Сказание о Сириусе: Принц-полукровка

На подходе к поместью Такехиро, Сириус уже начали поджидать сюрпризы. Не успел он и переступить его порог, как куча вооружённых до зубов солдат встали для него стеной. Сириус стоял неподвижно, наблюдая за солдатами своим нахмуренным взглядом. Внезапно из толпы ему выкинули что-то. Его глаза расширились, когда в ноги ему упала его Тессайга. — Мне кажется, это твоё. — раздался ровный голос из толпы. Сириус поднял голову, оскалив зубы, когда к нему вышел черноволосый юноша чуть выше него самого. — В комплекте с мечом шла ещё и девчонка. — сказал Сириус. — Твои самураи похитили её, поэтому я здесь. Где она? Такехиро изучающе осматривал своего гостя. «Видимо, это и был так называемый «брат», с которым она «спасалась от самураев». Сейчас редко кто осмелиться путешествовать в компании с ханью, но конкретно этот чем-то цепляет…» — Мой дом не место для всяких бродяжек. Вот я и вышвырнул её. — бесстрастно ответил он. — ЧТО?! — рявкнула Сириус, тут же схватив Тессайгу, которая сразу трансформировалась, — Хочешь сказать, что она просто взяла и убежала. Пхах! Не верю! Его взгляд сузился, а пальцы сильнее сжали рукоять меча. — Неужели, ты убил её? Такехиро это даже не задело. Его вообще как-будто ничего не могло напугать. Вместо того, чтобы ответить ханью, он свистнул своим солдатам, и те притащили ему труп капитана самураев, который похитил Элизабет. — Это отребье посмело распускать руки в моём присутствии. И вот, что я с ним сделал. — золотые глаза снова поднялись на него. — Теперь ты мне веришь? — А с чего бы?! — крикнул Сириус и сделал шаг вперед к юноше, но путь ему перегородили солдаты своими копьями, — Дай мне осмотреть твоё поместье. Такехиро пожал плечами. — Почему бы и нет. Он щёлкнул пальцами, и солдаты с копьями ушли с его пути. — Милости прошу. — улыбнулся он, отступая в сторону, — Хоть каждый угол обыщи. Сириус нахмурился, но, тем не менее, двинулся вперед. Пройдя несколько шагов, он внезапно обернулся, почувствовав на себе взгляд полный гнева и тьмы. Но позади него кроме улыбающегося Такехиро больше никого не было. Сириус покачал головой, скидывая всё это на его воображение. Это место уже начинает сводить его с ума, и ему нужно поспешить!

