Пески надежды

❄️❄️❄️

У кого-то утро начинается с кофе, у кого-то с освежающего душа, у Дилюка же оно начинается с ощущения, как к его тёплым лодыжкам прижимались чьи-то холодные. Сонно разлепив глаза, он увидел перед собой плотно прижимающегося к нему спящего Кэйу, который даже находясь под тёплым одеялом и почти что в обнимку с ним, всё равно был довольно прохладным. А от того, что одеяло сползло с их ног, было ещё мерзлее. Улыбнувшись и отстранившись от прохладного тела, он стал аккуратно поправлять одеяло, дабы не разбудить спящего. Но увидев, как забавно во сне поморщился Кэйа, видно почувствовавший, что тепла вдруг стало меньше, негромко усмехнулся, тут же придвигаясь обратно и прижимая парня плотнее. Наслаждаясь спокойствием и умиротворением, Дилюк медленно пропускал сквозь пальцы синие прядки, которые на свету переливались перламутровым оттенком. И размышлял о будущем. Что ему теперь делать и как поступить, ведь отец хочет женить его на Джинн, но он уже нашёл того человека, с которым готов связать всю свою оставшуюся жизнь, и этот человек — точно не Гуннхильдр. Парень, что ещё с первой их встречи привлёк взгляд своей экзотичной внешностью, поступками и необычным взглядом, в котором всегда, словно ураган, бушуют всевозможные эмоции. В нём ощущалось что-то родное, близкое сердцу. И мужчина понимал, что не может представить никакого другого человека рядом с собой, ведь больше ни с кем не было так уютно и тепло на душе. Но отец явно бы не разделил его чувства и мнение. Заправив за ухо выбившуюся, отличную от других, тёмных, светло-голубую прядь, он заметил, как длинные ресницы Кэйи дрогнули, а после его веки поднялись, открывая взор на необычный взгляд, что так манит Рагнвиндра. — Я тебя не разбудил? — шёпотом спросил мужчина, ловя своими губами сонную улыбку напротив. — Не-а, не переживай. У тебя же всё хорошо? А то ты какой-то подавленный, — обеспокоенно спросил парень. — Ты прав, я размышлял, что же мне делать дальше. Отец хочет женить меня на девушке по имени Джинн из клана Гунхильдр. Она так же, как и мы, является будущей главой, и она, кажется, не против этой женитьбы. Но я вижу её только как друга, да и полюбить никого, кроме тебя, я не смогу. — Ох, может тебе стоит поговорить с этой Джинн. Раз вы друзья, то, думаю, она сможет понять тебя, — неуверенно предложил Кэйа, слегка зардевшись от слов мужчины. — Проблема не столько в ней, сколько в отце, он точно так просто не сдастся. Но я буду стараться переубедить его. Не переживай раньше времени, — успокоил Дилюк, легко поцеловав парня в алеющую скулу. — Как скажешь, — согласился он, наблюдая, как Рагнвиндр, встав с постели, стал отыскивать одежду, что в пылу страсти была разбросана вчерашним вечером по всему полу. Последовав его примеру, Кэйа спешно натягивал на себя свои вещи, стараясь не смотреть в сторону обнажённого мужчины. — Зайдёшь сюда ещё раз сегодня вечером? — спросил Дилюк, уже стоя на пороге. — Хорошо, с радостью, — ответил парень, так же выходя из дома вслед за ним. Когда они разошлись — каждый в свою сторону, Рагнвиндр в задумчивости дошёл до своего родового поместья. И стоило ему только переступить порог, как его тут же облепили горничные и прочая прислуга. — Молодой мастер! Где же вы пропадали столь долгое время? К вам и вашему отцу молодая госпожа Гуннхильдр пожаловала! — наперебой восклицали две молодые горничные. — Хилли, Моко, ну-ка не мешайте и марш работать! — тут же отогнала их старшая служанка. — А вы, мастер Дилюк, скорее идите в кабинет вашего отца. Некрасиво заставлять вашу гостью ждать. — Я понял, — просто ответил Дилюк, всё ещё находясь в лёгком ступоре. Он не ожидал, что Джинн так скоро придёт. И она явно не просто навестить пришла. Возможно, её визит как раз таки связан с темой женитьбы и Рагнвиндру очень бы хотелось надеяться, что они смогут найти компромисс. Особенно с его отцом. Быстро переодевшись в более надлежащий вид для молодого аристократа, он постучал в дверь кабинета Крепуса и, получив разрешение, вошёл в просторное помещение, тут же вежливо всех приветствуя и извиняясь за то, что заставил себя