Зачарованный круг

      На вершине маяка, в фонарном отсеке гулял сквозняк. Леденящий ветер пытался пробираться внутрь через прорехи меж стеклами. Ведьмы поднялись наверх в молчании, порывы ветра подхватили их волосы и разметали по плечам.       Лохматые и чуточку хмельные, они, верно, больше всего походили на ведьм. Поглядев друг на дружку, подруги улыбнулись. Нелл фыркнула, подняла палец, что значило «минутку», и пошла проверить работу фонаря. Или подготовить речь, кто знает. Агнес глядела сквозь стекло на темноту в море и тусклые огоньки, но, скорее всего, не очень хотела встречаться глазами с Исабель.       Старшая ведьма стояла безмолвно, сложив руки на груди, а это на языке любого физиогномиста означает «Сушите весла!». Возможно, она подозревала что-то или же все поняла без слов и подбирала нерушимые аргументы. Однако, чтобы прервать невыносимую тишину, Исабель вздохнула и подала голос первой: - Пользуешься тем маслом, что я дала? Волосы выглядят лучше, даже почти не спутываются. - Да, спасибо, - охотно отозвалась Агнес, ослабляя стянутую в груди пружину. - Действительно, помогает. Я... не то что бы сильна в магической косметике. - Я гляну ближе? - подалась вперед Исабель. - Нужно подкорректировать рецепт.       Кулинарная ведьма позволила ей приблизиться и запустить тонкие пальцы в волосы. От ведьмы-за-околицей шел запах спелого инжира и дыма, а от кончиков пальцев будто шло приятное тепло. Волосы всегда были красивейшей частью облика Исабель. И во многом благодаря магии.       Со своими же космами Агнес намучалась с детства. Они топорщились, не хотели укладываться в сложные прически, а еще сильно завивались в сырость. Но она терпеливо день за днем плела косу и приглаживала свою внутреннюю ершистость. Эти тоненькие, мягкие, но немного колючие лепестки расторопши. Пока сама вся не стала мягкой и податливой.       Агнес во многом рассчитывала на Исабель, на ее знания, опыт и силу. После похорон Катрионы МакЛин ведьма явно чувствовала недостаток сильной женской, почти материнской фигуры. Ведьма-за-околицей дала ей это чувство безопасности и опеки сполна. Только Нелли, как вредный, несносный подросток, уворачивалась от обволакивающей силы Исы и верещала (фигурально), как дворовый кот, которого тянут за хвост.       Агнес уже успела расслабиться и поплыть, как мягкое мороженое, когда вернулась Нелл. Она отпрянула от старшей ведьмы, когда кончики ведьминых пальцев почти обожгли кожу. - Что ты хотела обсудить? - спокойно опустила руки ведьма-за-околицей. Нелли откашлялась и протянула руку кухонной ведьме, чтобы заручиться ее поддержкой. Агнес сжала ее ладонь и повернулась к Исабель. - Мы много-много лет живем здесь уединенно, - начала Нелли издалека и не очень уверенно. - Как три клюшки-старушки. Ходим друг к другу в гости, что-то колдуем вполсилы. Это уютно и безопасно, не спорю. Но мы зачерствели, как сухари, в нас нет прежней живости. Да, Несси?       Агнес кивнула, все так же держа ее за руку. Она чувствовала, что разговор о масле для волос был начат неспроста, чтобы она расслабилась и растеряла силы противостоять. Иса криво улыбнулась. - Это проблема. Но у нас ковен! - продолжила морская ведьма чуть громче. - Союз равных. И сегодня я бы хотела внести предложение. - Вноси, - Иса вновь скрестила руки на груди. - Я предлагаю принять в ковен еще одного участника, - сказала она, а Агнес нервно вдохнула сквозь зубы. - У нас больше нет ведьм в окрестностях. Не оглохла ли ты? - Брось, Иса! - нахмурилась Нелли. - Ты прекрасно понимаешь, к чему я веду. Что за игры?       Ведьма-за-околицей широким взмахом развела руки и уперла их в бока. Широкие рукава зашелестели, а серебряные украшения зазвенели в складках. В этой позе Исабель казалась более внушительной, чем беспрепятственно пользовалась. Она смерила морскую ведьму взглядом полуприкрытых веками глаз - чертовски эффектно, что уж тут сказать. Агнес тряхнула головой, чтобы сбросить морок. - Я согласна с Нелл, - сказала она, стараясь звучать как можно тверже. - Девочка уже достаточно показала себя, чтобы можно было доверить ей что-то большее. Я тоже считаю, что пора принять ее в наш круг. - Как равную? - переспросила Исабель. - Как ведьму? - Ежу понятно, что Йоль не ведьма, - огрызнулась Нелли. - Но она тянется к ремеслу, хоть и видит, и понимает его по-своему. Но нам и нужен свежий взгляд! - Она задает вопросы, - подтвердила Агнес. - Конечно, иногда немного провокационные... Как и все дети. Она же еще будто дитя, впитывает знания, как губка. - Твой материнский инстинкт, Несс, - это не аргумент, - фыркнула Иса, а кухонная ведьма расширила глаза от возмущения. - Я попрошу, - нахмурилась Нелли, делая шаг вперед. - Ты всегда была бунтаркой, Лилин, - ядовито улыбнулась ведьма-за-околицей. И подняла ладони в примиряющем жесте. - Нам не стоит ссориться. Видишь, Агнес, и без твоего чудесного напитка я буду паинькой. Я не буду возражать, даже если из-за этой затеи все полетит в тартарары. А оно полетит, уверяю.       