к держащему её человеку, то она автоматически была бы признана проигравшей, и бой считался бы окоченным, не успев начаться. Собаки с излишней агрессией не могли быть допущены до арены, поскольку тогда бы существовала вероятность того, что в процессе боя она кинется на присутствующего в вольере судью или хозяина второй собаки.       Во-вторых, хозяева обменивались собаками ещё и для того, чтобы их помыть. Каждому участнику давали ведро с тёплой водой и губку. Таким образом участники проверялись на честность. В подпольных собачьих боях до неё зачастую никому не было дела, а потому хозяева собак вполне могли позволить себе пойти на хитрости ради победы: например, обтирать собак ядом или другими запрещёнными жидкостями, чтобы противник не мог как следует укусить. Кроме того, хозяин мог вставить своей собаке стальные зубы-наконечники. Другие же могли давать собаке противника какие-либо возбуждающие или притупляющие вещества, а иногда и вовсе засовывали в её нос или уши мелкие предметы, чтобы собака чувствовала себя максимально некомфортно с большей вероятностью проиграла. Однако, несмотря на безразличие со стороны судей, если кто-то из участников на подобном попадался, доверие к нему моментально пропадало, и попросту никто больше не вставал против него, тем самым лишая лжеца возможности заработать.       Когда же с помывкой собак наконец было покончено, они вернулись к своим хозяевам и пришло время выводить их на арену. Она представляла собой большой круглый загон, диаметром в двадцать пять метров. Народ уже собрался вокруг металлической сетки загона, и тогда судья ещё раз всем напомнил, что это их последний шанс сделать ставки, а также объяснил правила поединка. Собакам предстояло сражаться три раунда, перерывы между которыми составляли по два часа.       По команде, хозяева отцепили собак, но те не бросились друг на друга сразу. Они лишь медленно, но уверенно начали сближаться, скалив зубы. Когда же расстояние между ними стало совсем небольшим, ротвейлер бросился на кане-корсо, но тот моментально отпрыгнул, после чего напал сам. Гектор перекинул передние лапы через холку Задиры и ухватился зубами за его ухо, стараясь доминировать над соперником. Ротвейлер быстро освободился, и собаки, поднимая пыль, стали кружиться, в попытке ухватить друг друга, и когда же у них это получалось, они могли так стоять по несколько секунд, занимая доминирующее положение.       Первый раунд длился больше часа, и нельзя было сказать, что за это время произошло что-то особенное. Собаки продолжали кидаться друг на друга, застывать в одном и том же положении по несколько минут и кататься по земле, уже начавшей окрашиваться в красный цвет. В определённый момент Задира начал скулить и, поджимая хвост, убегать от Гектора – раунд закончился поражением ротвейлера. Далее собак вывели из загона и дали им два часа на отдых. За это время ветеринары должны были оказать животным необходимую помощь и подготовить их ко второму раунду.       Эдуард вместе с Дарменом смыл с Гектора всю кровь, после чего осмотрел того на наличие серьёзных увечий. После первого боя на теле кане-корсо практически не осталось ран, была лишь одна единственная царапина на передней лапе. Больше всего пострадали именно морда и шея, так как были основными целями при нападениях.       Второй раунд закончился даже быстрее первого, Задира сделал несколько неудачных попыток атаки, но каждая из них заканчивалась тем, что ротвейлер оказывался снизу. Не имея возможности как следует встать и дать отпор сопернику, Задира всё же смирился с поражением и, скуля и не сопротивляясь, остался лежать под напором Гектора.       В данном случае, третий раунд ничего не решал, а потому поединок между кане-корсо и ротвейлером считался оконченным. Гектор победил в двух раундах подряд и заслуженно получил чемпиона России по собачьим боям.       С Кали же всё вышло не так однозначно. Её соперником оказался четырёхлетний аргентинский дог, который с лёгкостью одолел кане-корсо в первом раунде, но та смогла реабилитироваться в дальнейших двух, хоть и с большим трудом.

***

      К моменту награждения в лагере осталось меньше половины людей: лишь победители и их хорошие друзья и знакомые. Остальным же участникам не было смысла оставаться, для них уже всё было закончено, а смотреть на то, как награждают других, не хотелось никому.       Помимо денег от соперника, Дармен также получил пятьдесят тысяч рублей от организаторов чемпионата, грамоту для Гектора и золотую медаль.       Домой Дармен вернулся только к сумеркам. Только он вышел из машины, и подошёл к воротам, чтобы открыть их, как вдруг Гектор и Кали залились яростным лаем. А дальше… Удар по голове – перед глазами у Дармена всё потемнело, и он потерял сознание.