Глава 12, Прощание.
29 мая 2025 г., 13:49
Проснувшись на следующее день, я чувствовала себя прекрасно — будто кто-то вдохнул в меня новую жизнь. И всё это — заслуга моих друзей.
Не спеша направившись на кухню, я заметила, что там всё ещё стояли цветы от Шисуи. Пора поговорить с ним. Возможно, ещё не поздно вразумить его.
А заодно — проверить, здесь ли он.
Я подошла к вазе, наклонилась и вдохнула аромат цветов.
— Эти цветы напоминают мне про тебя.
+2 К СИМПАТИИ: ШИСУИ УЧИХА
Он всё-таки здесь. Я переставила вскипевший чайник и села на стул. — Шисуи, я знаю, что ты здесь. Выходи. Он появился внезапно, словно из воздуха. Весь его вид был печальным — он не поднимал взгляд, не произнёс ни слова. Просто стоял и молчал. Долго злиться на него я не смогла. Меня всегда раздражала эта черта моего характера — я слишком быстро прощаю. Словно сердце моё не умеет долго держать камень за пазухой. Я медленно встала со стула и подошла к нему. Он всё ещё стоял, не двигаясь, будто боялся даже дышать. — Шисуи... — тихо начала я. — Ты мне очень дорог. Ты — мой близкий, хороший друг. Но, пожалуйста... прекрати делать это. Прекрати прятаться в тенях, проникать в мой дом, следить за мной... Я опустила глаза и сделала вдох. — Это пугает. Очень. А я... я не хочу тебя бояться. Ты понимаешь? Он молчал. Только его грудь чуть заметно вздымалась от сдерживаемых эмоций. Его глаза — обычно такие живые — казались тусклыми, почти стеклянными. И вдруг по щеке скатилась одинокая слеза. Я не выдержала. Подошла ближе и крепко обняла его. Он не обнял в ответ, только стоял, как статуя, дрожа всем телом. Я чувствовала, как сильно он сдерживается, как много боли в нём накопилось. — Ты запутался... — прошептала я. — Я это вижу. И ты боишься — так же, как и я. Но, пожалуйста, не теряй себя. Вернись. Он, наконец, поднял руки и медленно, осторожно, будто боялся сломать меня, обнял в ответ. — Прости... — прохрипел он. — Я просто не знал, как быть. Так мы и простояли на кухне целый час. Я просто обнимала его, позволяя выплакать всё, что он так долго носил в себе. Его тело дрожало, руки то крепко сжимали мою спину, то ослабевали, будто он боялся отпустить. Он тихо, почти беззвучно, снова и снова вымаливал у меня прощение, за всё — за страх, за слёзы, за тень, которую навёл на мою жизнь. А я продолжала его обнимать, прижимая к себе, будто хотела этим сказать: «Ты не один. Всё хорошо. Я здесь». Когда он, наконец, немного успокоился, я снова поставила чайник — ромашковый чай всегда помогал мне прийти в себя. Пока вода закипала, я достала сладости, решив, что он тоже заслуживает хоть немного тепла и заботы. Он сел за стол, опустив голову, будто стыдясь смотреть мне в глаза. Мне не хотелось, чтобы он умирал. Мы знакомы не так давно, как с другими. Он — не часть моего прошлого, но успел стать частью моего настоящего. Такой странный, противоречивый, трудный — но дорогой. Шисуи был тем, кто тонет в себе и всё равно пытается спасти других. И пусть я знала, что его участь почти предрешена… Мне не хотелось видеть его могилу. Я подошла ближе, присела на корточки рядом с ним и заглянула в его уставшее лицо. В этом взрослом теле прятался ребёнок, напуганный, уязвимый и