Язык цветов

      Мокрый песок прилипает к подошве кроссовок, утяжеляя каждый новый шаг, сделанный ею с огромным трудом. Влажный воздух забивает лёгкие, щекочет рёбра и нос неприятной сыростью, смешанной с ненавистным запахом петрикора. Длинная футболка липнет к узкой вспотевшей спине, а по её виску скатывается очередная капля холодного пота. Вернуться к тренировкам после ранения оказалось чуть сложнее, чем Хаджиме предполагала несколько дней назад. Несмотря на полное выздоровление и готовность проявить себя во всей спортивной мощи, которую Дзенин оценила словом «сомнительно», девушке выписали постельный режим, а уже он съел последние солнечные деньки в этом месяце.              Прошедшей ночью лил мелкий моросящий дождь, который за пару часов превратил всю тренировочную площадку в месиво из грязи и мокрой зелени. Вымочив ноги в траве, Кугисаки раздражённо хлюпает новыми кроссовками и угрюмо дуется на Фушигуро, который пытается выглядеть безразлично после того, как уронил шаманку в кусты. Устроившись под деревом после долгой тренировки, Панда без зазрения совести храпит, пригрев на пушистом животе голову Инумаки, который, на удивление, всё ещё не спит. Разглядывая проблески серого неба между листьями кроны, юноша заинтересованно моргает несколько раз, сложив руки в замок на груди.              Задыхаясь от долгой пробежки, Рен вытирает крупную каплю пота с подбородка тонким запястьем, размытым взглядом скользнув по силуэту Маки. Сжимая в одной руке полупустую бутылку с водой, а в другой махровое белое полотенце, сэмпай вытирает тканью щёку, приподнимая очки с фиолетовой оправой костяшками пальцев. Резко опустив голову вниз, девушка поскальзывается на песке и поджимает губы, расставляя руки в стороны для равновесия. Ватные колени предательски подгибаются, и она наклоняется вперёд, грозясь пропахать огромную выбоину в земле носом, но вовремя изворачивается назад, стабилизируя своё положение.              Уже несколько часов к ряду Дзенин гоняет первогодку по тренировочному плацу, иногда отбивая по её затылку звонкие шлепки. Сначала надувшись на своего тренера, Хаджиме естественно пропустила с дюжину подзатыльников, но теперь ловко уклоняется от строгой руки спортивного закона, показывая старшей язык в придачу. Только через два часа Мегуми смог объяснить студентке, что Маки так показывает своё беспокойство по поводу друзей, поэтому девушка перестала обижаться. И всё же, нагруженная сумасшедшей тренировкой, она мечтает о помиловании и, одними губами, под нос, шепчет что-то между числом «двадцать шесть» и «тридцать шесть», пересекая линию долгого бегового круга.              — Я сейчас умру-у… – измотанно стонет Рен, запрокинув голову назад, чтобы пряди чёлки отлипли от взмокшего лба.              — Ты это каждый день исполнить пытаешься, – отзывается Дзенин, скрутив полотенце и звонко шлёпнув ту по бедру тканью.              — Ауч-ч! – взвывает шаманка, подпрыгнув и ухватившись потными ладонями за покрасневшее место на ноге.              — Ещё круг и на покой, поганка! – смягчается второгодка, закинув полотенце на своё плечо и громко вздохнув.              Одно лишь слово «покой» вызывает в Хаджиме бесконечное чувство облегчения, поэтому она спешит добежать до белой линии, спотыкаясь и размахивая руками возле туловища. Свалившись на колени после завершения кардионагрузки, девушка роняет руки на бёдра и дрожащими пальцами трёт чёрные наколенники, пытаясь отдышаться. Во рту и горле встаёт раздирающая сухость, а под рёбрами остро колет и жжёт с непривычки. Заправляя влажные пряди белых волос за уши, Рен медленно наклоняется назад, прижимаясь затылком к беговой дорожке и закрывая свои глаза, влажные от перенапряжения. Раскинув руки в стороны, она тяжело вздыхает и замирает.              Её нос зажимают двумя пальцами, и студентка растерянно распахивает глаза, чтобы встретиться взглядом с лицом Инумаки. Моргнув несколько раз в удивлении, она выпрямляется следом за его рукой, которая тянет её за нос вверх. Отпустив ноздри девушки, парень кладёт ладонь на её спину, и мгновение водит вверх и вниз по позвонку, вскинув светлую бровь вверх в немом вопросе. Подняв руку, Хаджиме прикрывает пальцами губы и робко отводит взгляд в сторону, помотав головой. Влажная от пота ткань футболки прилипает к её лопаткам, и она резко вздрагивает, отодвигаясь от Тоге, словно ужаленная. Пристыжённая тем, насколько сильно вспотела, девушка хлопает его по запястью ладонью.              — Н-не трогай, – бормочет она, пальцем отодвигая руку юноши в сторону.              — Ся-яке, – нахмурившись, протягивает тот, склонив голову набок.              Ухватившись за локоть Рен, шаман тянет её за собой, поднимая на трясущиеся ноги. Следуя за ним и пару раз запинаясь об свои же кроссовки, она утопает в вязком песке и собственной усталости. Шлёпнувшись на плед, постеленный друзьями под дерево, девушка прислоняется спиной и затылком к стволу, закинув голову назад и закрыв глаза от изнеможения. Инумаки садится под боком Панды, прижимаясь к тёплому меху бамбукового медведя и посильнее застёгивая молнию на своей кофте. Шум прохладного ветра в листьях над головой усыпляет Хаджиме сильнее любой колыбельной, и она уже сонно клюет носом, приоткрывая губы.              Что-то тёплое и гладкое прижимается к её красной щеке, и она спешит раскрыть затуманенные сном глаза. Неуклюже чавкнув ртом и повернувшись в сторону нарушителя спокойствия, Рен видит перед собой термос, который за крышку держит Кугисаки. Протянув руки и обхватив его двумя ладонями, она медленно моргает и выпячивает нижнюю губу. С особой ленивостью открутив крышку, девушка наливает горячий чай в неё и зависает носом над дымящейся медной жидкостью в чашке. Проходит несколько минут, прежде чем она делает маленький глоток, обжигая кончик языка и морщась от сладости напитка. Над её головой вдруг нависает Фушигуро, который берёт термос и бесстрашно глушит кипяток с горлышка, даже не дрогнув.              — В такую погоду только спать хочется, – вяло бормочет Нобара, наблюдая за тем, как брюнет безжалостно заливает её чай себе в горло.              — Лосось, – уткнувшись в телефон, мямлит Инумаки, — Икура… – хмуро добавляет он, потирая левый глаз пальцами.              — Не сквернословь, – опустив кулак на затылок парня, хмыкает подошедшая секунду назад Маки.              Соскользнув на плед спиной, тот трёт голову рукой. Повернувшись на бок, Тоге пару секунд неподвижно лежит, а затем смотрит на сонную Хаджиме. Приподняв голову, он закидывает щёку на её колено, после чего закрывает фиолетовые глаза. Дёрнув тонкими пальцами, покрасневшими от температуры чашки, девушка пытается игнорировать близкий контакт, но кожа покрывается мурашками там, где её обжигает медленное дыхание второгодки. Сделав ещё несколько глотков чая, она протягивает полупустую крышку подруге, которая прижалась спиной к её плечу. Одним глотком завершив напиток, та пихает пяткой Фушигуро в колено, призывая отдать термос.              «Спокойно…» – лениво зевнув в ладонь, Рен опускает голову вниз.              Душный от влажности ветер гуляет в траве, отчего та встревоженно шелестит. Склонив голову набок, девушка прислоняется виском к затылку Кугисаки, чтобы вздремнуть под общий настрой усталости. Находя макушку Инумаки ладонью, она умиротворённо перебирает платиновые гладкие пряди мозолистыми пальцами, ощущая размеренное дыхание заснувшего юноши на своей ноге. Вдалеке слышится свист деревянного посоха, которым упорно размахивает Дзенин, не позволяя себе останавливать утреннюю тренировку даже тогда, когда все её «подопечные» устроили общий тихий час под деревом.              Крупная дождевая капля приземляется прямо на её лоб. Вздрогнув от неожиданного пробуждения, Рен растерянно моргает и отталкивается от ствола дерева спиной. Перестав считать взмахи Маки ещё час назад, она трёт глаза руками и поднимает голову вверх. Увидев в пасмурном небе тяжёлые кучи дождевых облаков, девушка дёргается и пытается встать, но Тоге и Нобара придавливают её к пледу. Новая капля дождя падает на её макушку сквозь листву кроны, и студентка встревоженно крутится, хватая подругу за запястье. Сонно качнув головой, та открывает янтарные глаза и попеременно моргает ими, замечая обеспокоенное состояние шаманки рядом.              — Рен… ты чего мельтешишь? – зевнув, бормочет она.              — Дождь, – выдавливает Хаджиме, напряжённо встрепенувшись.              