Высшая лига

      В ушах всё ещё стоял тихий хрипловатый смех. Василе хотел вырвать его из памяти. Он хотел забыть, как, отшатнувшись от парня, повалился на пол, как попятился к двери и рванул в коридор. “Эй, тебе же нравилось!” — донеслось следом.       Раздевалка группы поддержки запиралась на ключ. Едва оказавшись внутри, Василе захлопнул дверь и повернул щеколду. Его била крупная дрожь. Он на ходу содрал с себя одежду и завалился в душевую. Она почти ничем не отличалась от душевой барсов. Только здесь хлипкие дверцы были оснащены задвижками. Это потому, что среди черлидеров есть и девушки, и парни, — догадался Василе и заперся в кабинке.       Сердце бешено стучало. Перед глазами плыли тёмные круги. Он уперся ладонью о стену и включил воду. Горячие струи обрушились на его плечи, лицо, грудь. Они показались Василе тысячей раскалённых стрел. Лучше бы так и было. Член стоял колом и на горячую воду отзывался болью. Василе хватило нескольких грубых движений, чтобы спустить.       В памяти всплыл настойчивый синий взгляд. Член налился снова. Василе взвыл и впечатал кулак в стену. Ещё раз и ещё. Боль пронзила руку до локтя, но это не помогло. Тогда он сжал непослушными пальцами головку. Ему не хотелось удовольствия. Он не хотел быть ласковым с собой. От этого просто нужно было избавиться. На языке ещё тлел вкус поцелуя. Василе зажмурился и задвигал рукой резче.       Покончив с душем, он натянул футболку и джинсы прямо на мокрое тело. Полотенце осталось в сумке, а сумка… Выйдя в коридор, Василе обнаружил её прямо у двери. Чья-то заботливая рука принесла и оставила его вещи там, где они могли ему понадобиться. Это была та же рука, что каких-то минут сорок назад легла ему на поясницу, потом крепко держала его за волосы и… давила на затылок.       “Я не гей. Я не дрочил на мужика,” — думал он спустя два часа, вперив невидящий взгляд в интерактивную доску. До первой пары оставалось десять минут. — Проблемы, чемпион? — Карма рухнул на соседний стул. Василе машинально повернулся. С досадливым любопытством брат принялся рассматривать его руку. — Всё прекрасно. — А что с рукой? Ты вообще тренироваться сегодня сможешь? — У тебя с рождения нет мозга, а я ни разу не усомнился, пригоден ли ты для баскетбола. — Справедливо, — Карма откинулся на спинку стула. — В следующий раз, когда будешь сваливать так рано, сделай одолжение, не греми кастрюлями. Хватит с меня твоего храпа и ледяных пяток. Я полночи ползаю в темноте в поисках носков, потом ищу, чем занять твой рот, а утром… Василе вскочил на ноги раньше, чем успел понять, что делает, схватил парту за столешницу и швырнул в доску. В аудитории зашелестели испуганные голоса. — Завали. Прямо сейчас, понял? Иначе я выбью тебе зубы. Карма легко выдержал его свирепый взгляд. — Интересно, — протянул он и задумчиво осмотрел брата, — тыщу лет тебя знаю. Ты ни разу не агрился на мои шутки. — Да просто я не пидор! Ты задолбал! — Так смотри свои сраные матчи в своей кровати, а я, раз я пидор, буду смотреть “Мама Миа” и красить ногти, — взгляд Кармы внезапно упал на чёрный маникюр Василе и он заржал, — а тебе красить ногти не буду. Понял? Ты наказан. Предаю тебя пидорской анафеме! — Я в зал, — Василе выдохнул первые слова, которые пришли ему в голову, и на ватных ногах направился прочь из аудитории. — Э-э, у нас матанализ… — Да похуй.       Карма проводил его растерянным взглядом, но Василе предпочёл этого не заметить. Он сунул руки глубоко в карманы, пнул ногой дверь и вышел в толпу.       В коридоре было шумно. Василе с раздражением отметил, как много вокруг незнакомых лиц. Это не шло ни в какое сравнение с прошлой и позапрошлой осенью, когда среди примелькавшихся людей иногда встречались любопытные мордашки первокурсников.       Сейчас универ был полон чужаков. Чужаки стояли в проходах большими группами, куда-то брели точно стада сытых равнодушных коров. Они лениво разглядывали всё вокруг и на лицах их читался снисходительный скепсис. Уроды. Хотел бы Василе посмотреть на дыру, из которой они вылезли. Он уже жалел, что решил прогулять пару. Прогулы вообще не вязались с его взглядами на жизнь, но отвечать на вопросы встревоженного Кармы он был не готов. — Эй, Ликеев! — из толпы с грацией сиамской кошки вынырнула Ариса и взяла Василе под руку, — вообще нам в другую сторону. — Я сегодня ещё не видел зал. Опоздаем немного? — Давай. Какой-то ты кислый сегодня.       