Стойкий оловянный солдатик

Хрусть. Хрусть. Хрусть. Хрусть. Я бродил вдоль стены склада, лениво попинывая комки мерзлого снега в канавах у дороги. Был полдень, в небе висели тяжелые свинцовые тучи, сквозь них иногда проглядывал тусклый диск солнца и бледный силуэт Красного Глаза. Моя напарница задерживалась уже на полчаса, что было для нее не характерно. Даже привычный, покашливающий рев двигателя Фалькатуса не нарушал тишину. Долго, непозволительно долго. У нас не так много времени, через два часа общее построение из-за приезда реплики-командующей, а до площади еще надо добраться из всех этих закоулков. Я поймал себя на мысли, что беспокоюсь. Беспокоюсь из-за Бьянки… Есть ли смысл? Она Штар, а со своим вздорным характером опаснее половины города. Хотя тут такой город – уже не отличишь, кто реально поехавший, а кто всего лишь притворяется. Что если ее снова поймали сучки из отряда Ноль-Первой и устроили пресс-сеанс? Пожалуй, ждать тут нет смысла, я вот сейчас пойду и… — Привет, — звонко произнесли из-за спины, а по плечу прилетел молодецкий удар. Я молниеносно схватил автомат, развернулся и выцелил… Два красных подведенных глаза. Из-под воротника проглядывал номер 4527. — Привет ага, — выдохнул я, оглядывая Бьянку — Ты в следующий раз так не делай, я ж тебя чуть не пристрелил тут. — Хм? — реплика скептично глянула на автомат — С предохранителем? Твою мать! В тишине сиротливо щелкнул рычажок. Мгновенье мы смотрели друг на друга, а потом я рассмеялся. Бездна, ну и дебил! Позор ННА, забыть про предохранитель, меня ферцих из учебки прямо у склада и прибил бы, если б увидел. Бьянка пыталась сохранять серьезное выражение лица, но не выдержала и скривилась в подобии улыбки, отпустив пару смешков. Ситуация быстро разрядилась. Честно сказать, когда я понял, что буду вести расследование именно с ней, то почувствовал себя слегка так не в своей тарелке. До того мы не встречались при спокойной обстановке или наедине друг с другом, всегда были какие-нибудь казусы или с нами присутствовали другие. А вот тут просто так в одиночестве… — Ну вот что, Ягель передал мне карту расстановки постов и маршруты патрулирования Протекторов, так что попасться мы не должны, — реплике тоже было не по себе, от чего она сразу же перешла к делу и протянула мне листок. Линии разных цветов, приписки со временем, точки, ничего не понятно. — Пускай все же будет у тебя, ты лучше разберешься у себя в службе — вернул я листки и продолжил — Есть у меня пара идей о том, где наши гаврики могут собираться. Во-первых, из-за местной погоды точка должна отапливаться, иначе от холода они все околеют за пару минут, так что это либо техническое, либо жилое помещение в котором уже никого нет. Во-вторых, место должно быть не просто скрытным, а таким, что бы проверит его вообще исчезало всякое желание. Сложив два и два, мы получим… — Мы получим Ротен-Платц, строение 81, второй флигель и вход возле пристройки со всяким хламом. Нихрена себе. — Эм, ну я не уверен, вроде бы оно, как ты вообще поняла? — Поняла про что ты говоришь? Тот поганый дом приходится объезжать через весь район, потому что у сестер случаются припадки. Ах ну да, тот самый дом, после которого нас всей ротой подняли прочесывать квартал. Там же неподалеку жил и наш старый знакомый с рациями… вот ему, или его матери лучше не попадаться на глаза. Мы с репликой оба успели засветиться не с самой лучшей стороны. — Все ясно. Показывай дорогу. И мы пошли. По заснеженным улицам, по проулкам, по дворам и срезам, по промзонам и развалинам. Бьянка уверенно прокладывала путь так, чтобы мы не попадались не только протекторам, но и случайным горожанам. Хотя охранных реплик местное население итак как следует боялось и уважало. Или просто боялось, в случае излишне интересных кадров. В этом я