Увлечение

Кажется, что они застряли вместе на целую вечность. Ими был обыскал зал вдоль и поперёк на секреты, потайные двери и ключи. Однако безуспешно. Лишь факелы украшали собой стены, да каменный алтарь, от которого тянуло чем-то мрачным, вероятно связанным с жертвоприношением. — Игнис! — Баффи пробовала раз за разом нанести хоть какой-то урон двери, которая обрекла их быть в этой ловушке. — Бесполезно, дорогая, раз отмычка сломала в замке, то эту древнюю, но крепкую развалюху не испепелит твой Игнис. Разве что у тебя найдётся что-то помощнее, — прокомментировал вампир, благополучно стоя в сторонке и стряхнув невидимую пылинку с плеча. Она нервно сдёрнула резинку с волос, распустив свои волнистые локоны, что доходили ей до половины спины. В другой раз Астарион отвесил бы комплимент, однако он был не в настроении, как и сама чародейка. — Я потратила все заклинания! — Значит нам остаётся только дожидаться, пока твои чары восстановятся или Гейл придумает, как найти нас вместе с остальными. А до тех пор будем терпеть общество друг друга, — заявил он. — Терпеть? — фыркнула полуэльфийка, оторвавшись от испепеления двери. — А где же вечный третий вариант с подкатыванием? — Ты ясно мне дала понять, что тебя не интересует моё общество в этом смысле. Я понимаю твоё «нет». — Я просто не привыкла, что на меня так откровенно набрасываются не то с мыслью укусить, не то кхм… завладеть моей душой, — едко парировала девушка. — Ну да, набрасываться нехорошо, — почти также ответил Астарион, глядя на её потуги, и буркнул. — Как жаль, что ты наслушалась этой гадалки. Старуха наговорила на меня. — Да ты просто белый и пушистый… — тихо кашлянула в кулак она, тем самым пряча смех. — Может поможешь мне? Астарион сдержал раздражение. — Игнис, — повторил он фокус и выпустил в дверь, которой всё было нипочём. После начал копаться в своём рюкзаке, достав лежанку и постелив на жёстком полу. — Да, это не перины таверны и дворца, — он улёгся на лежанку, занимая более-менее комфортное положение. Баффи, помявшись, достала свою и расположилась в метре от вампира. — О, ты провела границу. Похоже, что твоё доверие ко мне подорвано, — Астарион не сдержал укола в сторону девушки. И достал какую-то флягу. — Что в ней? Вино? — сразу заметила его действия бард. — Нет, это запас на всякий случай, я попросил Уилла зачаровать, если мы где-то застрянем, чтобы не испытывать свою жажду. — То есть всё это время у тебя была с собою кровь, но ты возжелал мою?! — не сдержала некого негодования Баффи. — Дорогая, а что именно тебя возмущает? Что я забыл в твоём присутствии про запас или что ты едва сама не стала моей жертвой? — он отхлебнул от фляги. — Я бы тебе предложил утолить жажду, будь ты тоже вампиром… Едва слышно чертыхнувшись, чародейка постелила лежанку рядом с вампиром. — Ну, привет. А ты, оказывается весьма переменчивая, радость моя. — он спрятал флягу обратно в рюкзак. — Хватит, Астарион… Ух, полкоролевства за перины, горячую ванную, — со стоном сказала Баффи. — И доброе вино, — прибавил эльф, и они, переглянувшись, оба рассмеялись. И они замолчали, погружаясь в свои размышления. — «Рыцарь смерти, конструктор… Хм, мог ли он быть управляемым извне? Насколько стоит верить Баффи, что её никто не будет искать? Мог ли я уже видеть где-то эти доспехи?» Одни вопросы, что будоражили ум и любопытство вампира. Как и то, что он не мог нигде припомнить нечто похожее. — Ты точно уверена, что тебя АБСОЛЮТНО никто не будет разыскивать? — Астарион потянулся телепатически, чтобы разобрать правду или ложь ему поведает Баффи. Но чародейка слишком хорошо держала мысленный барьер. — Да. Конструктор рыцаря базировался на психической атаке, таким образом, если бы ты был ближе, то тебе привиделся бы Касадор. — «Вроде правда и что-то опять недоговаривает,» — чудом разобрал он. — Я знаю, что никто меня не будет искать, потому что все погибли, когда меня захватили иллитиды, — всё-таки сказала Баффи. — Тогда этому трудно не посочувствовать. Это как отложенная месть, которой не суждено свершиться. Не хотел бы такой участи себе с Касадором, этого сумасшедшего ублюдка я бы желал прикончить лично, чтобы он как следует помучился за двести лет моего рабства у него… Эльф как наяву услышал этот голос: — Астарион, на колени. Сегодня ты, дитя, моё первое отродье, будешь