III.
10 сентября 2023 г., 19:17
– Говорят, он всю ночь искал!
– Кого?
– Да ту девушку, которая потеряла туфельку на балу!
Элла была сама не своя.
Она не спала всю ночь.
Думала.
«Это все – то, чего Вы действительно хотите?» – спросил тот мужчина, во время незабываемого танца, который он ей подарил.
Золушка не была глупа, совсем нет. Но чаще всего она отмахивалась от мыслей о будущем, если они были… бессмысленны.
Что приготовить завтра на завтрак, какие платья починить сначала, а какие потерпят до следующего похода в ателье, в какой день лучше отправиться на рынок – вот то будущее, о котором задумывалась Элла.
Она не была глупа, скорее совсем наоборот. А еще совсем чуть-чуть, где-то на задворках ее сознания все еще теплилась любовь, забота и нежность к себе, которые, как бы это странно ни было, не позволяли ей задумываться о том, что может принести ей боль.
Со временем девушка приучила себя действовать по ситуации, под нее же подстраиваться. И верила, как ни странно, в случай. Один из которых ей и представился на днях. Последствия которого ей предстоит разгребать в ближайшее время.
– Говорят, он безумно влюблен.
– Сам герцог?
– Да нет же, принц!
«Что?»
– Принц? – произнесенное на выдохе заглушила бьющаяся посуда.
Было ощущение, будто ударили чем-то тяжелым по голове, она немного закружилась.
Принц Чарминг влюбился на балу в девушку, которая, убегая, оставила на лестнице дворца свою туфельку. За таинственной гостьей бала была отправлена сама королевская охрана в погоню, однако незнакомке удалось скрыться. Сейчас герцог занят тем, что ездит по стране, в поисках хозяйки туфли и, по всей видимости, сердца королевского наследника.
Жертвой всех этих обстоятельств стала бедная Элла.
Да, бедная. Потому что сердце принца ее мало интересовало. Новость о его любви к ней ее даже удивила – она не сделала ничего, чтобы завоевать его, да и он ее не впечатлил. Особенно в сравнении с тем человеком, который задел-таки струны ее души.
Можно ли сказать, что они с Чармингом теперь брат и сестра по несчастью? Вот только он в более выигрышном положении – у него есть ее туфелька, а вот у Эллы, кроме двух встреч и короткого, некрасиво оконченного, как она уже после поняла, танца не осталось. А как ей теперь искать своего возлюбленного? Есть в этом какая-то несправедливость.
– Неуклюжая тупица! Живо все подобрать! И помоги им одеться!
Золушка уже давно не обращает внимания на оскорбления в свою сторону. Спасибо броне, которую за эти годы смогла выстроить ее душа. В разговоры своих «родственниц» она тоже не вслушивается – редко из них можно почерпнуть что-то полезное. Но пока они ведут беседе друг с другом, у нее есть время на подумать с самой собой.
– …на той счастливице, которой туфелька придется в пору, по указу короля принц женится!
«Нет!» – ужаснулась она.
Нет?
Впервые за столько лет она действительно не согласна с происходящим, не хочет просто плыть по течению, не позволит себе просто сидеть сложа руки.
Нет, потому что так больше продолжаться не может.
Она почувствовала в себе в момент небывалую силу, но в следующую же секунду эта сила покинула ее, столкнувшись со страшным вопросом «что делать?».
Ответ оказался так же прост, как и вопрос – «что-то».
Элла ошибалась, когда думала о преимуществе принца в виде маленькой хрустальной туфельки, которая, в общем-то, может подойти любой миниатюрной девушке. У Эллы был целый дворец, в котором они встретились. И она очень сомневается, что под описание нужного ей человека может попасть кто-то еще, кроме него.
– Поразительно!
Она уже видит, как прибывает во дворец – ведь настоящая владелица туфельки именно она. Даже если она подойдет кому-то еще, принц точно должен понять, что это будет не она, а значит, поиски продолжатся, пока не найдут именно ее. И уже там дело останется за малым.
– Что с ней происходит?
– Ты что, глупая?
– Нам надо одеться…
– Одеться? Ох, да, нам нужно одеться. Нельзя, чтобы меня увидели в лохмотьях, – в ее саду – можно, но никак не в доме, куда прибудет герцог, и уж точно не в замке короля.
несбывшихся несбыточных мечт.
Элла все еще была молода и наивна. Леди Тремейн – опытна и хитра, и очень любила своих дочерей, желая самого лучшего для них, а не для обузы в виде по всем пунктам выигрывавшей на их фоне дочери временного мужа.
– Умоляю, выпустите! Ну, пожалуйста! – шаги становились все тише, удаляясь, – Мне не нужен принц, – уже не слышала мачеха, – не он… но во дворец…
***
Падать очень больно. Особенно на разбитое стекло***
Ей хотелось плакать и благодарить каждого, кто принял участие в ее судьбе – страшно представить то, насколько тяжело было достать ключ из кармана платья леди Тремейн, так еще и дотащить его до чердака, но все их старания пошли бы Люциферу под хвост, если бы она посмела задержаться здесь еще хоть на секунду. – Я полагаю, других девиц в замке, точнее в доме, нет? Элла ускорила шаг. – Других нет, милорд. Элла перешла на бег. – Славно. Прощайте. Прощайте! – Ваша светлость! Пожалуйста! Подождите! – она успела! – Могу я примерить? – Прошу, дитя, – галантно подавая руку и игнорируя возмущенный женский визг, герцог уже чувствовал вкус успеха. А также теплоту и тишину своих покоев и мягкость постели, которые он ощутит, вернувшись во дворец. Но леди Тремейн сегодня была в ударе. Туфелька разбилась вместе с надеждой милорда на благополучное окончание его скитаний по королевству. – Нет! Это трагедия! – чуть не плакал он, стараясь собрать мелкие осколки воедино, рискуя порезать себе все пальцы. Боли он уже не чувствовал – она ничто по сравнению с предстоявшим гневом короля. – Что он скажет! Что он сделает! – Но возможно есть выход. У меня есть вторая туфелька. Герцог, кажется, был счастлив больше всех в этой комнате, и надел уже расцелованный им хрусталь на самую аккуратную и маленькую ножку королевства.