убедился еще утром, когда стоя в очереди в местном магазине то и дело срывался на смех, чем зарабатывал осуждающие взгляды. — Ну че, как поспекулировал, торгаш? — весело спросил я, когда подошел к прилавку. Продавец ничего не ответил и только попытался отвернуться, чтобы не было видно огромного застарелого синяка, расплывшегося под глазом. Он и был причиной моего веселья. Мдааа, дипломат из Бьянки такой себе... — Не хочешь не говори, а я тебя, сукин сын, теперь насквозь вижу, так что выкладывай товар. Иначе тебе второе «солнышко» засветят, — все-таки сленг местных реплик хоть и циничный, но до ужаса смешной. Торговец пробурчал что-то и скрылся в подсобке, чтобы затем вернуться с увесистым пакетом. — У, фарца хренова, смотри у меня, — я забрал пакет и под недовольный гомон очереди направился к выходу. — Какие мы важные то! — Мундир напялил и начальника включил. — Дай только власти дураку. — Видно сразу приблатненный, командиру поди несет за подачку. — А вот когда мы служили… Я не выдержал и рявкнул. — Ну ка рты позатыкали! Вы еще благодарны должны быть, что Вольксармия вас, дураков, защищает в этом захолустье. Имперцы давно бы тут всех по лагерям разогнали и заставили пахать по 14 часов за миску супа. Будете гнать бочку на ННА, сообщу Протекторам, они вас уважению научат. При упоминании реплик гомон мгновенно унялся. Штар и Шторхи работать умеют, что не говори, даже иногда и от их «перегибов» бывают плюсы. На этом выводе я покинул магазин. Из мыслей о коммерсантах меня вырвала Бьянка. Точнее то, как странно она полуоборачивается и слегка косит в сторону голову. Чего это она? Болит может что-нибудь? Тут я заметил, что стандартный черный полубокс волос реплики отливает на свету как-то уж совсем ярко и со слегка синеватым оттенком. А в ушах что-то поблескивает. Поэтому то Штар и косится так в сторону – чтобы волосы почаще попадали под ветер и открывали шею. С серьгами… Опа, опасная ситуация. По всему понятно, что она пыталась приукрасить себя. Но зачем? Для клуба? Или может Ойле так дурно влияют? Нет, сейчас все это не важно, важно другое – мне то что с этим делать? Замечу – опять начнет бухтеть про субординацию и неуставные отношения. Не замечу – будет хрен знает сколько дуться, а у нас тут намечается командное взаимодействие. Перед глазами снова встал торговец с подбитым глазом. Расстраивать ее категорически не следует… Не успел я продумать, что скажу, как случайно встретился взглядом с Бьянкой. У нее быстро расширились зрачки, следом она резко отвернулась и зашагала как солдат на параде. На лице защелкнулась маска. Приплыли. Я хотел было уже что-нибудь сказать, но реплика опередила — Мы пришли, дальше я не могу, уже в конце улицы это нечто начинает действовать, давай сам — все это Бьянка протараторила на одном дыхании и снова отвернулась. Я вздохнул, поудобнее перевесил автомат и побрел к зданию. Молодец Андреас, хорошо сработал, ничего не скажешь. Так облажаться перед репликой мог только ты… Я снова вздохнул и подумал, чего Бьянке стоило заставить себя проколоть уши… Тем временем дом был все ближе. Я замедлился и начал красться вдоль стен. Ночью сюда было прийти конечно же лучше, но ничуть не легче. Райончик был не самый благополучный и интересных личностей тут хватало даже в четыре часа утра. Я подошел уже вплотную к дому и свернул на черный вход. Самое глупое что сейчас можно выкинуть – это войти с главного. Почти точно тут никого нет, но быть может всякое, если все-таки тут и правда были шпики AEON, то я лучше перестрахуюсь. Утоптанный именно у черного входа снег обнадеживал. Тут точно кто-то был и этот кто-то, как и я, не хотел, чтобы его увидели. Я аккуратно поддел дверь и отвел в сторону, маскируя скрипы порывами ветра. Дверь еле висела на одной петле, а на месте замка и второй