Ты мой секрет

Аромат сладких эмоций так нежно и аккуратно расстилается по языку, плавя рецепторы. Приглушенная музыка обволакивает осторожно, словно согревая яркой влюбленностью. Крохотную идиллию чудно запечатывает тусклый оранжевый свет вытяжки. Кухня непривычно наполнена спокойствием. Две тарелки с пастой уже остывают, лишь едва заметная дымка тянется от них к потолку. Блюда не тронуты, но эта никчемность среди мягких бархатных чувств меркнет стремительно. Антон передает свои дрожащие эмоции сквозь призму прикосновений. Он трепетно сжимает бок Арсения, гладит аккуратно, внимая горячему дыханию на плече. В голове пустота, только мелодия, которая плавно очерчивает стены квартиры, заставляет медленно переставлять ноги. Арсений прижимается к его груди крепко. Ладони сцеплены позади чужой спины осторожно. Кажется, он не хочет отпускать родное тело, не хочет отдалиться и на миллиметр, не хочет потерять тепло светлой любви. Их силуэты сливаются в полумраке, двигаются неспешно, а музыка отлично подыгрывает непринужденным тактом. Различить умиротворенные вздохи среди нот и громко стучащих сердец — невозможно. Впрочем, ощущений достаточно. Невесомое касание, что бережно оставляет Антон вдоль линии позвоночника, выуживает усталую улыбку. Чувствовать так много за считанные минуты сложно, но до безумия лестно. Арсений не мог допустить и мысли о прекрасной и возвышенной любви в собственной жизни. Ему приятно слышать ласковый шепот, приятно знать, что невероятный человек совсем рядом в действительности чувствует и видит его душевную красоту. Ценность момента как никогда высока, и они оба это понимают честно и искренне. Арсений отрывает голову от оголенного плеча, лишь для того, чтобы заглянуть в зеленые глаза. Антон смотрит на него открыто и донельзя наивно, точно восхищенный ребенок. Скрывать нечего, думать бессмысленно. Арсений приподнимает уголок бледных губ, а глаза напротив улыбаются, светясь в бликах желтых лампочек. Он не роняет и слова, просто целует мягко, так по-особенному, словно в последний отчаянный, необычайно откровенный миг. Сминает ласково чужие губы, жмется еще ближе. Внутри горят чувства, обжигая сердце, клокочет необъяснимое ощущение легкости. Бабочки так и порхают, будто в замедленной съемке. Он проводит языком по нижней губе и чуть отодвигается. Видеть Антона сейчас — желание истинное, не подвластное здравому смыслу. — У нас ужин стынет, — нагибаясь, шепчет Шастун в приоткрытый рот. — Подожди, это почти выпускной. Медленный танец нужно закончить на красивой ноте, — улыбается Арсений, смотря на губы подле. — А потом потрахаемся в туалете, — выдыхает Антон, натягивая ответную улыбку. — Обязательно. Арсений вновь целует пухлые розовые губы, продолжая так же очаровательно улыбаться. Самое потрясающе, что может случиться с Вами, — это поцелуи сквозь улыбки и громкие стуки в груди.