О, дивный новый мир!

             И вот, пришёл тот самый день.       День Экзамена на Генина.       Ещё одна ступенька на огромной лестнице, ведущей меня к возвращению к самому себе.       Я проснулся в боевом расположении духа, сделал хорошую зарядку и пулей пробежался по утренним делам. Кушина унеслась три дня назад в некую командировку, венценосный отец же застрял на ночном совещании, или соврал, что застрял, потому за старшего в доме осталась Изуми. По её спокойствию, и несколько ленивому взгляду, я понял, что она давно уже воспринимала сложившуюся ситуацию как само собой разумеющееся. Ну что за умница — тянет службу в АНБУ, учит меня, ещё и за домом смотрит. Чудо-женщина, не иначе…        — Привет, сестричка! — поздоровался первым я, широко улыбаясь. Три дня назад, Изуми едва не убила меня, к счастью, исключительно метафорично. Просто после «заключительный тренировки» на которой мне пришлось показать свой нынче небогатый арсенал, я был не в силах говорить, не то что двигаться. Удивительно, что вообще дышал… Но, как оказалось, девушке это было только на руку — опробовала на мне пару медтехник, что немного напоминали лечение Сакуры на войне. Но кормить нас ужином мне, на правах проигравшего, все-таки пришлось. На сестрины деньги, конечно же. Надо будет кстати выбить у отца пару десятков рё…       — И тебе, братишка! — Изуми улыбнулась в ответ. Скисшая от её вида рыжая недовольно набычилась.        — Привет, Юки, — холодно проронила старшая сестра.        — И тебе не хворать! — поджав губы ответила мелкая. Я покачал головой, — все-таки слишком легко я её простил. Так и думал, что её раскаяние — временное явление. Да-с…        Изуми принесла еду — как ни странно, какао, каша из риса с большим куском масла, бутерброды с сыром. Все казалось каким-то необычно вкусным, отчего хотелось растянуть гастрономическое удовольствие. Окончив праздничный завтрак, мы двинулись в Академию. — Тебе разве не надо на работу? — сквозь зубы процедила Юки, раздраженно глядя на нелюбимую ею сестрицу. — Надо, но моя семья для меня важнее. Я хочу увидеть, как вы пройдете экзамен, — ответила она, слегка улыбнувшись и поглядев на блондина. Мелкая злобно зарычала, но промолчала. Я же слегка осоловел, переваривая тираду сестрицы — конечно, я почувствовал, что мягкий сопрано Изуми выделил именно словосочетание «моя семья». Только вот не мог понять — это было искренне, или потому что правильно. — Спасибо, Изуми! — я пристроился поближе к старшей сестре, тем временем морально готовясь к экзамену.       «Я всех порву! Со мной тренировалась лучшая в мире сестра, у меня самая лучшая и заботливая мама и у меня самый крутой в мире друг Курама! Я просто не могу не сдать!» — мне показалось, что сидящий внутри бывший Девятихвостый удивленно фыркнул — воодушевления мне было не занимать. Определённо. Как выяснилось в дальнейшем, кандидатов в генины первым делом ожидал письменный экзамен, который должен был выявить качество полученных ими знаний. Меня прошиб холодный пот — за всеми делами, большими и малыми, а также под гнетом своих переживаний, я не помнил ровным счетом ничего из того, что бубнил на своих лекциях Ирука-сенсей.       — Ну, ни пуха, ни пера! — ободрила нас Изуми, хлопнув нас по плечу у двери в аудиторию, где проходило тестирование.       — К черту! — слившимися в неразборчивый голос криками ответили мы, повернувшись спиной к сестрице, отчего последняя сразу поняла, что мы не в настроении для разговоров, и поспешно ретировалась в расположенный рядом буфет. буфет, до отказа забитый народом. Проследив за ней взглядом, я заметил довольно серьёзную делегацию Учих. Серая масса их жилетов была словно бы островом в этом людском море.       