Вместе с Кугисаки она осторожно, но быстро будит Панду и Инумаки, поднимая их на ноги. Не спавший до этого Фушигуро помогает им собрать плед и вещи, попутно выслушивая недовольное ворчание Дзенин, которая «не закончила» тренировку. Сгребая сумку в охапку, Рен торопливо ступает по мокрому песку, нервно прикусив нижнюю губу. Крупные дождевые капли бьют её по затылку, когда она поднимается по каменным ступенькам и оборачивается, чтобы взглянуть на остальных. В этот момент её за ладонь хватает Тоге, заставляя шаманку быстро развернуться на пятках и скользнуть по кирпичной дорожке за ним. Сорвавшись с места, она прижимает сумку к груди.              «Дождь… не люблю…» – сморщившись, тревожно прокручивает девушка в голове.              — Ментайко! – выругивается Инумаки, накрывая свободной рукой свой взмокший затылок и хмуря брови.              «Вообще вода не нравится…» – заключает она, глядя на капли дождя, стекающие по шее юноши под воротник его футболки.              Забежав под крыльцо мужского общежития, они пытаются отдышаться. Вытирая лишнюю влагу с раскрасневшихся от бега щёк, Хаджиме наблюдает за тем, как дождь барабанит по кирпичной дорожке бесконечной трелью. Ощутив, как юношеская рука сжимает её пальцы крепче, она опускает взгляд, а затем быстро поднимает его к лицу сэмпая. Стирая рукавом воду с виска, Инумаки угрюмо бормочет что-то вглубь высокого воротника, отлепляя пальцами пряди чёлки со лба. Заметив чужой пристальный взгляд на себе, он поворачивается и смотрит на студентку в ответ. Медленно смягчившись в выражении лица, второгодка протягивает руку и стирает каплю с её щеки рукавом.              «Инумаки…» – моргнув, она сжимает лямки сумки в занятой руке.              — Нравится… – бормочет Рен, сглотнув.              Опустив руку, Тоге секунду удивлённо смотрит на неё, а затем под воротником раздаётся беззлобный смешок. Притянув девушку ближе, он ещё пару раз сжимает её руку в своей ладони, а затем отпускает. Раскрасневшись алыми пятнами от смущения, та робко отводит смятённые взгляд в сторону и разглядывает носки своих промокших кроссовок. Снова повернувшись к капающему на песок дождю, Хаджиме перекатывается с пятки на носок и отпускает сумку, позволяя ей с глухим стуком упасть на деревянные половицы крыльца. Подняв руки и накрыв ладонями уши, она крепко зажмуривается и прерывисто вздыхает. Стучащий шум воды накрывает её с головой, отчего Рен нервно стискивает челюсти, пытаясь прогнать лёгкую тревогу.              Запах мокрой земли поднимается в воздух, густой и слишком терпкий. Тёмные следы дождевых капель окрашивают деревянную лестницу причудливым узором, а окна зданий в комплексе быстро запотевают от духоты влажной атмосферы. Звон капель над головой вынуждает её вспомнить все те строгие нравоучения бабушки, которые она неустанно повторяла каждый наступающий сезон дождей. Страх простудиться из-за холодного ветра и мокрой одежды с возрастом превратился в ужас перед хлюпающими лужами на асфальте, от которых мокнет обувь, в тревогу перед брызгами грязи, что вылетают из-под колёс машин, а затем – в постоянную панику.              Затхлый вкус воды в школьном туалете обжигает корень языка, глотку и нос. Иногда подростки бывают слишком жестокими к тем, кто хоть немного отличается от них. Несколько девичьих рук давят на её затылок, сжимают белые волосы в спутанную копну мокрых комков, пока из-под толщи воды вырывается очередной сдавленный хрип школьницы. Её голову достают, но даже не дают вздохнуть, а затем окунают в воду вновь. Заткнутый лоскутами ткани слив не позволяет воде уйти, тонкие пальцы дрожат и хватаются за холодный ободок унитаза, а ногти царапают белый пластик. Живот неприятно сдавливает от тошнотворного чувства, и ступни скользят по полу…              — Такана? – вдруг раздаётся над её макушкой.              Вздрогнув и убрав ладони от ушей, Хаджиме поднимает свои серые глаза. Инумаки склоняется к ней, осторожно касаясь ладонью сгорбленной спины. Прерывисто вздыхая, девушка с трудом сглатывает ком в горле, царапая ногтями шею. Мотнув головой, отчего пряди чёлки щекочут вспотевший холодный лоб, она прижимает костяшки дрожащей руки к побледневшим губам. По её боку пробегает дрожь, когда Тоге кладёт ладонь на её талию, слегка придвигая поближе. Тут же подняв руку, он склоняет её голову на своё плечо, прижимая гудящим виском к влажной ткани промокшей кофты.              