Камелот

Говорят: «Посмотри страху в глаза, и он отступит».  Теперь это казалось смешным. Нет.  Он не отступил.  Он стоял там и смотрел на неё в упор, заставляя считать неровные, нарастающие удары сердца, ведущие к нервному срыву. Ещё одному.  Как глупо, как же глупо… Беззвучно посмеиваясь над собой, Гермиона лежала на мокрой, притоптанной траве и смотрела вверх. Дождь моросил прямо по лицу и, скатываясь по щекам, застревал в волосах расколотым стеклом.  Перед глазами плыло в сторону огромное серое небо с редкими проплешинами белого.  Переносица противно ныла, налившись тяжестью, в уголках век рефлекторно скопились слёзы. Она небрежно смахнула их и резко села, тут же выругавшись от внезапно стрельнувшей по вискам боли.  — Сильно ушиб? — виновато почёсывая затылок, склонился над ней Гарри.  Его голос, точно экспресс, мчащийся на всех парах, эхом пронёсся мимо. Не расслышав вопроса, Гермиона подняла на него напряжённый взгляд и прищурилась.  — Напомни, почему мы вообще занимаемся вместе? — Обмен опытом, — подмигнул ей Гарри, пытаясь казаться расслабленным. — Старшие курсанты подают пример младшим. — Ну да, скорее, используют их как живые мешки для битья, — закатила глаза она. — Разве они не должны немного нас пожалеть? Дать время на адаптацию? — Ты что, просишь поблажку, Гермиона? Гермиона покачала головой. Несмотря на дразнящую улыбку, Гарри выглядел обеспокоенным, и сильно. В последнее время он слишком часто смотрел на неё так. Она чувствовала себя неуютно и всё время хотела извиниться, когда замечала этот взгляд. Словно одно её выражение лица доставляло ему неудобство. Гермиона понимала, что в последнее время от неё у Гарри было больше проблем, чем пользы.  Мерзкое чувство.  В конце концов, Гарри протянул ей руку и помог подняться на ноги. Вокруг раздавались глухие удары и вскрики курсантов. Тренировка Немагического ближнего боя шла уже второй час.  Сэвидж бродил между дерущихся пар, изредка бросая сухие комментарии по поводу техники, и постоянно поправлял свои чёрные кожаные перчатки, точно на улице стоял невыносимый мороз. Хотя день был довольно тёплый, несмотря на пасмурность.  Отряхнувшись, Гермиона закусила губу и окинула Гарри критичным взглядом. После ссоры с Малфоем винтики в её голове крутились целую ночь и всё утро и, казалось, уже раскалились до температуры плавления. — Готова? Гарри встал в боевую позицию, вскинув кулаки перед собой. Она рассеянно кивнула. Когда он сделал выпад в её сторону, Гермиона импульсивно отступила в сторону, но не предприняла ни одной попытки атаки.  — Над твоей кроватью есть оберег? — отклонившись в сторону от удара, внезапно спросила она.  — Что? — растерянно переспросил Гарри, попытавшись задеть её ногой.  Гермиона отступила. Она только и делала, что отступала, и весь их бой был похож на неправильный вальс, в котором они крутились вокруг тренировочного поля, не задевая друг друга.  — Ты накладываешь на кровать чары защиты перед сном?  — Я… что? Гермиона, это твоя тактика? Гарри усмехнулся и почти осуждающе покачал головой, продолжая наступать.  — Ты что, отвлекаешь меня всякой ерундой, чтобы атаковать?  Застыв, Гермиона яростно нахмурилась. Гарри иногда был таким раздражающе беспечным, что ей хотелось стукнуть его.  — Поверь, я могу концентрироваться сразу на нескольких вещах. Он довольно улыбнулся, оголив зубы, а затем ударил её по голеням, повалив на землю. Гермиона коротко вскрикнула, упав на бок, и по её бедру разлилась ноющая боль. Она простонала сквозь зубы, приподнимаясь на руках. — Нет, Цезарь, я серьёзно, — фыркнула она. — Это не ерунда. Гарри закатил глаза, и Гермиона вспылила.  