War of hormone

      Хёнджин шёл в столовую, искоса поглядывая на своего соседа по комнате. Как же его бесил этот блатной мальчик! Джин был более чем уверен, что отец сделал за него все тесты, и физическую подготовку вряд ли учитывали. Он хоть раз отжаться сможет? Судя по его щуплой фигурке, то он свалится уже через пару дней. Хотя руки и спина были рельефными, задница крепкой, бёдра стройными. Нужно быть осторожнее с ним. А ещё было интересно, почему вдруг сестра начала его прикрывать? Обычно она никогда не вмешивалась в его стычки, приветствуя проявления власти их парочки. А здесь, как злая кошка, пришла и разогнала. Может, испугалась за него? Всем известно, что Чонин сын заместителя командующего, а значит от ссоры с ним могут быть проблемы. Сердце немного успокоилось, нервы пришли в порядок. Завтрак прошёл без эксцессов. После того как убрали за собой со столов грязную посуду, куратор повёл группу по длинному коридору и вывел на улицу, направившись в учебный корпус.       Здесь они поднялись на четвёртый этаж и прошли в один из кабинетов, в котором уже был второй старший. Он тут же встал из-за стола и почтительно склонился перед куратором, после чего встал немного позади него. Конечно, Джин уже всех знал по имени благодаря своей близняшке, у которой были электронные дела каждого. С остальными Хёнджин уже вчера успел пообщаться и вроде даже нашёл общий язык. Бесило, что этот Ян позволил себе не явиться вовремя, как того предписывал устав. — Меня зовут Бан Кристофер Чан. — оборвал его грустные мысли куратор. — Можно просто Крис или хён, когда мы в расположении. При начальстве помним о субординации и уважении. Это Со Чанбин. Он ваш инструктор на практике. Его слушаться так же, как и меня. На ближайшие пять лет учёбы мы — одна семья. Открою вам прописную истину: не все из вас выдержат обучение. Обычно к выпуску остаётся половина из заявленного количества. После нас все вопросы к старосте Хван Йеджи. Вопросы? — Капрал Чхве Субин. Когда мы начнём летать? — поднялся один из близнецов. — Хороший вопрос. Первое полугодие вы будете изучать теорию и историю, а на практике улучшать боевые искусства, тренировать тело. Когда придёте с зимних каникул, начнётся практика на симуляторе. К середине второго курса попробуем сесть за штурвал. — подробно объяснил Бан.       Дальше они обсуждали насущные вопросы, касательно передвижения. Куратор ещё раз повторил информацию, которую озвучивал вчера. Перед окончанием вводного занятия попросил обращаться к нему по любому возникающему вопросу и вышел. Джин и Йеджи сразу вышли на их место. — Напоминаю ещё раз. — строго сказала староста. — Везде, кроме общежития, группа передвигается по территории в порядке проживания. Я и Лия всегда направляющие, Джин и Чонин всегда замыкающие. За мной Юна и Рю, Феликс и Сынмин, Минхо и Джисон, Субин и Минхёк, Ёнджун и Бомгю. Не забываем, что каждый вечер мы стираем и сушим форму, также в порядке проживания.       Джин в пол уха слушал сестру, и так зная наперёд, что она скажет. Он смотрел из-под полуопущенных ресниц на своего соседа, разглядывая исподтишка. Почему его так притягивали его разноцветные глаза? Почему он только одну линзу носил? Красуется, внимания к себе больше притягивает. Чем ещё больше бесит. Злость поднималась всё выше, вытесняя все остальные чувства. Но вот почувствовалось на плече лёгкое сжатие аккуратной ладошкой сестры, и он вернулся, взяв эмоции под контроль.       Йеджи всегда была рядом. Её движения успокаивали, приносили равновесие. У них как будто сердце одно на двоих было. С самого детства близнецы неразделимы: в школу — вместе, в армию — вместе, шкодить — вместе, наводить порядок опять вместе. Всегда одно мнение на двоих, одно решение, казалось, что и характер был один на двоих. Как будто одного человека разделили. И ведь не специально, так получалось. Даже когда начали различаться, всегда были заодно. Йеджи всегда была пацанкой, а Джину всегда нравились парни. Часто договаривали друг за друга фразы, чувствовали, действовали. Хёнджин уже давно не чувствовал себя чем-то отдельным от близняшки. Решение пойти в военную авиацию пришло спонтанно, когда во время службы попалась реклама на почте. Они оба были младшими в семье, потому им разрешили самостоятельно выбрать будущую профессию. Семейное дело продолжил старший брат близнецов. Конечно, сначала родители были совсем не в восторге, но потом смирились и даже поддержали.       