меня развлекать. Твои крики — самое лучшее, ты способен мне предложить… Ненависть горела в вампире. Судьба — странная штука, дала ему шанс расквитаться, и он собирался воспользоваться им в полной мере. — А получишь ли ты облегчение, когда убьёшь его? Что планируешь дальше? — отвлекла его чародейка от мечт расправы с бывшим хозяином. — Я так далеко не заглядывал. Просто, знаешь… — высказал Астарион то, что думал. — Глупо цепляться за прошлое. Ты вроде как его скрываешь и при этом вроде как лелеешь, позволяя им управлять тобой. В этом есть разница между нами… — Может ты и прав. Послушай, я тебе благодарна за спасение и за то, что закрыл от рыцаря смерти. Но… — что-то беспокоило её. — Извечное но… — А ты бы стал встречаться с тем, кто таит в себе проклятый дар? — С Гейлом? — отшутился Астарион. — Он, конечно, тот ещё книжный червь и некий антипод мне — только что потребляет артефакты… С ним точно нет. Но твоя хаотичность выглядит намного привлекательнее… Баффи тяжело вздохнула. — Я покажу. Возможно это нас вытащит заодно отсюда. Если кто-либо узнает, что у меня такая способность, то меня казнят в лучшем случае, — полуэльфийка чуть приоткрыла завесу своей тайны. — В худшем — меня снова ждёт плен, полная неволя… И чародейка встала и подошла к противоположной стене. Астарион приподнялся, чтобы лучше видеть. Чародейка достала кинжал и без промедления ударила по венам левой руки. Её сладкая кровь, с нотками апельсина и внезапно сирени потекла на каменный пол. Девушка убрала кинжал за пояс, просто обвела указательным и средним пальцем по венам, своей раны, затем нарисовала на каменной, серой кладке стены несколько запутанных знаков, неизвестных эльфу. После того, как она закончила, то отошла на три шага и начала что-то шептать. По мере её шепота, явного колдовства, какие-то мутные тени начали двигаться в углах зала, словно девушка их призывала. — «Это та самая магия, что она скрывает,» — Астарион подался ближе, чтобы ничего не упустить из виду. Её кровь впиталась в пол и преобразовалась в сиреневые блики, которые окутали её фигуру, сплетаясь на манер живых, диких растений. Неожиданно прозвучал её ясный, красивый по звучанию и звонкий голос, она начала напевать всё громче и громче: — Шёпот вечной тьмы, Сломай мои кандалы. Болью мир залей, Кровью и огнём… Пусть страдают вмиг, Те, кто смеют Против меня идти… Знак на стене вспыхнул ярким сиреневым свечением, а тени, что бросились к девушке превратились в малые искры. В воздухе ощутимо запахло опасной магией, что разлилась по залу неукротимой, невидимой и давящей волной и едва не остановила дыхание вампира. Астарион с некой паникой осознал, что парализован и не способен двигаться, только наблюдать, за ворожбой полуэльфийки. — Слабость и сострадание Светом выжжено во мне, Заморожено в тебе… Пусть страдают все Колдовство меня освободит… — Баффи… — еле протянул Астарион её имя, задыхаясь. Ему показалось, что стены, что их окружали, начали как-то растворяться, а потом раздался гул и плута ослепила вспышка света. В себя он пришёл спустя, как ему почудилось, минуту. Они были явно неподалёку от лагеря, судя по тому холму, покрытому теми самыми цветами из подземелья. Девушка щёлкнула пальцами, и они развеялись в виде сиреневых пылинок, подхваченных ветром. Баффи всё ещё стояла к нему спиной, а когда обернулась, то эльф отметил, как она была бледна и несколько неестественное сияние её очей. По её щекам текли слёзы боли, но девушка решительно их вытерла и с вызовом посмотрела на вампира. — Ты бы стал встречаться со мной, зная, что я могу тебя убить? — несмотря на внешнее спокойствие, её голос чуть дрожал. Эльф не сразу нашёл, что сказать, находясь под впечатлением от её магической силы. — Конечно нет, — ответила она вслух. Она спрятала свои эмоции в себе, снова став закрытой для него. И он ощутил, что её теряет. — Знаешь, — приостановил чародейку Астарион, поймав за руку. — Ты можешь выдохнуть, меня нисколько не страшит твоя тайна… Эльф использовал иллитидские способности, чтобы пробиться сквозь её равнодушие и донести до девушки эту мысль. Он почувствовал отклик в её сердце. — И меня устраивает эта твоя тёмная половина тоже. Кто лучше тебя поймёт, если не я, внутри которого тоже есть тьма, — сообщил проникновенно Астарион. — В нашей группе чудиков твой дар — не самое