На секунду зажмурив глаза, Рен старается унять остервенелый пульс, стучащий в её горле. Робко перебирая пальцами в воздухе, она слегка сдвигает руку и сжимает край кофты Инумаки, нахмурив светлые брови. Её удивляет, насколько смелым может быть юноша, несмотря на то, что они только недавно так сблизились. Каждый раз, когда Хаджиме пытается сделать первый шаг самостоятельно, у неё подгибаются колени, а голос нервно тонет в запинках и погребается под нерешительностью высказать хоть что-то. Физический контакт даётся ей с меньшим трудом, если его провоцирует сам второгодка, но из-за этого она чувствует себя неуклюжей и совершенно никчёмной.              «Смелее…» – предприняв попытку поднять голову, шаманка сжимает пальцы крепче.              — И-Инумаки-сэмпай… – бормочет она, и тут же прикусывает кончик своего языка, уловив его едва заметный недовольный вздох, — Инумаки, я… раз дождь разошёлся, м-может ты хочешь… – заламывая пальцы, взволнованно начинает девушка.              «Стоп, это странно прозвучит!» – вздрогнув, она закрывает рот ладонью со звонким шлепком по губам.              — Тунец с майонезом? – вскинув бровь вверх, Тоге просит её продолжить.              Замотав головой в стороны и отказываясь оторвать руку от лица, Рен стремительно краснеет и прячет глаза за второй ладонью. Услышав тихий смешок парня, она лишь сильнее смущается и стучит зубами, мысленно ругая себя за подобную глупую идею. Инумаки подцепляет её запястья пальцами и прикладывает усилия, чтобы увидеть покрасневшее лицо первогодки. Склонившись к ней, он держит её за руки, вглядываясь в серые влажные глаза. Стоит ему отпустить девичьи запястья, как та вновь закрывает ладонями лицо, растопырив дрожащие пальцы. Почесав затылок, Тоге задумчиво смотрит на неё сверху вниз, выпрямляя свою спину и колени.              — Я-я хотела предложить… пойти в женское общежитие, н-но… угх-х, прости! – еле слышно мямлит Хаджиме, опуская голову и сутуля плечи.              «Позвать его в свою комнату! Глупость-глупость-глупость!» – мотая головой, сокрушается она.              — Сяке, – постучав пальцем по её плечу, вздыхает юноша, — Лосось, – засунув руки в карманы кофты, добавляет он.              Выглянув из-под ладоней, Рен смотрит на спокойного Инумаки и жалобно изгибает брови. Ей бы хотелось быть такой же уверенной, каким кажется парень, но она может лишь неловко бормотать что-то себе под нос. Медленно опуская руки вниз, студентка поджимает губы и смотрит на носки своей обуви. Её внезапный порыв смелости превратился в очередную безуспешную попытку, оборванную на середине. Чем больше она старается раскрепоститься, тем сильнее позорится и превращается в пристыженную лужицу, способную лишь бессвязно мяукать извинения. И всё же, даже в такие моменты, Тоге лишь успокаивающе смотрит на неё, неизменно слушая каждый звук, исходящий от её скрюченной фигуры.              «Ну почему я не могу просто сказать что-то нормальное?» – сжимая дрожащие пальцы в замок, девушка вздыхает.              — Рен, – помахав ладонью перед лицом той, внезапно произносит шаман.              Вздрогнув, она поднимает голову и моргает.              — Тунец-тунец, – указав на неё, а затем на место, где Хаджиме стоит, Инумаки сжимает свою руку, — Конбу? – добавляет он, глядя на неё с небольшой надеждой в глазах.              Приоткрыв губы, Рен склоняет голову, обрабатывая информацию.              — Стоять здесь? – уточняет она, шаркнув ногой по половицам крыльца.              — Лосось! – кивает парень, похлопав её по плечу.              Вместе с лёгким порывом влажного воздуха, он незамедлительно разворачивается в сторону входных дверей и без всякого дальнейшего объяснения исчезает в глубинах здания общежития. Огорошенная резким расставанием, но верная своему обещанию оставаться на месте, Хаджиме ещё пару секунд смотрит на закрывшуюся за юношей дверь, а затем протяжно вздыхает. От запаха дождя у неё сводит желудок, рёбра неприятно покалывает, но самое худшее – ноют все старые раны, даже чешутся шрамы на руках. Проводя ладонью по предплечью, чтобы унять раздражающий фантомный зуд, девушка подходит к перилам и вытягивает руку вперёд, ловя пальцами дождевые холодные капли.              