Имя на его запястье

      Намджун всегда был тем, кто мог рассудить здраво, взглянуть на ситуацию со всех сторон и дать объективную оценку. Но вместе с тем, он мог безоговорочно поддержать друга, оберегая его чувства. Чонгук знаком с ним ещё со школы, когда они вместе ходили в один математический кружок. Со временем они стали бизнес-партнерами. Компания Намджуна занималась рекламой, у него была отличная команда пиарщиков, которые здорово раскрутили компанию Чонгука и Джиен на рынке.       Чонгук задумчиво обводит край чашки с горьким американо, к которому пока даже не притронулся. А Намджун сидит напротив него и терпеливо ждёт, когда друг начнёт говорить. Мимо проходят молодые парочки и садятся за соседние столики в уютном ресторанчике в центре города. Сейчас середина дня, поэтому выбраться в обед на встречу было несложно.       — Я встретил соулмейта, — выдыхает Чонгук, набравшись смелости произнести это, но не поднимая глаз на друга.       Намджун приподнимает брови в удивлении:       — Правда? Я так понимаю, это не Джиен, иначе бы ты раньше узнал. Тогда кто?       Чонгук нервно оттягивает языком щеку и дергает ногой под столом.       — Это мужчина. Ну как мужчина, молодой парень.       — М-да, ситуация редкая и весьма неловкая.       — Самое ужасное, что он учитель моего сына по танцам. Тэсон души в нём не чает.       — Учитель? И он, по всей видимости, знаком с Джиен?       Чонгук молча кивает, а Намджун нервно вздыхает, поглядывая в окно.       — И что ты намерен делать? У тебя ведь жена и ребенок. И ты вроде как по девочкам.       Намджун не понаслышке знает, что чаще люди бросают семьи из-за соулмейтов, потому что быть вдали от предназначенного равносильно смерти. И со временем это чувство только усиливается.       — Я уже не уверен, хён, — Чонгук откидывается на спинку кресла и поднимает глаза на друга, ища в них поддержку. — Мы несколько раз виделись с ним. И он гей.       — У вас с ним было что-то? — аккуратно спрашивает старший, пытаясь снова поймать взгляд друга, который мечется по всему помещению.       — Ну, мы целовались. Но он хочет большего.       — А ты? Ты хочешь большего?       Чонгук нервно зачесывает волосы назад, затем закрывает лицо обеими ладонями и пару секунд сидит неподвижно.       — Я не знаю. Не знаю, черт возьми! — на них оглядываются, и Чонгук понижает тон голоса, убирая руки от лица и откидываясь на спинку стула. — Он хорошо общается с моей женой, и меня это бесит. Заботится о Тэсоне, часто попадается на глаза, когда мы пересекаемся в танцевальной школе. Когда он меня целует, я чувствую, как земля уходит из-под ног. Он дрожит в моих объятьях и просит никогда не покидать его. Он терпит то, что у меня есть семья, в которой ему нет места. А когда он плачет, у меня сердце разрывается. Хён, я не могу есть, нормально спать, потому что он является ко мне во снах и делает там просто невообразимые вещи. Иногда я ненавижу его за то, что дышать не могу без него, без запаха его тела.       Сердце стучит в груди как бешеное, пока он все это рассказывает. А Намджун слушает, удивляясь тому, как его друга накрыло, и пока не озвучивает свои мысли по этому поводу.       Чонгук наклоняется чуть ближе, чтобы его тихий голос услышал только Намджун:       — Я посмотрел гейское порно. То есть я и раньше его видел, но сейчас решил взглянуть на всё под другим углом. Хотел понять, возбуждают ли меня мужчины. Подчеркнул, конечно, нюансы однополого секса, но возбуждения у меня не было, но и отвращения тоже. Было нейтрально. Нормально. Но стоило подумать о нём, в штанах потяжелело. А его минет был превосходным, меня никто ещё так не швырял в небеса от оргазма.       — Даже так? — не удерживается от комментария удивленный Намджун.       — Только после я сразу свалил как чертов трус. Оставил его одного. Он поди себе места не находит. Я на расстоянии будто чувствую, как ему больно. Но из-за собственных страхов я даже смс ему не написал.       После своего эмоционального рассказа Гук всё же делает глоток американо и морщится от горечи, которую чувствует, собственно, не только на языке.       — Скажи что-нибудь. Посоветуй, хён, иначе я с ума сойду.       Намджун задумчиво потирает пальцами подбородок:       — Я не гомофоб и не осужу тебя, Чонгук. Другим должно быть плевать на то, с кем ты спишь. Тем более, он твой соулмейт.       — Он парень, и мне как-то не по себе от этого.       — Тебя так пугает то, что у него есть член? Или то, что ты можешь бесповоротно влюбиться в него?       Чонгук молчит, не решаясь признавать свои чувства.       — Это твоя жизнь, и тебе лучше решать, как действовать. С одной стороны, не стоит бросать семью, у вас с Джиен растет сын, ему будет трудно жить в неполной семье и разрываться между родителями. Бросать семью порицается обществом, но всё равно все люди на два лагеря разделились. Никто точно не знает, как лучше поступить. Но то, что есть негативные последствия от разлуки с соулмейтом, так это точно. Если есть возможность, то лучше дружить с соулмейтом.       — Это невозможно, хён, он хочет большего, — вертит головой Гук, уверенный в своих словах. — И знаешь, он ещё ни разу ничего у меня не попросил. В материальном плане. Его не интересует мой статус, финансовое положение. Он не вдается в подробности моей работы, ему до лампочки до моей марки машины. Ты знаешь, меня окружало много женщин, и Джиен не была исключением, она вышла за меня замуж только потому, что верила в моё успешное будущее. А Чимин другой. Он видит во мне меня.       Намджун складывает руки в замок, внимательно слушая младшего.       — Тебе это нравится? — спрашивает он с улыбкой.       — Очень, — сдается Чонгук, не став отрицать очевидное.       — Прежде чем ты примешь решение, я хочу рассказать тебе одну историю, — Намджун тоже подается чуть вперед, облокачиваясь на стол. — Был у меня один друг, когда я заканчивал университет в Штатах. Его звали Шон. У него намечалось блестящее будущее, он должен был возглавить компанию отца, но прежде ему сказали жениться. Он тогда как раз дружил с девочкой из хорошей семьи. Все были только за и дело близилось к свадьбе. Но тут Шон встретил соулмейта. Тот тоже был парнем. Они пытались дружить, но их дружба закончилась сексом на заднем сидении автомобиля. Шон не хотел продолжать это, сказал ему, что между ними ничего не будет и он скоро женится. Соулмейт умолял его остаться с ним. Шон женился. Завел двоих детей. А потом узнал через знакомых, что его соулмейт попал в больницу. Он пулей примчался туда, оплатил лечение, но оно не помогало. Его соулмейт заболел от тоски, а потом умер, когда Шон держал его за руку, оставшись с ним в больнице.       — И что было потом? — Чонгук нервно потирает свои пальцы.       — Через неделю мы нашли Шона мертвым в его квартире. Он вскрыл себе вены на месте, где было имя его соулмейта, но оно стерлось, потому что его предназначенный умер. Видимо, он не выдержал этого, потеряв частичку, которая напоминала о нем.       