War of hormone

      Хёнджин открыл глаза по звонку будильника и попробовал подняться, но только скривился от боли, прострелившей сразу и поясницу, и задницу. Сразу обрушились воспоминания прошлой ночи. Стыд залил румянцем уши и щёки. Он вчера переспал с парнем своей близняшки. Хоть и не хотел этого, но стонал от дикого наслаждения, когда Чонин трахал его, прижимая к себе. Боже, как он мог так поступить? Ведь мог дать отпор. Они равны с Яном по силе. Так почему поддался ему? Почему позволил поиметь себя? Почему наслаждался его властью? Ведь Джин пытался ему сопротивляться, умолял остановиться. Так почему же ему понравилось? Он был виновен в этом и считал себя таким грязным сейчас, недостойным. В душе было гадко и радостно одновременно.       Стоило признать, что Чонин был хорош. Он был нежен и ласков, бережно подготовил его к проникновению и позаботился не только о себе. А ещё он, словно костёр, обжёг пламенем. Он явно знал, как и что делать, чтобы не причинить вреда. Взгляд упал на соседнюю кровать, которая была пуста и аккуратно заправлена. Где этот хитрый лис? Хёнджин поднялся с постели, также заправил её, после чего надел комплект из штанов и футболки. Натянув лёгкие ботинки, парень вышел в коридор. Он сразу же наткнулся на милую картину на месте построения подгруппы: Чонин обнимал Йеджи со спины, его сестра довольно улыбалась. Джину стало дурно. Он пролетел мимо парочки и остановился только в душевой у раковины. Его стошнило. Послышались голоса ребят за дверью, поэтому Хван поспешил убрать все следы и умыться. После этого он вернулся к строю, где уже стояли оба старших. Ян стоял рядом, смотря вперёд, будто о чём-то думал. — У тебя всё в порядке, хён? — обеспокоенным тоном спросил Чонин. — А ты как думаешь? Меня поимел парень моей сестры. — ядовито кинул Джин. — Тебе приснилось. — Чонин, ты в своём уме? — Но ведь тебе понравилось, и не отрицай. — спокойно сказал младший. — И не собирался. А как на это отреагирует твоя девушка? — поинтересовался Хёнджин. — А ты спроси и узнаешь. — Совсем не боишься. Наглец! — Хён, я не держусь за эти отношения. Мне просто скучно. Спать сразу и с братом, и с сестрой, несомненно, скрашивает моё здесь пребывание. — улыбнулся Ян. — Тебе придётся выбрать. — строго сказал Джин. — Хочешь, чтобы я выбрал тебя? — Отставить разговоры. Направляющий Со Чанбин. Шагом марш. — раздался громкий голос Криса.       День потёк своим чередом. Завтрак, занятия, обед. После обеда практика. И всё это время он думал над вопросом младшего. Хочет ли он? Хёнджин впервые был в пассе, и ему это понравилось. Оказывается, это не позорно, а наоборот — офигеть как приятно. Особенно, когда твой верхний такой, как Чонин: заботливый и нежный. Интересно, а что будет, если их поменять местами? Какой он будет в принимающей позиции? Это стоило сегодня же проверить. Он пока не будет ничего говорить сестре. Нужно наверняка иметь представление о том, по какой причине будет ссориться с Йеджи. Этот дерзкий мальчишка был весомой наградой.       А тот, будто случайно, касался его и смотрел постоянно. В свободное время они столкнулись в тренажёрном зале, где занималась вся группа во главе с Крисом. Его сестра была рядом с Яном, липла к нему, прикасалась к нему, а он… ревновал. Размышляя над всей ситуацией, Джин пришёл к выводу, что хочет его также сильно. Не нужно больше таить этого. ________________________ — Сынмин, можно попросить тебя задержаться на минутку? Зайди ко мне, как будешь свободен. — проговорил старший, не отрывая глаз от планшета, после чего сразу вышел.       Мин посмотрел себе под ноги и тяжело вздохнул. Опять идти к нему. Он не хотел быть с ним наедине. Слишком высок был соблазн того, что следующий раз он не сдержится. Ким предпочитал вздыхать по этому парню издалека. В памяти ещё был жив тот момент, когда Сынмин впервые увидел его на соревнованиях. Ему было тогда почти восемнадцать. В команде страны по пятиборью участвовал его двоюродный брат. Вонхо был в той же команде и выступал в том же весе. С тех пор Мин не пропускал ни одних сборов или соревнований, сбегал с уроков, чтобы исподтишка полюбоваться на Чанбина.       