О чём молчит общество

      Несильный ветер обвивал его тело. Парень смотрел куда-то вдаль, он слушал шум города, что так трепетно готовился к чему-то. Где-то вдали гудели машины, город был полон жизни. На часах уже два часа дня. Он только вышел из общежития. Наверное, ему стоило бы поторопиться, ведь Минхо уже писал, что прибыл на место, а там много людей, что поддерживали их. Сейчас он отвечать не мог, работал. Проблем лишних парню доставлять не хотелось, поэтому он просто молча сел на свой мотоцикл и завёл двигатель.       Ещё раз оглянувшись по сторонам, он выехал на место.       Улицы были пусты, где-то вдали были слышны крики, шум толпы. Кто-то высказывался в громкоговоритель, но ни слова не разобрать, что же там говорили. Он ехал в объезд главной дороги. Как он и предполагал — пробки. Поэтому он и выбрал этот путь, тут не так много машин, проехать легче. Он ехал довольно быстро — торопился.       Наконец приехав на место, он припарковался не так далеко от гула разговоров людей. Парень был одет в чёрный спортивный костюм и серые кроссовки, что стали с ним одним целым — самая любимая обувь парня. Помнится, он был в них, когда они поджигали дом Джинёна. Его любимцы — на самые важные мероприятия, где, возможно, нужно будет бегать. Благодаря подошве это давалось легче, чем в обычных кроссовках, поэтому он всегда выбирал их.       Быстрым шагом он шёл сквозь небольшие улочки, уже видел людей. Толпу людей. Кто-то кричал, они двигались в какую-то определённую сторону и голосили.       — Мы за свободу! — громко доносилось оттуда. — Мы за справедливость! Наркотики — это зло! — он вошёл в толпу и увидел, как люди несли плакаты, слышал, как кричали. Кто-то принёс флаги с радужным принтом. Кажется, все, кто хотели справедливости, пришли.       — Здравствуйте, не хотите приобрести маску, как у парней, что первые начали кричать о свободе и правде? — девушка подошла к Джисону, показывая свой товар. И правда, такие же маски, как и у них. Правда, эти выглядели, как ручная работа.       — Ох, извините, откажусь, у меня такая уже есть.       — Уже успели приобрести? Вы везунчик, на различных сайтах и в магазинах их быстро раскупают, — сказала она и пошла дальше.       Людей было не меньше двух тысяч. Да куда две тысячи. Толпа из пяти тысяч человек заняла всю улицу, они шли медленно, поочерёдно крича что-то на подобии: «Мы хотим свободы! Мы хотим, чтобы нас приняли!» либо же что-то такое: «Джинён — это не Бог, а человек, который прямо сейчас должен сидеть за решёткой, а не те, кто лишь высказывают своё мнение!»       Он аккуратно проходил сквозь всех этих людей и наблюдал, что же те делали. Кажется, он высматривал лишь одного человека, но никак не мог найти его.       — Парень, ты потерялся? — к нему подошло несколько парней с плакатами и флагом ЛГБТ. — Идём с нами, вместе мы сильнее.       — Да, пошли с нами, — подхватил второй. — Мы тут уже час. Как я понял, толпа направляется в Каннам. — Он задел его плечо. Джисон зашипел и дёрнулся. — Ой, извини, тебе больно? — он моментально убрал свою руку.       — Всё хорошо, идёмте, — он отстранился немого. А после направился с ними куда-то вглубь толпы.       — Ты как, чем занимаешься? — начали разговор парни. — Мы учимся в художественном училище, уже заканчиваем, — он показал на себя и троих, что шли справа. — А он, — перевёл свой взгляд на юношу слева, — он медик, на втором курсе только.       — Круто, — они шли дальше. Кажется, они интересовались Ханом. — А я так, рисую.       — Ты дёрнулся, когда я задел тебя за руку, ты ушибся? — спросил как раз тот, что шёл слева от всех. — Остановимся, покажешь? Я обработаю, может, тебе в больницу нужно?       — Да нет, всё хорошо, — отнекивался Джисон. — Правда, я просто упал, синяк.       — Нет, я принципиально тебя осмотрю.       И вот они сидели где-то на небольшой улочке и ждали, пока Джисон снимет свою кофту. Возможно, это выглядело странно, но можно оправдать эту ситуацию тем, что они на митинге. Где-то со стороны слышны крики, шум толпы, народ требовал свободы. Вдали гудели сирены полицейских машин.       — Почему ты тянешь время? — да, он тянул время. Ему не хотелось показывать свою рану от огнестрельного оружия. От этой раны у людей появится так много вопросов. Но снять пришлось. — Эй, парень, это что?       — Ебать! — крикнул один из них.       — Ты чё молчал, что у тебя тут такая рана?       — Причем от выстрела! — кажется, этот парень самый впечатлительный из них. — Недавний. Кто и как?       — Да хорошо всё, правда, — оправдывался он. — Заживает уже.       — Нет, сиди.       И вот они действительно сидели и обрабатывали незнакомому себе парню огнестрельное ранение. Оно снова воспалилось, в лучшем случае его действительно стоило отвезти тогда в больницу, но никто этого не сделал.       — У нас есть вопросы, — вздохнул, кажется, самый старший из них, — но я знаю, рассказывать ты нам не захочешь. Поэтому мы примем это как обычную помощь человеку, — рука была наконец обработана и перебинтована заново. Не известно зачем, но парни носили в своих рюкзаках всё для того, чтобы перебинтовывать людям ранения.       Будто они готовились к худшему.       — Ладно, пойдёмте дальше, — Джисон аккуратно встал и, по пути снова надевая свою кофту, пошёл в сторону выхода из переулка.       — Меня Ким Сонхва, — медик. — Это Пак Минсон, — он показал на одного из них.       — Я Джейк, приехал из Америки, мать — кореянка, отец — американец.       — Приятно познакомиться, парни, я Джисон.       Наконец, как все представились, парни продолжили свой путь в привычном темпе. Они шли так быстро, будто хотели стать лицом их протеста. Звуки сирен слышались всё чётче. В громкоговорители кричали с двух сторон. Не посоветовал бы находиться тут людям, у которых чувствительные уши.       Где-то стали слышны разборки. Толпа быстро сошла к шуму. Чёрная машина пыталась прорваться сквозь столпотворение.       Узнать её труда не составило. Её огородила толпа мужчин в форме. Джисон намеренно выглядывал фигуры. И вот он. Минхо. Он стоял близко, но сейчас это расстояние ощущалось таким далёким. Ли выглядел таким серьёзным, оглядывал толпу косым взглядом. Будто видеть никого не хотел. Видно: он очень устал. Но вдруг, как его взгляд упал в сторону Джисона, он непроизвольно улыбнулся.       — Что ты? — самый низкий из них прыгнул за спиной Хана. — Ну, я ничего не вижу, что там?       — Джинён, — кратко ответил Джисон и проследил за действиями его и его охраны.       Мужчина терялся. Он бегал взглядом по всей толпе. Искал ход. Охрана так и кричала:       — Прошу всех разойтись, — но их никто не слушал. В ответ лишь голосили своё мнение:       — Мы хотим свободы! Нет наркотикам! — громкоговорители уже казались приборами гораздо тише, чем крики людей. — Почему он безнаказанно живёт, так и ещё имеет такую охрану?       — Да! Требуем справедливость!       Люди будто потеряли свой разум. Кто-то бросался под машину, наверное, пытались получить травму, чтобы подать в суд. Но автомобиль стоял на месте. Кто-то из охранников наконец вышел из машины, мужчины в чёрном. Снова они. Лица до жути знакомы. Они…       Мужчины быстрым шагом пошли сквозь отряд полиции к капоту автомобиля, а после начали отталкивать недовольную толпу. Кто-то падал, чьи-то колени были разбиты об асфальт, но им было плевать. Они раскидывали людей в стороны. Водитель медленно продолжал свой путь. Сейчас так и хотелось закричать что-то на подобии: «Остановитесь! Кто так поступает?»       Но он не кричал. Он лишь наблюдал, зная, что как тот провалится под землю, либо просто уедет, так бросится к пострадавшим.       Они прорывались всё дальше, люди сопротивлялись. Митингующих было больше, но конвой вооружён. Это понятно сразу. Полицейские не дадут навредить Джинёну, охрана выстрелит в висок — и всё кончено. Поэтому можно судить, что такое обращение с народом более резонное, чем убивать их одним ударом. Они специально обучены этому, так что сопротивление лишь даст Джисону потери. И многие это понимали. Поэтому лишь кричали и защищали своих.       