Высшая лига

      По небу плыли рваные серебристые облака. В чёрных прорехах мерцали звёзды. Дождь едва накрапывал, поэтому Василе сел верхом на подоконник, одну ногу спустив за окно, и закурил. Вторую он поставил на батарею, поэтому Карма, уже успел нацепить на неё носок. Карма не любил сигаретный дым и долго шумел на кухне, замешивая энтеросгель — тянул время, чтобы Василе успел докурить. Бычок полетел в окно и Карма приблизился. Рассеянно сунул в руку Василе стакан. Всё его внимание сейчас принадлежало телефону. — С кем переписываешься? — по большому счёту Василе было всё равно. Он думал об утренней тренировке со странной одержимостью. До трясучки хотелось выйти на паркет и загонять себя до смерти. Прямо сейчас. Вместо того, чтобы вот так сидеть и ждать Светлова. Ничего. Завтра будет забег, несколько упражнений и тренировочная игра. Нельзя отдаться игре без остатка, если чувствуешь себя на троечку. Поэтому, поморщившись, он в пару глотков выпил мутный раствор и даже противную взвесь на дне. — Да так, — не отрываясь от телефона Карма прислонился к подоконнику, — ты бы тоже попробовал с кем-то пообщаться. А то вон взрываешься снихуя, а потом сидишь как школьница у окошка. Василе поставил стакан и в задумчивости покрутил, размазывая дном по подоконнику кольцо воды. — Пока ты обо мне так заботишься, я никогда не найду девушку, — он ткнул бедро Кармы ногой в махровом носке. — Не надо никого искать, — брат бросил телефон на кровать и высунулся в окно, чтобы изучить рябь на лужах, — тот, кто действительно чего-то стоит, приходит сам. И никуда от этого не денешься. — Ауф, брат, — Василе с улыбкой принял от Кармы тычок кулаком в плечо и уставился на окна дома напротив. Ветер приятно касался лица, скользил по шее. Он пах дождём и уже немного осенью. Низкий гул мотора проник во двор, отразился от стен, заполнил его до краёв и скоро под окном остановился чёрный мотоцикл. Василе и Карма наблюдали, как Яшка спрыгнул с мотоцикла, откинул подножку, снял шлем. Светлые волосы веером рассыпались по плечам. Яша поднял голову и увидел их. Отворачиваться не стал. — Оу май, — прошептал Карма. С третьего этажа в ночной тишине их легко можно было услышать, — твой враг — горячая штучка. Хочешь я трахну его для тебя? — Не прикрывай своё блядство братскими чувствами, — Василе слез с подоконника и принял из рук Кармы второй носок, — парня его не боишься? — Какого ещё парня? А этот? Шкаф с розовыми волосами? — Карма фыркнул, — я тебя умоляю. Розовый — махровый стрейт. — Да ну… — Говорю тебе. Максимум на что его хватит — пососаться в гейклубе у барной стойки за коктейль по акции. Василе хмыкнул и вышел в подъезд.       Издалека Яша казался расслабленным. Он прислонился задом к чёрному боку мотоцикла и методично, палец за пальцем, освобождал руки от мотоциклетных перчаток. К тому моменту, как Василе приблизился, он покончил с перчатками. Просто стоял, запрокинув голову и прикрыв глаза. Ночной ветерок тронул деревья и Яше на лицо упало несколько блестящих капель. Он открыл глаза и увидел Василе, когда тому оставалось пройти буквально несколько шагов. Ликеев понял, что то, что он принял за расслабленность, на самом деле было усталостью. — Откуда ты знаешь, где я живу? — с чего ещё начинать разговор, Василе не знал. — Спросил, — Яша небрежно пожал плечами, — поверь, я не горю желанием общаться. Но разговор есть. Мне кажется, с тобой так можно — выйти на прямой разговор. Я не ошибся? — Смотря о чём разговор, — Василе мысленно напомнил себе, что нужно дышать. Он старался не смотреть на мотоциклетную куртку, покрытую капельками дождевой воды, и тем более не опускать взгляд ниже. Руки ещё не успели забыть. Губы тоже. И от этого было горько. В глаза Светлову он боялся смотреть больше всего. Боялся, но смотрел. — Подружка твоя? — Яшка взглядом указал на окно третьего этажа, где со стаканом энтеросгеля сидел Карма. — Брат. — Вы не похожи. — Разные матери. Ты об этом хотел поговорить? — Нет, — Яша склонил голову на бок и посмотрел на Василе сквозь измождённую улыбку, — я хотел поговорить о ректоре. Подул ветер. С клёна посыпались капли. Они с хрустом ударились о куртку Яшки, упали Ликееву на лицо и он понял, что его щёки и лоб пылают. — Говори, — сказал он. — Ты ему поверил? — Ну да… — Василе припомнил утренний разговор. Ректор пел складно и вид имел виноватый. Не верить ему причин не было. — А вот я не поверил, — Светлов отстранился от мотоцикла, сделал шаг вперёд, — мне кажется, он хочет тебя слить? — И почему тебе так кажется? — Скажу по-другому. Я уверен. Ты, конечно, не