Зачарованный круг

      На кухне Агнес после ледяного ветра, проморозившего Йоль насквозь, было невыносимо жарко. На обеденном столе ведьма расставила свечи, что, конечно, придавало всему особенной торжественности.       Ведьма немного замешкалась, выбирая фартук для такого случая. В итоге она выудила откуда-то фартучек, покрытый аккуратно вышитыми письменами. Он выглядел далеко не новым, из плотного небеленого льна. Она надела его и любовно разгладила. - Спасибо тебе, Катриона МакЛин, за этот фартук и за любовь, с которой ты его носила, - улыбнувшись тихонько сказала Агнес. Со светлым лицом она обернулась к Йоль. - Иди сюда, моя девочка.       Йоль шагнула ближе. Исабель же старалась казаться невозмутимой и все так же держалась особняком, хотя и всем видом показывала, что внемлет каждому слову и звуку. В домашней магии она чувствовала себя не так уверенно. «Ведьм посвящать проще», - проворчала она. - «Им не нужно объяснять, что делать».       Агнес услышала это недовольное бурчание и рассмеялась: - Ты посвящала только ведьм, дорогая, они следуют традиции. А тут мы имеем дело с пытливым умом. Тут нужно начинать с самого сердца ремесла - инструментов и ингредиентов. «Ножи и ложки, ковши и плошки, медная сковорода, угли, огонь и вода, скажешь верное слово - и околдуешь любого!». Так приговаривала моя бабушка.       Ведьма оживилась и принялась кружить по кухне. Достала большую кастрюлю, разложила на кухонном столе утварь. Жестом пригласила девочку подойти и сама повязала на ней фартук. - Не много ли ты нежничаешь с нею, Несси? - фырнула Исабель. - Девочка все же ученица ведьмы, а не сахарная куколка. - Нет, Иса! - повернулась к ней Агнес, и от пламени свечей ее взгляд вспыхнул необычайно ярко. - Кухонная магия - не твое ремесло. Пища любит твердую, но ласковую руку. И доброе слово. Хочешь ли ты знать, как посвящают в кухонные ведьмы, Йоль? - Хочу! - улыбнулась девочка. - Конечно же варят куллен скинк! - всплеснула руками ведьма. - Ведь сейчас Имболк!       Агнес гордилась тем, что помнила почти все свои рецепты наизусть. Их строчки въелись в ее память, а чуткий нос помнил, какой именно запах шел от кастрюли или сковороды год, два, десять лет назад. Иногда ей казалось, что она, как боров, по нюху бы нашла трюфели. Катриона МакЛин глубоко вбила в ее нутро кухонное ремесло. А магия, что сочилась с теплого среза свежего окорока, стекала по рукам гранатовым соком и оседала мукою на волосы, довершала дело.       Исабель старалась с почтением относиться к такой простой и в то же время древнейшей форме магии. Но частенько ловила себя на мысли, что жизнь кухонной ведьмы, должно быть, ужасно скучна. Она полна предсказуемости и однообразных ритуалов. И, что ужасней всего, с ней справится даже ребенок. Что и собиралась продемонстрировать Агнес. Дойдет ли девчонка до сложных зелий и инвокаций? Хватит ли ей ума и воли для такого учения? Сомнения одолевали ведьму-за-околицей и внушали тут же ей успокоение - лесное дитя уж точно окажется беззубым.       Агнес уже колдовала. Вывалила на кухонный стол свежую пикшу, распространяющую морской дух на пол-кухни. Тут же достала золотистые луковицы, они покатились с легким шорохом по столу. - Что выбираешь, ученица? Колоть пальцы или плакать? - по-доброму рассмеялась ведьма.       Йоль не смогла выбрать, и Агнес решила наказать ей и то, и другое. Выдала ножик с деревянной рукоятью, глядя внимательно, чтоб девочка не касалась металла. Сиды, по обыкновению своему, обычно боялись металла хуже огня. Но тут уже ведьма понимала, что в кухонной магии без ножа, как и в прочих ритуалах без волшебного кинжала, - не обойтись.       