Чонгук облизывает свои губы, снова откидываясь на спинку кресла. Оказывается, имя на запястье может исчезнуть в случае смерти соулмейта.       — Но я ведь не Шон, — задумчиво произносит младший.       — Да. Но я не хочу терять ещё одного друга. Подумай над этим. Я многое изучил об этом феномене, и могу с уверенностью сказать, что ты не сможешь сопротивляться, Чонгук-и. Либо ты примешь эту связь, либо она сама поглотит тебя, превратив в ничто.       — И что мне теперь разводиться и видеть сына два раза в неделю? Я не хочу терять свою семью из-за него.       — Тогда ты потеряешь его, Чонгук, — Намджун понижает голос, вводя в легкий транс. — Только представь, как твой соулмейт лежит на кровати бледнее этой скатерти и гниёт изнутри, он умирает и шёпотом читает твоё имя на его запястье. Представил? Готов оставить его лежать там и медленно умирать?       Напряженное выражение лица вскоре скрывается за ладонями, потому что Чонгук не выдерживает и тихо всхлипывает в собственные руки. От представшей картины в грудь словно копьё вонзили, а после всю кожу стянули живьем. Дыхание стало тяжелым, в ушах слышен крик, больше похожий на вой.       Чон убирает руки от своего лица, пару раз хлопнув себя по щекам. Что с ним такое творится? На какую-то секунду боль поглотила всю его душу.       — Хён, мне достаточно просто обнять его, чтобы на миг забыть обо всех проблемах. В его ласке я нахожу утешение.       — Это любовь соулмейтов, друг мой.       Чонгук поднимает руку вверх:       — Официант, принесите виски, — останавливает он проходящего мимо парня.       — Отмена, молодой человек, — вдогонку кричит Намджун. — Не надо поддаваться панике. Тебе стоит просто поговорить со своим соулмейтом и разобраться в себе.       Этим же вечером Чонгук решает переночевать сегодня у Намджуна, чтобы выпить соджу и дать себе подумать обо всем, что происходит в его жизни.       А на следующее утро у Чонгука с Джиен снова разразился скандал. Он не предупредил её, что останется у друга, слишком глубоко был погружен в собственные душевные терзания. Тем не менее, Джиен уже была готова рвать и метать, когда они столкнулись на кухне.       — Где ты был всю ночь? — жена уже была одета в деловой брючный костюм, а на ногах красовались туфли на высоком каблуке. Она собралась в офис.       — Там же, где и ты, — Чонгук вытащил из холодильника бутылку воды и приложился губами к горлышку, запивая водой таблетки, чтобы избавиться от похмелья.       — Я у подруги была.       — А я у друга.       — Намджун только недавно приехал, а ты разгуливаешь по ночам уже давно. Думал, я не замечаю?!       Чонгук закатывает глаза и закрывает бутылку:       — Я тоже замечаю, что нет у тебя проблем в отделе, когда получил отчет через своего зама.       — Тебе уже обо мне докладывают? Прекрасно.       — Мама, папа, не ссорьтесь! — к ним выбегает Тэсон с обеспокоенным личиком. Он уже собрал свой рюкзак, чтобы идти в школу.       Джиен подбежала к сыну и обняла его:       — Мы не ссоримся, малыш. Просто папа задержался, а я волновалась.       Чонгук тоже подошел и заверил сына, что у них с мамой всё хорошо и они уже всё обсудили. Джиен только взмахнула длинными волосами и повела сына на выход, бросив Чонгуку напоследок, чтобы тот сходил в душ и привел себя в порядок, ибо у них сегодня важное совещание с главами отделов.