петли зияли дыры выбитого дерева. Плюс в самой середине был след от ноги… Эти ребята не слишком заботились об уликах. Я вошел внутрь и постоял пару секунд, чтобы глаза привыкли к полумраку. В доме царило запустение. После происшествия жильцов куда-то выселили, а вещи оставили на месте. Теперь они только покрывались пылью за ненадобностью. «Итак, что мы хотим тут найти? Да что угодно» - пробормотал я сам себе под нос. Что искать было решительно не ясно. Я начал бродить по домику и осматривать помещения. Стол с пятнами масла и чего-то пролитого, 2 тумбы с торчащими после обыска ящиками, пустой шкаф. Ничего. Совершенно ничего. Кто-бы тут ни побывал, кроме двери он все за собой успел прибрать. Я разочарованно встал и почесал голову. Зацепка оказалась липой, хотя казалась такой перспективной. Теперь мы вновь в тупике, а мне нечего доложить Цейссеру. Доложить, хех, уже думаю о нем как о командире… Я прошел на кухню и подергал краны, чтобы помыть руки. Воды разумеется не было, только в окно светил утоптанный снег. И чем-то он мне не нравился… Подумать я не успел, взгляд скользнувший по двери в кладовую отозвался вспышкой боли в голове. Тааааак, уже теплее. Я подошел к кладовке и протянул руку… Но остановился. Все тело требовало немедленно прекратить это – мышцы ныли, пульс подскочил, спина покрылась потом, а в нос ударил знакомый тухлый аромат. Больше уверенности! Я рывком распахнул дверь, и увидел гору плоти. Мясо, налитое кроваво-красное мясо заполнило всю комнатку. Мясо пульсировало, по жилкам бежала кровь, а нити полипов ползли вдоль стен. Мясо воняло утробной болью и тихо звенело в пустом доме. Я, не смотря на вонь, против воли прислушался и узнал давнюю симфонию разложения, что в недобрый час приходила с гор. Теплое мясо зовет меня, зовет бросить все и всех, мясо близко… Солдат Вольксармии ни за что не бросит своих товарищей! Удар по голове привел меня в чувство. Я очнулся и увидел, что тяну к груде плоти руку, уже обвитую тонкими розовыми ниточками. Мерзость! Руку я рывком убрал и увидел Бьянку! Та, держась за голову, сжимала мой автомат, а меня самого за шиворот шинели. Я хотел нырнуть в мясо с головой… — И вновь я спасаю тебе жизнь, гештальт, — произносит реплика сквозь боль и сплевывает оксидант на пол. - 6 часов, лево 20, контакт! Дом прошила крупноколиберная очередь, от которой светильники разлетелись на части, стол перебило пополам, а в стенах появились дыры. Нас убило бы на месте, но я к тому времени успел сообразить кое-что. Еще когда мы встретились с Бьянкой было всего лишь пасмурно, снег пошел уже ближе к Ротен-платц и следы неизвестных означали только одно. Мы разминулись с ними буквально на десять минут и вполне возможно, что они еще здесь. К несчастью, неизвестные находились на заднем дворе, а их калибры позволяли бить от бедра прямо сквозь стены. К счастью они не видели нас и парадного входа, в который мы с Бьянкой убегаем, согнувшись пополам. Пока неизвестные с громким топотом оббегали дом, мы уже вырвались на улицу и скрылись в проулках. Напоследок я успел только заметить высокую черную тень, выходящую на пятачок возле дома. *** Гештальт Бекурт, выкладывай, как прошла ваша вылазка. Да ты с ума сошла? Мы же прямо на построении! Это идеальное место, тут такой мыслешум, что я себя еле как слышу. Докладывай, не бойся. А если эта здоровенная услышит? Модели KAHR направленны больше на практическое использование Биорезонанса, а не на сканирование. Говори и не бойся. Ну слушай.. Весь гарнизон Вольскармии собрался на центральной площади Халкета. Солдаты стояли идеально ровными квадратами, по периметру расположились группы Штар, Шторхи же внимательно оглядывали толпу на предмет подозрительных личностей. Простые люди тоже собрались по краям площади, чтобы посмотреть на новую реплику. В