Первые уроки жизни

Было два пункта, которые роднили Диму с его дедушкой, помимо кровного родства: имя и тихий нрав. Потом, правда, выяснилось, что Дима не такой смирный, но в его девятый день рождения единственным различием между ним и дедом было отношение к религии. Дедушка, будучи человеком набожным, подарил Диме Библию. Сказал, что её он должен всегда носить с собой и что она обязательно когда-нибудь его выручит. Митя это запомнил, поблагодарил деда и ушёл разбираться с ноутбуком. Уж это новомодное устройство занимало его гораздо сильнее, чем книга без картинок. Тем более, ноутбук ему подарила мама, и неизвестно было, когда она ещё приедет, а так хоть что-то будет о ней напоминать. Устанавливать разные программы, играть в игры и сидеть в интернете было, конечно, куда интереснее, но про Библию Дима тоже не забывал. Тащить в школу ноутбук ему бы дедушка ни за что в жизни не разрешил бы, а вот свой подарок позволил. Дима и таскал с собой компактную книжицу. Это стало таким привычным ритуалом, что длилось год за годом. Книга кочевала из одного ранца в другой. Они менялись каждый год, их содержимое тоже. Учебники обновляли цифры на обложках, а Библия продолжала лежать во внутренних карманах рюкзаков. И надо же было такому случиться, что один из них не дожил до конца восьмого класса. Дно протёрлось и грозило вот-вот превратиться в одну большую дыру. Дима решил не ждать, пока это случится, и после звонка с последнего урока предусмотрительно потащил всё содержимое в руках. В том числе, и Библию. И её увидел Илья Никишин. И это был не то, что конец света, но близко, потому что где-то классе в седьмом все мальчишки пошли в рост, раздались в плечах, а Димка немного отставал. Вернее, плёлся в хвосте. Рос не так быстро, как другие парни, косой саженью в плечах тоже не мог похвастаться. Не в кого было быть крупным, разве что, в маминого отца, но, кажется, его гены крепко дремали. И, конечно, сказывалось то, что Митька много сидел за уроками, рисованием или компьютером, а на спорт не сильно упирал, только бегать любил или играть в игры типа настольного тенниса или бадминтона. Димка исходил и из соображений безопасности для своих очков. Но дело было ещё и в том, что Илья был крупнее практически всех в классе, даже тех, кто и ростом вышел, и на физкультуре хорошо занимался. Вместе с тем, Илья никогда не гнушался пошпынять тех, кто слабее него, так что Митька был идеальной жертвой. И бояться Илье было нечего: его всячески покрывала завуч, горбатая, высохшая и донельзя злобная тётка. — Фанат Иисуса притащил его брошюрку в школу! — завопил Илья на весь коридор и резко ударил по стопке книг в Диминых руках. Под удивлёнными взглядами школьников, она шлёпнулась на потёртый линолеум. Илья загоготал, ребята застыли в замешательстве. Дима стоял и смотрел на свои разбросанные вещи несколько секунд. Больше всего ему было жалко карандаш, грифель в котором наверняка сломался от такого жестокого падения. — Ну, давай, — подначивал Илья. — Че ты мне сделаешь, очкастый? Молитву прочитаешь? Или как там у шизанутых? Подставишь вторую щеку? Дима поднял на Илью глаза. Какой Никишин был всё-таки урод. Кривая спина, вся рожа в прыщах и выражение такое мерзотное. Вдруг нестерпимо захотелось ему врезать. Димка даже испугался такой своей мысли. Каким бы ни был человек, бить его нельзя. И, стоило так подумать, Илья первым нанёс удар. Дима почувствовал, как в бок врезался здоровый кулак. Он смыл всё размышления о неправильности. Митя собрал пальцы и зазвездил Никишину в глаз. Крики оглушили. Во-первых, Илья завизжал противно и обиженно, как поросёнок. Во-вторых, толпа школьников загалдела, заулюлюкала. Дима