***

— Элизабет! — закричал Сириус, ворвавшийся в комнату, — Элизабет, где ты?! Если ты здесь, отзовись! Но тишина была ему ответом. Вокруг не было ничего подозрительного, только разбросанная зола и пролитая кровь возле костра. Нос тоже ему ничего не говорил. Вокруг витал запах Элизабет, но он был очень слабый, словно чем-то запятнан. Ветер ворвался внутрь, поднимая золу в воздух и формируя из неё образ лисьей морды, окружённый синим пламенем. Сириус узнал её, это её магия подчинила себе тех солдат. — Девятихвостая… — тихо прорычал Сириус, оголяя свои клыки, — Решила свисти себе здесь гнёздышко, ты, старая лиса? Дух взмыл над Сириусом, когда тот вытащил Тессайгу из ножен. Он ударил врага прямо в грудь, но меч прошёл сквозь духа. Сириус выругался про себя. Тессайги было мало, нужно было что-то другое. Лисица занесла своё горящую синим огнём лапу, но юноша вовремя увернулся в сторону. Правильно подобрав момент, он призвал свой хлыст, который вместо зелёной энергии вспыхнул ярко розовым пламенем, и одним ударом рассёк духа пополам. Сириус еле успел прикрыть глаза, когда дух взорвался, раскинув остатки золы по всей комнате. Тяжело дыша, он снова огляделся, поняв, что образ духа был ничем иным, как простым мороком старой лисицы-ёкая. — Ты чего это мечом размахиваешь? — Сириус обернулся на голос Такехиро, который наблюдал за ним у дверей, — Я же говорил тебе, ушла твой подружка. Ни про тебя, ни про твой меч и словом не обмолвилась. Сириус фыркнул, отводя от него взгляд и убирая катану в ножны. Он нисколько не верил словам этого напыщенного юнца, но в одном он был прав — Элизабет здесь нет. Значит, ему придётся идти искать её дальше. Такехиро пристально следил за своим гостем. Сириус шипел от боли, проводя правой рукой по левой, которая была покрыта ожогами из-за использования священной силы, но в следующую секунду они начали потихоньку заживать. — Знаешь, — начал было он. — Я понятия не имею, куда ты держишь свой путь, но если тебе не к спеху, то иди ко мне на службу. Сириус глянул на него. — На службу? К тебе? — Ко мне и моему отцу. — поправил Такехиро. — Когда-то давно ему удалось отвоевать эти земли, и с каждым новыми днём его владения расширяются. Теперь каждому известно имя лорда Инуяши. А я его единственный сын — Такехиро. Ханью нахмурился. — Мой отец поручил мне задачу следить за границей нашей деревни, ведь скоро он пересечёт её и продолжит свои завоевания. И потому нам нужны способные воины. Ведь это был ты, кто недавно сражался с людьми Маки, верно? — Такехиро сложил руки на груди. — Поэтому у меня к тебе есть предложение: присягни мне в верности, и я прощу тебе этот поступок и не буду устраивать облавы за твоей девчонкой. — Нет уж. — покачал головой Сириус. — На войну я не пойду. — Ты понятия не имеешь, от чего отказываешься. Зачем зарывать такой талант? — Я уже был на войне, и никому не пожелаю пройти через то, что пережил я. И, кроме того, — Сириус ухмыльнулся ему. — Твоим увальням никогда не поймать Элизабет. Такехиро продолжительно глядел на Сириуса, словно обдумывая его слова. — Вот как? — Такехиро внезапно прищурил глаза, на его лице растянулась широкая улыбка, — Так значит её зовут «Элизабет»? Сириусу не понравился его выражение и то, с каким тоном он произнёс имя его подруги. Он смотрел на него словно хитрый лис, готовый прыгнуть на свою добычу в тот момент, когда она меньше всего этого ожидает. Сириус, не проронив ни слова, прошёл мимо Такехиро и направился дальше по коридорам. Его мысли были только об Элизабет. Неужели она и вправду его бросила?

«Теперь я тебя не брошу, слышишь меня? Так что не нужно расстраиваться и плакать!»

«Нет,» — уверял себя он. — «Она не из тех, кто бросает слова на ветер. Она где-то рядом, я уверен в этом. Мне нужно только…»

(Начинает играть мелодия: https://www.youtube.com/watch?v=-b8_89vlkaI)

Сириус остановился, стоило мелодии достигнуть его собачьих ушей. — Что? — поражённо сказал он, оглядываясь по сторонам, — Откуда? Он быстро рванул с места, бегая по коридорам поместья, пока они не вывели его к заднему двору. И тут он остановился, разинув рот. Его голубые глаза расширились, когда он увидел её. Там на дворе, возле маленького пруда, сидела красивая бледнокожая женщина в белом кимоно. Её длинные чёрные как смоль волосы были завязаны в низкий свободный хвост белой лентой, с чёлкой, свисающей на лоб. Она задумчиво глядела в своё отражения, и напевала себе под нос колыбельную, которую он не слышал очень давно. Поначалу, Сириус стоял и смотрел на неё, заворожённый её внешностью и колыбельной, а потом постепенно начал двигаться к ней. «Этого не может быть…» — думал про себя Сириус, подходя ближе к женщине, — «Как такое возможно?..»

(Мелодия останавливается.)