небе появился Катер Военно-воздушного подразделения Вольксфлота. Описав дугу, он завис над площадью и начал плавно снижаться, приземлившись в центральной ее части. Раздувая двигатели, струи энергии плавили снег и тут же испаряли воду, над площадью тут же поднялись клубы пара, превратив ее в подобие зоны обстрела. Упала аппарель, выдвинулся трап и из трюма вышла группа высоких реплик, направившись к трибуне. Одна из них подошла к Виллиху, временно исполнявшему обязанности коменданта, и тот отдал честь. По крику офицеров мы встали по стойке смирно и, наконец, разглядели ее, Крахе. Два с половиной метра ростом, она возвышалась даже по сравнению со Шторхами. Тело было покрыто черными матовыми доспехами с золотыми оттисками высшего командного состава. Угольно-темные волосы были стянуты в пучок и выходили в конский хвост, трепетавший на ветру. Лицо на бледной коже не выражало ни одной эмоции, во лбу ярко горели три звезды биорезонансного модуля. Стоило только это заметить, как вокруг реплики зажегся золотой ореол. Из головы словно вымело все лишние мысли, против воли я полностью сосредоточился на гостье. Казалось, бы весь мир померк по сравнению с командиром, командиром за которым мое тело пойдет в самые глубины ада. И возьмет его штурмом по первому же приказу… — ЗДРАВСТВУЙТЕ СОЛДАТЫ! — ЗДРАВИЯ ЖЕЛАЕМ, ТОВАРИЩ КОМАНДУЮЩАЯ! — голос реплики, усиленный резонансом, врезался в уши, как поезд в стену, и мы вернули ей эту импульс во сто крат. Площадь разорвал крик около тысячи голосов. Крахе довольно оглядела ряды солдат. — Мое имя KAHR-Z312, Командно-стратегическая реплика 6 поколения, я назначена на должность командующей войск гарнизона Халкета вместо товарища Вольфурта, вызванного в планетарную столицу — реплика вдруг нахмурилась, а ореол сменился с золотого на красный — Ваш город успел показать себя не с самой лучшей стороны. В Штаб округа постоянно приходят сообщения о странных случаях и нарушениях дисциплины, за вас становится стыдно перед командование планетарной обороны. Что ответите? Молчим. — Молчите, — ореол снова зажигается, но теперь уже всеми тремя цветами рейхсбаннера — И поступаете правильно, кодекс догм гласит «Ошибся – не извиняйся, не оправдывайся, молчи и сделай лучше», именно так вы и поступите, под моим руководством город превратится в образцовый населенный пункт нашей Великой Нации. Все вы отдадите любые силы ради этой великой цели, а все несогласные и не способные будут сметены, как враги трудового народа и революции. Это ясно!? — ТАК ТОЧНО! Крахе вновь улыбается, я рад что мои усилия удовлетворили командующую, я сделаю все чтобы она гордилась мной… Стоп? Что это за мысли? Они не мои. — Мои сопровождающие CODR будут тщательно следить за выполнением приказов точно и в срок, не советую заигрывать с ними. Вольно! Ну, каково? Это нечто… все Крахе такие? Дочь Революции всегда умела донести мысли и увлечь за собой, ее реплика унаследовала эту силы. Хочешь сказать? Да, Крахе, ее слепок снять с Дочери, Фальке с Матери. Я передал тебе все что видел, можешь сказать что-нибудь? Мммм только приблизительно, био-сигнатуры того мяса совпадают по частоте с ветром, только они в разы сильнее, но это все что я поняла, в любом случае Ягель уже это получил, сам с ним все и обсудишь. Ты не такая уж и стерва, когда делом занята. А ты не такой уж и дурачек, поменьше только на жопку одного Протектора засматривайся. Да никуда я не засматривался!!! Ну да ну да, передаю образы явки…