Конечно же, родители ничего не знали. Они любили его, но никогда не были особо близки. Каждый из них жил своей интересной жизнью. У матери — сеть магазинов домашней утвари из разных стран, а отец занимал важный пост в посольстве страны. Нет, он не жаловался на отсутствие внимания или любви с их стороны. Сынмин был поздним и единственным ребёнком. Конечно, оба родителя любили его и беспокоились за него. Они нормально отнеслись и к его службе, и к поступлению в Лётную академию. Каково же было его удивление, когда в первый же день своего пребывания в кампусе, он узнал, что один из его кураторов — Со Чанбин. Тот, кого он так сильно любил. Тот, кто жил в его сердце. Мин не видел его больше года, пока старший восстанавливался после травмы. Теперь он был таким взрослым. Но его отношение пугало. Делать нечего. Сейчас Ким пойдёт к нему и прямо спросит, если наберётся смелости. А может, раскрыть себя? Какого хрена он стоял перед его комнатой и уговаривал себя постучать? — И долго ты собираешься гипнотизировать мою дверь?       Сынмин вздрогнул от внезапного голоса старшего за спиной и застыл на месте. — Ты просил зайти, хён. — выдавил из себя парень. — Ну заходи, — Со толкнул дверь и впустил его внутрь. — Присаживайся.       Мин присел на стул, стоявший около стола, и сложил руки на колени. — Я слушаю тебя, хён. — Я не хочу тебе ничего говорить, но хочу кое-что показать. — И что же это?       А дальше произошло то, чего он не мог предугадать. Чанбин подошёл ближе, наклонился к его лицу и утянул в поцелуй. Сынмин растворялся в ощущениях. Казалось, вот оно — его целует любимый мужчина. Чего ещё желать? Но каковы были его мотивы? Какова причина этого поцелуя? Опять из жалости? Или что-то придумал уже? Мин оторвался от его губ и поднялся на ноги. Он уже сделал вдох, чтобы возмутиться, но его заткнули новым поцелуем, сжимая в крепких объятиях. Ким было дёрнулся, но его обняли ещё жёстче. Чанбин целовал нежно, но при этом не сдавал позиций. Они отстранились друг от друга только тогда, когда не стало хватать воздуха. Мин думал, что теперь его отпустят, но ошибся. — Я целую тебя не из жалости. Ты нравишься мне, Сынмин. Да, я осознаю, что ты мой курсант. Да, я понимаю, что так нельзя и неправильно. Да, я догадываюсь о том, что может сделать со мной твой отец. Но мне так сильно ты нравишься. С первого взгляда просто как по голове ударили. — путанно начал объяснять старший.       Сказать ему? Или не стоит? Но ведь он тоже ему нравится. Может, дать ему шанс? Может, у них что-то получится? — Я не знаю, что тебе сказать, хён. Ты тоже мне нравишься. И очень давно. — решился рассказать Сынмин. — Неделя — это не так давно. — Я не про неделю. Вспомни: три года назад, восемнадцатое августа, отборочные соревнования за место в сборной. Когда Чонгук получил травму спины на последнем этапе и вылетел, а Вонхо вместо него получил место. — опустив глаза, проговорил Мин. — Конечно, помню. Но ты это откуда знаешь? — удивлённо поднял бровь Со. — Ким Вонхо является моим двоюродным братом. И в тот день я пришёл его поддержать. Тогда я увидел тебя в первый раз.       Выражение шока на лице старшего говорило о многом. Он просто не мог прийти в себя после такой информации. Даже руки немного ослабли, но Мин не спешил отходить. — Сынмина, ты хочешь сказать, что все эти три года ты… Что я тебе… — Да, хён. Ты мне нравишься. И уже очень давно. — тихо сказал Ким. — Я даже не знаю, что ещё прибавить к тем словам, которые уже сказаны. Может, мы попробуем?.. — предложил Чанбин. — Попробуем, хён. Только не сейчас. Нужно собирать группу на ужин. — Твоя правда. ___________________       Чонин ждал вечера. При темпераменте Хёнджина он обязательно что-то скажет или сделает. И Ян не упустит возможности ещё раз подложить его под себя. Уж больно горячий! Парень внутренне готовился, но ни в свободное время, ни в душе, ни даже в прачечной Хван никак не реагировал. Может, самому спровоцировать? Прижать к постели или в угол… Но Джин не доставил ему такого удовольствия. Как только за ними закрылась дверь, старший положил свою стопку одежды на комод, забрал такую же стопку из его рук и схватил за плечи. Губы нашли губы, втягивая его в поцелуй. Просто и без предисловий. Ну что же, он примет его условия игры. Чонин позволил снять с себя верх и тоже потянул с него футболку. Ласки не прекращались, становясь всё горячее. Ян чувствовал зубы на своей коже и язык. Как будто блондина кто-то толкнул за край. Он прикусывал и посасывал, и от этого сносило крышу. Хотелось выгнуться и зарычать. Неужели решил сегодня сам перенять инициативу? Ну и отлично, ему же меньше стараться. В принимающей позиции он уже пробовал. Ему нравилось и так, и так. Хотелось посмотреть, на что был способен этот парень.       