Занятия пошли по расписанию: история авиастроения, аэродинамика, лётно-технические характеристики самолётов. Всё было безумно интересно! Хёнджин хоть и читал очень многое, но из уст молодых и подкованных преподавателей становилось ещё более увлекательно. Он записывал, успевая за словами сонбеннима, не оглядываясь по сторонам. Лёгкий мятный запах соседа немного сбивал. А ещё хотелось спросить про линзы. Было жутко интересно. И тут совсем непонятно, чем же таким он зацепил его внимание. Хёнджину всегда нравились маленькие, хрупкие на вид парни, такие как Феликс. Вот бы узнать ориентацию этого блондина! Ну, времени у него теперь будет много. Главное, отвлечься от этого Чонина. За двадцать минут до обеда прозвенел звонок. Они снова начали строиться, как и другие подгруппы. У кого-то выходило получше, у кого-то похуже. Они ориентировались по Ли и Хану, которые были весьма странной парочкой. Вроде у одного из них тоже родители совсем не простые и тоже были против, но вот они оба были здесь. Джин слышал от сестры, что эти двое чуть ли не с пелёнок вместе. Они оба были очень интересными, и вчера он слышал, как эта парочка спорила на тему какой-то картины, которую они видели накануне на выставке, делясь мнением.       Конечно, Хёнджин, как и все, хотел влюбиться. Он ждал этого. Мечтал об этом. Когда-то давно ему снился маленький чёрный лисёнок с разными глазами, который превращался в мальчика. Он вечно ускользал от него. Джин никак не мог достичь его. Он мечтал, что когда-нибудь встретит кого-то похожего на того лисёнка. Взгляд вновь вернулся к соседу по комнате. Сейчас они сидели друг напротив друга за столом, поглощая обед. Через час уже строевая подготовка, и им опять предстоит быть друг против друга. Этот Ян как проклятие! Почему же он был так похож на того самого лисёнка? Чёрт! Это ни в какие рамки! Джин швырнул палочки на стол, чувствуя, как начинает закипать, и вылетел из столовой. Он остановился в коридоре и присел на корточки. Следом вышла Лия. Она подошла ближе и тронула его за плечо, присела рядом. Эта девчонка росла вместе с ними. Была как вторая сестра. Их родители дружили и также не приняли выбор дочери, но обрадовались, когда узнали, что Лия будет учиться вместе с Хёнджином. — Не расстраивайся так. Вы меньше суток друг друга знаете. Ну что опять с ним не поделили? — мягко спросила подруга. — Да бесит! — грустно вздохнул Хван. — Просто не обращай внимание и всё! Ты устал. Давай погуляем на выходных? Только наша троица. — Ты, как всегда, права, Лия. Наши идут. Давай строиться.       Джин поднялся на ноги и встал в стойку. Вскоре уже полная группа стояла в строю, ожидая куратора. Крис довёл их до общежития и ушёл. А он вновь оказался в одной комнате с этим Чонином. Как же избавиться от него? Наверное, нужно просто последовать совету подруги: не обращать внимания. Это всего лишь очередной мальчишка. Несносный, дерзкий. А может, припугнуть его? Прижать да напомнить, что он такой же, как остальные. Нужно сделать так, чтобы он не расслаблялся. _________________________ — Как ты, бельчонок? — спросил Минхо, как только закрыл дверь в их комнату. — Нормально всё. Хо, ты слишком драматизируешь. Всё не так плохо. Ты, как всегда, слишком меня опекаешь. Я привыкну. — кивнул Джисон.       Ли развернул к себе своего парня и мягко обнял за плечи, притягивая ближе. Его мальчик, его хороший мальчик. Минхо заботился о нём чуть ли не с рождения, хотя был младше на месяц. Он знал обо всех его проблемах. Джи всегда был маленьким и слабым, всегда искал защиты. А ещё у него были проблемы, которые со временем почти исчезли. Джисон боялся большого скопления людей и новых мест. У него нарастала тревожность, которая могла довести до паники. Поэтому Хан всегда был за его спиной, ближе всех к нему. А Хо был и не против такого расклада.       Их отцы — сводные братья, не имеющие общей крови. Всё детство, с самого рождения, мальчики были вместе. По сути, являясь братьями, они были близки. Вместе в школу и со школы, вместе на занятия по тхэквондо для укрепления тела, вместе начали заниматься танцами в средней школе. Минхо и сам не мог сказать, когда почувствовал к нему что-то большее, чем любовь к брату. Сначала отрицал всё, боялся. Вдруг Джи начал отстраняться, начал сыпаться, как будто чувствовал, что что-то не так. А потом — в начале старшей школы — Хо нашёл его дневник. Не специально. Просто Джисон перепутал портфели и забрал не свой, а Ли уже дома обнаружил подмену, вот и залез ради любопытства. Конечно, он знал, что его мальчик записывал все свои мысли по настоянию психологов, но никогда не покушался на столь личное. Минхо всю ночь тогда читал довольно толстую тетрадку, исписанную корявым почерком. К утру он не находил себе места, плакал, понимая, что его чувства взаимны. На страницах явно виднелись следы от подсохших слёз и размазанная паста от ручки, много вопросов и троеточий. В тот день они прогуляли школу. Блуждали по улочкам парка, сходили в кино и много разговаривали.       