ждать. Отец сразу же сверил его неодобрительным взглядом, но ничего не сказал. А Джинн расплылась в приветственной улыбке и заверила, что всё нормально. Кивнув, он присел на диванчик рядом с ней напротив отца, мысленно готовясь к столь нелёгкому разговору. — Что ж, Дилюк, думаю, ты уже знаешь о том, что я обговорил с родителями мисс Джинн о вашей будущей помолвке, и они полностью поддержали мою идею. Теперь же я хочу услышать твоё мнение. Потому как Джинн уже ответила, что всё будет зависеть от твоего решения, — продолжая так же пристально наблюдать за сыном, высказался Крепус, беря со стола белую фарфоровую чашку с налитым в неё ароматным чаем, что недавно принесли горничные. «Будто тебя волнует моё мнение», — подумал Дилюк, но вслух ничего не сказал, пытаясь в спешке придумать, как же ему отказаться от этой идеи помягче, дабы не разозлить отца слишком сильно. Хоть и понимал, что это невозможно. — Надеюсь, что ты понимаешь, насколько этот брак будет полезен для обеих сторон. Ведь благодаря этому, наши кланы станут ещё сплочённее, а, значит, могущественнее… Дилюк устало прикрыл глаза, он уже сотни раз слышал подобные слова. И ему это уже чертовски надоело, но он всё так же старается не вспылить и держать все эмоции в себе, ведь знает, что если дать им волю, то будет только хуже. Поэтому он, так же взяв со стола чашку с напитком, медленно отпил из неё, пытаясь не реагировать слишком резко на какие-либо последующие слова. — …так что, я надеюсь, что твой ответ будет правильным, — продолжал тем временем Крепус. — Ты согласен жениться на Джинн? — Нет, — слишком резко сказал Дилюк и тут же укорил себя за это. И, увидев боковым зрением, как Джинн напряглась ещё больше, вытянувшись по струнке ровно, добавил чуть нейтральнее: — Джинн, ты хорошая девушка, но, как я уже говорил, я вижу в тебе только друга. Не более. И я свой ответ не изменю, — подытожил младший Рагнвиндр, замечая, как та всё же немного расслабилась и понимающие кивнула. Но, возвращая свой взор на отца, он увидел в его взгляде лишь холод и разочарование. Выдержав этот взгляд, он поставил свою чашку обратно на стол, ожидая, как теперь родитель будет давить на него. Ведь в том, что от него не отстанут, он не сомневался. Только открыв рот, Крепус хотел было выразить своё сдержанное недовольство, но был прерван стуком в дверь. — Примите мои глубочайшие извинения, что отвлекаю вас, господин, но боюсь, что дело важное и не терпящее отлагательств, — послышался голос Эльзера из-за закрытой двери. — Я тебя понял, сейчас приду. А вы можете быть свободны, продолжим наш разговор в следующий раз, — обратился мужчина к ребятам, тут же вылетая из комнаты. — Может, прогуляемся немного? — робко предложила Джинн в наступившей тишине. — Хорошо, думаю, сад с виноградниками за поместьем подойдёт. Двигаясь неспешным шагом по каменной тропинке рядом с лозами молодых виноградников, Рагнвиндр снова ушёл в тяжкие раздумья, не замечая ничего вокруг. Но из этого транса его вдруг вывел голос девушки, что звучал весьма решительно. — Дилюк, послушай, пусть мои чувства и не взаимны, но я все ещё остаюсь твоим другом. И, как друг, я волнуюсь за тебя… Тебя явно тяготит что-то ещё, не только чужое решение женитьбы, а нечто большее, я права? Он удивлённо посмотрел на Джинн, тут же понимая свою оплошность. Кажется, он слишком сильно ушёл в свои мысли, заставляя девушку беспокоиться о себе. Его внутренние терзания были слишком отчётливо заметны. Но с Гуннхильдр они были знакомы ещё с раннего детства, потому ей он доверял. Но даже так, раскрывать такую тайну слишком рискованно, ведь если отец узнает про Кэйю… — Я хочу помочь. Ты можешь рассказать мне о своих проблемах. Если доверяешь и не против, конечно, — продолжала тем временем Джинн. Тяжело вздохнув, мужчина принял решение всё же поделиться своей нелёгкой ситуацией. Отойдя подальше от виноградных полей, где местами трудились рабочие, они остановились у большого дуба, в тени которого было спокойнее на душе, а шелест ветра в листьях успокаивал и умиротворял. Раздумывая над тем, как начать свой рассказ, он решил первым делом сообщить, что