***

Стежок за стежком ложатся на ткань игрушки, грубая нитка пробивает материю и проскальзывая сквозь мех, описывает дугу, чтобы затем вновь погрузиться внутрь. Я специально взял самую толстую, которую только смог найти в округе. Толщина была большая и, можно сказать, это была уже бечевка. Пришлось не только зашивать «рваные ранения» мишки, но и в цело пройтись по всем швам. Не виню Аулу, но все же Майны просто в силу своих размеров слегка неуклюжие и беднягу могут легко задавить или повредить, просто случайно задев рукой или корпусом. Теперь стежок за стежком я прошивал сочленения выкройки, стягивая уже разболтавшиеся части. Рядом держал фонарик Цейссер, наклонились и с интересом следили Компф с Арой по имени Катрин, а ближе всех, затаив дыхание сидела Аула. Майна смотрела на своего медведя словно на ребенка. А на ее корпусе ровно над головой болтая ножками расположилась Инка. Итак, пара последних стежков вокруг шеи. Теперь крепко затянем, чтобы даже силой ничего нельзя было оторвать, перекусим нитку, быстро совьем узлы на обоих концах ииии…. — Держите, фрау Аула, боец цел и готов к труду и обороне! Майна взяла медведя, оглядела со всех сторон и резко заключила меня в объятия. Если рукопожатие Ханы было похоже на гидравлический пресс, то объятия Майны походили на барокамеру с десятком атмосфер. Я хотя и был польщен, но захрипел и стал бить руками по корпусу. — Кажется он доволен, что ты его обнимаешь и хочет еще, обними-ка покрепче, — ехидно проговорила Колибри сверху. Аула сдавила еще крепче, и мне показалось что еще чуть-чуть и глаза вылезут из орбит. Все четверо расхохотались и похлопали Майну по плечу. Та, посмотрев на мое красное лицо, тут же опустила руки и испуганно спросила. — Простите пожалуйста, я вас не раздавила? — Ох раздавила, Аула, теперь буду плоский ходить и злить Крахе. Все еще раз рассмеялись и принялись рассматривать медведя, а я решил поддеть разведчика. — К слову, Карл это уже давно мог сделать, только скрывал. — Конечно мог, и не сделал — тут же ответил Цейссер — Как вы иначе друг с другом подружитесь? — У тебя вечно тайны и интриги, просто бы взял и помог другу. — Я и помог, только сразу двум друзьям — Карл улыбнулся — Получил я твои данные, Андре и хочу сказать, что меня они тревожат. — Почему? — спросил Компф. — Потому что то, что случилось в горах, медленно-медленно вползает сюда в Халкет. И нам как будто этого мало, так теперь эта Крахе, непонятно за кого играющая. — Почему непонятно за кого? Ее разве не подослал AEON? — У номенклатуры влияния не хватит, Крахе находятся в ведомстве Комитета обороны Нации и у нас решительно нет идей, по чьему приказу она здесь оказалась. — Хах, Карл, у нас тут третья сила или что? Не лопнешь на три фронта работать-то? — Я офицер контрразведывательного бюро Штадзир, если я всерьез начну «работать-то», тут даже хулиганства шпаны всплывут на поверхность, — Карл выпятил грудь — Но Андре прав, эта новая Крахе нам не добавит ничего кроме проблем. Мало того, что она у нас сама по себе темная ворона, так еще и как мощный биорезонатор является помехой. Прошу всех держаться от нее подальше, Крахе военные и на решения скоры, они не будут разбираться кто и зачем, а просто вырубят и отправят на техосмотр. — Хорошо, что мы гештальты из мяса, — проговорил Компф. — Плохо, что это мясо создает вам проблемы, вроде нужды в самках или в неподчинении приказам — снова сострила Колибри. — Ну такие уж мы, что поделать, все разные — пробасил Эрих и тут же спросил у Цейссера — Карл, почему ваши просто не оцепят город и не перевернут его вверх дном, так ведь будет проще. — Хороший вопрос. Почему? Вот ты когда-нибудь играл в шахматы динамитными шашками? Нет, поясню проще. У нас война, лично у Штадзир с имперской Охранкой. Агентурная и контрагентурная сети, внедрение и выслеживание шпионов, вербовка языков и прослушка лиц, все это битвы, про которые вы не знаете. Но из них вы можете понять, что мы занимаемся защитой информации, и если у Нации происходит крупный прокол, то первым делом в проблему вмешивается Штадзир, вмешивается для того, чтобы граждане спали спокойно, а