Рассмотреть больше я не успел. Дверь открылась и здоровый бугай, слегка напоминавший Ибики из команды пыток и опросов Листа, быстро, но аккуратно затащил нас в кабинет. Там вовсю кипела жизнь — будущие генины, пыхтя от умственного и физического напряжения, строчили зазубренное за годы учёбы. Им активно помогали — Ирука, пара чунинов, в неизменных жилетах и, что меня невероятно удивило, Мизуки (причём именно такой, каким я его запомнил!) буквально кружили над бедолагами, состроив, исключительно для успокоения подопечных, предельно серьёзные лица. Словно они не своих поддержать пришли (а мелких Учих в Академии хватало), а устроили тайное собрание при всем честном народе.       Нас с Юки посадили подальше друг от друга и от учителя. Словом, помощи ждать было неоткуда, что почувствовала и сестрица — бравада с её лица спала, она огляделась кругом, перехватила многозначительный взгляд Ируки и молча уткнулась в бланк. Я тоже напрягся не на шутку, не привыкнув к такому сильному контролю, будто у нас не экзамен на Генина, а отбор на самоубийственную миссию. Принесли ручки, и, собственно задание. Я прочитал. Потом прочитал ещё раз. Потом поднёс бумажку к глазам. Ни-че-го.       — Помочь? — добродушно прорычало в голове, — Только сегодня и только для вас — всезнающий Лис —демон. С ним ты через двадцать минут сможешь покинуть этот гадюшник с высшим баллом, Впрочем, вы можете отказаться и положиться на свой интеллект и не менее профессиональную память, однако, думается, что после этого вам придётся пройти все эти круги Ада в рамках повторного курса, — насмешливо сказал лис.       — Спрашиваешь… Конечно, помоги, — тихо ответил я, но те эмоции, которые нахлынули на лиса, были красноречивее тысячи слов. Я почувствовал, как демон явно обрадовался, от чего распушился и стал похож на большой меховой шар — то чувство, когда ты кому-то действительно нужен, ничем нельзя заменить.       Передав лису контроль над глазами, я попытался успокоится и не мешать товарищу изучать местный шедевр просветительской идеи.       — Х-кх-кх, да эту ерунду не решит только полный идиот! — раздался хихикающий и булькающий голос в голове. Я вспыхнул от обиды, демон, ощутив это в виде повышения температуры в подземельях, тут же прикусил язык.       — Не хотел тебя оскорбить, извини, — лис смущенно опустил морду.       — Ладно, чего уж там, на факты обижаться сложно, — я грустно улыбнулся, и лис поспешил отвлечь от невеселых мыслей.       — Ставь галочки: в первом вопросе «А», во втором «В», в третьем «Г»… — затараторил хвостатый, да так быстро, что яс трудом успевал за ним. Дабы замести следы, я намеренно (а может в этом и состоял план Курамы) ляпал ошибки, дабы у проверяющих не возникло вопросов относительно моей неожиданной для них (наверняка!) осведомленности в области истории, теории техник и прочих вопросах, в которых должны были разбираться юные ниндзя. Пришлось примерно полчаса сидеть без дела и изображать напряженную мыслительную деятельность, ковыряя черновик ручкой, чтобы не вызвать подозрений у преподавателей. Впрочем, как выяснилось, в этом мире образование вертелось не только вокруг шиноби, Академия представляла собой нечто более-менее универсальное. Изуми рассказала как-то, когда мы возвращались домой.       Когда сидеть стало совсем невмоготу, я крякнул, сдал работу Ируке и вышел из аудитории.       — Ну, как оно? — поинтересовалась Юки, вместе с сестрой ожидающая меня в буфете с небольшим подносом вкусняшек. Выпросила, не иначе.       — Легко. Думаю, пятерочка будет, — ответил я, скалясь во все зубы.       — Посмотрим, — мрачно ответила рыжая.       — Результаты будут известны через час. Не сомневаюсь, вы справились, — куда веселее ответила аловолосая, потрепав нас по волосам.       Результат не заставил себя ждать дольше положенного — Ибики зачитал официальным голосом вердикт:       — Намиказе Наруто — 88 баллов. Узумаки Юкито — 90 баллов.       — Как?! — рявкнула сестрица, в глазах пылало неверие и злость — я вплотную подобрался к ее уровню, по крайней мере в теории. Внутри я ухмыльнулся, ведь у меня был лисий консультант, обладавший абсолютной памятью, и который, видимо от нечего делать, слушал лекции. — Да угомонись ты… — мне было даже лень отвечать ей. Адреналиновая волна спала и теперь мне хотелось оупасть в мягкую кроватку, а не заниматься экзаменами. К сожалению, это был ещё не конец. — Молодец, Наруто. Главное — результат, и неважно, каким путем он достигнут, — сказала Изуми, потрепав брата по волосам и направившись на выход. Я облегченно вздохнул и разорвал так и не пригодившуюся шпаргалку, захваченную исключительно для отвода глаз, выбросив ее останки в мусорку.       — Еще раз спасибо, Курама-кун, — обратился я к своему биджуу, следуя за сестрами.       — Совершенно не за что. Если что, обращайся, только не напрягай по пустякам», — ответил лис, страшно довольный собой.       Практическая часть экзамена проходила на свежем воздухе. Все ребята собрались на учебном полигоне. Стоял оглушительный гвалт — многие родители пришли морально поддержать своих детей, потому толпа была немаленькая. Наруто не слишком удивился, узнав, что в этом мире экзамен вместо трех проходил в шесть этапов, для каждого из которых была подготовлена отдельная площадка — ему хватило наличествующих в их потоке Неджи и Ли, которые в его мире были старше на год.       На поле были наскоро сооружены трибуны, на которых располагались зрители и почетные гости. Само собой, присутствовала верхушка Конохи. Ну, само собой Четвертый, в своей неизменной шляпе, и который взглянул на меня как на пустое место, рядом с ним образовался старик третий, которого стариком-то назвать было нельзя, даже седина была еле заметна — густые черные волосы цвета ворона крыла, обрамляли его лицо, слева оказался не уступавший ему по возрасту, хоть и не намного, незнакомый мне тип с тростью, одетый в белое кимоно с подобием хакамы. Часть его лица скрывала белая повязка, напоминающая бинт. Во взгляде незнакомца читалось что-то вроде беспокойства — что-то его занимало сильнее, чем разворачивающееся действо.       Как мне рассказала Изуми, за каждое испытание будущий генин получал определенное количество баллов из десяти. В конце экзамена они суммировались, и если итоговый бал превышал тридцать, то неофит становился шиноби. То есть, шанс стать ниндзя имел каждый, но дополнительные этапы позволяли выявить действительно одаренных учеников еще до распределения по командам, ведь банальное наблюдение преподавателей в Академии не обеспечивало полноты данных о потенциале каждого ученика, особенно это касалось представителей Великих Кланов, многие из которых еще до первого этапа обучения достигали уровня слабого чунина, и лишь отсутствие боевого опыта не позволяло им получить это звание экстерном. В нашем мире такое бы не прокатило — попросту не хватило бы родовитых шиноби.       Первым этапом было всеми любимое метание кунаев и сюрикенов. Юки набрала девять баллов, я набрал восемь. Саске же, на удивление, едва не взял высший балл, но все же набрал слабую девятку из десяти. Видимо он не так уж и прост, этот плейбой…       Вторым этапом было хенге. Я коварно усмехнулся и использовал свое любимое дзюцу соблазнения, которое вспомнил относительно недавно, и которое в свое время буквально спасло мир. Правда, пришлось поработать над формой — все-таки первые превращения были не разу не красивые. А тут все-таки, худо бедно — симпатичная блондинка с хорошей талией и грудью. Разумеется, я тут же получил по голове от Мелкой, а чуть позже и от старшей, но твердая десятка и восхищенный свист парней того стоили. Высокие гости, в частности старик Третий, смеялись. Юки превратилась в Ируку, за что тоже получила десятку, но приз зрительских симпатий все равно остался за мной. Саске проделал то же самое. Не оригинально. М-да… Третьим этапом было создание клонов-миражей. Здесь вышла промашка— ну не пользовался я этим дзюцу, что тут поделаешь? Импровизация на скорую руку породила неуклюжую копию, которую несложно было отличить от оригинала по размытым чертам лица и пустым глазам. Тем не менее, свою шестерку я завоевал. Мелочь набрала девять баллов — единственным недостатком ее копий была недолговечность. Саске был на высоте — его клоны и не думали развеиваться, а отличить их от оригинала без додзюцу было нереально. Брюнет получил десятку.       