Singularity

Самое непростое в жизни — понять, какой мост следует перейти, а какой — сжечь.

Эрих Мария Ремарк.

      — Готовы? — Чонгук окинул всех взглядом.       — Да, — несмотря на настрой, который они себе внушали, никто не мог заставить себя войти в зал суда в хорошем настроении. Осознание того, что в случае успеха они навсегда потеряют компанию и последние крупицы уважения в их сфере, а в случае провала будут должны продать имеющееся имущество, чтобы рассчитаться с банком, не позволяло ему даже посмотреть друзьям в глаза.       Да, они решили, что если их признают банкротами, они попытаются устроиться в маленькие брокерские компании и начнут всё сначала. Только вот перспективы совсем не радовали. Но всё же это было лучше, чем лишиться жилья.       — Вы следующие, — девушка выглянула из-за массивной деревянной двери.       — Спасибо, — кивнул он и повернулся к друзьям.       — Ребята, спасибо вам за всё и…простите меня, если сможете.       — Ну хватит уже. То не заставишь извиниться, то по пять раз повторяешь, — закатил глаза Юнги.       — Чонгук, мы пройдём через это. И какой бы результат не озвучил судья, мы с тобой, — Хосок приобнял его за плечи.       — Чон Чонгук? — мужской голос обратился со стороны.       — Да, — неуверенно повернулся он.       — Меня зовут Ли Дохван. Мы можем обсудить договор аренды и кредитование?       — Что, простите?       Парень в синем классическом костюме открыл папку и достал файл с бумагами.       — Вы Чон Чонгук, генеральный директор компании Mjhope?       — Да.       — Rm Industry выкупила офис вашей компании у банка и предлагает вам аренду. Так же мы хотели бы инвестировать средства и помочь с оформлением кредитования.       Все четверо непонимающе хлопали глазами.       — Прошу вас ознакомиться с документами и связаться со мной, — Дохван протянул папку.       Пока Чонгук пытался осознать, в какой момент он умер или уснул, и теперь реальность играет с ним злую шутку, Джин схватил бумаги.       — Что происходит? — Юнги подключился к изучению текста.       — Я не понимаю, — незаметно от друзей он ущипнул себя за руку, чтобы убедиться в подлинности происходящего.       — Ты знаешь, кто такой Ким Намджун?       — Что?       — Заходите, — снова позвала их девушка секретарь.       Придя, наконец, в себя, они прочитали все условия, что предлагала им компания Rm.       Правда, чтобы поверить в такое чудо, понадобилось немного больше времени. Как и сообщил юрист, Намджун выкупил их прежний офис и теперь предлагал им аренду с отсрочкой оплаты на полгода. Также юридический отдел был готов заняться рефинансированием кредита и предлагал различные варианты внесения платежей. Ну и третий пункт гласил о том, что Mjhope берёт на себя обязательства брокеров в вопросе покупки акций на сумму один миллион долларов с условием получения прибыли в течении года.       — Думаю, этот Ким немного того, — покрутил пальцем у виска Юнги.       — Потому что верит в нас? — Джин не смог сдержать счастливой улыбки.       — Вы читали последний пункт в договоре?       — Что там? — Чонгук повернул к себе документ.       Пункт 4.1       Генеральный директор Чон Чонгук обязуется оплатить химчистку коврового покрытия в указанном отеле.       Объяснив друзьям, кто такой этот Ким Намджун и при каких обстоятельствах они познакомились три года назад и встретились неделю назад, он подтвердил запрос из банка на встречу для обсуждения кредитования.       Решив отпраздновать невероятную удачу, что свалилась на них так вовремя, они устроились на кухне Джина.       И хотя он старался включиться в обсуждение друзей о возможностях будущей работы, мысли всё время возвращались к желанию сообщить Тэхёну новость. Ему хотелось разделить это с ним, хотелось услышать похвалу от него. Чёрт! Он хочет просто увидеть его! Прямо сейчас!       — Чонгук? — позвал его Джин, когда он уже пересекал порог кухни. — Уверен? — словно читает его мысли.

