С чего начался апокалипсис

Некоторые преподаватели и студенты смогли прийти в кафетерий до начала большого перерыва. Было приятно наблюдать большое помещение практически пустым. За одним столом сидели четверо: Дэйв, Эдгар, Харви — их общий знакомый, преподаватель физики и Лилиан — лаборантка. В университете все привыкли, что эта компания всё время занимает одно и то же место — "стол странных". Они уже смирились с тем, что их так называют, ведь это заслуженно. Например, разговорам с людьми Дэйв предпочитал разговоры с растениями, даже вне дома. Правда, некоторые его коллеги были редким исключением. Харви — взрывной тип. В свободное время он обожал ломать, поджигать, разбивать, скидывать с высоты разные вещи. Иногда физик снимал это на видео и выкладывал в сеть. Лилиан — с виду маленькая хрупкая девушка, но почти каждый уикенд она отправлялась в походы с огромным рюкзаком, палаткой и фотоловушками с целью найти какого-нибудь криптида. Лилиан всегда шутила, что она ищет свою родню. Раньше они редко пересекались и почти не контактировали друг с другом. Разве что только по "работным делам". Эдгар, как серьёзный человек, относился к их увлечениям с долей скептицизма и старался сократить взаимодействие с ними до минимума. Но после череды событий они стали спасательным кругом друг для друга. Каждый из них принёс с собой ланчбокс с обедом. — Ну, у кого что случилось за выходные? — Начал разговор Харви. — Угх, меня завалили отчётами. Мне пришлось пройти через огонь и воду, чтобы перестать прокрастинировать. — Ты не ездила на природу? — Спросил её Харви, открывая контейнер с пастой. — Нет, к сожалению нет. — Лилиан взяла из ланчбокса пару огуречных слайсов, положила их на хлеб и сверху накрыла колбасной коляской. — Но на карте я высмотрела интересные холмы в трёх сотнях милях отсюда. Меня заинтересовали интересный рельеф и отложения эоценового флороносного песчаника. Можно будет съездить туда. Может быть, смогу увидеть там йети. — Сы сак фильно любиф быф наефине ф пвивовой, — сказал ей Дэйв, жуя тако. — А как ты узнала, какая там порода? — спросил Эдгар. — Так, один знакомый рассказал. Он собирает окаменелости. — Я в субботу снял видос, где проверяю на прочность тарелки и завернул это в обёртку научпопа. Но когда я ими швырялся, я знатно повеселился, — поделился Харви. — И немножко порезался. — Физик показал друзьям перебинтованную ладонь. — Больно было, наверное? — спросила Лилиан. — Ни капли. На самом деле, всё произошло почти мгновенно, я не успел ничего почувствовать. Просто в следующий раз нужно будет лучше рассчитать траекторию падения, чтобы минимизировать травматизм от осколков. — А у тебя что, Эд? — поинтересовалась лаборантка. — Наверное это покажется немного странным, но... Учёный выдохнул, стараясь сделать свою позу менее напряжённой. Сказать сразу или с помощью намёков? "Ладно, пойду ва-банк", — подумал он. — Я завёл себе голубя. От удивления глаза его друзей были размером с блюдца, а Дэйв чуть не выронил изо рта только что откушеный кусок мексиканской лепёшки. — Ты серьёзно? — удивился ботаник. — Покажи! — Эмм, я... ещё не успел сделать хорошее фото. Есть только смазанное. Он залез в карман и выудил из него кнопочный телефон с фотокамерой в половину мегапикселя, нашёл нужную фотографию и протянул коллегам. Некоторые из них чуть ли не с ногами залезли на стол, чтобы увидеть размытую тёмную фотографию голубиной головы, торчащей из пелёнки. — Я назвал его Гюнтером. — Классный птах, — сказал Харви, салфеткой вытирая губы от пасты. — Какая порода? — Это обычный сизарь с улицы. Мне принесли его полумёртвым. Ну, я реанимировал его и решил оставить у себя. — Ты снова использовал "палочки Лазаря"? — поинтересовался Харви. Между собой все четверо иногда называли изобретения и открытия друг друга забавными названиями. Например, питомцев Дэйва иногда называли "зелёными Габсбургами". Физиолог лишь усмехнулся. — Стабилизирующие электроды, — поправил он по привычке. — Да, и на этот раз я довёл их до совершенства. Они прекрасно поддерживают жизнедеятельность Гюнтера, стабилизируя биохимические реакции с помощью тока ультравысокой частоты и реагентов, помещённых в специальные микрорезервуары. Образовалась неловкая пауза. Эдгар поздно понял, что наговорил слишком много. Он открыл контейнер с овощным рагу, нацепил немного на вилку и вдумчиво прожевал. "Многовато соли". — Это прекрасно, что ты наконец приходишь в себя, — разрядила обстановку Лилиан. — Раньше ты был более закрытым. — Спасибо? — учёный не знал, как реагировать на эти слова. Он сам не заметил, как начал больше общаться с людьми. Учёному потребовалось на это много времени. Для него также стало подвигом то, что он снова позволил себе поделить дом с ещё одним живым существом после того, как тот в одночасье опустел. В памяти всплыло неприятное воспоминание, от чего взгляд учёного сделался пустым и стеклянным. Снова образовалась пауза, которую прервал Харви: — Что-то не остро, — вставил он. — Кто-нибудь будет соус? — Нет! — крикнули его коллеги в унисон. Все знали: если Харви что-то предлагает за столом, то оно обязательно будет иметь в составе кучу капсаицина. — Ладно, мне больше достанется. Харви принялся с остервенением выдавливать в свою пасту