***

      Прошло несколько дней с их последней встречи. Чимин не стал заваливать Чонгука сообщениями, хотя очень хотелось, и не звонил, потому то предпочёл дать ему время, чтобы немного разобраться в себе.       Пару раз с танцев Тэсона забирала Джиен. Она любезничала с Чимином, спрашивала об успехах сына, а также намекнула про то, что они с Чимином собирались провести небольшой урок стрип-дэнса, который Пак пообещал ей. Чимин вежливо улыбнулся и заверил, что когда он разберется со своим графиком, то обязательно найдет время для урока с ней.       Чимин продолжил жить свою жизнь, ходил на работу, на тренировки в спортзал, только теперь всё стало будто иначе. Краски вокруг поменяли свой оттенок, еда стала пресной, а тело постоянно испытывало мелкую дрожь от мыслей об одном конкретном мужчине. Чимин иногда не выдерживал и хватался за телефон, но вовремя себя останавливал, так и не нажав на кнопку «отправить».       В танцевальной школе произошли изменения. В частности, на должность второго администратора пришла новая девочка. Юми учится на менеджменте на последнем курсе. И она решила выйти на подработку в танцевальную школу по рекомендации подруги, которая ходит во взрослую группу.       Юми всегда приветливая, быстро учится и уже вышла в смену самостоятельно. Она как раз занималась составлением расписания на следующий месяц, когда Чимин вышел из зала вместе с кучей детей, ломанувшихся в раздевалку.       Чимин хвалит ребят за хорошую работу и отпускает, улыбаясь им вслед. Пак устало зачесывает чуть влажные волосы назад и подходит к ресепшену, не сразу замечая стоящего у стойки Чонгука. Тот заполнял какие-то документы, которые ему подавала Юми.       Чонгук и Чимин встают друг напротив друга и молчат. Они оба смущены и взволнованны. В голове всплывают кадры их последней встречи, которая закончилась недосказанностью.       — Господин Чон, вам необходимо оплатить абонемент на следующий месяц, — Юми выдергивает обоих мужчин из невидимого вакуума.       — Да, конечно, — Чонгук достает бумажник и подносит карту к терминалу.       Чимин стоит на месте и проходится взглядом по Чонгуку, тот снова одет с иголочки: дорогой деловой костюм с белой рубашкой. Куртку, по всей видимости, Чонгук оставил в машине. Да и сегодня довольно тепло.       Чимин же выглядел немного растрепано после активного занятия с детьми, где они разучивали новую хореографию. Спортивные штаны, кроссовки и черная оверсайз футболка были рабочей формой Чимина, он никогда не смущался её, но сейчас почему-то хотелось выглядеть лучше. Глядя на Чонгука, всегда хотелось соответствовать ему.       — Чимин-щи, помоги мне, пожалуйста, разобраться с кассой.       Чимин обращает внимание на Юми, дарит ей дежурную улыбку и проходит за стойку. Он помогает девушке в компьютере с системой. Юми же больше смотрит на Чимина и млеет от того, как низко он наклонился рядом с ней, чтобы лучше видеть экран компьютера. Девушка не раз видела напульсник у Чимина на запястье, стало понятно, что там скрыто чье-то имя, ибо просто так напульсники не носят, и общество это уважает, предпочитая не лезть в сокровенное того, кому повезло встретить соулмейта.       Тем не менее, обручального кольца Юми не увидела, поэтому старалась обратить на себя внимание Чимина всеми возможными способами. Буквально вчера она угостила его пирожными, которые сама приготовила.       — Спасибо, Чимин-щи. Ты такой сообразительный! — улыбается девушка, сверкая глазками, когда Пак закончил вносить данные в систему.       Чонгука передёрнуло от флирта девушки, которая наглым образом сейчас клеила Чимина. Чон сжимает ручку, которой ставил подпись на документах. Какого черта?! Она что, не знает, что Чимин гей? И вообще, у него есть соулмейт!       Чимин только дежурно улыбнулся, а после встретился глазами с Чонгуком. Пак не выдержал его тяжелого взгляда и ушёл в тренерскую.       