Наконец, как Джинен доехал до места назначения, он вышел из своей машины и направился внутрь какого-то офиса. Недовольный народ кричал. Прорывались через охрану, но никто не мог помешать этому мужчине спокойно идти дальше. И это чертовски бесило. Охранники, что стояли перед толпой, жадно осматривались, будто искали свою жертву. Порой их взгляд падал на Хана, но они лишь отводили свой взор дальше. Эти мужчины были до жути знакомы Джисону, но он не понимал, где же их видел. Поэтому, уже не обращая внимания на народ, он лишь смотрел в сторону Минхо. Тот будто показывал, что мог отойти, наверное, скажет коллегам, что поможет людям, к примеру, что охрана очень сильно травмировала мальчишку.       Наблюдая за этим, он резко обернулся к его новой компании и продиктовал чей-то номер телефона. А потом добавил:       — Мне нужно уйти, это мой номер телефона. Давайте продолжим общаться далее.       — Уже? Хорошо, продиктуй ещё раз, я запишу, — он сказал им ещё раз, а как закончил, моментально рванулся куда-то сквозь толпу.       Он шёл в более-менее свободное от людей место. Понимал, что Ли его видел, найдет. Поэтому, пройдя куда-то в небольшую улочку, что казалась до жути знакомой, почувствовал, как за ним появилась фигура человека.       — Привет, — сказал он. — Как ты? — Минхо медленным шагом подошёл ближе.       — Ты устал? Есть хочешь? — проигнорировал его вопросы Хан. — Когда тебя заменят?       — Джисон, — будто с обидой сказал старший, — я о тебе беспокоюсь, и я первый задал тебе вопрос. Почему бы и не ответить? — но он понимал, что первым тот не ответит, поэтому ответил на заданные ему вопросы: — Устал, изначально толпа была не такая большая, но с каждым часом их становилось всё больше, я разнял уже порядка пяти драк. Тут есть как и истинные корейцы, так и иностранцы. Слава богу, никто ещё не доставал оружие. Иначе, к примеру, я был бы уже мертв, — Джисон пододвинулся ближе к парню, взял его за руки и притянул их руки к сердцу младшего. — Я не ел, но скоро у меня замена. Наконец-то Сынмин встанет на моё место, а я же пойду отдыхать. Ближе к четырём часам вечера я буду свободен, а ты?       — Я скоро поеду домой, но для начала нужно написать Чанбину и купить ему что-нибудь поесть, нужно отблагодарить его.       — Что? А меня? К слову, всё время, как ты был без сознания, рядом сидел именно я, а не Чанбин.       — А что не так? Ты уже получал своё вознаграждение.       — М? Какое? — ему не дали договорить.       Одно мгновение и он осторожно коснулся его мягких губ своими, трепетно и так искренне. Он был немного шокирован, но отпустил руки Джисона и завёл свои за шею Хана. Он отвечал на ласковый поцелуй нежным касанием, растягивая момент до последнего. Блаженно прикрыл глаза, ощущая, как бабочки в животе разом решили свести его с ума, они нежно переплели губы, соединяя в одно целое. Оба были счастливы.       Наконец отстранившись, Джисон посмотрел в глаза старшему. Те сияли от счастья, будто так и говорили, как он любил Джисона. На самом деле, они не встречались. Но и друзьями их назвать сложно.       — Ты куда сейчас?       — В общежитие, я нашёл нам приемников, с ними я и был. Нужно с ними связаться и помыться как минимум, ибо из-за этой раны я не мог мыться нормально, — он указал на плечо взглядом.       — Болит ещё? — он прикоснулся к кофте, а после аккуратно постарался её снять. Слава богу, это не худи, а кофта на замке.       — Они узнали, что это рана от пули, — он отпустил взгляд, будто чувствуя, что виноват. — Мне снова перебинтовали руку, они промолчали, но я уверен: вопросов много.       Минхо аккуратно взглянул на руку, та действительно была будто недавно забинтована.       Толпа снова бушевала.       — Быть за рулём не больно? — Хан замотал головой. — Осторожно езжай обратно, хорошо? Отдохни, а мне пора. Я напишу, как освобожусь.