томатный соус с острым перцем, а сверху ещё помазал горчицей. Если бы поджелудочная железа была человеком, она бы кричала от ужаса при виде этого безобразия. Физик равномерно перемешал пасту и острую жгучую смесь вилкой, намотал на неё клубок спагетти размером с мяч для пинг-понга и отправил себе в рот. Лицо Харви было таким спокойным, будто бы он сейчас съел не испепеляющее все вкусовые сосочки адское месево, а что-то пресное и безвкусное. — Фу, как ты это ешь? — с отвращением на лице спросила лаборантка. — Привык к остроте, — пожал плечами физик. Дэйв почесал затылок, будто вспоминал что-то. Потом на его лице просияла улыбка и он изрёк: — Ребята, я совсем забыл. Я недавно подал заявление на получение патента на мой генномодифицированный горошек. Ну, тот, который я вывел сравнительно недавно. Коллеги переглянулись между собой и похлопали в ладоши, посыпались поздравления, за которые ботаник поблагодарил их. — А что он делает? — поинтересовался Эдгар. — О, рад, что ты спросил. Он стреляет семенами. — Погоди, твой Ричард же не умел стрелять, — изумился физиолог. — Это абсолютно новое растение, Сэр Ричард шестьдесят третий. Я выводил его параллельно с шестьдесят вторым. — Дэйв надкусил очередное тако, но на этот раз потрудился продевать, прежде чем говорить. Осталось лишь подождать, пока заявление рассмотрят. Дэйв определённо был счастлив. Даже если ему откажут в выдаче патента — не беда. Он всегда успеет создать что-то более изощрённое и продвинутое. *** После окончания рабочего дня Лилиан подвезла Эдгара до торгового центра. — Спасибо. У меня где-то была пара долларов... — Ты что, зачем? — Ну, ты же прокатала из-за меня лишнего бензина... — Не стоит! — Лилиан оборвала Эдгара на полуслове. — Мы же всё-таки друзья, да и мне не в тягость. Пожелав друг другу хорошо провести остаток дня, они разошлись. Внедорожник лаборантки, выкрашенный в серый цвет, вмешался в поток автомобилей и стремительно удалился. Некоторое время Эдгар просто стоял и смотрел на трассу, но потом всё же вошёл в магазин. Первое место, куда он направился, было лавкой с детскими игрушками. Полки были заставлены плюшевыми зверями всех форм, цветов и размеров. Учёный удивился наличию игрушек в виде змей, батонов и даже популярных "мэмов" — он до сих пор не до конца понимал их смысла. — Добрый вечер, — обратился физиолог к продавцу. — Здравствуйте, чем я могу Вам помочь? — спросила молодая девушка с косичкой. На её фартуке был бейджик с именем, но Эдгар не потрудился на него посмотреть. Он и так знал эту девушку — она училась в его университете. — Подскажите, по чём у вас обезьянки? Он указал пальцем на полку с игрушечными приматами. У каждого было короткое толстое тело, короткие ножки, крупная голова и непропорционально длинные руки, свисавшие словно канаты. — Два доллара, сэр. Эдгар засунул руку в портфель, достал оттуда кожаный бумажник, извлёк из его пасти две почти не помятые бумажки и положил их на стол. Продавщица бережно сняла с полки одну обезьяну, взяв её под мышки словно ребёнка. — Держите, — продавщица протянула игрушку Эдгару. Он осторожно взял её, отмечая про себя необычную текстуру ткани, и положил в свою сумку. Таких пушистых он раньше не брал. — Хорошего Вам дня! — Попрощалась с ним девушка, но тот в ответ что-то пробубнил себе под нос и ушёл. Следующая точка — цветочный магазин. До него пришлось ехать вниз на эскалаторе. Цветочная лавка была довольно большая. Запах пыльцы, нектара и срезанной травы ударил в нос, стоило Эдгару открыть дверь. Он и забыл, как холодно бывает в цветочных магазинах. Его встретила улыбчивая продавщица в возрасте. Глаза Эдгара рассматривали яркие цветки и такие же яркие ценники. — Добрый вечер, что-то подсказать? Учёный поздоровался в ответ. Наконец, увидев нужный цветок, он ответил: — Мне, пожалуйста, одну каллу. Женщина со вздохом сказала: — У нас осталось только две. Возьмёте? — Мне нужна только одна. — Отдам две по цене одной. Немного поразмыслив, он согласился. *** — Добрый вечер. Вы обе хорошо выглядите сегодня. Впрочем, как и всегда. Тишина. — Простите, я виноват, давно к вам не приезжал. Понимаете, студенты, отчёты... Ещё питомца завёл. Голубя. Эдгар прерывисто вздохнул и вынул из сумки два цветка. — Извини, Натали, это случайно получилось. Я хотел принести один цветок, как обычно, но мне, олуху, втюхали два. Надеюсь, ты не обидишься? А тебе, Марта, я принёс обезьянку. Ты любила плюшевую живность. Эдгар бережно стряхнул рукой опавшие листья с двух холодных массивных камней, присел на корточки и положил обезьяну на сырую землю рядом с останками других игрушек, а каллы поставил в вазу, предварительно вынув оттуда высохший прут, когда-то бывший цветком. Из портфеля он достал тряпичный лоскут, которым протёр надгробия от пыли и разводов от дождя, а затем сорвал сорняки. — Вот так. Совсем другое дело. — Учёный снова вздохнул, ещё более прерывисто. Предательская слеза потекла по щеке. — Мне не хватает вас. Немного поговорив о себе, о коллегах и о прошлом, Эдгар, покачнувшись, встал и постоял несколько минут. После чего, попрощавшись, развернулся и пошёл обратно по аллее из надгробных камней. Не выдержав, он схватил телефон и набрал номер. — Алло, Дэйв? У тебя случайно не осталось выпивки?