Он остановился в нескольких сантиметрах, его рука протянута к ней, когда она неожиданно обернулась в его сторону. Её карие глаза долго смотрели на него, прежде чем на её лице появилась лучезарная улыбка. — Привет. — сказала она нежным голосом, прижав правую руку к груди. Это должно быть был какой-то жестокий трюк. Лисица снова игралась с его разумом, но даже Девятихвостая не могла создать настолько яркую и настоящую иллюзию. — М-Ма?.. — дрожащим голосом произнёс Сириус, чувствуя, как к глазам начали подступать слёзы. — Мама? Боюсь, ты ошибся. У меня есть только один сын. Меня зовут Кикио, а тебя как? Сириус не мог в это поверить. Внешность, голос, улыбка — всё, кроме глаз и мелких деталей, выглядело абсолютно идентично! Он понимал, что эта Кикио не была его матерью, но внутреннее чувство продолжало упорно бороться со здравым смыслом. — С тобой всё в порядке? Ты выглядишь очень обеспокоенным. — спросила она, в её голосе звучали нотки беспокойства, — Присядь со мной. Тебе сразу полегчает. И он почти без колебаний сел рядом с ней. Некоторое время, они молча смотрели друг на друга. Сириус подмечал некоторые сходства этой женщины с его мамой, а она, в свою очередь, подняла руки и коснулась его щёк. — Как странно. Не смотря на волосы, уши и татуировки, ты очень похож на моего сына. — сказала она, проводя большим пальцем по полоскам на его щеках, — Можно даже сказать, что вы… братья. К своему удивлению, её прикосновения не были для него чем-то противными, а наоборот — мягкими и тёплыми, как тогда, когда мама чесала ему за ушами. Он прильнул к её руке так же быстро, как и отстранился. — Н-Нет. — быстро сказал он. — Я не… — Можно тебя о кое-чём попросить? — внезапно она прервала его. — Я знаю, это прозвучит для тебя, наверное, странно, но… Можно мне тебя обнять? Сириус неуверенно кивает ей и наклоняется, чтобы она могла заключить его в свои объятья. Впервые за долгие годы, он почувствовал то материнское тепло, которого был когда-то лишён. — Тебе через многое пришлось пройти, не так ли? Нас не было рядом, когда тебе приходилось переживать все эти ужасы в одиночку. Мне очень жаль, Сириус… Он быстро отпрянул от неё, словно его ошпарили, чем слегка напугал её. — Я что-то не то сказала? — спросила она, слегка нахмурившись и склонив голову набок, — Ты… Кикио почувствовала, как ёкнуло её сердце, когда она увидела, как по лицу ханью начали стекать слёзы. Долгие годы он прятал свои печали под маской, но сейчас они вырвались наружу, и он больше не мог их сдержать. Кикио встала и протянула руку, чтобы коснуться и утешить юного ханью, но он быстро отпрыгнул на длинное расстояние от неё и направился на выход. — Сириус, подожди! — окликнула она его, пытаясь добежать до него. Но когда она вошла внутрь поместья его уже и след простыл. Она не знала почему, но у неё было такое чувство, что она знала этого юношу, но откуда? — Матушка? — Кикио ахнула от неожиданности, когда к ней подошёл её сын, — С тобой всё в порядке? — Д-Да, всё в порядке, сын мой. — ответила она и обернулась обратно в ту сторону, куда исчез беловолосый юноша, — Такехиро, а кто это был? — Тот ханью? Он приходил за своей подругой, которую хотел изнасиловать один из моих подчинённых. — Какой ужас! — она прикрыла рот рукой от ужаса. — С ней всё в порядке? Такехиро кивнул ей. — Я отправил её к госпоже Рин. Пускай пока посидит у неё и придёт в себя. А вот этот ханью… Что-то мне подсказывает, что с ним что-то непросто. — он улыбнулся своей матери. — Но тебе не о чем беспокоится, матушка. Я закончу с ним, когда разберусь со своими делами. Увидимся позже. Такехиро уже собирался уйти, но Кикио схватила его за рукав его кимоно. — Такехиро, не мог бы ты снова дать мне поговорить с Сириусом? — Что? — юноша звучал удивлённо. — Ты разговаривала с ним и он сказал тебе своё имя? — Нет! То есть… Да, мы разговаривали, но его имя я узнала сама. Оно будто всплыло у меня в голове, когда я впервые его увидела… Или я уже видела его раньше? Такехиро с потрясением глядел на свою мать, не зная что и сказать на это. Его мама долгое время страдала от кошмаров, в которых ей мерещилась её смерть, и она часто выкрикивала имена тех, кого он не знал, но это было что-то новое. Он потемнел лицом. Этот Сириус явно был кем-то особенным. Если память его не подводила, так же звали и брата Рин. Если между ними есть, хоть какая-то связь, то он должен в это разобраться. Такехиро покачал головой, взяв её за плечи. — Матушка, я не могу позволить тебе встретиться с тем, чьи мотивы мне неизвестны. Тебе стоит вернуться в свои покои и отдохнуть, а я со всем разберусь. Поклонившись ей на прощание, Такехиро тут же скрылся за следующим поворотом. И всё же некая тоска не давала Кикио покоя. Она была могла поклясться, что видела этого юношу раньше, но где-же это было?..