заплутавший. — Шисуи… — мягко начала я. — Хочешь погулять? Только ты и я. Он медленно поднял взгляд. В его глазах всё ещё плескалась печаль, но уже не такая острая. Он кивнул — тихо, почти незаметно. И в этом кивке было больше благодарности, чем во всех словах на свете. Мы вышли на улицу, когда солнце уже клонилось к закату. Небо было окрашено в мягкие золотисто-розовые тона, воздух был прохладным, свежим — таким, каким бывает только после дождя или слёз. Мы шли молча, не спеша, бок о бок. Иногда наши руки случайно касались, но никто из нас не убирал их. Он держал взгляд на горизонте, будто где-то там, за крышами домов, прятался ответ на мучившие его вопросы. Я чувствовала, как внутри него всё ещё бушует шторм. — Шисуи… — тихо начала я, стараясь не разрушить эту хрупкую тишину. — Чего ты боишься? Он замер. Мы остановились у невысокого забора, откуда открывался вид на деревню. Он долго молчал, сжимая пальцы в кулак. — Я боюсь... что однажды не смогу сдержать себя. — Его голос дрожал. — Что, в какой-то момент, мне снова покажется, будто я имею право решать, как тебя защитить… даже если ты этого не просишь. Я молчала, давая ему выговориться. — Боюсь, что всё, что я делаю, только пугает тебя… что я, сам того не желая, причиню тебе боль. — Он посмотрел на меня, в его глазах стояли слёзы. — Я боюсь потерять тебя, Лили. И даже больше — боюсь, что сам стану причиной этой потери. Я подошла ближе и взяла его за руку. — Страх не делает тебя слабым, Шисуи, — сказала я спокойно. — Он делает тебя живым. И то, что ты это понимаешь, уже говорит о том, что ты никогда не переступишь черту снова. У тебя есть сердце. Огромное, доброе сердце, которое просто не знает, как быть рядом... потому что ты никогда не учился быть уязвимым. Он слабо улыбнулся, и я продолжила: — Знаешь, я ведь тоже боюсь. Будущего. Того, что я не смогу защитить всех, кого люблю. Что однажды проснусь — и всё исчезнет. Но именно поэтому я хочу жить… ради настоящего. Ради того, чтобы сейчас — мы могли просто идти вместе. И знать, что мы рядом. Мы снова пошли вперёд. Он всё ещё не отпускал мою руку. — Лили... Могу я задать тебе один вопрос? — его голос дрожал, и я сразу поняла, что для него это важно. — Конечно, — спокойно ответила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Что если я умру? Тебе будет грустно? Я сжала подол платья в кулак, злясь не на него, а на себя — за бессилие, за то, что не могу ничего сделать, чтобы защитить его. — Да... мне будет очень грустно. По этому... пожалуйста, не умирай, ладно? — хотя знала, что это почти невозможно, слова вырвались из меня с надеждой и болью одновременно. Он опустил глаза, в которых блеснули очередные капли слёз. — Я боюсь... боюсь оставить тебя одну. Я мягко положила руку ему на плечо, пытаясь передать всю силу своей поддержки. — Я всегда буду рядом, Шисуи. Что бы ни случилось. Мы гуляли до самой ночи, говоря обо всём на свете. Мы оба понимали, что, возможно, это последний раз, когда наша встреча была такой спокойной. Ведь совсем скоро произойдёт неизбежное. В конце концов я уснула у Шисуи на руках. Положив меня на кровать, он тихо, почти шёпотом, проговорил: — Спокойной ночи, Лили... Ты действительно моя луна, которая освещает мне путь в темноте... Надеюсь, ты всегда будешь светиться так ярко. Взяв в руку прядь моих волос, он поцеловал её и исчез в темноте.***