Вода стекает по её костяшкам к кончикам пальцев, а затем быстро опадает каплями на влажную землю. Стряхивая лишнюю влагу, она вытирает ладонь о ткань одежды на животе, отталкиваясь от перил свободной рукой. Иногда самые безобидные вещи вызывают у людей странный дискомфорт, с годами превращающийся в беспочвенный страх. Избегая дождя множество лет под предлогом «неприятных» воспоминаний, Рен на рефлекторном уровне выработала в себе страх перед ним. Постоянные тревога и опасения по поводу непогоды – не более чем итог глупых старческих баек, но и он несёт свои последствия.              Странный шум за спиной привлекает её внимание, и Хаджиме поворачивает голову ровно в тот момент, когда длинные юношеские пальцы касаются её плеча. Взмокшие от дождя тёмные пряди, ранее стоявшие торчком, теперь прилипли к ушам и вискам бледного лица Фушигуро. Его пышные чёрные ресницы, которым уже несколько недель завидует Кугисаки и щебечет об этом на ухо всем вокруг, украшены жемчужными каплями от пасмурной погоды. Тяжело дыша и смахивая лишнюю влагу с подбородка и щёк запястьем, Мегуми на секунду обхватывает плечо студентки, сжимая его, а затем отпускает и встаёт ровно.              — Не успела добежать до общежития? – спокойно спрашивает он, указывая большим пальцем за своё плечо, где не на шутку разбушевался ливень.              «Инумаки-сан…» – приоткрыв губы, девушка тут же смыкает их вновь.              — А… да, решила тут подождать. Не люблю мокнуть под дождём, – кивает она, решив не упоминать о том, что её сюда привёл сэмпай.              — Долго не стой здесь, – хмыкает Фушигуро, потянувшись к молнии на своей спортивной кофте.              Отводя взгляд в сторону, Рен медленно кивает и заправляет прядь влажных белых волос за ухо. В этот момент на её плечи падает что-то тёплое, хоть и немного мокрое, а за спиной скрипит входная дверь общежития. Взглянув вниз, она понимает, что брюнет накинул на неё свою кофту и ушёл. Удивлённо моргнув пару раз, шаманка принимает решение посильнее укутаться в ткань, чтобы окончательно не околеть от холодного влажного ветра, гуляющего по комплексу техникума. Хоть с Мегуми и сложно поймать общую связь и выстроить ровный диалог, он достаточно вежлив по отношению ко всем девушкам и ненавязчив в своей внимательности.              Протянув руку и взявшись за перила лестницы, Хаджиме делает шаг вперёд, а затем принимает решение спуститься хотя бы на одну ступень вниз, чтобы не загораживать двери общежития. Холодное дерево обжигает её ладонь, и она одёргивает руку вверх, слегка нахмурив светлые брови. Вздрогнув всем телом по инерции, девушка наклоняется в сторону и промазывает, когда ставит ногу на ступень. Её кроссовок скользит по мокрой древесине, пятка соскальзывает вниз, и Рен не успевает даже пискнуть, когда полностью теряет равновесие. Ухватившись за перила двумя руками, она падает на копчик и скатывается по двум ступеням вниз.              — Сестрёнка! – над её ухом быстро раздаётся знакомый мальчишеский голос, и тонкие ручонки подцепляют воротники кофты и футболки в один комок.              Взмывая над ступенями с измученным вздохом, шаманка замирает, вцепившись ногтями в перила лестницы.              — Нана, я просто упала… – цедит сквозь зубы она, поднимая серые глаза вверх, а затем дёргает ногами, — Пусти, – пристыженно добавляет Хаджиме.              Младший брат резко поднимает руку вверх, из-за чего та оказывается в воздухе ещё выше. Вытянув ноги, она ставит их на ступени и вздыхает, стряхивая грязь, пыль и дождевую воду со своей спины и бёдер. Закончив с очисткой чужой кофты, Рен переводит взгляд на взволнованного мальчишку под боком, который сверкает щенячьим взглядом из-под белых ресниц. Его тонкие пальцы, обёрнутые в тёмные перчатки, торопливо бегают друг по другу, и он выпячивает нижнюю губу, изогнув светлые редкие брови. Заметив малейшее изменение во взгляде старшей сестры, которая дёргает уголком губы в подобие лёгкой улыбки, Нана широко улыбается и подскакивает к ней.              — Сестрёнка-а-а! Мне не нравится, когда ты грусти-и-ишь… – тянет он, обхватывая талию девушки руками и прижимаясь щекой к её плечу.              — Я не сильно-то и грустила, – вздыхает та, положив ладонь на его макушку, — Просто дождь… раздражает, – дёрнув бровью, студентка снова смотрит на серое, потемневшее небо с тяжёлыми тучами.              