3.
9 сентября 2023 г., 15:08
В клубе было шумно и многолюдно. Сначала нерповцы ввалились в помещение всей толпой и, найдя достаточно большой для их компании столик, устроились за ним. Посовещавшись, парни отправились в бар, заказывать напитки. Олеся же, сказав, что ей нужно отлучиться, направилась в сторону балкона, охватывавшего по периметру весь зал, включая танцпол. Там, прищурившись в приглушённом свете, она пыталась разглядеть в толпе Тарасова. Скользя взглядом по присутствующим и не найдя искомый объект, она поначалу решила, что их командира здесь по какой-то причине нет, но потом ей на глаза попалась знакомая фигура. Вот только фигура эта была не одна. Вглядевшись повнимательнее, Уманова выругалась сквозь зубы и со злостью сжала поручень, на который опиралась: Тарасов действительно был не один. Рядом с ним стояла ненавистная повариха. Пара о чём-то беседовала, вернее, Катерина что-то увлечённо рассказывала Тарасову, приблизив лицо к его уху, видимо, чтобы перекрыть шум толпы. В ответ командир кивал и улыбался.
Понаблюдав за ними несколько минут, Уманова, чувствуя, как внутри закипает обида, решила уйти, послав всё к чертям. Но пока она дошла до выхода, обида сменилась злостью, и девушка, развернувшись, решительно направилась в сторону ворковавшей парочки.
Протискиваясь сквозь танцующих, Олеся быстрым шагом пересекла танцплощадку и, подойдя к Катерине, как бы невзначай пихнула её плечом. Не ожидавшая толчка повариха, дёрнулась, расплескав содержимое бокала, который держала в руках. Капли жидкости угодили на её светлую блузку, покрыв неаккуратными пятнами.
— Эй! — Тарасов ухватил Олесю за плечо и развернул к себе. — Уманова? — неподдельно удивился он. — Ты что творишь?
— Я нечаянно, — сквозь зубы прошипела Олеся и, вырвавшись из захвата, направилась к столику, за которым разместились её коллеги.
Плюхнувшись на сидение рядом с Лазаревой, Уманова не глядя схватила первый попавшийся бокал и залпом его осушила. Виктория, понимая состояние подруги, глазами указала остальным в сторону, молча прося оставить их с Олесей одних. Когда парни незаметно рассеялись по залу, Виктория сказала:
— Ну ты, Леська, даёшь!
— А что, предлагаешь ей сразу морду набить? — зло выдохнула Уманова, глядя, как Тарасов пытается помочь Катерине стереть пятна. Затем она опять не глядя ухватила новый бокал и принялась поглощать его содержимое, со злорадством наблюдая за расстроенной Катериной и пытающимся её успокоить Тарасовым.
— Лесь, ты поаккуратнее с этим, — попыталась предупредить подругу Виктория. — Парни тут поназаказывали кому что, не стоит смешивать, тем более при твоей чувствительности к спиртному.
— Слушай, мне не двенадцать лет, а ты не моя мама, — взвилась на разумное замечание Уманова, которая только-только начала чувствовать как напряжение отпускает её. — Мы пришли отдыхать или читать нотации и слушать лекции о вреде алкоголя?