у него уже есть любимый человек. Девушка на это заявление лишь шокированно вздохнула. И он понимает её удивление, ведь сам раньше никогда бы не подумал, что будет любить кого-то настолько сильно, а его будут любить в ответ. Он помнит, как его сверстники подшучивали над его вечной угрюмостью и что так он никогда не найдёт себе пару. — И кто же эта счастливица? — лукаво улыбнувшись, спросила Джинн. — Может, Донна? — продолжала шутливым тоном та, прекрасно зная, что даже эта бойкая девушка так же, как и все другие менее настойчивые поклонницы, не интересовала мужчину. — Это он, — спокойно ответил Рагнвиндр. — А? — непонимающе моргнула девушка. — Тот человек, которого я люблю — мужчина. — Оу, неожиданно… Я уважаю чужие вкусы и в любом случае рада за тебя, — заторможено кивнув, через некоторое время сказала Гуннхильдр. — Теперь понимаю всю проблему, твой отец эту новость точно никогда не примет… — Это только половина проблемы, — потерев переносицу, опроверг Рагнвиндр. — Тогда вторая половина? — Он из клана Альберихов. А точнее, он сын умершего Альбериха-старшего. Раскрыв рот от удивления, девушка неверяще и шокированно смотрела на мужчину. Тяжело вздохнув, Дилюк терпеливо дожидался, когда та выйдет из ступора. — Поверить не могу… А ты не против познакомить меня с ним? — застенчиво спросила Джинн. — Хм, думаю он не будет против. Ты ведь тоже не относишься к их клану враждебно, поэтому, возможно, вы даже подружитесь. — Как насчёт сегодня вечером с ним познакомиться? И помни, что я тебе рассказал это всё по секрету. — Хорошо, я сохраню эту тайну и как раз сегодня вечером буду свободна. Тогда до вечера? — До вечера, — попрощался мужчина, провожая свою гостью. После ухода девушки он занялся своей работой, которой накопилось немалое количество за всё то время, что он отсутствовал. А Рагнвиндр был не из тех, кто любил откладывать или не выполнять свои обязанности. Поэтому, стараясь не отвлекаться на посторонние мысли, он принялся за дело. Так до вечера провозившись со всеми официальными бумажками и прочими делами, он дождался вновь пришедшую Джинн, после чего они направились в сторону тихих улочек, где и находилось то укромное место, скрытое от чужих глаз. Не обращая внимания на странный взгляд отца, которым он одарил молодого Рагнвиндра перед выходом из поместья, он продолжал вести непринуждённый разговор по мелочам со своей спутницей. Расслабившись в уютной вечерней атмосфере и ощущая трепет от скорой встречи с любимым человеком, он невольно ускорял шаг. А подведя девушку к незаметной двери, Дилюк увидел, что ручка двери была поднята вверх, а это означало, что Кэйа уже пришёл. Негромко открыв дверь ключом, мужчина попросил Гуннхильдр немного подождать, чтобы он смог предупредить парня. Пройдя в гостиную, он тут же застал умилительную картину: Кэйа в его кофте — Дилюк не раз пытался нацепить её на парня, дабы тот не ходил как расфуфыренный павлин в одежде, которая больше показывала, чем скрывала, — наклонившись над столом, на котором находилось немало различных блюд, явно приготовленных недавно, разливал ароматный чай в кружки. Нежно улыбнувшись, Дилюк направился к парню, что заметив его, также улыбнулся и, подойдя ближе, обнял за плечи. — Привет, как прошли твои важные переговоры? — Я бы сказал, не очень, но, может, решение ещё найдётся. Не будем делать поспешных выводов, — легко поцеловав Альбериха в макушку, ответил Дилюк, притягивая того за талию ещё ближе. — Кстати, по поводу этого, я хотел бы познакомить тебя с… Прервавшись из-за негромкого шума, от которого парень чуть вздрогнул в его руках, а после поспешно отстранился, Дилюк посмотрел в сторону, откуда раздался звук. — Ох, прошу прощения, — смутившись, сказала Джинн, отходя от потревоженной и чудом не разбившейся вазы. Увидев растерянный взгляд Кэйи, Рагнвиндр поспешил представить свою гостью. — Кэйа, это Джинн. Я тебе о ней сегодня утром говорил. И не беспокойся, ей можно доверять. — О, как неожиданно. Рад знакомству, — приветливо улыбнувшись девушке, ответил Кэйа. — Тогда я тоже пожалуй познакомлю вас с моей приятельницей, — загадочно пообещал