страшное. Баффи улыбнулась краешком губ так, что между ними возникло то особое понимание. — К тому же, я буду не против, если ты обрушишь свой «гнев» на врагов. И я могу надеяться на твой рассказ о своей жизни, милая? — по-доброму поинтересовался Астарион. — Мне нужно время, это не самые лучшие воспоминания, — добавила Баффи. И опять же, эльф её прекрасно понял, основываясь на своём, болезненном прошлом. — Что до моего дара, то его лучше не выпускать без надобности, я боюсь, что не смогу его контролировать, и это приведёт к печальным последствиям… Астарион кивнул. — Не говори никому, пожалуйста о нём, — попросила его лидер их группы. — Можешь быть уверена, я унесу его в могилу. Буду скрывать как обычно для других, как и то, что я — вампир, — заверил её эльф. К ним уже спешили спутники, что заметили их необычную телепортацию. — Всё в порядке? — первой была Шедоухарт. Она осмотрела обоих, уделив своё время прежде всего Баффи и залечив её ладонь. — А где… — Остальные, включая Лаэзель, поспешили вам на выручку. Мы остались на месте, на случай, если вы оба найдёте другой выход, — отчиталась Шедоухарт для Баффи. — Вы отсутствовали несколько часов. — Часов? Готов поспорить, что прошли года, — вставил Астарион. — Как ты себя чувствуешь? — опередил темноволосую полуэльфийку Гейл, уточнив у барда её состояние. — Чудесно, — пробормотала полуэльфийка. И тут из её ноздрей потекла кровь. Глаза Баффи закатились, и она бы рухнула на землю, если бы эльф не перехватил её, опередив на несколько секунд волшебника. — Что это с ней? — с испугом спросил Гейл. — Она перестаралась с заклинанием Телепортации, — прояснил ситуацию вампир, подхватывая Баффи на руки. — Я понесу её до лагеря. Он ожидал возражений, но мужчина не стал ему препятствовать. — У бардов нет такого заклинания, насколько мне известно, — задумался волшебник. — Они не могут творить подобное, это скорее уровень чародея… И со свитком заклинания Телепортации не должно было бы быть такого эффекта. — О, она не сама сотворила заклинание, — эльф в приливе вдохновения достал из кармана камень, прихваченный из подземелья. — На этом камне были рунные знаки, которыми воспользовалась Баффи. — Тогда это всё объясняет, — клюнул на его выдумку Гейл. Шедоухарт со значением хмыкнула, наблюдая, как бережно вампир несёт их лидера.

***

Скоро очнувшись в лагере, Баффи быстро замяла тему с таинственным камнем, кинув незаметно благодарный взгляд на Астариона. Вместе с Шедоухарт и Гейлом, вчетвером они нагнали Уилла, Лаэзель и Карлах, когда те уже разбирали завалы. Волшебник лично захотел осмотреть таинственного конструктора, но там, где была пещера, образовался провал. — «При телепортации Баффи уничтожила пещеру…» — никто не утверждал, но всем было ясно, что бард не зря в их компании стоит на первом месте и руководит отрядом. Вот только её саму тоже поразил размер разрушений, что девушка, когда все они вернулись, пробормотала что-то про свежий воздух. А когда вернулась с прогулки, то от неё опять пахло её собственной кровью. Да и вела она себя достаточно холодно со всеми. И так прошло несколько дней, спустя которые она стала собой, пока они не освободили друида и в их лагерь не явились тифлинги. Эта орава «людей» распивала крепкие напитки, песни и буйствовала так, что всем товарищам (жертвам личинки иллитидов) было достаточно некомфортно. Каждый счёл своим долгом занять палатку, чтобы не пускать кого попало внутрь. Астарион отпил из бутылки вино сомнительного качества. Эта вечеринка, которую закатили тифлинги была достаточно скучной, как и ассортимент напитков. Уилл тоже стоял у своей палатки, сжимая бокал. — Скучаешь? — эльф неслышно подошёл к приятелю. — Тифлинги не будут рады обществу дьявола, — как-то грустно высказался Клинок Фронтира. — Не все, — хитро отметил вампир, указав бутылкой с отвратным вином на Карлах, которая также, как и Уилл, предпочла остаться в стороне от общества. Но в отличие от мужчины, она пританцовывала около своей палатки и будто была не прочь пуститься в пляс, да что-то её сдерживало. — Вряд ли ты разочаруешь её, — посоветовал без всякой остроты Астарион. Уилл хмыкнул и отхлебнул из бокала. — Наверное ты прав, друг мой. Сегодня прекрасная, звёздная ночь, почему бы не рискнуть. Тот же совет: не теряй Баффи из виду, а то её уведут, — произнёс Уилл. В