В ответ Виктория лишь примирительно развела руками, не желая ссориться с подругой, но про себя подумала, что надо бы предупредить ребят, чтобы как-нибудь ненавязчиво приглядели за Умой. На всякий пожарный…
***
— Лесь, может не стоит так налегать? — с тревогой спросила Вика, глядя, как подруга берётся за следующую порцию. — Эт ещё пчему? — с трудом выговорила Уманова, уже начинающим заплетаться языком. Самой ей казалось, что она только-только начала расслабляться и успокаиваться. Тарасова поблизости не наблюдалось, она и заметить не успела, куда он подевался, да её это сейчас и не волновало к её собственному удивлению. — Да потому что ты пьянеешь прямо на глазах, — безуспешно попыталась образумить подругу Виктория.***
— Тааак… — послышался над ухом знакомый голос. Совещание нерповцев по поводу неожиданно возникшей проблемы в лице изрядно опьяневшей Умановой было прервано появлением командира группы. Тарасов оглядел присутствующих и остановился на Олесе. — Сколько она уже выхлестала? — без всяких предисловий поинтересовался Бизон. Сдавать коллегу никому не хотелось, поэтому вопрос Тарасова так и повис в воздухе, оставшись без ответа. — Молчим? Ясненько… — протянул Тарасов. — Уманова, подъём и на выход! — Что? Уже? Так бстро? — хихикнула нетрезвая Олеся. — Развлечения зкончились, и… Тарасов молча поднял девушку на ноги. Но стоило ему перестать её удерживать, как она плюхнулась обратно на сиденье и снова пьяненько захихикала. Бизон подхватил девушку на руки и провожаемый взглядами молчащих сослуживцев, направился в сторону выхода из клуба.***
Когда они поравнялись с машиной Тарасова, Олеся наконец-то поняла, что её куда-то несут. С трудом разлепив закрывающиеся глаза, она сфокусировала зрение на лице Бориса. Остановившись, Тарасов поставил Уманову на ноги. Девушка шаталась, поэтому ему пришлось придерживать её одной рукой, пока он открывал дверцу. Олеся шлёпнулась на сиденье, совершенно не беспокоясь о том, чтобы забраться в машину полностью, и её ноги так и остались снаружи. Покачав головой, Борис приподнял ноги девушки и переместил их в салон. Закрыв дверцу, он обошёл машину и сел на водительское место. Пока они ехали, Тарасов бросал обеспокоенные взгляды на дремлющую на соседнем месте девушку. Когда они наконец добрались до общежития, Борис слегка потряс Уманову за плечо. — Лесь… просыпайся. — Ммм… — Олеся с явным трудом открыла глаза и вопросительно уставилась на мужчину. Понимая, что в таком состоянии, да ещё и на высоких каблуках, Олеся не дойдёт самостоятельно, навернувшись по пути, Борис просто вытащил её из салона и на руках понёс ко входу в здание. Внезапно Уманова встрепенулась и потребовала: — Немедленно поставь меня на землю! Удивлённый Борис повиновался, поставив девушку на ноги. Олеся же дёрнулась в сторону, намереваясь гордо и самостоятельно войти в дверь, но алкоголь, вконец одолевший девушку, нарушил её планы. И если бы не руки Тарасова, успевшего подхватить накренившееся тело девушки, Уманова совсем не гордо вписалась бы в дверной косяк, а затем наверняка растянулась бы на пороге. Вновь поставив девушку на ноги и уже не рискуя отпускать её в самостоятельное движение, Тарасов, наконец, помог ей преодолеть порог, подняться по ступенькам на нужный этаж и добраться до двери её комнаты. Правда, в процессе сего увлекательного путешествия Уманова не раз пыталась его отпихнуть, бормоча, что и сама прекрасно справится. С одной стороны, ситуация выглядела комичной, с другой… Тарасов не понаслышке знал, что такое похмелье и отлично понимал, что наутро девушке будет, ой, как плохо. — Глпый ключ и дур… дур… ацкий замок! — Олеся безуспешно пыталась попасть ключом в замочную скважину, пока не уронила связку. — Не смей падать! — возмущённо потребовала она и наклонилась, чтобы поднять ключи, совершенно не заботясь о том, что леггинсы, которые она надела для похода в клуб, натянулись на «интересном» месте, создавая весьма двусмысленную картину. Тарасов с шумом выдохнул. — Позволь помочь, — не дожидаясь ответа, мужчина отобрал у неё ключи и открыл дверь. Войдя, Уманова тут же попыталась стянуть с себя верхнюю одежду, но запуталась в рукавах. Хотевшего было ей помочь Тарасова, она отпихнула в сторону, ворчливо добавив, что не нуждается в его помощи, а если ему так не терпится кому-то помочь, то пускай идёт к своей поварихе, мол, у неё там картошка не замешана и котлеты на почищены. Тарасов лишь закатил глаза, понимая, что спорить с нетрезвой девушкой и доказывать ей что-то — напрасное дело. Уманова тем временем взяла курс на кровать. — Хор… ошая крватка… только, — Олеся погрозила пальцем, — не вз… вздумай двигаться! Тарасов, ни на шаг не отстававший от девушки, снова закатил глаза. Осилив, наконец, трудный путь, Уманова, как была, плюхнулась на кровать. — Тебе нужно хорошенько выспаться, — Борис присел рядом. — Завтра побеседуем, — тихо произнёс он. — Об… ойдусь бз твоих указаний, — буркнула в ответ Олеся. — И вбще, шёл бы ты к своей пврихе, вот! — с этими словами Олеся рухнула на подушки и немедля отключилась. Борис лишь покачал головой, а затем, стянув с ног девушки туфли, поудобнее устроил её на кровати и накрыл пледом.