Он берет пластиковый стаканчик и набирает в него воды из кулера в углу, после делая пару глотков. Но его уединение вскоре было нарушено вошедшим Чонгуком.       Тэсон ещё в раздевалке, поэтому у Гука есть несколько минут.       — Чимин, — зовет его тихо. Сам не знает, как начать разговор.       Танцор выдыхает и поворачивается к нему лицом, делая ещё глоток воды.       — Привет, — неловко говорит Чонгук.       Чимин пожимает плечами:       — Привет.       Взгляд Чонгука мечется по маленькой комнате, отмечая сумки других тренеров, пару контейнеров с едой и брошенную на спинку кожаного диванчика куртку.       — Извини, что не звонил и не писал. Мне нужно было время.       — Это всё? Тогда выйди, пожалуйста, мне нужно переодеться.       — Нет, не всё, — Чонгук подходит к нему вплотную и тянет за плечо на себя. — Послушай…       — Нет, это ты послушай! — Чимин терпеливо ждал всё это время, но сейчас вдруг почувствовал обиду и решил выплеснуть всю свою злость, что копилась в нём все эти дни.       Он выставляет указательный палец вверх, отталкивая Чонгука второй рукой, но всё тщетно, потому что Чонгук прижимает его к себе за талию.       — Ты бросил меня! Бросил в такой момент, когда мне нужна была твоя поддержка. Ты тогда на меня так посмотрел, будто обвинил во всех смертных грехах…       — Чим-чим, тут… — в комнате появляется другой парень, что работал учителем танцев.       Чимин отскакивает от Чонгука подальше, чувствуя стыд от того, что их застукали. Он нервно зачесывает волосы назад пальцами и строго проговаривает:       — Хосок-хён, выйди, пожалуйста.       — Понял, — Хосок спешно кивает, кожей почувствовав накалившуюся атмосферу и не став разглядывать Чонгука, выходит из тренерской, закрыв за собой двери.       Тем временем, Чимин ходит по комнате из угла в угол, нервно взъерошивая свои волосы. Ком застревает в горле.       — Чонгук, просто скажи уже! Всё было так плохо? Я окончательно всё испортил? Поверь, я не хотел оттолкнуть тебя. Я очень дорожу нашим общением. Черт! Я уже не знаю, что думать.       Гук стремительно подходит к нему и вместо тысячи слов обнимает, прижимая к себе. Чимин слабо вырывается, часто дышит через рот, у него глаза на мокром месте, а к горлу подкатывает настоящая истерика. Но Чонгук грубо хватает его за затылок и приникает к его губам. Чимин сопротивляется, требуя объяснений, однако сдаётся под напором желанного мужчины и отвечает на поцелуй. Одеколон Чонгука вызывает у Чимина легкое головокружение. Смесь его одеколона и запах тела самого Чонгука заставляют сердце Чимина биться быстрее и наполняют его теплом. В какой-то момент Чимина толкают на маленький диван, кожа скрипит под телом. Чонгук наваливается сверху и целует ещё больнее, безжалостно сминая губы. Чонгук целуется как бог, смешивая нежность с собственническим напором, выбивая из лёгких весь воздух. Он отрывается, вдыхает и снова целует, ощущая, как Чимин распаляется под ним всё сильнее.       Чимин хныкает под ним, мнет пальцами плечи, проникая под пиджак мужчины. Тишину вокруг разбавляют звуки сбивчивого дыхания, а после звуки мокрых поцелуев, когда Чон сразу проникает в приоткрытые губы языком и сплетается с чужим, разгоняя по всему телу толпы приятных искорок. Чонгук резко дергает Чимина за бедра, заставляя одну ногу закинуть ему за спину. Чимин взвизгивает, когда его стали откровенно брать.       Татуированные руки Чонгука ползают по талии парня, а после он делает поступательные движения бедрами, потираясь о пах танцора, имитируя секс. Это подстегивает возбуждение у обоих. Чон откровенно играется, толкается в Чимина, задевая чужое возбуждение, и ловит губами слетающие стоны.       