смотрел на Илью, который мог бы стать достойным соперникам футболистам, разыгрывающим предсмертную агонию из-за лёгкого толчка. Но переживал Митя, понятное дело, не из-за бездарного корченья одноклассника. Он знал, что теперь придётся разбираться со всем этим у директора. И оказался прав. «Забавно, когда Никишин прессует других, никаких разборок нет. А как ему влепили, так всё», — думал Дима, сидя перед директорским кабинетом. Никишина не было, он визжал, что ослеп и Ирина Денисовна, прибежавшая учительница истории, отправила его в медпункт. А Димку под конвоем отвела к начальнику школы. Наказав сидеть и не двигаться, скользнула в кабинет, так что теперь под дверью с табличкой «Директор Валерий Максимович Завгородний» оказались только Дима и… Какой-то парень. Долговязый, кудрявый и почему-то без конца улыбающийся. Раньше в школе Митя его не встречал. Хотя, он не был слишком общительным, а на перемене предпочитал забиться в наиболее тихий угол и порисовать. И сейчас ему захотелось вытащить потертый скетчбук и запечатлеть парня напротив. Он был похож одновременно и на одуванчик и на луч солнца. — Привет. Дима вздрогнул и почувствовал, как краснеют кончики ушей. Блин, он же пялился всё это время! Деваться было некуда, пришлось поздороваться. Было бы лучше, если бы на этом обмене любезностями контакт и закончился, но парень оказался разговорчивым. — Как тут у вас, норм школа? А есть кружки какие-нибудь? Я раньше в шахматный клуб ходил. Димка даже растерялся, поёрзал на скамейке. — Ну, — он запнулся, прочистил горло. — Школа нормальная. Как обычно. Насчёт кружков не знаю, вроде, есть что-то по астрономии… А ты новенький? Парень закивал, да так, что его кудряшки забавно замотались вверх и вниз. — Я после лета сюда перейду. Вроде, всё уже улажено, просто надо ещё какие-то бумажки донести. Меня Игорь, кстати, зовут. А тебя? — Дима. Игорь оглядел его, склонив голову на бок, чуть нахмурился. — А чего ты к директору сидишь? Ты не выглядишь как плохой парень, уж извини. — Вмазал одной сволочи, — усмехнулся Дима. — Впервые в жизни кому-то фингал поставил. — Если он реально сволочь, то ты молодец, — спокойно сказал Игорь. Митя подумал, что новый знакомый прав и это развеяло остатки его сомнений по поводу того, правильно ли он поступил. Хотя, вряд ли это что-то в корне изменит, но, может, Илья научится немного фильтровать слова и действия. Эти размышления прервала Ирина Денисовна, высунувшаяся в коридор. — Дубин, к директору! — ядовито прошипела она. Митя поднялся, махнул Игорю. Тот ободряюще вскинул большой палец. В кабинете Диму распекали на всё лады. И как он вообще посмел поднять руку на одноклассника, и что он ударил его по лицу, а это ужасно. Димины возражения о том, что это была ответка, слушать, конечно, не стали. — Успеваемость у тебя хорошая, жаль, что оценки по поведению ставить нельзя, — подытожил директор. — Иди, но чтобы такого больше не было. Дима вышел. Игорь поднялся ему навстречу. — Досталось? Митя дёрнул плечом и, когда Игорь скрылся в кабинете, сел на лавку. Оставаться в школе было тем ещё удовольствием, но Диме почему-то захотелось подождать того, кто, возможно, будет его новым одноклассником. Вышел Игорь быстро, уголки его губ приподнялись, хотя вид был удивленным. — Ты чего тут сидишь. — Тебя жду, — просто признался Дима, покидая насиженное место. — Ты в каком классе-то будешь? — В девятом «А». Наверное. Вроде, сказали, что там учеников не хватает. Митя кивнул и почему-то обрадовался. — А ты не знаешь, как с проспекта Просвещения до школы добраться? Я автобус сто лет ждал. Дима удобнее перехватил учебники, улыбнулся. — Так можно на трамвае. Сейчас всё расскажу.