Ваньнин любит сладкое

Сколько можно ходить вокруг да около? Мо Жань винил себя за нерешительность и неловкость в общении с Чу Ваньнином, так и заходящим к нему изо дня в день. И однажды Мо Жань, наконец, понял, что пора собраться с духом и намекнуть такому, казалось, далекому от глупых человеческих чувств небожителю о своих ежедневных стенаниях. Дальше это продолжаться так не могло ведь, к тому же, завтра у Мо Жаня выходной! Обычно в дни, когда на месте Мо Жаня был сменщик, он даже немного расстраивался. Тот парень был студентом, способным работать только по выходным, так что, в целом, такие дни были редки. Однако мысль о том, что он мог бы увидеться со своим прекрасным посетителем, но вынужден провести время за остальной работой, никак не радовала. Только не в этот раз. Со временем Мо Жань вычислил (что-то сам понял, о чем-то спросил прямо) где и кем работает Чу Ваньнин. Он узнал, когда у него выходные, и так уж вышло, что у офисного работника и студента выходные выпадают на одни и те же дни, так что и свое время хозяин сети кондитерских решил распределить должным образом. Учитывая все это, он понял, что просто обязан пригласить Чу Ваньнина на свидание! Можно даже так в лоб, но желательно как-то и намекнуть! Видя, какие взгляды этот человек время от времени кидает в его сторону, и как вздыхает, покидая кондитерскую лавку, Мо Жань пришел к выводу, что может даже получить согласие. Но есть то, что может пойти не так. Мо Жань — глупый пес — пусть и не отличался чуткостью, но прекрасно заметил, насколько этот человек замкнут и порой стеснителен. Он не согласится так просто признать свои чувства, как и не согласится пойти на свидание с тем, с кем они, пусть и видятся почти каждый день уже несколько месяцев, но не так близко общаются. Это все усложняло. Склад ума у Мо Жаня был вполне неплохой, но неподходящий для того, чтобы принимать умные решения касательно объекта своего воздыхания. В общем, что-то ему мешало, и этим чем-то, к сожалению, был он сам. А от себя не убежишь, остается только принимать свою гениальность такой, какая она есть. Главное, чтобы и Чу Ваньнин ее принял. А в его душевной доброте и понимании Мо Жань не сомневался. Звон колокольчика — стеклянная дверь открылась и порог кондитерской перешагнул стройный грациозный кот. Пес за прилавком был бы готов завилять хвостом, если бы тот у него был. Но сейчас ему ничего не оставалось, кроме как просиять с по-детски искренней улыбкой. — Добро пожаловать! — восклицает он, совершенно позабыв о том, что сегодня в помещении людей больше, чем обычно. Сама кондитерская уютная и небольшая. В ней всего три столика, и обычно люди покупают то, что хотят, и уходят. Но сегодня было занято уже два столика, и третий бы так же пал смертью храбрых, если бы Мо Жань не говорил, что он зарезервирован — тот самый любимый столик Чу Ваньнина, за которым тот обычно сидит. Вэйюй никак не мог позволить кому-то занять это место. Тонкие губы Ваньнина тронула легкая, едва заметная улыбка, а сердце Мо Жаня затрепетало так, будто он вовсе и не видел ее каждый день и каждую ночь в собственных снах. — Прошу, у нас сегодня появился новый десерт! — начал он, доставая небольшое шоколадное пирожное. — Хочу угостить вас им. Может что-то еще пожелаете? — спрашивал он, глядя в персиковые глаза. — Благодарю. Вы так добры… В первые разы Ваньнину было тяжело принимать такие подарки, но со временем он привык к тому, что этот добрый человек от чего-то так желает угостить его чем-то сладким и ужасно вкусным. Ему было тяжело отказываться от подобного, а теперь в этом и не было нужды — никто не считал его грубым и невоспитанным, если он вот так просто соглашался и уходил с угощением за столик. Вот только сегодня, прежде, чем он успел уйти, сказав, что будет с этим пирожным только чай, Мо Жань вновь заговорил: — Знаете, у меня завтра наконец выдастся выходной… Возможно, это было бы слишком внезапное и странное начало диалога, но периодически они и правда делились новостями или какой-то незначительной информацией так, будто давно уже дружат, будто знают друг друга, будто они вовсе и не просто встречаются тут как участники мира сфер услуг. Привыкший к подобному, Ваньнин выпрямился и принялся внимательно его слушать, вновь подняв свой несколько холодный взгляд. — Я помню, что у вас тоже, так что хотел бы предложить встретиться. Будет ли такая возможность? Один вопрос, а молчаливый Чу Ваньнин, кажется, потерял дар речи. Он растерялся и какое-то время совсем не знал, что ответить, а потому просто слабо кивнул, думая, с чего вдруг этот человек решил прийти к нему с таким предложением. Если посмотреть с иного угла, то Мо Жань всегда казался ему искренним, добрым и совсем простым, а потому и предложение такое, наверное, вполне в его стиле. Ваньнин кивнул. Короткое движение, а Мо Жань уже готов лезть на стены от счастья. — Тогда я буду ждать вас завтра возле кондитерской, идет? — спросил он, показав