С тех пор стали ещё ближе. Теперь Минхо мог касаться его. Всегда. Везде. Они переспали сразу же с началом каникул, когда уехали в летний лагерь. Они доверяли друг друга. Хо шёл за Джисоном, всюду был рядом, и тот отвечал ему тем же. Именно идея Хана была поступить в лётную академию. И Ли безоговорочно кинулся вслед за ним. Хоть Джи и прятался всегда за его спину, мозговым центром в их парочке был именно он. Минхо подчинялся ему точно так же, как Джисон подчинялся ему. По прошествии стольких лет бок о бок с этим парнем, Хо уже не мог даже подумать, что когда-нибудь сможет отказаться от него. Он в тайне надеялся на то, что и Джи его никогда не бросит. Но тот, похоже, и мысли такой не допускал. Сейчас он счастливо улыбался у него на плече, уткнувшись, как всегда, прохладным носом в место под ухом. — Сони, я так сильно тебя люблю! — нежно шёпотом сказал Минхо. — И я тебя, чаги! Пойдём, там уже собираются все. Слышишь?       Его голос, одновременно и грубый, и нежный, сводил с ума. Сердце затопила благодарность и бесконечное чувство, которое не оставляло его ни на мгновение. Страсть между ними не утихала вот уже пять лет. А любви становилось всё больше с каждым днём. Им стало присуще одно чувство на двоих, чистое, без предательства и сомнения, без каких-то примесей и без всего ненужного. Для Минхо существовал только Джисон. Он уже легко мог считывать любую его эмоцию, любое изменение, но Джи всё равно больше и больше открывался с какой-то новой стороны, каждый раз преподнося что-то новое, удивляя. Хан отстранился и повёл его к двери. Они вышли в коридор и встали четвёртыми в общем строю. __________________________       Вдох — локти вместе, выдох — локти порознь. За плечами груз в сорок килограмм. Напрягались мышцы живота, груди, рук. Разные мысли донимали его молодую голову. Парень старался, чтобы не быть тряпкой, чтобы стать сильнее. Нужно было быть лучшим, первым среди остальных. Выбранное им направление не терпело слабых. Он так надеялся, что вся его группа останется до конца обучения. Ему они все нравились и показали сегодня себя наилучшим образом. Даже ненавистный ему Хёнджин отлично отвечал на теории и достойно спарринговался на практике. Хорошо, когда есть достойный противник. Хван был шире в плечах, немного превосходил его массой и высотой, но действовал умело и справедливо, а когда сильно и резко кинул его на пол, то подал руку. Правда, улыбался при этом так елейно и хитро, что аж живот сводило от тошноты.       Чонин открыл глаза, переставая считать про себя, когда услышал шаги и голоса двух людей. Прямо перед ним стояли Феликс, Минхо и Джисон. Последний тут же скинул толстовку, оставшись в штанах и футболке, сел на ближайший к нему тренажёр и приступил к упражнению. — Чонин, верно? — спросил Феликс.       У него была отличная память на имена, и этого маленького блондина запомнил ещё утром, когда тот отвечал на паре аэродинамики. — Верно. — кивнул Ян. — Тоже пришли позаниматься? — Да. Ты против? — резко спросил Минхо, недобро зыркнув из-под чёлки. — Ни капли. Наоборот, в компании интереснее. Просто обычно свободное время тратят на отдых. — улыбнулся Чонин, вставая с тренажёра и уступая место Ликсу.       Дверь открылась, и в проёме показались близнецы Хван. Чёрт! А настроение было таким хорошим! Все молча разошлись по тренажёрам, а староста подошла к нему ближе. — Чонин, могу я попросить тебя подстраховать? — мило улыбаясь, попросила девушка.       Ян кивнул и ушёл за ней в другой угол. Уводит подальше от брата? Он оценил. Она стянула футболку, оставшись в свободных штанах и короткой спортивной маечке. Её высокий хвост был заплетён в длинную косичку. Йеджи проверила вес блинов, легла спиной и взялась руками за поручень. Чонин подставил ладонь, и после этого девушка сняла штангу с подставки и начала делать жим. Она не сводила глаз с его лица, внимательно следила за каждым движением. Парня немного смущали её провоцирующие взгляды, напрягающиеся мышцы под кожей. Они так и смотрели друг на друга, пока староста не закончила упражнение. Ян хотел уйти, но девушка схватила его за руку. — Пойдём пройдёмся, Чонин. Мне нужно поговорить с тобой. — Конечно. — кивнул Чонин и послушно вышел вслед за Йеджи.       Пара прошла к выходу и медленно двинулась по плацу. — Почему у тебя глаза разного цвета? Удобно с одной линзой? — внезапно спросила староста. — Это не линзы. У меня гетерохромия. — спокойно ответил Ян. — Этого нет в личном деле. Я такого никогда раньше не видела, чтобы один глаз был таким тёмным, а второй — голубым. — У моей бабушки то же самое. Йеджи, говори прямо, что ты хотела. Мне некогда играть. — устало сказал Чонин. — Какой бука! Недовольство подхватил от моего братца воздушно-капельным путём? — хмыкнула Хван. — Нет. — парень остановился и повернулся лицом к девушке. — Ты хотела поговорить о моих глазах? — Не совсем. Ты нравишься мне, Чонин. А я тебе? — Ты красивая, ты всем нравишься. — Я хочу с тобой встречаться.