Последствия

Чёрной гуашью покрывались

два обездвиженных силуэта:

один повыше, другой пониже.

Они шли по парку, держа в руках сахарную вату,

разукрашенную розово-фиолетовыми линиями.

Но обстоятельства

невозможно ничем подсластить.

Особенно, если вата уже

не лезет в горло.

Рисунок № 12

      Понедельник начался с того, что Андрей не пришел в назначенное время на репетицию. Пока Илья протирал старые барабаны от пыли, стоящие в студии словно вечность, Матвей ходил кругами в попытках дозвониться до Калинина.       Малышев вздыхал, когда Матвей матерился так, что слова отлетали со стен приглушенным эхом. Соколовский искусал все пальцы в попытках сохранять спокойствие.        — Может он попозже подтянется? – старался успокоить Илья. – Пробки там, все дела..       — Пробки уже час? Не смеши.       — Я не знаю...       Матвей отложил телефон на подоконник и посмотрел в окно. Палящее солнце грело стекло, от этого оно неприятно трескалось. Не было ни штор, ни жалюзи, и Илья неловко жмурился, когда луч солнца попадал ему на лицо.       А Матвею было всё равно. Он просто стоял и не двигался, хотя солнце обжигало не хуже пламени костра.       — Может позвонить его маме?       — А номер я где достану?       — У меня есть, – спокойно ответил Илья, открывая контакты.       — Даже не хочу знать, откуда, – усмехнулся Матвей, набирая нужную комбинацию цифр.       Малышев пожал плечами.       — Как-то Андрей просил помочь. Встретить её с тяжелыми сумками на вокзале. Сам он не мог почему-то.       — Не верю, что мы это делаем. Взрослый лоб, а звоним его мамочке, – удивился Матвей, прислоняя трубку к уху.       Соколовский ждал ответа по ту сторону, продолжая расхаживать от окна до двери и обратно. Прозвучал женский голос.       — Алло?       — Здравствуйте! Это я, Матвей Соколовский. Друг Андрея. Знаете меня? У нас такая ситуация. Вы не знаете, куда пропал Андрей? У нас тут репетиция намечалась, но он..       Матвей резко замолчал внимательно, слушая собеседницу. Нервно вздохнув, он сглотнул, а потом ещё вздохнул.       — В армии? Это шутка какая-то? Как он мог уйти за неделю?       Илья взглянул на Матвея круглыми глазами, ничего не понимая. Барабанные палочки упали на линолеум и Малышев в растерянности их поднял. Поблагодарив женщину и попрощавшись, он сбросил звонок и кинул телефон прямо в стену.       — Блять. Почему?       Выдохнув, Соколовский поднял телефон с пола и удивился, что он даже не поцарапался. Не говоря уже о разбитом экране.       «Живучий, зараза»       — Калинин, как обычно, – уже более спокойно ответил Соколовский, сдувая несущественную пыль с дисплея. – Вот никогда ничего не скажет по нормальному! Ненавижу. Что ему сказал этот Липин? Вот что? Уходи в армию? Они рехнулись там?       — Вообще Андрюха что-то говорил, но отмахивался. Сказал, что откосит. Может прижали..       — В самый ответственный момент, вот понимаешь? Мы взяли итак отсрочку ещё на неделю. Чтобы поразмыслить. Уже собирались ехать и соглашаться. Армия ему.. Что делать теперь?       Илья пожал плечами, отложив барабанные палочки и вставая.       — Едем к Липину и объясняем ситуацию. Послушаем, что он скажет.