Нана сильнее сжимает её своими руками, а затем трётся щекой о плечо и ключицу.              — Ла-адно-о… я просто соскучился! – признаётся мальчик, покачав головой.              Услышав его скулящий голос, Рен опускает потеплевший взгляд, а затем мягко улыбается. Склонив голову, она гладит брата по светлым волосам, укладывая свою вторую ладонь на его спину. Прижавшись щекой к его макушке, девушка закрывает глаза и тихо вздыхает, изредка потирая большим пальцем лопатку Наны. Через пару секунд она поднимает голову и упирается подбородком в затылок юноши, чтобы взглянуть на всё ещё идущий на улице дождь. Скрип деревянных половиц вынуждает её моргнуть, а затем Хаджиме осторожно поворачивает корпус назад, чтобы встретиться с растерянным взглядом Инумаки. Тот заглядывает за её плечо, чтобы понять, чьи руки он видит на талии девушки.              — А, Инумаки-сан… – осторожно отпуская младшего брата, шаманка берётся за перила одной рукой, чтобы поднять одну ногу на ступень повыше.              Встрепенувшись, мальчишка поднимает голову, отрываясь от плеча сестры. Его взъерошенные девичьей ладонью белые волосы стоят торчком, а пряди щекочут собственные раскрасневшиеся от радости припухлые щёки. Глядя в фиолетовые глаза второгодки, Нана ещё мгновение молчит, а затем вдруг фыркает и кривит губы, вздёрнув одну бровь вверх. Не обратив на это внимания, Рен поднимается и подходит к Тоге, замечая в его руках контейнер с какой-то едой и большую сложенную тёмно-зелёную толстовку. Несмотря на собственное недовольство, мальчик вцепляется тонкими пальцами в край кофты на сестре, следуя за ней хвостиком.              — Что это такое? – ещё раз окинув взглядом вещи в руках сэмпая, спрашивает та.              Нахмурив брови, Инумаки смотрит на кофту, висящую на плечах Хаджиме. Поджав губы, он слегка опускает руки, в которых держит контейнер с онигири и свою толстовку. Заметив явное негодование в выражении лица Тоге, девушка следует за его взглядом, а затем моргает, словно что-то осознала. Торопливо распахнув кофту, она вдруг стягивает её со своих плеч, а затем накидывает на удивлённого Нану, который все ещё стоит позади. Протянув дрожащие руки, Рен берёт толстовку юноши и быстро разворачивает ткань, просовывая голову внутрь. Высунувшись через воротник с взъерошенными белыми волосами, которые растрепались по её лицу и макушке, она прижимает длинные рукава к лицу.              «Пахнет рисом…» – замечает девушка.              — Спасибо! – торопливо восклицает Хаджиме, глядя прямо в глаза парня, — Большое спасибо, Инумаки, – добавляет она, положив одну ладонь на его запястье.              Моргнув пару раз, тот сначала молчит, но затем медленно кивает. В уголках его глаз появляются морщинки, и яблочки щёк заставляют прищуриться из-за улыбки. Протянув контейнер с онигири девушке, Тоге ждёт, пока Рен примет угощение, а потом поднимает руку и укладывает её светлые волосы по сторонам, осторожно поднимая всклокоченные пряди пальцами. Прикрыв свои серые глаза, шаманка чувствует, как её локоть обхватывают длинные руки младшего брата. Взглянув на него, она ошарашенно замирает на месте, совершенно неготовая увидеть то, что делает мальчик. Нана подставляет голову второгодке, показывая тому помочь с растрёпанными волосами.              — Я тоже, я тоже! – пищит он, нетерпеливо перекатываясь с пятки на носок.              — Лосось, лосось… – кивает Инумаки, опуская одну руку на макушку мальчика и перебирая его волосы, — Саке, – еле слышно бормочет он, внимательно перекладывая вьющиеся локоны на затылке.              Поднимая глаза и вглядываясь в сосредоточенное лицо парня, Хаджиме приоткрывает губы. То, с какими непринуждённостью и старанием Тоге ухаживает за её капризным братом, вызывает в её груди приятный трепет. Несмотря на то, что ещё недавно Нана яростно ревновал свою сестру и не хотел ею делиться, Инумаки терпеливо относится к бедному проклятью. Заметив пристальный взгляд первогодки, тот прекращает возиться с волосами мальчика и смотрит на неё в ответ. Мягко улыбнувшись, Рен прижимает контейнер с рисовыми треугольниками к животу одной рукой, а другую поднимает и смахивает пальцами пряди чёлки с глаз Инумаки.              — Фушигуро подумал, что я замёрзну, поэтому оставил кофту, – стягивая олимпийку с плеча младшего, она протягивает её Тоге, — Сможешь… вернуть ему? – склонив голову, уточняет девушка.              — Лосось, – соглашается он, приняв кофту и закинув её на сгиб своего локтя.              — Соевый соус? Водоросли? – вдруг вынырнув из-под бока сестры, Нана вцепляется пальцами в ткань футболки на боку Инумаки.              — Такана? – взглянув на мальчишку, переспрашивает второгодка.              — Нана, не дразни Инумаки-сана… – шикает Рен, дёрнув брата за воротник назад к себе.              Надувшись и скрестив руки на груди, тот топает ногой, а затем оттягивает нижнее веко пальцем и показывает язык парню.              — Бе-бе-бе… сестрёнка всё равно любит меня больше! – ерепенится Нана, а затем делает шаг назад и растворяется, помешав Хаджиме схватить его за щёку пальцами.              «Мелкий прохвост!» – смущается та, махнув рукой в воздухе там, где ещё осталась блестящая пыль после побега младшего.              Тихий смешок, приглушенный высоким воротником, заставляет Рен поднять пристыженный взгляд и поджать дрожащие губы. Держась за молнию на воротнике, Инумаки тихо смеётся, прикрыв сверкающие фиолетовые глаза. От его непринуждённой реакции девушка чуть расслабляется, и её губы растягиваются в подобие неловкой улыбки. Потирая мочку уха ногтями, она пальцем другой руки ковыряет дно пластикового контейнера, который ей вручил юноша. Внезапно заинтересовавшись неожиданным подношением, Хаджиме сглатывает и приподнимает руку с угощением, привлекая внимание смеющегося сэмпая.              — А… это? – осторожно бормочет она.              — Тунец с майонезом! – опомнившись, кивает Инумаки, — Лосось-лосось, судзико… мускат, – неопределённо размахивая руками, он показывает короткую стрижку волос на себе, затем на Рен, а после тыкает в крышку контейнера пальцем.              Склонив голову набок, та с явным непониманием смотрит на него.              — Кугисаки… сказала тебе, что… – произнося каждое слово и ожидая реакции со стороны Тоге, студентка медленно растягивает слова, — М-м… мне нужна еда? – заканчивает она, приподняв бровь.               Активно закивав, шаман хватает её за плечи и слегка встряхивает, после чего щипает за щёку.              — Тунец! – улыбается он, склонив голову к девушке.              — Я п-ф-фоняла… – фыркает она, позволяя Инумаки тянуть её за щеку.              «Он это для меня приготовил?» – взглянув на онигири в контейнере, Хаджиме задумывается, пока парень трясёт её взад-вперёд.              Её серые глаза ещё остаются сфокусированными на еде, когда Тоге поднимает её голову вверх, придерживая за щёки ладонями. Отвлекаясь от угощения, Рен встречается с весёлым взглядом сэмпая и замирает. Его длинные пальцы скользят за её ухо, убирая прядь белых волос назад, и девушка смущённо поджимает свои губы. Обхватив поясницу той рукой, Инумаки трёт её спину и улыбается, после чего наклоняется и кладёт свою голову на её плечо. Чувствуя, как по щекам и шее разливается смущение, шаманка крепко зажмуривается и осторожно кладёт ладонь на бок юноши. Неуверенно и неловко поглаживая его олимпийку, она с трудом сглатывает.              «Ч-Что это? Что м-мне делать? Как… как отреагировать? Я должна обнять его крепче?» – сжимая тонкими пальцами ткань одежды второгодки, студентка переминается с ноги на ногу.               Склонившись вперёд, она неуклюже прижимается поближе к Инумаки, вцепившись в его спину ладонью.              «Руки заняты! Эм-м… так странно… боже… сейчас сгорю от стыда!» – стиснув челюсти, Хаджиме напряжённо замирает на месте, ощущая, как по её спине бегут мурашки вперемешку с каплями холодного пота.              — Судзико, – приподнявшись, вдруг бормочет Тоге, — Такана? – спрашивает он, заглядывая в покрасневшее лицо девушки.              Медленно приоткрыв дрожащие веки, та неуверенно смотрит в его глаза.              — П-Просто… не привыкла ещё… – прерывисто вздохнув, мямлит Рен, — Смущает… – добавляет она, опуская взгляд на носки своих кроссовок.              Осторожно пытаясь отстраниться, Хаджиме чувствует, как юноша не пускает её.              — Окака… – бурчит тот, придвигая её назад, — Жёлтая роза, – хмыкает Инумаки, склонив голову и вскинув бровь.              Услышав что-то отличное от привычного лексикона, девушка поднимает глаза.              — А? Жёлтая… – моргнув, она на секунду замирает, вспоминая хоть что-то, — Зависть… нет, ревность? – бормочет шаманка, вглядываясь в недовольное выражение лица парня.              «Ревность? К кому? К Нане?» – прикусив внутреннюю сторону щеки, она вдумчиво замолкает, отводя взгляд вверх.               — Жёлтые розы! – фыркнув, Тоге хватает её за капюшон тёмно-зеленой толстовки и натягивает тот на голову девушки, — Фушигуро! – положив обе руки на талию той, он вдруг хмурится.              «А? Фуши-и…» – дёрнувшись, Хаджиме подпрыгивает на месте, когда шаман начинает щекотать её бока.              — Э-э! Нет, нет-нет-нет, Инумаки! – задёргавшись в стороны, она извивается и пытается не смеяться, но улыбка растягивает её губы, — А-а! И-Инумаки, н-нет, хватит! – заикаясь, студентка смеётся и сжимает контейнер с онигири двумя руками, чтобы не выронить.              — Икура! – посмеиваясь, он подхватывает её, когда Рен разворачивается к нему спиной, готовая сбежать под льющий шквалом ливень, — Лосось, лосось… – уже спокойнее бормочет парень, прекратив щекотать ту.              Задыхаясь от смеха, девушка пытается отдышаться, вытянув руки с контейнером вперёд.              — Ты просто издевался надо мной, Инумаки-сан! – возмущённо восклицает она, упираясь одной рукой в предплечье юноши, — Ы-ым-м… Панда-сэмпай говорил, что ты тот ещё шутник, а я… не верила! – тяжело вздыхая, Хаджиме перестаёт дергаться и устало обмякает на месте.              «Серьёзно! Чтобы Инумаки-сан ревновал? Глупости… он надо мной подшутил…» – успокоившись, она выпутывается из рук сэмпая и поправляет капюшон на голове.              — Креветки, – постучав пальцем по контейнеру с онигири, усмехается тот, — Ментайко, – уже мягче выдыхает Тоге, подтолкнув Рен в спину ладонью.              Повернув голову и взглянув на него, она секунду медлит, но затем кивает.              — Эм-м… спасибо, Инумаки-сан… – бормочет Хаджиме, и, услышав вздох шамана, откашливается, — То есть, Инумаки. Тогда… я пойду? – тише произносит она, замечая одобрение в его взгляде.              Спускаясь по ступеням вниз, Рен посильнее надвигает капюшон на нос и накрывает голову контейнером, придерживая его двумя руками. Дождь крупными каплями бьёт её по носу, когда она наступает в лужу кроссовкой, громко хлюпнув подошвой по грязной плитке. Сделав несколько шагов вперёд, шаманка вдруг разворачивается и видит, как Инумаки всё ещё провожает её взглядом. Слегка смутившись, она торопливо идёт дальше, срываясь на лёгкий бег. И, всё же, повернувшись уже через пару секунд, девушка видит, как Тоге складывает руки на груди и смотрит ей вслед. Помахав ему ладонью и указав пальцем на двери, она усмехается.              «Мы выглядим как парочка… ох… ы-ым! Мы же встречаемся!» – смущённо улыбаясь, Рен бежит по дороге к женскому общежитию, оббегая маленькие блестящие лужицы.              Запах мокрой земли и травы щекочет его лёгкие. Крупные капли барабанят по козырьку крыльца, когда Инумаки наклоняется и подбирает упавшую с его руки кофту Мегуми. Стряхивая с тёмной ткани пыль, он приподнимает одну бровь, скривив нижнюю губу в странном недовольстве. У него нет негативных чувств по отношению к Фушигуро, но он действительно ощутил себя неудобно, когда увидел олимпийку первогодки на плечах Хаджиме. Это нельзя назвать ревностью… или можно? Тоге трёт свою шею свободной ладонью и снова замечает удаляющийся вдалеке силуэт девушки, которая бежит к крыльцу женского общежития в его толстовке.              «Встречаемся?» – открывая дверь в здание, он закидывает кофту на своё плечо.              — Лосось… – вздыхает Инумаки, слегка улыбнувшись, — Незабудка, – кивает юноша, запрятав руки в карманы своих штанов.              С тихим стуком поставив контейнер с онигири на стол, Рен пролетает по ковру к своему стулу на колёсиках. Приземлившись на него, она прокручивается на месте, откинувшись на спинку. Прижимая длинные рукава к лицу, и скрывая за ними своё смущение, Хаджиме радостно размахивает ногами. Впервые за всю жизнь у неё появился парень, и, ещё лучше: она может с ним спокойно, – практически, – разговаривать. Закидывая пятки на стул и придвигая ноги к груди, девушка кладёт голову на колени и закрывает свои серые глаза. Удивительно, насколько счастливым может быть человек, когда его взаимно любят.