имперские ищейки уходили с пустыми руками. Но AEON в этот раз провалился так крупно, что боится докладывать на Хеймат и хочет скрыть дело. При этом понятия не имея о способах и принципах сокрытия информации, о криптошифровании, о радиоиграх, и всем таком прочем. До сих пор все это не всплыло на поверхность только потому, что Штадзир в теснейших условиях и без всякой поддержки прячет факт провала от Охранки. Мне нужно говорит, что плакат «Дурак находка для шпиона» написан не просто так? Карл перевел дух, мы молчали, восхищенные тирадой. Все-таки шпион знал свое дело. — Не пугайтесь только. Как уже сказано, я офицер-контрразведчик и меня не переиграть каким-то штатским дебилам в мягких креслах. Собрание текло своим чередом. У нас была новенькая Шторх, которая недоверчиво оглядывала собравшихся первое время, но потом разговорилась с Ханой и даже успела что-то обсудить с Ойле. К слову об Ойле, когда я только пришел, они всей группкой сидели возле Бьянки и восторженно что-то выслушивали от нее. При этом иногда хихикая или умилительно попискивая. Я тем временем бродил по бывшему складу и думал, что делать. Со Штар неудобно вышло, вроде как она старалась для меня, а я ее труды пропустил мимо себя. Надо бы извинится и нуууу… И что? Эх, и сказать, что ей идет. Как по мне, так легче пойти Шторху подзатыльник дать, но делать нечего, пора решать вопрос. Я направился к репликам. Стоило мне только подойти, как все они замолчали. Тут у нас вся команда в сборе, Хана со Шторх. Тофи, Лада, Раука, Виз, еще одна, вроде Эми ее зовут, и другие, которых я уже не знаю. Шторх, которую как оказалось, назвали Викторией, непонимающе оглядывается. Хана устало прикрывает лицо рукой. Ойле едва прячут улыбки. 4527 сидит спиной ко мне, но и без слов ясно, что она напряглась. — Бьянка слушай, в общем тут так вышло, ты только не подумай чего лишнего, я просто… — бездна меня задери, да что я мямлю как болван последний?! — Мненравтсятвоволсы. Ойле прыснули в кулачки и стали перешептываться. Шторх вышла из ступора и теперь смотрит с интересом. На лице Ханы усталая улыбка. Так у нас не выйдет. Нужно быть уверенней. — Мне. Нравятся. Твои. Волосы. — лицо обожгло пламя, а спина взмокла так, будто я мешки таскаю весь день, — И серьги. Тоже. Бездна, только не игнорируй, я же не зря старался… — Спасибо. Мне очень приятно — тон сухой, будто наждак по дереву — Еще что-нибудь? Ах ты! Я тут мучаюсь, собираюсь с силами, позорюсь при всех, а она отвернулась и недотрогу из себя строит, ну ладно, сама спросила. — Можно твой пресс потрогать?

***

— Восхитительная история — «пиджак» с лицом легкого одурения оперся головой на руку и смотрел на «гимнастерку» — Мне даже от рассказа становится не по себе, а представьте, чего стоил сказать это в живую. — Никогда не имел тесных романсов с репликами и судить не берусь, — «пиджак» тряхнул папкой и начал перебирать листы, — Но я рад, что мы с вами установили доверительные отношения. — Разве мы их установили? Я вам ни на йоту не доверяю. Все еще. — Тут вопрос не совсем в доверии, скорее в единой волне общения, которую удалось поймать. — А если я совру или решу что-то утаить? — Мне это тут же станет известно, как известно то, что вы это пытались сделать уже два раза. — Эх, ну не судьба значит. — Даже не испугались? — Нет конечно же, я слишком много пережил всякого бреда, да и с ищейками общался теснее некуда. — И все равно пытались соврать, как некрасиво. — Да ладно вам, не зря ведь вам рацион-марки платят, отрабатывайте. — Конечно же отработаем, но сперва вы поведаете нам свою историю, и постараетесь на этот раз без утаек и недомолвок, а то наше снисхождение имеет свои границы. — Да понял я понял — «гимнастерка» потянулся и указал на документы – Все самое интересное только впереди — Не сомневаюсь…