Трепет любящего сердца

***

Марьяна сидела на диванчике, на ресепшене отеля, устало прижимаясь к ручке своего чемодана. Даже не успев пройти задание, она до чёртиков вымоталась и теперь пыталась сыскать хоть каплю силы для того, чтобы элементарно подняться с насиженного места. В то время как администратор отеля улаживал раннее не урегулированные вопросы с редакцией телепроекта, Надежда и Константин были рядом с Марьяной, наблюдая за её самочувствием. — Я пойду первая, — многоликая ведьма не торговалась и не предлагала, скорее ставила своих коллег в известность. Протянув Марьяне бутылку с минеральной водой, она добавила с материнским теплом в интонации: — Тебе сейчас необходим отдых. — Не стоит, — Марьяна сделала глоток, прижавшись к холодному пластику лбом. — Я справлюсь. Она не привыкла принимать помощь и уж тем более терпеть снисхождение к себе. В иной ситуации её бы даже оскорбило, что кто-то даёт ей поблажку. Но сейчас Марьяна осознавала, что её коллегой движет исключительно альтруистичное начало. — Не справишься, не ври хотя бы себе. Тебе сейчас необходим отдых и в частности — сон. Марьяна, недолго думая, согласилась, ведь понимала, что правота в данной ситуации остается за коллегой. В таком состоянии она ни то, что не сможет пройти испытание, она и до своего номера самостоятельно не дойдёт. — Спасибо, Надя. — Если ты не против, я пойду вторым. Кому будет лучше, если ты прямо на испытании потеряешь сознание? — Вклинился в диалог галантный Константин, едва заметно коснувшись её плеча ладонью. Он вновь ощутил то самое чувство, что он испытал тогда, у шумной автострады, и его сердце забилось чаще прежнего. — Я могу себя контролировать, — отчужденно шепнула Марьяна, смотря в сторону. — Мы заметили. Дальнейшие пререкания прервал режиссер, курирующий это испытание, пришедший с ключами от номеров. Надежда Эдуардовна в ту же секунду упорхнула к себе, дабы оставить личные вещи и как-никак подготовиться к предстоящему ей испытанию. А вот Константин остался с Марьяной, не способный оставить беспомощную женщину тет-а-тет со своей проблемой. — Пойдем, я помогу тебе, — медиум протянул ей жилистую ладонь, приглашая подняться. Ведьма кивнула и встала с диванчика, в ту же секунду оказавшись на руках Константина. Провидец поднял её, как жених поднимает невесту у выхода из ЗАГСа. — Что ты творишь? — Задохнулась от возмущения Марьяна. — Свалишься в обморок на лестнице, а мне что делать? Я не хирург-травмотолог. Помимо простого человечного желания помочь, ему отчаянно хотелось прикоснуться к ней вновь, подарить заботу и ласку в трудную минуту. Сказанная им полуправда сработала. Марьяна не вырывалась и не спорила, лишь поплотнее прижалась к его груди и устало прикрыла глаза. Их апартаменты располагались на втором этаже отеля, в смежных номерах, что было как нельзя кстати. Проведя ключ-картой по картридеру, небольшой дисплей загорелся зелёным огоньком, давая понять, что дверь открыта. Константин было хотел что-то сказать, но взгляд, упавший на бледное лицо коллеги, прояснился, и он умолк, произнеся немой звук. Марьяна уснула, так и не дождавшись прибытия в номер, прямо у провидца на руках. Мужчина усмехнулся, а после принял решение уложить её в своём номере. *** Романова проснулась от назойливой трели будильника, неприятно вибрирующего у самого уха. Стандартная мелодия, идущая по предустановке в старт-пакете айфонов. И только это смутило Марьяну, отчего она подскочила на постели, столкнувшись с резким головокружением. Рингтон её будильника был другим. Она находилась в просторном номере, окутанном солнцем и теплотой августовского дня. Медовые лучики падали на её лицо сквозь небольшую щелочку между шторами. В голове крутились тысяча и одна мысль: она припоминала недавние события, где она оказалась в крепких объятиях практически незнакомого ей мужчины. Как жалась к нему, наслаждаясь терпким парфюмом, как едва ли прикрыла глаза и, очевидно, уснула. Не сказать, что она была против их сближения, но знала наверняка, что поступает неправильно, как на то ни посмотри. Женщина долго думала о том, что же она в действительности чувствует к нему, но каждый раз её раздумья разбивались о одно единственное слово: брак. Ей не приходилось питать ложных иллюзий и потому она давно смирилась с тем, что она и Зафар не любят друг друга. Но консервативное представление о «священном союзе» не позволяло ей изменять мужу. Как такового женского счастья Марьяна к своим сорока четырём годам так и не познала. Были увлечения, приходящие и мимолётно проходящие влюбленности, но любовь… в её жизни этому чувству никогда не было места. По крайней мере, так она говорила себе всякий раз, поливая слезами подушку. Летний отпуск на Алтае прошёл донельзя великолепно: она счастливо проводила время в компании близких подруг и любимой дочери. Каждый день они пили невероятные букеты горных трав, провожали закаты в лесах и просто наслаждались каждым днём. Никакого мужа, никакой работы. Только восстановление энергетического поля и восполнение затраченных на битву сил. Время и хорошая компания пошли ей на пользу. Но вот только было одно «но». Ей до безумия не хватало Кости, пускай она и гнала мысли о нём из головы. Дойдя до душевой комнаты, Марьяна замерла, ошеломленная. В помещении горел свет и лилась вода.