По комнате гуляло утреннее солнце, а за окном пели птицы, разбудив меня. Посмотрев на часы, я поняла: я опаздываю! Сорвавшись с кровати и уже на ходу натягивая спортивные штаны, я пулей понеслась в ванную. На бегу почистила зубы, быстро привела себя в порядок, обулась, схватила ключи — и вылетела из дома, как вихрь. Я неслась по Канохе, не останавливаясь ни на секунду. Промчав мимо лавок, краем глаза заметила витрину с милыми браслетами. Они были простые, тоненькие, разноцветные. На секунду притормозив, я посмотрела на них и пробормотала: — Чё-ёрт… Была не была! Резко развернувшись, я метнулась в магазин и уже через пару минут снова летела по улицам. До академии я всё же добежала. Стоя перед дверью класса, никак не могла заставить себя войти. Сделала глубокий вдох, перекрестилась три раза (на всякий случай) — и распахнула дверь. — Лили, почему опоздала? — раздался строгий голос Ируки-сенсея. — Простите, Ирука-сенсей… чёрная кошка перебежала дорогу, пришлось обходить, — запыхавшись, выдала я первое, что пришло в голову. В классе на секунду повисла тишина… а потом кто-то прыснул. — Ты что, серьёзно? — захихикала Ино. — Классика.— сдержанно улыбнулся Шикамару. — А я думал, ты ниндзя, а не бабушка с суевериями, — подмигнул Киба. — Тишина! — строго сказал Ирука, но уголки его губ всё же дёрнулись в улыбке. — Проходи, Лили. Но в следующий раз — без оправданий. — Есть, сенсей! — отдав шуточно "честь", я направилась к своему месту. По пути достала один из купленных браслетов — тоненький, светло-синий — и незаметно положила его на парту к Саске. Он мельком взглянул на браслет, потом на меня… и, не говоря ни слова, аккуратно надел его на запястье.+2 К СИМПАТИИ: САСКЕ УЧИХА
Тихо садясь рядом с Наруто, я достала листок бумаги и карандаш. Мы решили сыграть в морской бой. Мы просидели за игрой весь урок. Вышла ничья — несколько раундов выиграл Наруто, несколько — я. Когда я побеждала, он хватался за голову и драматично восклицал: — Какой из меня ниндзя, если даже в игру выиграть не могу… Когда Ирука-сенсей вышел из класса, я достала жёлтый браслет и протянула его Наруто. — Ого, это мне? Спасибо, Лили-чан! Я буду с радостью его носить!+1 К СИМПАТИИ: НАРУТО УЗУМАКИ.
Я заметила что перейдя определенную черту, очки симпатии набираются дольше, что не могло не радовать. — Это тебе спасибо, Наруто, — ответила я, потрепав его по голове. Потом повернулась и направилась к Ино, Шикамару и Чоуджи. — Эй, ребята! У меня для вас есть подарок! — с улыбкой сказала я, доставая из кармана браслеты. — Этот тебе, Ино, — протянула я ей фиолетовый. — Этот тебе, Чоуджи, — положила на парту оранжевый. — А этот тебе, Шика, — сказала я, протягивая ему серый. — Ого, а это в честь чего? — улыбаясь, спросила Ино, надевая браслет. — Просто подарок. Я бы хотела, чтобы у каждого из вас было что-то, что будет напоминать вам обо мне… — я смущённо почесала голову и отвела взгляд. — Какая морока… — буркнул Шикамару. — Не хочешь — не носи… — пробормотала я, слегка расстроившись.+4 К СИМПАТИИ: ШИКАМАРУ НАРА
«Мило...»