Джин потянул его к кровати и уложил спиной на постель. А дальше минус штаны и бельё, липкие от смазки пальцы между его ягодиц. Чонин старался быть негромким, закусывая губу до крови, но получалось из рук вон плохо. Старший больно кусался, оставляя красные следы на коже. Так он благодарил за удовольствие, которое получил вчера? Мелкий говнюк! Сладкий, дерзкий Хёнджин разрабатывал его анус умело и бережно. И Яна триггерило от его действий. Сверху такой грубый, а снизу нежный. Ему только оставалось подставляться под его грубые ласки и реагировать, оголяя инстинкты. Краем уха парень услышал, как Хёнджин разорвал шелестящий пакетик, но глаза так и не открыл. Ему было хорошо, наслаждение уносило его всё дальше на своих волнах. Наконец Йени почувствовал приставленный к его входу твёрдый орган и руку под коленом. — Ну же, войди уже и не мучай меня! — потребовал Чонин. — Даже не будешь останавливать? — раздался удивлённый голос старшего. — Хватит разговоров, Джин-и! Или на действия не хватает смелости?       Хван зарычал и с силой вогнал член внутрь, ненадолго замирая, но после начал двигаться, подталкивая его всё ближе в объятия эйфории и удовольствия. Джин упёрся лбом в его плечо и перешёл на тягучий медленный темп, от которого кружилась голова и захватывало дух. Хотелось большего! Собственнический инстинкт требовал пробраться в его сердце и поселиться там. Нет, этот блондин всё так же бесил неимоверно сильно, но и трахался охренеть как хорошо! Если они так продолжат и дальше, то до конца учёбы точно скучно не будет. Сознание пыталось не отключаться, держась из последних сил, но сердце уже капитулировало. Ему нравился Хван Хёнджин. Нравилось быть в нём и нравилось принимать его! До чёртиков, до нервных мурашек, до сладких стонов. Нравился, и теперь это никому было не исправить. Чонин цеплялся за его руки, как за спасательный круг. Желание не угасало. Весь его организм поддавался ему, каждая частичка тела. Чонин кончил. Тело стало ватным, внезапная слабость пригвоздила его к постели. Он почти заснул, когда услышал негромкое рычание блондина, почувствовал на себе его мокрое от пота тело. Несколько минут, и вес старшего пропал. Его потянули за руку. — Чонин, нам обоим нужно в душ. — послышался его хриплый голос.       Ян кивнул и открыл глаза, хватаясь за руку. Голова немного кружилась, но он стоял почти ровно. Джин вытер ему живот от спермы и подал одежду. Он натянул штаны и футболку, после чего старший взял его за руку и вывел в коридор. Как безвольную куклу, его довели до душевой, раздели и впихнули под воду. Сзади прижалось крепкое тело Хвана. Его руки поползли по телу, губы коснулись плеча. — Хён, ты хочешь продолжить? — спросил Ян, вяло улыбаясь. — Как будто ты против, — буркнул Джин. — Вовсе нет. — пожал плечами Чонин.       Всё закончилось безумными ласками и взаимной дрочкой. Он почти упал, потому что ноги не держали его. Нет, с братом определённо было лучше. Йеджи будто чего-то стеснялась, а Хёнджин просто дышал страстью. Его хотелось взять и ему отдать себя. Нужно было всё рассказать девушке. ________________________ — Кристофер, прошу… Быстрее…       Этот хриплый низкий голос, выстанывающий его имя, просто сводил с ума. И хозяин голоса тоже. Крис выполнил просьбу младшего, ускорив темп. Было так привычно входить в него, обучать его, дарить наслаждение, подобно тому, которое приносил ему Феликс. Этот мальчик был как весенний ветерок — лёгкий и волнующий. Быть с ним рядом было так просто. Вот только они так и не поговорили о том, кто они друг для друга. Нужно будет увезти его на выходные. Поговорить, объясниться. Чан хотел, чтобы было всё чётко и определённо. Хотел сбросить условности. Потому что его сердце ожило. Каждую ночь он подчинял его своей власти, а днём любовался лучезарной улыбкой. Казалось, что и сам Ликс радовался переменам, но так ли всё было на самом деле? Может, он просто притворялся. Как дожить до субботы?       Сейчас не время таким мыслям! Сейчас под ним на животе лежал мальчик. На его спине под кожей были выбиты крылья, по которым сейчас тёк пот. Мольбы и стоны, что вылетали из его горла, мотивировали действовать всё безрассуднее. Крис уже еле сдерживался. Ему было больно от того, что он не мог кончить, пока не доведёт младшего до оргазма. Наконец, тело Ликса дёрнулось под ним, и Чан отпустил себя. Оба пришли к своей кульминации и упали на постель. Он подставил локти и поцеловал в плечо, слизывая солёные капли пота. Спустя несколько мгновений Крис поднялся, вытянул несколько салфеток и вытер ими сначала младшего, затем себя, после чего перенёс уже спящего Феликса на мягкое кресло, завернув того в одеяло. Потом он с лёгкостью сменил бельё, вернул блондина в постель, притянув к себе поближе, и обнял всеми конечностями. — Кристофер... — прошептал Ликс и прижался плотнее. — Спи, цыплёнок. Мой маленький мальчик.       Сердце было наполнено теплом. Чан прикрыл глаза и позволил себе расслабиться, уплывая в страну Морфея. Проснулся же он, как всегда, в одиночестве.