***

— Сириус, мы уже говорили об этом. Ты должен научиться делиться. — мягко упрекала Кикио. — Почему бы тебе не поделиться своим печеньем с папой? Я уверена, что ему оно тоже понравится. Она держит печенье двумя тонкими пальцами, указывая на своего мужа. Голубые глаза Сириуса вызывающе сверкают. — Но я не хочу делиться с папой. — он надувает губы. — Папа должен сам достать себе печенье! Маленький ханью драматично опускается на землю и скрещивает руки на груди. Кикио опускается на колени рядом с ним. — Здесь четыре печенья, милый, и раз уж ты дал одно мне, ты должен отдать одно и папе. Так будет справедливо. Один взгляд на его отца, и Сириус тут же начинает извиняться, протягивая ему печенье. Сесшомару с малой победоносной улыбкой откусывает кусочек от своего печенья. — Спасибо, сын мой. И спасибо тебе, Кагоме, что заступилась за меня. Он бросает на Кикио шутливо-благодарный взгляд. Наклонившись, он ловит её губы своими, и Сириус издает тихий протестующий звук, пробираясь между ними. — Мама! Папа! — он встает перед ними, уперев руки в бока, в позе, очень похожей на мамину, — Это отвратительно! Подхватив Сириуса на руки, Кикио качает головой. — Нет, Сириус, я люблю тебя и твоего отца. Вы оба моя самая драгоценная вещь на свете. — она целует сына в лоб. — И я не хочу делить вас ни с кем другим.

***

«Я видела его… Но это невозможно. Он не может быть моим сыном и мой муж выглядит совсем по-другому! Может, это всё-таки был всего лишь сон?» — поинтересовалась она. — «Или это было… воспоминание?» Внезапно её сердце охватил сильный страх, почти граничащий с паникой. Такой страх, который испытывают дети, когда остаются одни в темноте. Она почувствовала, что задыхается, что всё вокруг словно оживает и затягивает её в свою бесчувственную пустоту. С каждой новой секундой, ей всё тяжелее становилось дышать и она вернулась на задний двор к пруду. Чувство дискомфорта никуда не делось, но ей стало чуточку легче. И когда она снова взглянула на своё отражение в пруду, то практически сразу не узнала себя.

«Это ведь я, правда? Другой такой нет.» — уверяла она себя. — «Тогда почему у меня такое чувство, что я смотрю на совсем другого человека?»

«Кагоме…»

«Снова это имя…» — она схватилась за свою голову. — «Меня так же звали и во сне, но почему? Что оно означает? Наверное, я уже схожу с ума…»

«Кагоме…»

— ХВАТИТ! Я НЕ КАГОМЕ! УБИРАЙСЯ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ И ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ! — она громко и сердито закричала, пытаясь заглушить этот голос в своем сознании. И в округе наступила гробовая тишина. Словно ничего и не было. Тяжело дыша, Кикио встала и пыталась всё осмыслить. Она уже не могла понять, кто она и что с ней происходит. Единственный, кто, возможно, мог бы ответить ей на эти вопросы был Сириус, но он ушёл искать свою подругу. Женщина подняла голову, её глаза расширились от осознания. Его подруга сейчас у Рин, и если она успеет добраться до неё до того, как её найдёт ханью, то у неё появятся хоть какие-то шансы найти его. Поэтому, не теряя не секунды более, она вышла с заднего двора, чтобы отправиться к домику Рин.