— Буду носить. Куда я денусь, — легко усмехнулся Шика, всё же надев браслет. Я улыбнулась и выбежала во двор — искать Хинату и Кибу. Нашла их возле тренировочной площадки. — Хинааата! Киибаа! Вот вы где! У меня для вас тоже подарок! — я подбежала, протягивая лиловый браслет Хинате и белый — Кибе. — Это… как напоминание, что мы друзья! Хината робко улыбнулась, прижав браслет к груди, а Киба с радостным голосом воскликнул: — Класс! Теперь у нас команда браслетов!+3 К СИМПАТИИ: КИБА ИНУЗУКА
— У меня тоже есть! — с довольной улыбкой сказала я, показывая свой разноцветный браслет. — В нём есть частичка каждого из вас! Не зря же я тогда опоздала — зато купила то, что будет напоминать мне о вас, а вам — обо мне. Прозвенел звонок. Мы с Кибой рванули на перегонки в класс. — Лили-тян, Киба-кун, подождите меня! — прокричала Хината, пытаясь нас догнать. Мы с Кибой переглянулись и весело рассмеялись. Конечно же, остановились. И, как троица непослушных детей, вместе ворвались в класс. Когда уроки закончились, мы большой шумной компанией направились к выходу из школы. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая Каноху в тёплые цвета. Возле ворот, как я и ожидала, стоял Итачи. — Ребята, вы можете идти. Я догоню вас через несколько минут! — сказала я, обернувшись к друзьям. — Хорошо, Лили-тян! — кивнул Наруто и весело махнул рукой. Я подошла к Итачи и, поздоровавшись, протянула ему черный браслет. — Это тебе, Итачи. Подарок. Я подарила такие всем своим друзьям. Чтобы у вас было что-то, что будет напоминать обо мне. — Я показала ему свой разноцветный браслет на запястье. — У меня тоже есть. Здесь частичка каждого из вас. Он молча взял браслет и, надевая его на руку, слегка улыбнулся. — Спасибо, Лили. Мне приятно.+2 К СИМПАТИИ: ИТАЧИ УЧИХА
Я уже собиралась бежать, когда краем глаза заметила черную волнистую макушку. Я подбежала. — Шисуи! Как я рада тебя видеть! У меня тоже есть для тебя подарок! — Привет, Лили, — улыбнулся он своей знакомой теплой улыбкой. Кажется, он снова становился собой. — Подарок? — Да! Вот! — я протянула ему красный браслет. — Мой — разноцветный. В нём есть частичка каждого, кто мне дорог. И твоя — в том числе. Пусть и у тебя будет что-то, что напомнит обо мне. Он бережно взял браслет, сразу надел и тепло посмотрел мне в глаза. — Спасибо, Лили. Я буду его беречь.+10 К СИМПАТИИ ШИСУИ УЧИХА
СИМПАТИЯ ДОСТИГЛА МАКСИМАЛЬНОГО ЗНАЧЕНИЯ. ПЕРЕХОД НА СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ:
Любовь: 9/100
На мгновение между нами повисла тишина — тёплая, но с привкусом чего-то недосказанного. Будто за спокойствием этого дня скрывалось нечто большее. Что-то тревожное, почти неуловимое. Когда я уже собралась уходить, чтобы догнать ребят, Шисуи вдруг остановил меня: — Лили… Я отправляюсь на миссию. Не думаю, что вернусь оттуда скоро. Я резко обернулась. Сердце сжалось. Этот день всё же настал. День, когда наше "до свидания" звучит как "прощай". — Вот как… Будь осторожен, Шисуи. Я подошла и крепко обняла его. Последний раз. — Хорошо, — тихо ответил он, — я буду скучать, Лили. — Я тоже… Мы могли простоять так вечность, но время не щадит никого. Ему нужно было уходить. Он наклонился и поцеловал мои волосы, после чего беззвучно растворился в тени деревьев. Я развернулась и побежала догонять друзей, пытаясь хоть немного отвлечься от этого ощущения пустоты. Мы долго гуляли, смеялись, говорили о глупостях. Но в груди всё равно оставалось тяжело. Когда я вернулась домой и, уставшая, упала на кровать, мне оставалось только надеяться на чудо. На то, что он вернётся. Что браслет на его руке не станет последним, что от него останется.***