Четвертым этапом было создание любых материальных клонов. Вот тут я заткнул за пояс всех — призыв одного земляного клона и трех теневых, после чего устроил небольшое сражение а-ля «каждый сам за себя, конкурс лучшего меня». Разумеется, один я и остался, правда, слегка тяжело дыша — не до конца еще осовил земляных клонов, а в них чакры приходится вкладывать больше — ведь это буквально манипуляция поддержание грязи, пыли и земли в форме человека. Твердая десятка посетила мой карман. Сестрица не мудорствовала и просто сплагиатила, призвав рыхлого, но все-таки клона, за что получила пять баллов. Все-таки земля не была ее коньком. Учиха вновь удивил всех, призвав теневого клона — похоже, в его клане люди не зря ели свой хлеб. Брюнету поставили восемь баллов — я задал высокую планку. Радует.       Пятым этапом было применение дистанционного дзюцу своей стихии. И тут я решил достать козырь из рукава. Закрыл глаза и, под пораженными взглядами всех присутствующих, легким движением руки подхватил выскочившее из земли бурое копье, длиной около полутора метров. Сразу же открыв глаза, я запустил дротик в деревянную мишень с помощью чакры — шип пробил ее навылет и глубоко вошел в дерево позади. Пораженные экзаменаторы поставили мне девятку — техника была предельно занимательной и не требовала от пользователя никаких печатей, но эффект оказывался лишь на одиночную цель. Юки же выдохнула огненный шар, размером с пляжный мяч, а потом вдогонку отправила порыв ветра, раздувший технику до размеров Ичираку. Я поражено посмотрел вслед технике — так вот кто спер мой арсенал! Рыжая получила твердую восьмерку. Саске же напитал пачку сюрикенов чакрой молнии и превратил мишень в труху с их помощью, набрав девять баллов. Нифига себе. А в моем мире дальше обычных сюрикенов и кунаев не пошло.       Итоговые баллы были следующими:       Узумаки Юкито — 41 балл;       Учиха Саске — 46 баллов;       Намиказе Наруто — 43 балла;       Харуно Сакура — 30 баллов       Я подошел к старшей сестре, та широко улыбнулась и крепко обняла меня.       — Молодец, братишка, я тобой горжусь!       — И я тобой горжусь, Наруто! — поспешил вставить свои пять копеек биджуу на задворках сознания. Разумеется, он ни на секунду не сомневался в том, что герой Четвертой Мировой, хоть и бывший, сможет сдать экзамен на Генина, но учитывая тот «материал», из которого нам обоим пришлось создавать собственное тело, это, казалось бы, смехотворное достижение все равно заслуживало уважения.       — И я тобой горжусь, — Юки затоптала свою гордость, все же силы воли ей было не занимать. Рыжая протянула и пожала мне руку. Валькирия, елки-палки, признает исключительно силу.       Началась церемония выдачи повязок. Открыл её Хокаге, торжественным обращением. Напряженный от торжественности момента, я почти его не слушал. Речь была пронизана пафосом, хотя все остальные прислушивались.       Отец говорил о том, что этот день навсегда вписан в летопись нашей деревни. Что всякий шиноби, служащий Деревне Скрытого Листа — это часть селения, наследие и продолжение воли и памяти кланов и семей, множества поколений ниндзя. Что Генин, при всей его низкой классификации — лишь начало пути, тропинка, могущая вывести на большую дорогу. Что всякий шиноби должен беречь своего товарища по команде, стоять друг за друга независимо от ситуации. Что сама Деревня Листа создавалась для того, чтобы укреплять и защищать мир, чтобы все мы, такие разные и местами противоречивые, жили в мире и согласии и не повторяли ошибок прошлого.       — Знать бы о каких таких ошибках он говорит! — сказал я тихонько Кураме.       — Может быть о нападении местной версии меня? — тихо спросил кицунэ.       — Не знаю… — понурился я.              Тем временем, оратор сменился. А потом еще и ещё. Несколько шиноби, судя по всему авторитетные, старейшины. Все они говорили о важности сегодняшнего дня и желали нам доброго пути в становлении ниндзя-защитниками своей деревни.       — В добрый путь! — подвел черту Хокаге.       — В добрый путь! — лихо отчеканил старик Третий.       — В добрый путь! — пророкотал незнакомый мне мужик с мантией Узумаки.       — Удачи! — произнес незнакомый брюнет с символом клана Учиха на жилете Джонина. На миг он повернулся боком и я заметил эмблему Военной Полиции. И пусть у него было благодушное выражение лица, ощущалась фальшь. Я чувствовал волны беспокойства. Что-то тревожило этого человека, и от того его поздравления были не слишком искренни.              Затем два чунина принесли небольшой столик, за него сел триумвират учителей Академии. Ирука (центр), Мизуки (по левую руку), Эбису (справа). Меня вызвали седьмым.       — Намиказе Наруто!       Хлопки, аплодисменты, провожавшие каждого, кто приближался к столу. Затем такие же, но при проходе обратно. Я шел по полигону, слышал шорох травы, ставший таким неестественно громким. Спиной я ощущал взгляды. Интересно, отец тоже смотрит?       — Смотрит, — успокоил меня Девятихвостый.              — Поздравляю тебя, Наруто! — произнес Мизуки. Совсем такой же, как в тот день, когда подговорил меня похитить Свиток Печатей, намереваясь потом отдать его Орочимару, — Ты отлично справился с экзаменом, — по протянутой руке, я понял, что ее нужно пожать.       — Твои стихийные техники оказались очень даже на приемлемом уровне. Прими поздравления! — сказал Эбису, пожимая мне руку.              — Как твой наставник и как старший преподаватель Академии Деревни скрытой в Листве, я, Ирука Умино, объявляю, что ты, Наруто Намиказе, успешно завершил экзамен на генина с оценкой «Великолепно» как в теоретической, так и в практической части экзамена, и свидетельствую перед Конохой.....       У меня все сжалось…              — С сегодняшнего дня, с этого часа и с этой минуты…              На столе появился протектор с таким родным символом Конохагакуре.              — Объявляешься Генином и продолжателем Воли Огня Деревни Скрытого Листа!       Гром аплодисментов казалось, заполнил собой пространство до небес. Слегка дрожащими руками, я коснулся холодного металла. Поднял его, обнаружив полностью снаряженную бандану.              Спустя минуту, Ирука повязал мне ее на лоб.       Совсем… Как тогда.....       А я… А я просто улыбался, глядя на приветствующую меня толпу.       Изуми расщедрилась и повела спиногрызов в ресторан, где купила каждому по несколько порций роллов и суши. Юки энтузиазма не проявила, а вот Наруто был без ума от кусочков рыбы, обернутых рисом и водорослями.       — Ну что же, поздравляю, теперь вы шиноби! — куноичи широко улыбнулась обоим своим родственникам, получив в ответ фирменную лучезарную улыбку во все зубы от меня и кислую лыбу от Юки. Видать никак не могла мне простить, что я в чем-то ее превзошел. Что ж мне так везет на тех, кого жизнь обидела слабостью или отсутствием родителей, что они потом скопом мне завидуют а потом пытаются убить.....       Дома новоиспеченных генинов уже поджидала Кушина. Конечно же, она решила проявить свои кулинарные таланты во всей красе и приготовила суши… Я умял все на тарелке, в то время как сестрица устало и напряженно орудовала палочками.       — Сынок, я так рада, что ты сдал! — куноичи стиснула в объятиях уплетающего за обе щеки рыбное лакомство Наруто, тот тут же бросил суши и ответно обнял мать.       — Ну, это не столько моя заслуга, сколько Изуми. Если б не она, сидел бы сейчас и слезы утирал от стыда. Кушина посмотрела на улыбающуюся старшую дочь и улыбнулась в ответ — кто-то получит внеплановое повышение в клановой иерархии.       — Интересно, папа скоро придет? Может наконец-то он признает меня как шиноби, а не просто как неудачника? — тихо спросил я у Девятихвостого.       — Хотел бы я знать… — протянул Курама, — впрочем, ты можешь сам его спросить.       Я ойкнул и вернулся в обычный мир. И услышал хлопок дверью.       На пороге особняка стоял Четвертый. Он выглядел столь пафосно в своей шляпе и плаще, что мне слегка стало не по себе. Наконец, венценосец снял свою шляпу и выжидающе посмотрел на меня: — Мои поздравления, Наруто! Теперь я сам убедился, что из тебя выйдет шиноби! — преувеличенно бодро сказал он.       И… Это все?!