Верни меня (В ночь нашей встречи)

Драко так и не вернулся на работу и перенастроил защитные чары своего имения так, чтобы никто не мог проникнуть внутрь. Прошло шесть дней с момента их встречи с Гермионой Грейнджер в Отделе Тайн. Еда, сон и душ — вот единственное, чем он занимался целыми днями. Он чувствовал себя потерянным, как будто время остановилось. Минуты казались ему часами, а часы — минутами. Но он был в таком глубоком горе, что это едва ли имело для него какое-либо значение. Он ощущал себя пустой оболочкой и не мог сосредоточиться из-за бесконечной боли и печали. После всего произошедшего он, так же как и Гермиона, надеялся, что Гарри ушел, чтобы найти покой и счастье в этом огромном мире, даже если это означало бы, что тот больше никогда не вернется к ним. Драко сидел в столовой; его завтрак оставался нетронутым, если не считать чашки кофе, которую он держал в руках. Он рассматривал деревянный стол, словно искал в нем ответы, но их не было. На протяжении последних трех дней его аппетит практически полностью пропал. Сначала он решил, что горячая еда и хорошее вино помогут ему успокоиться. Однако после того, как однажды ночью его стошнило, он понял, что еда потеряла для него вкус и стал есть все меньше с каждым днем. Единственный способ для него узнать время стало заклинание «Темпус», благодаря которому он мог отсчитывать дату судьбоносной встречи с Гермионой. Он больше не следил за минутами или часами, ему было важно лишь понимать, настало утро или ночь, чтобы решить: вставать с постели или ложиться в неё. Пока, в один прекрасный момент он решил вообще не подниматься с кровати. Его домовой эльф приносил ему еду, которая вместе со стопкой чистой одежды, появляющейся каждое утро, так и оставалась нетронутой. Драко хотел никогда не просыпаться, ведь во сне он видел Гарри. В этих грёзах он вновь переносился в тёплые школьные осенние дни, становясь юным, полным жизни и надежд. Он мог подшучивать над Гарри, меряться с ним силами в матче по квиддичу или смеяться над его ошибками на уроках. Драко забывал о холоде и одиночестве своего настоящего, возвращаясь в это мирное прошлое. Время, когда он чувствовал себя живым, а Гарри Поттер был ещё рядом. Чем больше Драко спал, тем слабее он становился. Защитные чары не позволяли его домовому эльфу искать помощи, так что она сидела у постели Драко, обеспокоенно дергая себя за уши, ожидая, казалось бы, неизбежного трагического исхода для своего скорбящего хозяина. Драко сонно потянулся, на мгновение почувствовав, что свободная сторона его кровати прогнулась под тяжестью чужого тела. Он решил, что, возможно, видит сон внутри сна, потому что только во сне в его постели мог бы оказаться кто-то другой. Но можно ли видеть сны внутри сна? И если нет, то как он мог проснуться внутри этого сна и обнаружить этого человека рядом? Мысли Драко были туманными и неспешными, его тело было ослаблено, а разум слишком утомленным. Ему хотелось лишь одного — чтобы это закончилось. — Поднимайся, Драко, — мягко прошептал Гарри рядом с ним. — Тебе нужно встать, тебе нужно есть. Драко хотел возразить, но вдруг почувствовал холодные пальцы, скользящие по его щеке, и резко подскочил. — Какого дьявола! — попытался закричать он, но его голос звучал сипло из-за долгого молчания. Гарри неподвижно лежал, опираясь на одну руку, пока вторая зависла прямо над тем местом, где только что был Драко. С мягким, тихим звуком рука Гарри опустилась на одеяло. — Рад видеть, что ты наконец-то проснулся. А теперь ложись обратно, пока не свалился в обморок от истощения, — сказал Гарри, похлопав по свободному месту рядом с собой. — Скоро Фибси принесет тебе что-нибудь горячее поесть. — Драко, прошу тебя, хотя бы сядь, — сказал Гарри, поднимаясь. Затем он осторожно взял Драко за запястье и потянул его обратно на кровать. — Ты не можешь быть… не можешь… — еле выдавил Драко, чувствуя, что вот-вот готов потерять сознание. Гарри успокаивающе обнял его, а потом уложил рядом с собой и накрыл их обоих одеялом. — Мне бы хотелось, чтобы ты перестал так себя мучить, — прошептал Гарри, зарывшись носом в волосы Драко. — Мне так тебя не хватало. Ты даже представить не можешь, насколько. Сначала у меня был весь ты, потом — почти весь, потом — частичка… А теперь тебя нет. Гарри мягко поцеловал Драко в висок. Драко бы заплакал, если бы мог. Но у него просто не осталось на это сил. — Я желаю быть там, где ты, — тихо произнес Драко. — Нет, поверь мне, — спокойно ответил Гарри. — Драко, пожалуйста, прекрати меня призывать. Я не заберу тебя с собой, я не позволю этому случиться. Однако, прежде чем Драко успел отодвинуться и взглянуть ему в глаза, раздался короткий, негромкий хлопок, и Гарри исчез. Просто исчез. — Фибси рада видеть, что мистер Малфой проснулся. Фибси приготовила любимый тыквенный суп хозяина. Попробуйте, пожалуйста, — умоляла Фибси, приближаясь к кровати с подносом. Её большие круглые глаза были полны слез, а ушки поникли. Драко всегда с нежностью относился к Фибси, своей верной эльфийке, и поэтому он поднялся, чтобы съесть свой суп под пристальным взглядом Фибси. Вкус этого супа напомнил Драко хеллоуинский ужин в Большом зале, осенние тренировки по квиддичу и веселые уроки трансфигурации. Он улыбнулся и поблагодарил Фибси. Его сердце было по-прежнему разбито, но, по крайней мере, теперь он был сыт.