Погода была серой. Облака сплелись в один сплошной свод и закрыли небо, делая его почти черным. Воздух был влажный, тягучий. Подняв голову вверх, я почувствовала первые капли дождя — холодные и тяжёлые. Я стояла перед его могилой. Перед пустым гробом. Шисуи умер. Но тела так и не нашли. Я пыталась что-то почувствовать, что-то сказать, но внутри было только оглушающая тишина. Пустота. Я даже не плакала — будто что-то внутри меня замёрзло. Навсегда. Люди, пришедшие проститься, начали расходиться, прячась от дождя под зонтами и капюшонами. Один за другим, они исчезали в сером мареве Канохи. Остались только мы. Я и Итачи. Мы стояли молча. Рядом, но каждый по-своему один. Он не говорил ни слова. Только смотрел на могилу — взглядом, в котором смешались боль, вина и какая-то невыразимая решимость. Я почувствовала, как его пальцы едва заметно коснулись моей ладони. Сжались — крепко, почти до боли. Но я не отдёрнула руку. Мне казалось, что если я отпущу, исчезнет и он. — Он всё равно где-то рядом, — наконец тихо сказала я, не поднимая глаз. — Я чувствую это. Итачи ничего не ответил. Только ещё крепче сжал мою ладонь. А дождь всё лил и лил. Смывая следы на свежей земле. Смывая цвет с мира. Смывая надежду. Но не воспоминания. Шисуи жил. В нас. В браслетах, что всё ещё были на запястьях. В тёплых словах. В тихих улыбках. В каждой капле дождя, падающей на холодную землю. — Он просил передать тебе, что любит тебя. И просил меня защитить и позаботиться о тебе. Я легко улыбнулась, хотя в этой улыбке была больше печали, чем радости: — Вот как… Даже в такие моменты думает о ком-то, а не о себе… Итачи стоял рядом, молча. Его глаза были потухшими, словно отражали всю тяжесть утраты. Мне хотелось снять с его плеч эту невидимую ношу. — Не держи всё в себе, Итачи. Ты не виноват в его смерти. Я знаю, что ты не убивал его. Если хочешь, я могу остаться здесь с тобой, пока тебе не станет легче. Он ничего не ответил, но и не нужно было. Я бы всё равно осталась, даже если бы он сказал нет. Его молчание было слишком тяжёлым, чтобы нарушить его словами. Но я чувствовала, что моё присутствие — это то, что ему нужно. Дождь не прекращался до самой ночи. Он струился с небес сплошной стеной, впитываясь в землю, стекая по лицу, по волосам, по холодной ткани платья. Я стояла рядом с Итачи — в чёрном, как сама ночь, платье и промокших туфлях. Мне было всё равно. Я не боялась заболеть, не чувствовала холода, не думала о времени. В тот момент ничего, кроме него и этой тишины, не имело значения. Мне не хотелось оставлять Итачи одного. Я знала, каково это — будто весь мир отвернулся, и никто не остался рядом. Я не могла уйти, не могла предать ту тонкую нить доверия, что связывала нас в эту ночь. Когда Итачи, будто под тяжестью целой эпохи, медленно направился домой, я осталась на мгновение одна. А потом, не спеша, пошла следом. Город утонул в чёрно-серых тонах, будто кто-то выключил его свет и звук. Только редкие уличные фонари отсвечивали тускло, отражаясь в лужах. Шаг за шагом я брела по мокрым улицам, вся насквозь промокшая, но не чувствуя этого. Мне казалось, будто Каноха вымерла. Не было ни смеха, ни голосов, ни даже звуков шиноби, которые обычно мелькали на крышах. Лишь капли дождя, ударяясь о крыши и асфальт, продолжали свой мрачный оркестр. И только на мгновение мне показалось… я не одна. Чужое, скользящее присутствие — тень за фонарным столбом, взгляд из темноты. Я невольно обернулась, но улица за спиной была пуста. «Показалось?» — подумала я, но сердце отозвалось странным предчувствием. Не ускоряя шаг, я пошла дальше — теперь чуточку осторожнее. И уже знала: за мной кто-то наблюдает.«Скрытое сообщение.»
В СПИСОК СИМПАТИЙ ДОБАВЛЕН:«????? ?????.»