Рыбья чешуя брызнула мелкой россыпью слюдяных самоцветов. С непривычки девочка и взаправду немного поколола пальцы о жесткие плавники, но после приноровилась. Ведьма помогла Йоль дочистить гладкую шкурку и быстрым росчерком вспорола рыбе брюхо. Белое нежное мясо отливало перламутром, и девочка невольно загляделась. - Хороша, - улыбнулась Агнес.       Наклонившись ниже, она шепнула несколько слов прямо во вспоротое брюшко. Девочка последовала ее примеру, стараясь запомнить хорошенько. Внутренности рыбы, уже с другими словами, ведьма сгребла и бросила в миску. - Эти пойдут на подношения. Вынесем после ритуала и оставим у порога. Люди не всегда по-доброму относятся к внутренностям, будь то рыбьи или животные. Иса расскажет тебе о такой магии тоже.       С луковицами дело пошло не так быстро. Вскоре плакали все трое. И только рыба и лук отправились на медленный огонь в кастрюлю, тут же Агнес взялась за новое дело - вынула из корзинки морковку и корешок сельдерея. Пока девочка нарезала овощи, ведьма достала рыбу, очистила от костей и кожи, и вновь принялась варить бульон из тонких косточек, кожи и почти прозрачного лука. - Будь нежна с корнеплодами, - сказала ведьма. - К весне они в прежние времена редко встречались на столе. Сейчас нам доступны круглосуточные супермаркеты «Теско» и громадные теплицы, уходящие в горизонт. Но я также помню, что сто, двести, триста лет назад свежие овощи были зимой редчайшей ценностью. Ведьмы всегда одной ногой - в истории. Поэтому мы всегда немного... старомодны и консервативны.       Вдвоем они сварили нежный картофель, сбили из него белое воздушное пюре. Руки Агнес двигались мягко и плавно. Она с полуулыбкой помогала Йоль, размешивая вместе с ней горячий рыбный бульон. Исабель, не шелохнувшись, наблюдала за этим почти священнодействием. Она была и наблюдателем, и будто бы существом иного толка, которое не до конца понимало суть происходящего. Занимаясь отварами, она никогда не глядела на этот процесс с такой лаской и нежностью.       Следом Агнес влила в кастрюлю с бульоном теплое молоко. Йоль держала большую деревянную ложку и размешивала варево, как велела ведьма, по часовой стрелке. - Добавим масло, - улыбнулась кухонная ведьма. - Оно должно быть свежим, и добавлять нужно понемногу. Молоко и масло - самая суть Имболка. Нежное время. Богиня кормит младенца - новое солнце. - Я вспоминаю песни, спетые над колыбелью, - вдруг сказала Йоль, не переставая медленно помешивать суп. - Я будто витала над нею, и это было тепло и безопасно.       Исабель, услышав эти слова, напряглась и вытянулась в струну. Она невольно дернулась и звякнула украшениями. Этот звук не остался без внимания девочки. Йоль обернулась на него и увидела, ведьма-за-околицей глядит на нее совершенно иным взглядом. Полным... интереса? Агнес попыталась широко улыбнуться. - Прекрасное, прекрасное время, - продолжила она, а после зачерпнула суп поварешкой на пробу. - Хороший, добрый куллен скинк, какой был на столе моей семьи из года в год. Не бойся, пробуй, Йоль. Мы заговорили его на удачу.       Нежный, сливочный... Но добротный и сытный, согревающий замерзшее на ледяном шотландском ветру тело. Может ли быть большей удачей, чем согреться до смерти озябшему человеку? - Ты справилась, девочка. Ты слушала внимательно, выполнила все, как положено. Я беру тебя в ученицы, - и ведьма с улыбкой протянула Йоль длинную деревянную ложку. - Держи свою первую волшебную палочку, ученица кухонной ведьмы.