Singularity

Пока человек чувствует боль — он жив. Пока человек чувствует чужую боль — он человек.

А.П. Чехов.

      — …и затем я встретил тебя, — Тэхён закончил свой рассказ, так и не взглянув на него ни разу.       Он молчал, переваривая то, что узнал сейчас. На протяжении того, как он слушал, его эмоции менялись, словно на американских горках. Ярость сменялась щемящей болью в груди и обратно.       Всё это время Чонгук думал о причинах, по которым Тэхён пришёл на тот мост. Иногда ему казалось, что этот ненормальный просто решил помочь ему и совершенно не собирался умирать. Он и представить не мог, что человек способен прятать внутри такую боль, что острыми осколками пронзала его душу, ни разу не показав, насколько ему тяжело.       Придвинувшись ближе, он просто потянул Тэхёна на себя, понимая, что не сможет найти слов, способных излечить его сердце.       — Тебе не нужно справляться с этим в одиночку, — наконец произнёс он.       Его слова стали спусковым крючком и выпустили на волю чувства, которые тот так долго сдерживал.       Крик заполнил комнату. Голос боли и одиночества вырвался из груди, потащив за собой все эмоции.       Чонгук продолжал сжимать в руках трясущееся от всхлипываний тело. И хотя внутри него самого сейчас бушевал тайфун, готовый разнести всё на своём пути, он мог только догадываться, что испытывает Тэхён.       Единственное, в чём он был уверен, что не может дать ему переживать всё это снова. Не может позволить этому светлому и такому удивительному человеку уйти из жизни.