Они продолжают терзать губы друг друга. Рука Чона проникает под штаны Чимина, находит резинку трусов и идёт глубже, находя желанный клад. Он вытаскивает член Чимина, немного робеет, чувствуя нежную кожу, но сам удивляется собственной реакции, когда его перестает смущать такой важный орган. Раньше он не мог и мысли допустить, чтобы держать чей-то член вот так, откровенно, испытывая возбуждение. Второй рукой Чонгук расстегивает свой ремень с брюками и тоже вынимает ствол, который уже весь красный от возбуждения. Чонгук откидывает куда подальше всё стеснение и соединяет их члены в одной руке, начав водить ею по ним. Он видел в порно как это делают, вот и выпал шанс попрактиковаться. Чимин приподнимает лопатки, стонет в его губы и не верит, что всё это происходит с ними на самом деле.       — Кто-нибудь … в-войдет… — тихо стонет Чимин, хватаясь за плечи старшего. Он толкается в кулак мужчины и жмурится от накатившего удовольствия.       Чонгук целует-кусает его шею, продолжая дрочить им обоим:       — Плевать. Я хочу, чтобы ты кончил.       Чимин от этих слов краснеет ещё больше, он рвано дышит и ерзает под ним. Чувствовать плоть Чонгука так остро ему ещё не доводилось. Адреналин скачет в крови от ощущения опасности быть застуканными. Чимин загнанно дышит через рот и тихо стонет, стараясь быть тише, чтобы их не услышали и не увидели весь тот ужас, что они творят.       — Ещё чуть-чуть, сладость моя, — стонет Чонгук, прикусывая нижнюю губу танцора.       После ускорившегося движения руки, Чимин кончает первым, а Чонгук его догоняет, выдаивая их члены на футболку Пака. Чон ещё раз мокро целует Чимина в губы и только потом убирает грязную руку и немного расслабляется, уткнувшись лбом в лоб Чимина.       — Блять, как хорошо, — выдыхает Чонгук, поражаясь тому, что смог бурно кончить от обычной дрочки. С Чимином всё чувствуется острее.       Когда сердце перестает разрывать грудную клетку, они садятся на диван поудобнее. Чимин отыскал на полке коробку сухих салфеток и поделился ими с Чонгуком. Мужчина вытирает себя, отправляя использованную бумагу в мусорное ведро, а после натягивает брюки, звякая пряжкой ремня.       — Тут есть видеокамеры?       — Своевременный вопрос, — усмехается Чимин хриплым голосом. — Нет, их здесь нет, мы же тут переодеваемся, — он снимает с себя грязную футболку, сворачивает в клубок и отправляет в свою спортивную сумку. Он пришел на работу в фиолетовом худи с капюшоном, поэтому натягивает его на голый торс.       Чимин возвращается обратно на диван к Чонгуку, который успел привести себя в порядок, надеть пиджак и пригладить волосы. Они смотрят несколько секунд прямо перед собой.       — Мне нужно было время, чтобы всё обдумать, — наконец, говорит Чонгук. — Мне ещё ни с кем не было так хорошо, как с тобой.       Смотрит прямо в глаза Чимину и ждёт его реакции от признания. Чонгук только недавно сам себе признался в этом.       Чимин же кусает нижнюю губу, ему приятно слышать такие слова, что с ним Чонгуку лучше всего.       — Я тогда подумал, что потерял тебя, — негромко говорит Чимин.       Чонгук вытягивает руку и приглашает младшего в свои объятья. Пак с улыбкой прижимается у него под боком, словно котенок ластится к хозяину.       — Мне очень непривычно, Чимин, от того, что сейчас между нами происходит. Но отпустить тебя у меня уже не получится.       — Так не отпускай, — Чимин кратко целует его в скулу, обнимая за талию. — Прошу, не уходи так больше от меня. Я толком ничего не ем, аппетит пропал совсем. Чувствую дрожь по всему телу.       — У меня то же самое, — мужчина чмокает парня в макушку. — У тебя сегодня ещё есть занятия в студии?       — Нет, на сегодня я закончил.       — Тогда пойдешь со мной и Тэсоном поесть жареной курочки?       Чимин улыбается, подняв взгляд на Чонгука:       — С удовольствием.       Они разлепились, Чимин начал собирать свои вещи, надел тонкую куртку и пригласил Чонгука на выход. Но перед дверью они не удержались от ещё одного поцелуя в губы.       