улыбкой свои очаровательные ямочки на щеках, и вновь без всякого сопротивления захватив сердце посетителя напротив. — Есть место, в которое мне бы очень хотелось вас сводить! Так что, прошу, подойдите сюда к любому удобному для вас времени. Когда бы вы хотели? — Пусть будет пять часов вечера. — Пусть, — на короткую реплику Мо Жань отвечал с не меньшим энтузиазмом, а сам едва не прыгал от счастья. На следующий день они, само собой, действительно встретились возле этой кондитерской. Ваньнин выглядел превосходно, и Мо Жань просто не мог не отметить этого. Он смотрел на него, точно завороженный, а, опомнившись, тут же подошел ближе и сложил руки за спиной. — Добрый день, Чу Ваньнин, — начал он, лучезарно улыбнувшись. Эти ямочки давно пленили сердце холодного, как эта осень, кота, и он не мог не засматриваться на них вновь и вновь, с восхищением вглядываясь в лицо такого светлого и располагающего к себе человека. Уголки губ мужчины так же тронула мягкая улыбка. — Добрый, Мо Жань. Куда бы ты хотел пойти? — задал вопрос, собравшись с силами, мыслями и собственной гордостью, которой вовсе нельзя было вот так падать в первый же час встречи. — Пойдем, есть здесь одно уютное место, в котором я бы очень хотел побывать с тобой… Мо Жань едва не взял своего спутника под руку — вовремя остановился и просто коснулся его локтя подушечками пальцев, осторожно подталкивая в сторону парка. Как ему хотелось коснуться этого человека — не передать словами. Пусть тот и мог выглядеть отталкивающе из-за своей напускной отчужденности, но он все же был самым ласковым и милым белым котом в глазах этого глупого влюбленного хаски. Таким недосягаемым, серьезным, с собственными принципами и привычками. Такой, которого хочется обнять и более не отпускать. Надежда, что это возможно в будущем, не отпускала Мо Жаня ни на секунду. — Здесь очень красиво, не так ли? Вы часто бывали тут? — спрашивал он, стараясь разговорить Ваньнина и, в то же время, удовлетворяя собственную потребность в болтовне. — Мгм, — коротко отвечал его собеседник, после продолжая: — я люблю такие места. Здесь спокойно. И людей в этом парке не так много. К тому же… он довольно большой, так что, кажется, я не весь успел обойти и рассмотреть. Улыбка не сходила с лица Мо Жаня, а когда он слушал Ваньнина, кажется, она становилась еще ярче. — Надо же! Да, да, наверняка не весь. Как я и говорил, здесь есть одно прекрасное место. Знаешь, я давно на него засматривался, но все никак не мог дойти. Как-то… Не выдавалось случая, да и подходящей компании не было, — Вэйюй говорил без умолку, и как не забывал наполнить легкие воздухом перед очередным спешным ответом — загадка. Но Ваньнину это нравилось. Сам по себе, тот больше любил слушать. Ему тоже было что рассказать, и он обязательно это все расскажет, но не сейчас. Видя, с каким энтузиазмом и воодушевлением говорит Мо Жань, он чувствовал, как теплеет сердце. Перебивать мужчину не хотелось, да и смысла в этом не было никакого. Если Ваньнин заговорит, Мо Жань обязательно выслушает его со всем вниманием, запоминая каждое слово, даже слетевшее с этих тонких губ ненароком. — А я… подходящая компания? — тихо усмехнулся, заглядывая в глубокие черные глаза, словно бы переливающиеся цветом сливы от лучей солнца. Мо Жань даже кивнул, желая придать большего веса своим предельно искренним словам. — Конечно! Знаешь, с тех пор, как мы заговорили, я понял, что ты — самая подходящая компания. — То есть давно ты хотел меня туда повести? Ах, это был твой коварный план… — даже с долей досады заговорил Чу Ваньнин, явно играя со струнами сердца идущего рядом. Но тот, ловя эти харизматичные нотки, не сдержал мелодичного смешка. — Да, все именно так. Наша встреча с самого начала вела именно к походу туда. А то место, в которое они пришли, на самом деле было достойным. Это небольшое кафе, состоящее из основного здания, где внутри сидели люди; и беседок, напоминающих пагоды. В одной из таких Мо Жань с Чу Ваньнином как раз и остановились, сделали заказ и продолжили болтать о своем, наслаждаясь компанией друг друга. Обычная дружеская встреча, как думал Ваньнин, по мнению Мо Жаня прекрасно походила на первое свидание. Впервые они вот так сидели вдвоем, беседуя о том, что явно им обоим интересно, обсуждали увлечения, работу, жизнь. Ваньнин не сильно любил делиться прошлым, но спокойно рассказывал о том, как окончил Пекинский университет и пошел работать по специальности, которая, может, и не нравилась ему, но приносила стабильный доход и хорошо шла. А Мо Жань, в свою очередь, был готов рассказать всю биографию, не затрагивая особенно болезненных моментов, которые обязательно раскроются позже. Когда они сблизятся. Ведь это было только первое свидание, а впереди ждали, если не тысячи, то сотни так точно. По крайней мере, видя, что Ваньнину нравится общаться с ним, проводить время вместе и отдыхать таким образом, Мо Жань и мысли не допускал о том, чтобы отступить.