Она стукнула его пяткой по коленке и, жёстко вцепившись пальцами в рукав, потянула Гарри на землю. Он приземлился рядом, проехавшись ладонью по вязкой слякоти.  — Эй, не жульничай, — оклемавшись от падения, прошипел на неё Гарри.  Он поправил очки, соскочившие на нос, и повернулся к ней с предельно недовольным лицом. Но Гермиона не смотрела на него. Она нервно заламывала пальцы, скрещённые между коленей.  — Ты ведь помнишь защитные чары? — она бросила на него быстрый взгляд. — Если нужно, я могу помочь с ними. Мне несложно, правда. Думаю…  Сделав секундную паузу, она почесала висок и стряхнула с него прилипший лист дуба.  — Думаю, мне в любом случае стоит осмотреть твою комнату. Ну, для безопасности. Коротко вдохнув, она не дала Гарри ответить и продолжила: — Может, после обеда? Ты не занят?  — Э… — Если занят, я могу зайти вечером. Да, лучше вечером, перед сном, — кивнула Гермиона сама себе. — Так будет надёжнее и… — Гермиона, — оборвав её, осторожно произнёс Гарри. — Что происходит? — Ничего, — ссутулившись, она дёргано пожала плечами. — Просто переживаю.  На самом деле это не было просто. Это было невыносимо. Её выворачивало наизнанку от тревоги, разъедающей всё внутри. Стиснув зубы, она бросила мрачный взгляд в сторону дубовой рощи, которой кончалось тренировочное поле.  Живот неприятно сжался. Ветер срывал и загонял в вихрь охровые листья дуба. Малфой сидел между его гигантских корней, торчащих из земли. Его колени были согнуты, голова запрокинулась назад, обнажив белую шею, а светлый затылок прирос к огромному стволу, покрытому наростами мха. Вокруг него парили водоотталкивающие чары, погрузив Малфоя в дымку. Гермиона поджала губы. Она каждый раз непроизвольно выхватывала его глазами из общей серой массы, и на неё накатывало какое-то жуткое оцепенение. Она переставала дышать и просто безотрывно смотрела на него. — О, не начинай, — взмолился Гарри, проследив за её взглядом.  Качнув головой, Гермиона раздражённо посмотрела на него исподлобья.  — Единственное, чем опасен для меня Малфой, — это его педанство. — Ты его недооцениваешь. — Неа, это ты его недооцениваешь, — усмехнулся Гарри. — Он настоящий псих.  Гермиона вздрогнула и, быстро моргнув, взглянула на Гарри. — Представь, — он ухмылялся, бесцельно наматывая на палец конец своего шнурка. — У него даже книги на полке в алфавитном порядке стоят. — У меня тоже, — мгновенно возразила Гермиона и затем угрюмо отвернулась. Гарри перевёл на неё удивлённый взгляд. Тут же смутившись, она уставилась на свои покрасневшие, сухие костяшки.  — Так удобнее и практичнее, — строгим тоном добавила она. — Экономит время и вообще… Что плохого в порядке? — А, да ничего, — чуть помедлив, протянул Гарри. — Ну, тогда я вообще не вижу поводов для твоего беспокойства.  Вздохнув, Гермиона отвернулась. Она обхватила руками подрагивающие от нервов колени и положила на них подбородок, уставившись на свои ноги. Носки тряпичных кроссовок совершенно промокли, и кончики пальцев чуть онемели от холода.  Она не могла рассказать Гарри про угрозы Малфоя. Очевидно, он бы не поверил. Он бы снова завёл свою пластинку про то, что всё-изменилось-Малфой-другой-и-вообще-ты-его-не-знаешь-дай-ему-шанс-и-бла-бла-бла… Гермиона подняла напряжённый взгляд на друга. Повернувшись к ней, Гарри снова посмотрел так: снисходительно и с сочувствием. Прикрыв глаза, она захотела взвыть.  Просчитав в своей голове до десяти несколько раз в обратном порядке, Гермиона открыла глаза и послала Гарри короткую улыбку, чтобы успокоить.  Последнее, что ей было нужно, — чтобы он помешал спасти его.