***

      — Тэхён, к тебя пришли, — отец заглянул к нему в комнату.       — Кто? — безразлично спросил он, не желая выползать из-под одеяла. С самого утра апатия заполнила собой всё пространство, не давая ему даже возможности подумать о чём-то другом, кроме бесконечного чувства тоски. Он не ожидал, что будет так сильно скучать по другу. Но с каждым днём, с каждым часом осознавал, насколько ему не хватает Чонгука.       — Твой друг, — немного отрешённо сообщил старший Ким.       Сердце птицей забилось, и он буквально вывалился из кровати, путаясь в одеяле.       — Чон… — влетел он в гостиную. — Минги? — тягостное разочарование хлынуло в сердце и быстро переродилось в презрение к ожидающему его парню.       — Тэхён, мы можем поговорить, пожалуйста? — топтался тот.       — Нет, — бросил он и развернулся, намереваясь вернуться в своё царство уныния. Ему было даже безразлично, почему тот выглядит как плохо загримированный зомби.       — Я сказал своим родителям.       — О чём? — любопытство взяло вверх.       — Тэхён, прости меня! Давай начнём всё сначала? Я сказал родителям, что люблю тебя, — подлетел к нему Минги и, воспользовавшись ошарашенным оцепенением, взял за руки.       Ему казалось, что его окунули в ледяную воду и не дают всплыть. Воздуха не хватает. А внутри цунами огромной волной сносит баррикады, что он выстроил.       Он просто продолжал смотреть в ореховые глаза, что когда-то казались самыми красивыми. Но сейчас не вызывали ничего, кроме раздражения. Следующая волна и все воспоминания, словно обломки, всплыли на поверхность. Ярость и обида рвались наружу.       — Прости меня. Ведь мы были вместе так долго. Прошу, не вычёркивай всё из-за одной маленькой ошибки.       — Маленькой ошибки? — он наконец вернулся в тело и выдернул ладони из холодных рук.       — Да, я виноват, признаю. Но позволь мне всё объяснить. Я был трусом. Боялся, что общество осудит нас. Что родители отвернутся. А затем ты ушёл, и я так скучал и хотел поехать за тобой. Но мама сказала, что я должен поговорить с Мией и определиться со статусом наших отношений. Она пришла к нам, и я собирался сказать, что не буду с ней. Но она… я не знаю, как это произошло. Пожалуйста, прости, это было только один раз.       — Прости, но что у тебя с лицом? — Тэхён честно старался слушать объяснения, но огромный синяк и перекошенный нос очень отвлекали. Он даже подумал, что Минги уже начал готовиться на Хэллоуин, но сегодня было только тридцатое и наносить грим слишком рано.       — Это именно та причина, по которой я всё осознал. В тот день я понял, что не должен бояться показывать свои чувства.       Он вспомнил их встречу в файе отеля и всё, что произошло позже. Запястья заныли, будто также пытаются напомнить о его идиотском поступке.       А ещё испуганные глаза Чонгука. Как он смотрел на него. Под рёбрами снова что-то заскреблось.       — …я думал, он убьёт меня, — продолжал вещать Минги.       — Кто? — поняв, что упустил суть рассказа, уточнил он.       — Тот, кто сделал это, — парень указал на кровоподтёки.       — Не понял.       — Спустя два дня после нашей встречи в холле, я хотел поговорить с тобой. Но он накинулся на меня. Я понимаю, что он твой друг, но думаю, этот человек опасен и его нужно посадить.       — Что у тебя с рукой?       — Лифт было долго ждать, и я пошёл пешком и упал на ступеньках.       — Такое чувство, что ты не падал на ступеньки, а бился с ними.       — Я старался удержать пакет с едой, и, видимо, упёрся на кулак.       Перед глазами встали ссадины на его руке. Ведь ему наверняка было очень больно. А что если бы он пострадал? Он сделал это ради Тэхёна? Но почему?       — Что ты скажешь? — вернул его в гостиную Минги.       — О чём?       — Ты готов дать мне шанс? Я сделаю всё, что скажешь. Пойдём завтра на вечеринку в честь Хэллоуина, и я при всех скажу, что мы встречаемся! И пусть только попробуют что-то вякнуть.       — Хорошо.       — Ты прощаешь меня?       — Я говорю о вечеринке.       — Ах да, конечно, ты прав. Я докажу тебе. Спасибо, — он снова взял его за руки.       Тэхён не знал, что больше он хочет увидеть. Выражение лица Лиука в этот момент, или Минги, когда после этого он сообщит, что между ними всё кончено. Маленький Дьявол злорадно потирает ладошки. Ох, он даже знает, какой костюм наденет, чтобы всё выглядело максимально эпично. Чонгук бы оценил.       В любом случае, это будет последним исписанным листом, который он вырвет.       — Он тебя и правда очень любит, — отец вошёл в гостиную, стоило ему закрыть дверь за парнем.       — Думаешь? — может, это будет слишком жестоко так поступить с ним?       — Да… Жаль только ему не повезло как Минги.       — Что?.. О ком ты говоришь?