он и ушёл на кухню. Удивлённо переглянувшись, друзья в ожидании уселись за накрытый стол. — Прошу любить и жаловать, Лиза Минчи — наипрекраснейшая танцовщица, чей прелестнейший танец мне удалось сегодня лицезреть, — заявил Кэйа, появляясь с порога кухни вместе с девушкой в похожем на его одеянии пурпурно-фиалкового цвета. — Да ты мне льстишь. Поверь, ты танцуешь не хуже. И приятно познакомиться, милашки, — окинув хитро прищуренным взглядом новые лица, бархатно произнесла женщина, чуть задержав свой взгляд на Джинн, из-за чего та, зардевшись, смущённо отвела взгляд в сторону. — Взаимно. Присаживайтесь к нам, — дождавшись, пока все усядутся за стол, Дилюк рассказал всю сложившуюся ситуацию. — Ох, как же непросто всё сложилось. Мне так жаль вас, милашки, но надежда ещё есть, может, ещё получится убедить твоего отца в неправильности его решения, — в задумчивости к концу рассказа сказала Лиза, что уже была частично в курсе всей ситуации. — Согласен, мы обязательно найдём выход, — поддержал слова девушки Кэйя. Их дружеские посиделки продолжались ещё некоторое время, после чего Джинн из-за позднего времени пришлось уходить, а вместе с ней и пурпурной танцовщице, вызвавшейся составить девушке компанию. Оставшись наедине с Рагнвиндром, Кэйа невесомо пересел на его колени, взяв обеими ладонями лицо мужчины и внимательно посмотрев в карминовые глаза. — Ты всё продолжаешь беспокоиться, что ничего не выйдет и тебя в итоге против воли поженят? — чутко угадав чужие мысли, спросил он. — Ты прав, — вздохнул в ответ Дилюк, мягко стискивая тонкую талию и прижимая парня ещё ближе, оставляя лёгкий поцелуй на горячих губах. — Думаю, тебе надо расслабиться и хоть ненадолго забыть о проблемах. — Что ж, я не против, если ты поможешь мне с этим, — улыбнувшись, согласился Рагнвиндр, с умилением замечая, как на карамельной коже возлюбленного появился едва заметный румянец. Кэйа, видя в алых глазах, пляшущие озорные огоньки, что всегда так манили его, решил принять правила этой небольшой игры, начиная играться с губами напротив, утягивая их в неспешный поцелуй. Дилюк откровенно любовался им — как тот, оседлав его бёдра, нежно смотрел из-под длинных ресниц и нарочито медленно вёл поцелуй, будто испытывая терпение Рагнвиндра на прочность, — и ощущал столько тёплых чувств от всепоглощающей любви, что понимал, он сделает всё возможное, и невозможное тоже, чтобы они всегда были вместе, что никто и ничто, даже бездна, не посмеет разлучить их. По-другому он теперь просто не сможет. По-другому и быть не должно. Наконец, перехватывая инициативу, он нетерпеливо толкнулся в чужой рот, ловя губами ответное тихое мычание. Созерцая неприкрытый повязкой глаз, в синеве радужки которого разливалось звёздное скопление, застеленное поволокой сладкой неги, Дилюк захотел увидеть и второй удивительно-чудесный глаз, что привлекал своей неординарностью. Он хотел видеть Кэйу настоящим, не скрытым под несуразными париками, плащами и масками. Потянувшись к повязке, он расстегнул замочек, откладывая её в сторону. Чуть отстраняясь от ещё больше покрасневшего парня, что теперь спешно пытался привести дыхание в порядок, Дилюк носом вёл вниз по заполошно бьющейся венке на шее, руками пробираясь под собственную кофту, что так подходяще смотрелась на стройном теле. Вдруг послышался небольшой шум со стороны улицы. И в то же мгновенье входная дверь с оглушительным треском слетела с петель, а в дом с грозными криками ворвались несколько людей с оружием, на гравировке которых Дилюк тут же с ужасом узнал их фамилный орнамент в виде совы, который прямо указывал на то, что эти солдаты были из его клана. Кэйа, что минуту назад так расслабленно сидел, подскочил как ошпаренный. Рагнвиндр успел заметить, как побледнело его лицо, искажаясь в гримасе полного ужаса. А после и он сам заметил фигуру человека, зашедшего вместе с остальными. Сердце, кажется, падает в бездонную яму, все мысли вылетают, оставляя место колючему ледяному страху. Он делает судорожный вздох, смотря прямо в такие же, как и у него, алые глаза, что теперь сочились небывалый яростью и презрением. — Отец…