***

Рин была… слегка сбита с толку. Всего несколько минут назад, она закончила помогать очередному пациенту, и уже собиралась выпить немного чая перед сном, как вдруг к ней пришли самураи господина Такехиро. И они были не одни, вместе с ними была эта связанная и завёрнутая в циновку светловолосая девушка, которая без остановки и передышки обстреливала самураев самыми вульгарными словами, которые она вообще когда-либо слышала. — Ах вы, козлы! А ну живо развяжите меня! ПУСТИТЕ, Я СКАЗАЛА! Ей только и оставалось поразиться её словарным запасом и объёмом легких. — Эм, господа, — Рин неуверенно перевела взгляд с кричащей девчонки на самураев. — Вы бы её хоть в циновку не заворачивали. — Простите, госпожа Рин, но господин Такехиро велел нам это сделать. Для её же собственной безопасности, так сказать. Рин печально вздохнула. От них помощи было никакой, так что ей придётся взять дело в свои руки. Она осторожно подошла к корчащейся на полу девушке и присела на цыпочках рядом. — Юная госпожа, — девушка перестала ворочаться и обратила на неё всё свое внимание. — Я не знаю, что вы натворили, но хоть от циновки вы хотите избавиться? Элизабет нахмурилась, но всё-таки кивнула пару раз. — Хорошо, — улыбнулась ей Рин. — Тогда вы должны пообещать мне, что не будете пытаться бежать и ничего не натворите, пока вы находитесь у меня. — Ну, если так… Ладно, я обещаю, что не буду сбегать. — ответила она Рин, прежде чем повернулась к самураем, — А теперь, вы двоя, РАЗВЯЖИТЕ МЕНЯ УЖЕ НЕМЕДЛЕННО! Испуганные самураи повиновались, сначала сняв с неё циновку, а потом и благополучно развязав ей руки. Она тут же вскочила на ноги и начала разминать свои затёкшие конечности. — Ух! Свобода! — с облегчением выдохнула Элизабет. — Я рада, что вам стало легче. — сказала Рин. — А вот ваше кимоно жалко. Элизабет оглянулась на женщину, прежде чем оглядеть своё одеяние. И вправду, её одежда оставляла желать лучшего, но это было единственное, что у неё было. Видимо, Рин поняла это тоже по её заманчивому взгляду, поэтому решила ей помочь. — У меня есть кое-что из старой одежды, что может вам подойти. — сказала она ей, прежде чем повернуться к самураям, — А вы, господа, идите. Вам не на что тут смотреть. Двое солдат переглянулись меж собой, пожали плечами, и вышли на улицу, предварительно закрыв за собой сёдзи. Пока Рин была занята тем, что заваривала чай, Элизабет отошла в глубь хижины к ящику с одеждой, чтобы переодеться. Стянув с себя кимоно, она беглым взглядом прошлась по своему окружению, чтобы спланировать план побега. Ей было жаль, что она обманывает эту добрую женщину, но сперва ей нужно было вернуть Тессайгу обратно Сириусу. — Слушайте, — внезапно начала Рин, её глаза ещё были на чайнике, — А что вы такого натворили? Что связывает вас с юным господином? — Меня? Да ничего! — фыркнула Элизабет, пока искала подходящую одежду, — Пару раз пересеклись, вот и всё. Её пальцы нащупали нащупали неплохое сиреневое кимоно с желтыми бабочками, которую она сразу же примерила, завязав вокруг талии розовое оби. Этого ей было пока достаточно. Внезапно, когда она резко дёрнула рукавом, из него что-то выскользнуло и мягко приземлилось на пол, словно пёрышко. При ближайшем рассмотрении Элизабет, к своему удивлению, обнаружила, что это была небольшая фотография, сделанная «Полароидом». Откуда такая вещь, как фотография, сделанная технологией не из этого времени, могла взяться в феодальной Японии, оставалось только гадать. Она осторожно покосилась в сторону Рин. Женщина так и продолжала сидеть возле костра, занимаясь своими делами. «Неужели, она тоже пришла из другого времени, как и я?» — пронеслась мысль в голове Элизабет. Был только один способ выяснить, поэтому она подняла фотографию с пола и начала её осматривать. На ней была изображена семья, состоявшая из четырёх человек. Первым, кто привлек её внимание, был высокий, величественный мужчина с золотыми глазами и мехом на плече, которого она поначалу спутала с Сириусом из-за сильного сходства, но у него не было милых собачьих ушек на голове. Рядом с ним стояли ещё двое: женщина с голубыми глазами и молодая девочка, примерно лет шестнадцати или семнадцати. Элизабет не сразу признала в маленькой девочке Рин, но беспорядочные волосы были её незаменимой чертой. А посередине стоял… У Элизабет глаза стали размером с блюдца, когда она увидела мальчишку со знакомыми собачьими ушами на белой макушке. Это был Сириус вне всяких сомнений! Так угрюмо и одновременно мило хмурится мог только он. И только Элизабет хотела спросить Рин про фотографию, как вдруг седзи резко распахнулись, и внутрь зашла тяжело дышащая женщина. — Госпожа Кикио! — с удивлением воскликнула Рин, сразу встав рядом с женщиной, — Что случилось? Вам плохо? Но казалось словно она даже не слышала слов молодой женщины, её внимание целиком закрепилось на иностранной красавице в углу хижины. Она быстро сократила своё расстояние между ними в пару шагов и схватила её за плечи. — Отведи меня к нему. — взмолилась она, глаза полные отчаянья смотрели прямо на неё, — Пожалуйста, отведи меня к Сириусу.