В коридоре Чимин видит Хосока и резко останавливается. Отправляет Чонгука за Тэсоном, а сам подходит к коллеге.       — Ты подслушивал?       Хосок отлепляется от стены и убирает телефон в карман, в котором проверял соцсети минуту назад.       — Я хотел покараулить, чтобы сюда никто не зашел. Не стоит благодарностей.       Чимин поправляет лямку сумки на плече:       — Расскажешь директору?       — Я похож на крысу? Чимин, это твои проблемы, только будь осторожен. Это ведь отец Чон Тэсона, верно?       — Всё гораздо сложнее, хён.       — Просто знай, что я всегда готов помочь тебе.       — Спасибо, — Чимин обнял приятеля, похлопав его по плечу. Они с Хосоком уже давно знакомы и неплохо подружились.       Чимин возвращается в холл. Чонгук успел сходить в мужской туалет и помыть руки. Так и стоял среди шумных мальчиков девяти лет и думал о том, как хорошо кончил, не побоявшись прикоснуться к чужому члену.       В холле Тэсон жалуется Чонгуку, что потерял его и искал по всей школе, но потом учитель Хосок сказал, что отец занят и скоро придёт.       — Сон-а, учитель Пак поедет с нами, ты не против?       — Нет. Я буду рад, — улыбается мальчик, сверкая счастливыми глазами в сторону подошедшего Чимина. Он очень любит своего учителя, тот всегда помогает ему справиться со сложной хореографией, дурачится с ним на уроках и однажды даже помог советом, как подружиться с новеньким мальчиком в их классе младшей школы.       Чимин и Чонгук берут Тэсона за руки и вместе идут на выход, оставив позади персонал с заинтересованными выражениями лица. Никто не понимал, почему учитель Пак ушел вместе со своим учеником и его отцом.       Они поехали в кафе на машине Чонгука. Тэсон сидел в детском кресле сзади и обмолвился, что ему звонила мама и сказала, что она задержится сегодня на работе. Чонгук только кивнул, потому как ему уже было плевать на то, где она задерживается. Ему достаточно регулярного выноса мозга с её стороны.       Чонгук с улыбкой наблюдал за общением Чимина и Тэсона, которые болтали о всякой ерунде, пока заходили внутрь уютного кафе с мягкими креслами. Они заказали жареную курицу, безалкогольные напитки и некоторые закуски. Чимин подкармливал Тэсона картошкой фри, а тот, словно маленький, послушно раскрывал ротик и давал кормить себя вкуснятиной. Они сделали несколько совместных селфи, Тэсон и Чимин уговаривали Чонгука не быть таким серьезным на фотографиях. Получилось весьма неплохо, пока они дурачились, снимая всё на телефон Чимина.       На обратном пути Чонгук решил сначала завезти Чимина домой. Тэсон сладко спал в детском кресле, так как очень вымотался за день, где были школа, уроки танцев и веселье с учителем и папой.       Когда автомобиль притормозил около подъезда, Чимин заерзал на кожаном кресле и посмотрел на спящего мальчика.       — Словно ангелочек, — тихо умиляется, а после переводит взгляд на Чонгука.       Одна рука Чонгука лежит сверху на руле, в то время как другая лежит на рычаге переключения передач. Он давно снял пиджак и закатал рукава своей белой рубашки, обнажив сильные руки и чётко очерченные вены. Чимин непроизвольно закусывает губу и сводит бедра. Он тянется поцеловать Чонгука на прощанье, но тот мягко уворачивается. Всё же рядом был ребенок, он может проснуться и спалить их. Они сегодня и так достаточно рисковали своей репутацией. Чтобы не обижать младшего, Чонгук целует руку Чимина с часами на запястье, ласково перебирает его короткие нежные пальчики, говоря о своих чувствах без слов.       Чимин тихо желает ему спокойной ночи и выходит из машины, прихватив с собой спортивную сумку. Машет у двери подъезда и мягко улыбается. Чонгук ждет, когда тот благополучно зайдет в подъезд и только тогда трогается с места, отправляясь с сыном домой.