знаешь, но слияние замутили ради моей команды. Универ у нас был не очень. Но команда… в прошлом году мы сделали большой прорыв и заинтересовали обозревателей. Потом была пара скандалов, и к обозревателям присоединились СМИ. А потом мы стали интересны государству. На нас ставит Министерство иностранных дел. Великобритания ищет сближения. Мы могли бы стать интересным поводом для организации пары мирных программ. Утром мне пришёл план мероприятий по укреплению сотрудничества в области спорта. Не весь. Тот, что касается команды. Светлов извлёк из кармана телефон, зашёл в почтовое приложение, протянул телефон Василе. На экране под аккуратным гербом был список дат, мест и событий. Ликеев проскролил до конца. Внизу письма красовалась синяя подпись министра. — Хочешь сказать, что вас расформировать не могут? Яша покачал головой. — Не могут. Думаю, ректор утром получил такое же письмо. Только ему и в голову не пришло, что министерство напишет и мне, студенту. Или он решил, что я не солью тебе, отмолчусь крысой. Короче, не знаю, о чем он думал. — Но турнирная таблица. Мы можем оказаться выше вас… — Херня, — отмахнулся Светлов, — коты на пике формы, у нас нет конкурентов. Звёздный состав ястребов растащили профессиональные команды. Те, кто годились им на смену уже либо выпустились, либо так же — растеряли основной состав. Мой горизонт чист. А твой? Ликеев вспомнил, с каким трудом нашёл нападающего и полузащитника этим летом. Двух новых игроков он взял, сделав им очень большой аванс. Они и в подмётки не годились тем, кому пришли на смену. В запасе тоже были проблемы. Андриянов в прошлом году получил серьёзную травму колена и толком оправиться от неё не успел. — А тебе что с этого? Ну сольют меня. Распустят пацанов. Тебя это каким боком? — Да просто мне не нравится, когда пиджаки решают жизни пацанов, которые любят играть. Сначала они на нас зарабатывают, потом выбрасывают как мусор. Василе посмотрел на Яшку по-новому. Измученное лицо, надтреснутая нижняя губа. Ветер поигрывал с Яшкиными волосами и то и дело доносил запах шампуня. Он приехал после тренировки. Тренировался, несмотря на то, что костяшки были сбиты так, что даже эргономичные мотоциклетные перчатки доставляли рукам дискомфорт. Как он тогда держал мяч? — Ты не ответил, зачем приехал ко мне, — тихо проговорил Ликеев. Он опустил голову. Спрятал руки в карманы. Ему требовалась передышка. От этого синего взгляда и дурацкой куртки. Запах шампуня тоже начинал бесить. Он снова поднял голову и с вызовом посмотрел на Светлова, — Ну ненавидишь ты пиджаков. Дальше что? Они по крайней мере дают тебе играть. — Яшка улыбнулся и сделал шаг назад. Он прислонился к мотоциклу, открыто посмотрел на Василе снизу вверх. — Я правда считаю, что ты хороший игрок. Твоё место в Высшей лиге. Мне не понравится, если тебя спишут ради ебучей статистики, — он ухмыльнулся, — а ещё ты неплохо целуешься. — Иди на хуй, — сказал Василе и повторил громче, — Слушай, иди на хуй! Я думал, ты девка. — Я не сразу это понял, — Яша потупился, но в глазах его искрило сдерживаемое веселье, — я думал, ты знаешь, что я парень, и тоже хочешь развлечься. — И часто ты так развлекаешься? — Бывает. Когда я один. Красивый парень смотрит на меня голодным волком… В раздевалке никого. Почему я должен отказываться? И потом… — он посмотрел на свои руки и поднял на Василе безразличный взгляд, — ты можешь расслабиться. Ты меня не интересуешь. Я не западаю на натуралов. — Так что тебе надо? — Василе почувствовал, как по венам разлился пожар. Скорее всего Светлов в своих подозрениях был прав. И был прав, что приехал всё честно обсудить. Да и говорил он вещи, которые должны были успокоить. Но почему-то в этом всём Василе мерещилась недосказанность и какая-то неполноценность. Он стиснул зубы и тихо спросил ещё раз, — зачем ты приехал? Яшка молчал. Смотрел исподлобья. Потом взял с сиденья перчатки и принялся их аккуратно надевать. — Я приехал сказать две вещи. Ректор гандон. Но я это решу. Ты должен хорошо поработать с командой, потому что если они будут играть как говно, у меня ничего не получится. А второе: расслабься, я не твоя проблема, — он снял с ручки шлем и протянул Василе руку. Тот её аккуратно пожал, — мне пора. Общагу в час закроют. — Ты живёшь в общаге, — Василе посмотрел на него с недоверием, — откуда такой мотоцикл. — Успешный канал на онлифанс. Василе хмыкнул. — Нет у тебя никакого канала. Яша широко улыбнулся и сделал несколько шагов, чтобы посмотреть на него в упор. — А ты бы подписался? — интимным шёпотом спросил он. /