***

Запах жжёной полыни наполнил комнату. Гермиона небрежным взмахом палочки распахнула форточку. Внутрь ворвался свежий поток вечернего воздуха, сдув с подоконника пепел, оставшийся от сгоревшей травы-оберега. Вооружившись распахнутой книгой в другой руке, Гермиона перечитала подчёркнутые строки. — Протего аб хостибус, — прошептала она, выводя в воздухе руну.  Серебряная паутина чар легла в изголовье кровати и стекла вниз по подушкам.  — Ладно, — пробормотала Гермиона. — А теперь… Отложив книгу на тумбу, она опустилась на колени перед кроватью и засунула голову под деревянный каркас.  Оглядевшись, Гермиона поморщилась.  — Ох… В дальнем углу лежал бладжер, покрытый наростом пыли, чуть ближе валялся смявшийся носок, затем её рука задела пустую склянку Бодроперцового зелья, и та с дрожащим звоном откатилась в тень.   — Гермиона? Резко дёрнувшись, Гермиона ударилась головой о каркас. — Чёрт, — прошипела она, потирая затылок, и выбралась наружу. — Привет, Гарри.  Гарри стоял у двери, сжав рукой ручку. Он приоткрыл рот, но не смог найти правильный вопрос и так и застыл.  Они коротко переглянулись, и Гермиона почти тут же отвернулась. Она вновь схватила книгу с тумбы и склонилась над ней, скрывшись за вуалью растрёпанных кудрей. Гарри коротко кашлянул и, помедлив, прошёл в комнату.  — Тебя не было на ужине. Я думал, ты приболела, но ты…  Его голос звучал фоном. Гермиона беззвучно нашёптывала заклинание, проверяя правильность своего произношения: аб хостибус, аб хостибус…  — Прости, что именно ты делаешь?  — Защищаю тебя, — не отрываясь от книги, бросила она.  — От клопов? — он искренне удивился. — Нет, Гарри. Не от клопов. От врагов. — Клопы ещё те вредители, но думаю, нам далеко до кровной вражды.  Гарри неловко усмехнулся, затем сел на кровать и сплёл руки между коленей, ссутулившись. Какое-то время он молчал, изучая её пристальным взглядом. Почувствовав это, Гермиона тяжело вздохнула и подняла глаза.  — Слушай, я боюсь за тебя, — призналась она внезапно осипшим голосом. — Очень боюсь.  Шумно втянув в себя воздух, Гарри выпрямился и стянул губы в линию.  — Я понимаю, — размеренно кивая, медленно произнёс он, — и ценю это, правда. Но тебе не кажется, что это, ну… — его брови дрогнули, — уже слишком?  Гермиона сглотнула, и книга выскользнула из её рук, глухо стукнувшись об пол.  Гарри опять говорил с ней так, словно она лишилась рассудка и могла причинить вред себе или кому-то ещё. Стушевавшись, она отвела расфокусированный взгляд в сторону и поморщилась.  — Я просто хотела помочь. Я… Дверь скрипнула. — Ну, приплыли.  Гермиона вскинула голову, хмурясь. В проходе стоял Тео, широко распахнув глаза.  — Нет, продолжайте-продолжайте, мы не мешаем.   Демонстративно прикрыв лицо ладонью, он прошёл внутрь. — Что мы должны продолжать? — недовольно спросила Гермиона.  Она поднялась и расправила плечи, сложив руки на груди. Нотт развалился на постели напротив и, приподнявшись на локтях, окинул её взглядом с головы до ног.  — Ну, а что вы тут делали? — ухмыльнулся он. — Играли в гляделки? — Нет, Нотт, — спокойным тоном вмешался Гарри. — Мы просто говорили. — Да, понимаю, — серьёзно сдвинув брови, кивнул Тео. — На коленях разговор идёт куда лучше. — Что? — вспыхнула Гермиона.  — Мерлин, — протянул Гарри. — Просто заткнись, Нотт. Гермиона накладывала на мою кровать защитные чары.  Тео застыл в недоумении. Его глаз слегка дёрнулся.  — Клянусь, это самая тупая метафора, которую я слышал.  — Это не метафора, — жёстко процедила Гермиона. — Я действительно наложила на кровать Гарри защитные чары.  Он хмыкнул. — Надеюсь, чтобы отвадить от него Вейн. Тео закатил глаза и, дотянувшись до пачки ирисок на своей тумбе, закинул одну себе в рот. — Серьёзно, — он звучно чавкнул. — Ещё раз я найду в нашей комнате от неё хоть одно блевотно-розовое сердечко, — он грозно вскинул палец и повернулся к Гарри. — Я выселю тебя, Поттер. Будешь до конца года тусоваться на диванах в гостиной.  Изогнув бровь, Гермиона обернулась на Гарри. Сдавленно хохотнув, он отвёл взгляд и стал практически белым. Это явно было не то, что знала Джинни, и явно не то, что должна была знать Гермиона.  — Защитные чары, значит?   Гермиона вздрогнула и резко обернулась к шкафу в другом углу комнаты. Она не заметила его. Малфой мгновенно считал это обстоятельство по её лицу и довольно приподнял уголок рта.  Он неторопливо стянул с себя куртку и повесил на вешалку, щепетильно расправляя рукава. Делая всё это наощупь, он не сводил с неё внимательного взгляда.  Гермиона нервно сглотнула.  — Что, предлагаешь Поттеру спать на полу? — склонив голову, Малфой слегка вскинул брови.  В его голосе сквозило веселье.  — Или в её комнате, — протянул Тео, приставив ладонь ко рту.  — Нет, — холодно ответила Гермиона. — Я усовершенствовала их.  Она гордо вздёрнула подбородок, всматриваясь в лицо Малфоя.  — Они отталкивают только тех, кто хочет причинить вред Гарри. Малфой перестал ухмыляться. Замерев, он на мгновение отвёл взгляд в сторону, и его брови дрогнули. Затем он кивнул, усмехнувшись какой-то своей мысли.  Гермиона внимательно наблюдала за его реакцией. Хлопнув створкой шкафа, Малфой поднял голову. Его глаза сузились, и острый взгляд вонзился в её лицо.  — Например, если кто-то захочет перерезать ему горло во сне?  Его тон был мягким и почти шутливым, но внутри Гермионы что-то сжалось.  В комнате повисла тишина, а затем Тео громко рассмеялся, и спустя ещё одно мгновение, не сдержавшись, к нему присоединился Гарри.  — Какое варварство, — качнув головой, весело скривился Нотт.  Возможно, со стороны это действительно звучало до смешного абсурдно, но Гермионе совсем не было весело.  — Да, например, это, — жёстко отчеканила она.  Выдвинув вперёд напряжённую челюсть, она прожигала Малфоя взглядом. Он недобро улыбнулся и шагнул в её сторону. Похолодев, Гермиона моргнула и беспомощно уставилась на него. Её лицо опустилось, а тело сковал парализующий ступор. Не смея пошевелиться, боковым зрением она проследила, как Малфой прошёл мимо, невесомо задев её широким рукавом рубашки. Спустя секунду Гермиона обернулась на глухой скрип, и в её груди что-то оборвалось.  Малфой безмятежно расположился на кровати рядом с Гарри, закинув ногу на ногу.  — Да, Грейнджер, — довольно облизнув губы, он прислонился затылком к стене. — Это действительно очень умно. Теперь Поттер в полной безопасности.  В его голосе явно читалась издёвка. Тем не менее, взглянув на жёсткую ухмылку, исказившую его губы, Гермиона поняла, что явно это было лишь для них двоих.