***

      — Что ты хочешь поесть? — он улыбнулся, когда блондин открыл глаза, проснувшись после того, как обессиленный уснул в его объятиях.       — Я не голоден.       — Тебе нужно поесть. Твоё тело нуждается в этом, — он посмотрел на всё ещё бледного парня.       — Лапшу, — немного подумав, Тэхён виновато посмотрел на него.       — Хорошо, — он воодушевился тем, что сможет хоть чем-то помочь ему.       — Чонгук? — окликнул тот его, когда он уже был готов выйти из номера. — Спасибо, и прости.       — Ерунда, я уже хочу немного размяться, если честно, — он прекрасно знал, что те слова были не о походе за едой, но не считал, что Тэхён должен благодарить его за это, поэтому предпочёл сделать вид, что не понял.       Зайдя по дороге в номер Намджуна, он поблагодарил его за то, что позволил им бесплатно остаться в отеле ещё на несколько дней, а так же за всю помощь, что оказал.       Наглеть и просить ещё и о еде Чонгук не стал, поэтому, выйдя из отеля, направился в ближайший уличный ресторан. Купив две порции лапши и ещё немного разных закусок, он, наконец, успокоив своё состояние, поднимался на этаж уже в приподнятом настроении. Всё же было приятно, что Тэхён доверился ему и рассказал свою историю. А так же он был рад, что хоть немного, но смог облегчить его состояние.       Двери лифта открылись и, вывернув из кабины, он замер. Дальше по коридору прямо перед их номером стоял Минги и настойчиво стучал в дверь.       И всё, что он так старательно запирал под замок, вырвалось диким зверем. Забрало упало лишь от мысли, что Тэхён услышал его и сейчас мог снова плакать.       Он сам не понял, когда успел поставить пакет с едой и уже оказался возле мудака, что имел наглость явиться сюда. Подлетев сзади, он даже ничего не стал спрашивать, а, потянув за плечо, с силой отшвырнул от двери.       Минги упал и несколько секунд ошарашенно смотрел, пока Чонгук грозовой тучей надвигался на него.       — Я просто…       Договорить парень не успел. Схватив его за грудки, он обрушил всю ярость, нанеся правый прямой в челюсть.       — Отпу… — новый удар, и брызги крови упали на ковровое покрытие коридора.       Он не слышал и не видел ничего, кроме этого мерзкого лица, что когда-то посмело довести Тэхёна до этого состояния. Собственная боль от содранной кожи на костяшках лишь усиливала злость.       — Чонгук! — Намджун, услышав крики, вышел из номера.       Минги хрипел, пытаясь отползти назад, пока он, не позволяя ему вывернуться, продолжал осуществлять своё желание: навсегда лишить его ухмылки, с которой тот врал Тэхёну.       Он ощутил, как чужие руки пытаются его оттащить.       — Чонгук, остановись! Ты убьёшь его!       — Какого? — Чимин вышел из лифта.       — Помоги мне! — пыхтел хозяина отеля, понимая, что не справится один.       Сила, с которой его оттаскивали, стала сильней. Осознав, что кто-то держит его за руки, не давая добраться до цели, он обернулся.       — Успокойся! — в глазах Намджуна был искренний страх.       Повернувшись обратно к тому, кто, цепляясь за ковёр, полз в сторону лифта, оставляя кровавый след на полу, он снова сжал кулаки, силясь вернуть самоконтроль.       — Ты сказал, что выставишь их! — прорычал он.       — Я выселил их, но, блять, не думал, что он придёт.       Двери лифта снова открылись, и двое охранников, выскочив, уставились на босса, не понимая, кого им следует сейчас повязать.       Чонгук похлопал по руке продолжавшего всё это время его удерживать Чимина.       — Отнесите его в медкабинет, — Намджун кивнул в сторону сплёвывающего кровь парня.       Внезапное осознание, что в номере находится испуганный Тэхён, влетело в голову, проясняя разум.       — Мы уйдём сегодня, — вернувшись к лифту, он взял пакет с едой.       — Почему?       — Мы доставили тебе достаточно проблем.       — Ебать, вы психи, конечно, — усмехнулся Чимин.       — Прости ещё раз, — он виновато посмотрел на Намджуна.       — То, что произошло той ночью… из-за него?       — Да.       — Я уже сказал, вы можете жить тут сколько нужно. Моё решение не изменилось.       — Спасибо. Мне очень жаль за это…       — Тебе не должно быть жаль за то, что ты защищал своё.       — Сильно же ты любишь этого парня, — Чимин похлопал его по плечу.       — Что? Нет… я просто…       — Иди, проверь, как он, — не дал ему договорить тот.       Чонгук открыл дверь и с ужасом вошёл в комнату. Тэхён сидел на кровати, оперевшись на грядушку спиной, и смотрел на экран лежащего на коленях ноутбука.       Заметив вошедшего, он оторвал взгляд и, улыбнувшись, вытащил наушники из ушей.       — Ты чего? — очевидно, его вид вызывал вопросы.       Вся тяжесть страха тут же упала с плеч. Наушники. Он не слышал, как Минги стучал.       — Ничего, — облегчённо улыбнулся он и поднял вверх пакет, демонстрируя принесённую еду.       — Что у тебя с рукой? — Тэхён убрал ноутбук и попытался встать, сдвигая в сторону стойку с капельницей.       — А, да ерунда, — опомнился он и, поставив еду на стол, устремился в ванну.       — Чонгук? — послышалось взволнованно вслед.       — Лифт было долго ждать, и я пошёл пешком и упал на ступеньках, — придумывал он на ходу, стараясь смыть кровь с руки.       — Такое чувство, что ты не падал на ступеньки, а бился с ними, — Тэхён продолжал держать его ладонь, обрабатывая ссадины на костяшках.       — Я старался удержать пакет с едой, и, видимо, упёрся на кулак, — он говорил максимально беззаботно, чтобы у блондина не возникло подозрений.       — Ну, мой неуклюжий друг, до свадьбы точно заживёт, — улыбнулся тот, осматривая результат своей работы и, отпустив его, убрал в походную аптечку антисептик.       Тот факт, что Ким снова шутил, лечил его лучше мази, которая неприятно пекла на коже.       Заключив договор, что если тот съест всю порцию лапши, он разрешит убрать иглу и капельницу, Чонгук удовлетворённо смотрел, как Тэхён уплетает всё, что было им куплено.       — Хочешь фильм посмотреть? — сбросив с себя оковы катетера, блондин забрался в кровать.       — Давай.       Удобно устроившись на подушках, они включили какую-то незамысловатую комедию и, погрузившись в сюжет, отключились от всего внешнего мира.       И хотя сейчас внутри него было абсолютное умиротворение, он ощущал, как сердце снова меняет ритм каждый раз, когда Тэхён касался его или, улыбаясь, комментировал сюжет фильма.