* * *

      Он ушёл с митинга уже почти полтора часа назад, сидел у себя в комнате и читал новости. Буйство, кажется, заканчивалось. В новостях говорилось, что были драки, три раненых: скорее всего, охрана что-то сделала народу. Сотни человек сейчас сидели в отделениях полиции. Кто-то был легко ранен. Сейчас парня била радость, что он ушёл раньше, чем нужно было.       Он позвонил Минхо, ответит честно — скучал.       — Алло? — такой приятный голос. — Джисон, ты что-то хотел?       — Ты дома уже?       — Нет пока, а что? — действительно, за пределами трубки были слышны чужие голоса.       Суматоха.       — Я отвлекаю, да?       — Нет, что ты хотел?       — У меня скоро защита проекта, хотел пригласить тебя к себе как модель, — парень был смущён, будь в комнате он не один, а, к примеру, с Чанбином или Феликсом, так они бы не поверили, что рядом с ними сидел их друг. — Но раз ты не сможешь приехать, тогда я сделаю устную часть.       — Я приеду, как освобожусь, хорошо? Договорились? — его позвали куда-то отойти. И это хорошо слышно. — Извини, мне нужно уйти, как освобожусь, так к тебе приеду, это не обговаривается.       — Хорошо, удачи там, — звонок сброшен.       Теперь же парень снова наедине со своими мыслями. Он ещё не ел, поэтому, встав с кровати, пошёл в сторону своей кухни. В холодильнике не густо. Нет, еда действительно была, даже много, но ничего из этого не хотелось. Он лишь томно вздохнул и пошёл обратно, как на телефон пришло уведомление. Новое сообщение. «Привет, Джисон, я бы хотел поговорить с тобой. Не против встретиться в кафе около твоего общежития?» — это сообщение от Чонина. Что? Но как он… Куда он пропадал?

«Эй, Чонин, ты куда пропадал? Что случилось? Почему не отвечал?»

«Извините, я уехал к бабушке в деревню, сети там не было, она заболела, нужно было проведать её.»

«Хорошо, во сколько встретимся?»

«Минут через пятнадцать нормально?»

«Да, вполне.»