это время их лидера перехватил какой-то молодой тифлинг с копной непослушных каштановых волос. Он бухнулся перед ней на колени и протянул белые ромашки. — Я вами восхищаюсь… Я — Коди, — представился он. — Вы так прекрасны, милосердны и добры… — «Добра, но не к врагам, не к гоблинам, которых она собственноручно зарубила кинжалом, стоило ей заметить страдающих людей в клетке. И никакие крики о прощении на неё не подействовали, она просто испепелила просящих молнией. Даже Гейл был шокирован,» — Астарион припомнил жестокую сторону Баффи, сдержав смешок. — «И как она потом, когда очнулась от этого боевого безумия, с мрачной яростью оттирала кровь с лица и камзола.» — Будьте моей спутницей жизни! — закончил Коди. Все в лагере разом притихли, даже те немногие, кто танцевал у костра, обратили внимание на эту парочку. Бутылка в руках Астариона треснула почти пополам. — «Конечно она имеет право на отношения с кем хочет… Она свободна в своих решениях,» — убедил себя вампир, для которого в этот момент уже никого не существовало, кроме неё. — «Но чтобы мои планы на этот вечер переплюнул какой-то мальчишка?!» — про себя возмутился. Баффи нервно заправила пряди волос за ухо и неловко прервала затянувшееся молчание. — Извини, но я не могу ответить на твои чувства, — отказала тифлингу она. Парень приуныл. — Быть может ты подумаешь? — сказал Коди с надеждой. — Нет, я не способна в тебя влюбиться, извини. — Мы только встретились, ты ещё можешь проникнуться ко мне… — Коди приподнялся и перехватил девушку за оба запястья, оставив ромашки пылиться на земле. — «Ей не нравится это,» — подсказал паразит в голове эльфа. Этого Астарион уже не мог стерпеть, что его особенную хватает кто-то левый и смеет причинять ей неудобство. — А вот и ты, я искал тебя, милая, — вампир точно использовал туманный шаг, чтобы очутиться возле чародейки. — Не ожидал, что у тебя тут компания… — «Сгинь, пока я не отвёл тебя в кусты и украсил твоими потрохами ближайшие окрестности!» — Астарион применил иллитидские способности на сопернике. Парень побледнел и поспешил бегом покинуть их компанию. Баффи с подозрением обернулась на Астариона, но тот сверкнул лишь очаровательной улыбкой. — Навязчивый поклонник как-то слишком приблизился к тебе, дорогая, ты не находишь? Мне стоит ревновать? — Я могу позаботиться о себе, — Баффи равнодушно отпила пряную воду из серебряного кубка. — Не сомневаюсь. Но твоя аура говорит сама за себя. Магия очарования витает, притягивая к себе… — И сейчас тебя тоже? — подхватила его флирт девушка. В мыслях она несколько расслабилась. — Я очарован тобой с момента нашей первой встречи… — начал говорить Астарион. — Это когда ты прижал меня к дорожной пыли и наставил нож на мою шею? — чародейка не купилась на его тон. — Дорогая, я поражён! Ты оказывается запомнила так бережно, и чуть злопамятно. Однако я давно наблюдаю за тобой и должен признаться: путешествие с тобой действительно интригует, милая, — эльф добавил нотки искренности. — Допустим, продолжай. Он получил от неё некоторую заинтересованность в разговоре. — То, что ты прячешь в себе, приковывает к тебе. Если бы я мог, то умер бы с тобой во второй раз, лишь бы сохранить эту частичку… — Оу, и чтобы ты предложил, чтобы это исправить? — поинтересовалась она как-то сухо. Теперь Астарион был уверен, что в диалог с ним подключилась и её серьёзная «половина», как он про себя это назвал. — Возможно показать, что ты кому-то принадлежишь. Он был готов поклясться, что стена контроля дрогнула в её разуме. — Эм… И что же ты предлагаешь? Вампир уловил, как покраснели её щёки в свете костра. — Здесь просто тоска смертная. Как насчёт истинного веселья? — Какого рода веселья? — переспросила чародейка. — Ты про… — Ну секс, моя дорогая. Сплетение тел при полной луне. Познакомимся как можно… ближе. К тому же, ты должна быть вознаграждена за свой подарок… Но, если ты не хочешь, тебе достаточно сказать «нет». И я больше не буду смущать твои краснеющие щёки подобными предложениями, прелесть моя. Он провёл пальцами по воздуху, точно завлекая её. — Заманчиво, но у меня есть идея получше. Встречаемся в лесу, когда все уснут. — «Получше? Что она задумала?» — удивился про себя вампир. — Буду ждать с нетерпением, что ты предложишь, радость моя, — ответил Астарион ей, уже предвкушая интересную ночь.