Она заложила руки за спину и принялась выхаживать круги по фонарному отсеку. Отблески от фонаря проскальзывали по ее худой, согбенной фигуре, отбрасывающей тени. Нелли невозмутимо отхлебнула из кружки, протягивая Агнес с выражением «Будешь?». Ей уже было ясно, что в этом коротком споре она одержала победу. Но мотивы ведьмы-за-околицей были Агнес неясны. Слишком быстро она приняла поражение. - Как ты решилась на такое? - Кто-то должен был озвучить то, что и так вертелось у всех на языках, - закатила глаза морская ведьма. - Разумеется, Иса бы вспылила. Как бы она ни отшучивалась, но ты прямо глядишь ей в рот. Прости, дорогая, но это так. У тебя не хватит куража бросить ей вызов.       Агнес смутилась и почуяла, как розовеют ее щеки. Ведьма неловко перехватила из руки подруги кружку и сделала судорожный глоток. Вино обожгло горло и закислило на языке. - Мне же терять нечего, - продолжила Нелли. - Мы с Исабель... птицы разного полета. Я чужачка. А она ревностно охраняет свои границы. Свои и своего ковена.       Нелли улыбалась, в ее волосах поблескивали бусины, и она все так же походила на отчаянного корсара, в противовес уравновешенной, исходящей почти жреческим пафосом, Исабель Гоуди. Такая действительно способна броситься наперекор волнам, подумала Агнес, и разбередить тягучее маслянное нутро старшей ведьмы. - Я приму твое предложение, Нелли Калпеппер, - Исабель вновь подошла к подругам и взяла их за руки. - Но у меня будет в этом свой особый интерес. И собственные методы. Уж не обессудьте. - Ты не доверяешь Йоль, - без особенного сожаления добавила Агнес. - И будешь держать ее под колпаком, как свои высушенные цветы. - Какая умница Несси, - улыбнулась Иса. - Пока она с нами и будет близко - самое время изучить, что же она такое и каким боком это может нам выйти. И придержать поводья, если ты позволишь, когда что-то пойдет не так. Управляемый бедлам - это всегда лучше, чем просто бедлам. - Ты не допускаешь мысли, что это может быть простое искреннее желание познать мир и себя? Ты во всем видишь подвох? - в голосе Агнес проскользнула грусть. - Уж приму на себя эту кару.       Поджав губы, будто вот-вот расплачется, Нелли распахнула объятия и приняла в них жесткую, неподатливую Исабель. Своей непосредственностью она иногда могла и укротить строгую ведьму. - Какие же мы сентиментальные дурочки, если посудить, - вздохнула она. - Ссоримся и расстраиваемся из-за такой пустяковины. С одним эта девчонка справилась на ура - она разбередила в нас самые потаенные и не самые лицеприятные внутренности. Мое почтение! - Да-а-а, - протянула кулинарная ведьма. - Будто эти самые внутренности ворочаются и щекочут тебя изнутри. Я с юности ничего подобного не испытывала. - До чего же жутко и правдиво это звучит, - с облегчением рассмеялась Нелл. - Романтики вообще-то это «бабочками в животе» называют.       Она отхлебнула последний глоток из кружки и потрясла ею вверх дном. А потом продолжила: - Но в одном Иса права совершенно, как бы я ни возражала. Йоль не ведьма. У ней нет ведьминской силы. Что же можно из нее вылепить? - Мы в свое время лепили себя сами, - проворчала Исабель. - Я думаю, нужно понемножку отщипнуть от каждой из нас. И научить ее хотя бы мыслить, как ведьма. Разве не это в первую очередь делает нас таковыми? Наша сила - тоже необработанный клочок шерсти, пока не научишься прясть и ткать. Глянешь, а уже и сплела добротное полотно, - кухонная ведьма вспомнила про тот клубок лесной шерсти, что они вдвоем с девочкой смотали накануне Имболка. - Тогда ты, Несс, будешь первой из нас, - Исабель повернулась к ней. - Не обижайся, моя курочка, но у тебя из нас троих - самая безобидная магия. Чем можно навредить, прокисшим супом? Подгоревшими гренками? Пеките заговоренные булочки, варите волшебные соусы. А я погляжу, что можно вылепить из такого теста и что выйдет из этой затеи.