***

      — Как вы тут поживаете? – Вероника разорвала объятия с сестрой. – Ты похудела ещё сильнее?       — Тебе кажется.       — Ну, ладно. Но щёки впали знатно.       Инна слабо улыбнулась. Вероника взглянула на фургончик с сахарной ватой, который она облюбовала в ожидании. Махнув головой, она потянула Инну за собой.       «Вероника не изменяет традициям»       Девушки подошли к фургону. Взяв по порции, отправились гулять по парку. День жаркий, а народу от этого не остановилось меньше. Кто-то гулял также, как они, ходя околесицей, кто-то расположился на траве и устроил пикник, а кто-то старается выловить хоть каплю воды возле автомата с напитками.       — Получается, ты переехала? – спросила Инна, отрывая кусочек ваты, который моментально таял и оставлял крупинки сахара на пальцах.       — Да. Меня перевели из-за работы. Отчасти, я и сама сюда напросилась. Вижу здесь больше перспектив.       — Круто, – ответила Инна, отводя взгляд.       — Ты чем-то недовольна? – поинтересовалась Вероника, пытавшаяся понять настроение сестры.       — Нет-нет, – вынужденная улыбка. – Дело не в этом. Твой Влад тоже с тобой?       Вероника усмехнулась, видя, как Инна старается прятать нервозность. То отводит глаза, то приковывает их опять. Чуть попозже сестра начнет часто моргать, как обычно бывало в детстве, когда Инна что-то скрывала от мамы.       — Мы уже давно расстались. Он оказался слишком жадным до денег.        «И грубым»       Доев вату, Вероника выбросила палочку в мусорное ведро. Инна ещё не успела осилить даже половину в то время, как старшая сестра довольно облизывала сладкие пальцы и неуклюже вытирала рот.       — А мама, кстати, говорила, что у тебя новый парень. Матвей, вроде?       Инна кивнула головой.       — И как у вас? Всё хорошо?       — Ну да. Полгода же только прошло. Ещё мало времени.       — Букетно-конфетный период, – подытожила Вероника, улыбаясь.       — Ну-у-у. Типа того.       — А Игорь? По слухам он приезжал к тебе.       Закидывая последний кусочек в рот, Инна зажмурилась. Приторно-сладкий вкус сахара уже отдавал кислотой. Девушка сжала руки в кулаки и зажмурилась.       — Ты чего? – Вероника дотронулась до плеча сестры.       — Кисло.       Инна подошла к ближайшему мусорному ведру и тоже выкинула палочку. Рядом стояла лавочка на которую она села. Вероника, постояв ещё чуть-чуть поодаль, в конечном итоге подошла и села рядом.       — Так насчет Игоря, – начала опять Вероника.       — Всё нормально, – ответила Инна, поглаживая джинсовую ткань на шортах. – Мы поговорили и решили, что не подходим друг другу. У нас слишком разные взгляды..на жизнь.       — А с Матвеем одинаковые?       Инна взглянула на сестру, которая то ли откровенно издевалась, то ли искренне заинтересована. Внутреннее чутьё подсказывало, что её просто допытывают.       — Думаю, да.       Вероника, рассмеявшись, прикрыла рот рукой. Смущенная Инна отвела взгляд в сторону, пока с лица скатывались капли пота. Жарко.       — Ты только не обижайся. Все мы так считаем.. Когда влюблены. А почему ты на лето домой не поехала? Ксюшка же вернулась.       — Почему ты постоянно меня допытываешь? Мы ведем диалог, а не допрос.       Вероника опешила. Раскрасневшаяся Инна пыталась смахнуть пот с лица. Вероника полезла в сумочку и достала оттуда бумажные салфетки.       — Не три пальцами. Прыщи полезут.       Инна недовольно взяла салфетки и вытирала лицо под колким взором старшей. Разговор прекратился и какое-то время они сидели молча, когда вокруг них пролетали звуки от проезжающих роликов, мчащихся колес от велосипеда и громкий детский смех. Только что прошлась семья, где женщина с долью веселья смотрела на то, как её муж берет маленькую девочку за туловище и садит к себе на плечи. Девочка улыбалась, а бантики на хвостиках сползали вниз от интенсивного махания головой.       — Хорошо быть маленькой, – сказала с некой грустью Вероника. – Тебя катают на плечах и мир уже сказочный.       Инна кивнула, поднося салфетку к щеке в ожидании стекающего пота, но впитывался не только он.