На короткий миг Василе почувствовал умиротворение. С Арисой они дружили ещё со школы. Она была гибкая, как осиновый прутик, и надёжная, как скала. С ней Василе всегда было спокойно. Может потому, что он никогда не интересовал её как парень и это было взаимно. А может сам бог их свёл вместе, чтобы доказать, что чистая беспримесная дружба между мужчиной и женщиной существует. В универе Ариса стала менеджером команды Василе по баскетболу.       Близость Арисы вернула Василе уверенность. Она в нём никогда не сомневалась, и сейчас его взъерошенное настроение её ничуть не смутило. Её рука покоилась на его локте, они вместе шли в спортзал. Всё как всегда. Обычная, спасительная рутина. Целое долгое короткое мгновенье. А потом в толпе кто-то сказал: “Яша”. — Смотрите — Яша! — подхватили в другом конце коридора. “Яша… Яша…” — зазвучало со всех сторон. По толпе быстро распространялось неясное Василю оживление. Казалось, будто кто-то пустил по коридору веселящий газ. — Простите, разрешите… опаздываем! — сквозь смех выкрикивал кто-то далеко позади. Василе невольно обернулся и остолбенел. Прямо на него по коридору нёсся двухметровый парень с внушительной мускулатурой и копной ярко-розовых волос. А а на его спине, размахивая уже знакомой спортивной сумкой, восседал белобрысый парень. Сейчас он был в светло-голубых джинсах и белой футболке в обтяг. С запоздалым раскаяньем Василе осознал, что если бы в полумраке раздевалки первым делом расстегнул на нём мотоциклетную куртку, то сокрушительного недоразумения не последовало бы. Ничего бы не последовало. “Яша! Яшка! Светлов!” — с радостным придыханием вторили голоса вокруг. В этих голосах утонул коридор и Василе вместе с ним. Десятки восхищённых глаз смотрели на блондина, из чего Василе сделал вывод, что имя “Яша” и обожание чужаков принадлежат его утреннему кошмару. — Дорогу! — кричал Яша Светлов, пришпоривая своего коня, будто сошедшего с обложки Men’s Health. Но этого не требовалось. Студенты расступались сами. За розововолосым парнем, двигалась процессия из человек двадцати. Мощные торсы, широкие плечи и угрюмое превосходство, с которым они смотрели на окружающих, выдавали в них спортсменов. Команда регби — догадался Василе. Интересно, кем был этот, довольно хрупкий по сравнению с остальными бугаями, Яшка? Менеджер? Василе скользнул взглядом по стройному, но слишком рельефному телу, красоту которого белая футболка ничуть не скрывала. Нет. Слишком крепок для работы с бумажками. Обычно менеджеры не берут в руки ничего тяжелее телефона. Исключено. Так кто же он? Распасовщик? Василе вдруг понял, что не имеет ни малейшего представления о правилах игры в регби. Процессия быстро приближалась. Блондин был уже на расстоянии метров пяти. Горло Ликеева сковала паника. Он повернулся к Арисе. — Ари, по-братски, я всё объясню, — проговорил он почти беззвучно и подхватил её. Одна рука легла на талию, другая — на затылок. Василе её поцеловал. Аккуратно, поверхностно, будто Ариса была его пятиюродной кузиной, на которую указало горлышко бутылки. Не зная толком, когда будет пора остановиться, Василе приоткрыл один глаз и чуть не вздрогнул, — ничуть не сопротивляясь и не выдавая своего возмущения, Ариса прожигала его злобным взглядом. — Будеф долфэн, — тихо проворчала она в его рот, — фафсем офуел. Ликеев скосил взгляд в сторону. Всадник его личного апокалипсиса уже проехал мимо. Непоседливая задница в голубых джинсах ёрзала по спине послушной коняшки. Яшка успевал давать пять знакомым, выкрикивал какую-то чушь и заразительно хохотал. — Бля, Вась, ты вообще поехал, — раздался над ухом голос Кармы, — Ари, если он удерживает тебя силой, дай знать, я его оттащу. Нет, я как чувствовал! — Заткнись, — Василе отстранился от Арисы и почти дружелюбно посмотрел на Карму, — иначе я тебя убью. Карма примирительно поднял ладони вверх. Раздался грохот. Это кто-то с силой распахнул дверь спортивного крыла. Дверь визгливо скрипнула и выпустила навстречу команде регби баскетбольную команду университета. Барсы один за другим