***

      Чимин и Чонгук стали всё чаще видеться, сталкиваться в студии. К удивлению Джиен, Чонгук сам стал часто проявлять инициативу, чтобы забрать Тэсона с танцев. Жена была только рада, потому что она снова могла упорхнуть по своим делам, в которые никого не посвящала. А Чонгук и не спрашивал, потому что сам ходил с загадочной улыбкой, думая о своем соулмейте. Один раз даже пропустил мимо ушей речь заместителя на всеобщем собрании, потому как переписывался с Чимином в мессенджере.       Пока Тэсон болтал с ребятами и переодевался после танцев, его отец беззастенчиво зажимал его учителя в тренерской и страстно целовал в губы. Больше они, конечно, дальше поцелуев в общественных местах не заходили, им хватило одного раза. Однако приходилось прилагать максимум усилий, чтобы не сорваться, потому что связь соулмейтов, казалось, только усиливалась с каждым моментом их близости. Они будто кожей ощущали сильные эмоции друг друга, будь то злость или радость, счастье или грусть.       Чонгук стал замечать, что Джиен больше не привлекает его как женщина. Безусловно, она сногсшибательная львица, способная заставить упасть к её ногам любого, но только не Чонгука.       Чон стал понимать, что скучает по Чимину каждый день. Ему не хватает улыбки и смеха Чимина, не хватает его объятий, жарких поцелуев. Он скучает не только морально, но и физически, ему не хватает ощущения его тела. Чонгук пытался проверить, взять себя в руки. Но смотрит на Джиен и понимает, что всё не то. Не то лицо, не тот характер, не та улыбка, не тот смех, не те руки, не те губы. Чонгук скучает по пухлым губам Чимина, по его изящной шее, по острым ключицам, которые всегда хочется кусать, по мощным сексуальным бёдрам. Один раз Чонгук просит Чимина скинуть ему своё фото, тот исполняет просьбу, только лучше бы он этого не делал. Чимин скинул фото, где он лежит на кровати в белой рубашке с расстегнутыми пуговицами на груди, открывая вид на ключицы, где всё ещё видны укусы, которые недавно ему оставил Чонгук в мужском туалете, где они закрылись на пару минут. Глядя на фото, хотелось подрочить, но тогда Чонгук ждал инвесторов в конференц-зале, поэтому было не до этого. Он с трудом переключился на работу, заставив возбуждение отступить.       Тем не менее, хоть у Чонгука с Джиен было не всё в порядке, им нужно было делать вид, что всё хорошо, ради сына. Однажды они решили провести вечер всей семьей дома перед телевизором со множеством вкусняшек.       Тэсон сидит на диване между родителями и увлеченно смотрит недавно вышедший мультик, жуя при этом снеки. Чонгук с Джиен сидят молча и тоже смотрят в экран телевизора.       Вдруг в кармане домашних штанов жужжит телефон Чонгука, оповещая о новом сообщении. Чимин: «Привет. Я только вышел из студии. Сегодня было много взрослых групп. Чем занимаешься?»

Чонгук: «Смотрю мультик»

Чимин: «Чего же ты не сказал, что смотришь такое? Я б тогда в кинотеатре повел бы тебя на «Зверополис»)))»

Чонгук: «Ха-х. Это Тэсон попросил нас посмотреть его с ним»

Чимин: «Нас? Так рядом Джиен...»

Чонгук: «Ну да. Мы же дома»

Чимин: «Ага, и на работе тоже»

Чонгук: «У нас общий бизнес, естественно, мы часто видимся в офисе»

Чимин: «Угу, и не только в офисе»

Чонгук: «Ты о чём?»

Чимин: «В постели, Чонгук»

Чонгук: «Чимин»

Чимин: «Что?»

Чонгук: «Не веди себя как ревнивая любовница»

Чимин: «А кто я тогда?»       Чонгук молчит несколько секунд. Чимин: «Кто я для тебя, Чонгук?»

Чонгук: «Соулмейт»

Чимин: «Мне кажется, ты не до конца понимаешь значение этого слова»       Чимин вышел из чата и теперь он не онлайн. Разговор окончен. Чонгук закрывает вкладку и убирает телефон в карман. Теперь он не может уследить за сюжетом мультфильма, все его мысли улетели далеко за пределы этой квартиры.