      Ничего больше никто не сказал, поэтому Хан вышел из чата, а после, оставив телефон на кровати, встал и пошёл в сторону шкафа. Выбор одежды был не таким уж и долгим, тоже спортивный костюм, но немного другой модели. Чёрный цвет подчёркивал его синяки под глазами, что он заработал из-за столь хорошей жизни. На часах, которые висели на стене около выхода, показывало, что прошло пять минут. Опоздать нельзя, нужно узнать подробности от Чонина. Поэтому он рванул к двери, обулся и помчался по коридорам к лестнице. Честно говоря, планировка коридоров казалась бы лучше, если бы работал лифт. Но он сломался ещё месяц назад, и почему-то его до сих пор не починили.       Он шёл медленно, вот-вот уже будет около кафе. Чонина не было видно, наверное, ждал в здании.       Резкий удар со спины. Парень пошатнулся, его затащили за угол. Тёмное место. Он сопротивлялся. Начал кричать, но лишь услышал:       — Замолкни, — и почувствовал сильный удар в живот, а после по голове.       В глазах помутнело. Видел лишь, как некая фигура надела на его голову что-то на подобии мешка.       — Готово, осталось сообщить боссу, — последнее, что слышал парень перед тем, как отключиться.

* * *

      Он поднимался по лестнице. В руках его телефон и букет цветов. Звонить не хотелось, сделает сюрприз. Заранее попросив ключи от комнаты Хана у охраны, он был готов идти танцуя — вот, насколько он был счастлив. В голове мысль наконец-то предложить ему встречаться.       — Хм, может, лучше постучать, я не напугаю его, если ворвусь сразу? — мямлил он около двери и решился постучать. Никто не ответил. Он постучал громче. Настырнее. Снова молчание. — Джисон! — крикнул он и снова затарабанил по двери.       Ответа не последовало. Поэтому он достал ключи из кармана и открыл дверь. В комнате пахло Ханом, такой приятный запах, хотелось утонуть в вещах, чувствовать этот запах каждый день. Но сейчас он зашёл и быстро снял с себя обувь, проходя вглубь.       Осмотрелся. Никого не было, поэтому он снова прокричал его имя.       Он пробежал в ванную, там тоже пусто. Бросил цветы на небольшой столик. Теперь ему не до шуток и милостей. Прошёл к кроватям, сел на ту, что была Хана. Осмотрелся. Не было ничего, что бы вызвало подозрения. Куда же пропал Джисон? Он посмотрел на кровать. Телефон. Его телефон. Его бы засудили, будь это кто-то другой, а не Джисон, но всё равно посмотрел на экран. Пароля не было, зайти мог кто угодно, и он это сделал. Последний телефонный звонок был с ним. А сообщения… От Чонина? Но они же говорили, что он пропал.       Он зашёл в чат и прочитал всё.       — Хм, может он всё ещё там? — он посмотрел на время. — Да, может быть. Подожду тут.       Прошло полчаса. Час. Полтора. Его так и не было. Парень обеспокоенно ходил по комнате, действительно надеялся, что Джисон придёт, но он не приходил. В отчаянии он кинулся в сторону чужого телефона и нашёл контакт Чанбина. Быстро набрал и ждал, когда ему ответят. Долго ждать не пришлось.       — Алло, Джисон, чего звонишь так поздно?       — Это не Джисон, а Минхо.       — А? Почему? Что-то случилось? — по ту сторону был слышен шум, как человек наливал себе газировку, а затем и громкие и жадные глотки, будто он не пил несколько часов и умирал от жажды.       — Его нет. Он пропал, — его голос дрожал, говорить это было больно. Но это действительно так. Позвонить нельзя, телефон остался тут. В этих районах Минхо не разбирался. Да, в сообщениях указано, что они направились в кафе неподалеку. Но, честно говоря, пока он шёл к месту, то увидел примерно десять таких заведений.       — В каком смысле? — по ту сторону трубки послышался кашель. Кажется, эта новость напугала его. — Что случилось?       — Не знаю. Последним, с кем он переписывался, был Чонин. Но он же пропал по вашим рассказам, — это привело Чанбина ещё в большой ступор, а в голове прогремел взрыв новых пугающих вопросов.       Сердце отбивало бешенными ударами в груди. Губы приоткрылись, будто он хотел продолжить говорить, но просто не мог выдавить из себя слова. Поэтому он сбросил вызов и начал ожидать, что же ему предложит Чанбин.