выходили в общий коридор. Василе нахмурился. Было что-то странное в подчёркнуто вальяжной походке, вздёрнутых подбородках его парней. Что-то явно вывело барсов из себя. Регбисты с розовым недоразумением во главе колонны замедлили движение. В коридоре сделалось тесно. Количество тестостерона, крупногабаритных парней и неловкости на квадратный метр приближалось к критической отметке. — О, кэп, — Тома Бесник — здоровенный защитник нашёл Василе глазами. — Кэп? — Яша Светлов обернулся и Василе понял, что до этого момента он его в коридоре не видел. Манёвр с Арисой удался. Удался бы, если бы не стечение дебильных обстоятельств. Тем временем Яшка осыпал его серией быстрых взглядов. Точно пулемётной очередью. От него не укрылась, рука, которую Василе забыл убрать с талии Арисы, и деловитая небрежность, с которой она от этой руки освободилась. Чуть дольше Яшин взгляд задержался на Васином лице. В голубых глазах заплясали черти. — Привет, кэп, — он спрыгнул с верзилы. Толпа между ним и Василе расступилась и Яша сделал несколько шагов вперёд, — кажется пора познакомить наших парней. Да, мы пока не можем похвастаться тем же количеством побед, которые твоя команда принесла универу, но в прошлом году в турнирной таблице мы продвинулись на семь строчек. Думаю, в этом сезоне я тебя сделаю. — Это вряд ли, — Василе почувствовал, как Ариса сжала его локоть. — Две успешные команды в университете — это то, на что мы все питаем большие надежды, — сказала она тоном, которым обычно говорила с журналистами. — Кэп, — снова встрял Бесник, — на шкафчиках нет наших карточек. Блядь… Василе прикрыл глаза и подавил стон. Ебучие карточки! Он приехал сегодня ни свет ни заря в универ, чтобы на свежевыкрашенные шкафчики спортивной раздевалки поместить карточки с именами своих парней. Раньше, чем эти ебучие шкафчики займёт команда регбистов! Он забыл. Эта, блядь, простая задача вылетела у него из головы. Нет. Она была выжжена из его головы утренним происшествием. Какой же он уебан… — Мы с ректором посчитали, что будет хорошим тоном дать команде регби первой разместиться в спортивном крыле, — с мягкой улыбкой в голосе проговорила Ариса, — мы с Василе хотели бы оказать вам тёплый приём… — О, приём был тёплым, — перебил её Яша. На его лице вспыхнула и погасла кроткая улыбка, — я и мечтать не смел, что знаменитый Ликеев с такой готовностью примет в своей раздевалке мою команду. Всю. Целиком. — Эй, — грубо оборвал его Карма, — если это эвфемизм (блядь, не иначе он узнал это слово в каком-нибудь гейском кружке поклонников “Сумерек”), то тебе лучше заткнуться. Мы не размерами команд меряемся. И чемпионы здесь пока только мы. В универе уже есть один король и он всё доказал. А ты бери своего ездового петуха и пиздуй тренироваться. С тебя семь потов сойдёт, прежде чем ты начнёшь дышать нашему капитану в спину! Коридор погрузился в гнетущую тишину. Улыбка слетела с лица Светлова, будто её и не было никогда. Его глаза остекленели. С ледяным безразличием он смотрел не на Карму. Долго, неотрывно он удерживал взгляд на капитане барсов. Василе этот взгляд показался осязаемым. На него будто давила холодная бетонная плита, но пасовать он не собирался. Наконец Яшка прищурился и слегка склонил голову набок. — Что ж. Спасибо за хороший совет. Я приложу все усилия, чтобы подышать в спину твоему капитану. Занять первую строчку, когда команда ни разу не покидала пятёрки, непросто, согласен. Но пройти турнирную таблицу снизу вверх — это совсем другая история. К концу сезона я докажу, что ваш король — это ноль. Яша сложил большой и указательный пальцы руки, изобразив ноль. Карма дёрнулся, но Василе остановил его, положив ладонь на грудь. По лицам барсов давно гуляли желваки. От вальяжной расслабленности не осталось и следа. Но Василе был готов спустить всё на тормозах. Какая разница, что несёт мелкий задира. Спортивная злость это даже хорошо… А потом Яшка поднёс сложенные кольцом пальцы ко рту, с показным удовольствием открыл рот и показал язык. Василе вспыхнул, точно в котёл ракетного топлива упала искра. “Драка!” — крикнул кто-то в толпе. Последнее, что осознал Василе — он бросился вперёд. В беспомощной попытке его остановить коготки Арисы царапнули запястье. /